Замечали ли вы за собой такую хитрую вещь, которая выражается в том, что написать рецензию на книгу, которая тебе просто понравилась или не понравилась вовсе, - достаточно легко или не составляет сильного труда, а вот написать рецензию на книгу, которая тебе очень и очень понравилась, - достаточно сложно. Представьте себе, сейчас именно такой случай, ведь Лоренс Даррелл - мой самый любимый писатель на сей день.

Лоренс Даррелл является старшим братом знаменитого в нашей стране писателя-натуралиста, Джеральда Даррелла. К моему большому сожалению, о Лоренсе мало кто знает. На русском его издавали 10 лет назад, более новых изданий попросту нет. Да к тому же, многие его произведения так и не переведены на русский язык.

География жизни поэта интересна и непроста. Рожденный в Индии, в 11 лет он был отправлен в Англию для получения классического британского образования, однако при поступлении в университет завалил экзамены. С 27 лет его домом надолго становятся Греция (Корфу, Крит) и Египет (Каир, Александрия), а позже — Кипр. Именно этими странами пропитаны его произведения: путешествия, многочисленные знакомства, любовь во всех ее (про)формах и (про)явлениях.

Беря за основу один из главных принципов постмодернисткого романа, а именно метапрозу (текст в тексте) или смесь вымышленного с реальным (когда автор становится героем романа, а герои романа становятся авторами текста), Лоренс начинает плести паутину текста, вводя всё новые и новые персонажи, переворачивающие своим существованием смысл текста (в тексте) и пересекающие границу автора-персонаж раз за разом.

Всё начинается с Брюса. Он едет в поезде (и сам не понимает, кто он, автор или персонаж, помните, как Фаулз выводит себя случайным пассажиром поезда в романе «Любовница французского лейтенанта»?) с целью похоронить своего друга Пьера, покончившего жизнь самоубийством и увидеть свою возлюбленную, сестру умершего, Сильвию, которая помешана, и ее разум находится на границе между выдумкой и реальностью. На похороны должен приехать их общий друг, Тобиас, который является другом зловредного писаки Роба Сатклиффа, сочинившего про фантастическую троицу любовников Брюса-Сильвию-Пьера какой-то гнусный роман. На беду, Пиа, сестра Брюса, является женой этого Сатклиффа, только вот уже несколько лет она живет не с ним, а с чернокожей красавицей Трэш. Еще в этом бесчисленном множестве любовных треугольников есть другие важные персонажи. Например, мистическая еврейка-цыганка Сабина, которая когда-то чуть не вышла замуж за Сатклиффа и которая крутила роман с Тобиасом. Отдельно стоит мистический духовный деятель Аккад, зазывающий элитную молодежь в свою секту гностиков, он влюблен в Сабину (по слухам), но его интересует (как иллюстративный пример его верования) троица Пьер-Сильвия-Брюс, которая подтверждает любовь в гностическом смысле изначального существования трех первооснов: двух мужских и одной женской. И еще отдельно стоящий персонаж — популярный писатель Блошфорд-Блэнфорд, с которым соревнуется Сатклифф. [новая реальность] Якобы Блэнфорд выдумывает всех предыдущих персонажей (кроме Аккада и герцогини Ту, которые живут в обоих историях). У Блэнфорда есть жена-самоубийца Ливия (праобраз Сильвии-Сабины-Пии, сестра Ту) и друг Сэм, покончивший с собой писатель (праобраз Сатклиффа, муж Ту). Да и герцогиня Ту в реальности Блэнфорда давно мертва. А самого Блэнфорда написал Д. (тут уж трактуйте, как хотите, и Князь Тьмы — Дьявол, и Лоренс Даррелл подходят на эту роль). Ну что? Не запутались?

Для удобства перед чтением романа советую запастись бумагой и ручкой, дабы чертить схемы знакомств/любовных связей героев, а еще не поленитесь заглянуть в конец, там в ENVOI (*посвящение) вы найдете список того, кто и кого породил и сможете разобраться в перебегании героев через границу автор-персонаж.

Забудьте про любовные романы. Хотите страсти и любви? Читайте Даррелла. На 350 страниц интеллектуального текста я насчитала 4 явных и 2 скрытых любовных треугольника. Да и любовь здесь свободна от таких слов, как гомосексуализм или инцест. Вы их попросту не встретите. На всё это есть либо гностицизм (вам о нем расскажет Аккад), либо психоанализ (Фрейд мелькнет сквозь строчки в нескольких местах).

И моё любимое (как продолжение принципа смешения реальности и выдумки) — каждый герой пишет. И весь текст «Князя...» состоит из текстов героев. Брюс пишет дневники путешествия, а также письма Пьеру и Сильвии (как и они ему и друг другу). У Пьера и Сильвии есть свои дневники. Тоби — поэт и учитель, он пишет исследование «Тайна Тамплиеров» (им тоже отведено свое место в романе, связанное с тем же гностицизмом). Сабина — письма. Аккад — больше рассказчик, но это не мешает ему кропать таинственные статейки в журналы. Сатклифф — поэт, писатель. Пиа — исследования на тему психоанализа, поддавшись влиянию Фрейда. Трэш разве что ничего не пишет (она малообразованна). Ту — письма. Блэнфорд — роман. Сэм — писатель. Про Ливию мы пока ничего не знаем. И почти все они либо покончили жизнь самоубийством, либо сошли с ума, либо умерли в реальном или фигуральном (в тексте) смысле.

Как понимаете, разгадывать такой роман мне доставляет неимоверное удовольствие, как и читать его, перечитывать и просто наслаждаться. Такой литературный язык, как здесь, встречается достаточно редко, он сравним с языком произведений либо признанных писателей-классиков, либо отмеченных писателей-премиантов. Здесь множество эпитетов, красивых сравнений. Описания природы или путешествий по истине прекрасны и так реальны, что, казалось бы, отдерни штору, а там улочки Франции или Египта, обладающие долей самобытного романтизма, присущего каждой европейской стране. Кстати, география романа также удивительна. Вместе с героями вы путешествуете по Авиньону, в Макабру (деревня в пустыне Египта), в Александрию, в Прованс, в Женеву, Венецию или Вену.

Читая отзывы на «Авиньонский квинтет» Даррелла, я натолкнулась на сравнение литературного текста с художественными полотнами Босха. Не зря и издатели оформили книги Даррелла, используя картины нидерландского живописца — на обложке «Князя...» используется фрагмент триптиха «Сад земных наслаждений». Сравнение справедливо. Собственно, и тот, и другой художник изучали эзотерические дисциплины и использовали их мотивы в своих произведениях. А еще, как у и Босха художественное полотно, у Даррелла полотно текстовое состоит из многочисленных деталей, которые можно разглядывать бесконечно и находить всё новые смыслы в этом странном нагромождении фигур.

Честно дочитала, изнемогая от отвращения и скуки. Настолько "не моё", что трудно представить что-то более "не моё". Некоторые описания, бесспорно, завораживают, но концентрация бессвязного бреда и сексуальных перверсий на страницу текста просто пугающая. Зацените отрывок, вот в такой же примерно манере написан весь остальной роман:

В давние времена, когда бог существовал, от его фаллоса исходило такое сияние, что смертные, боясь ослепнуть или лишиться разума, осмеливались смотреть на божество лишь со спины. Согласно Фрейду, впоследствии это привело к иррациональной боязни колбас, нападения сзади и отцовского насилия.

Хорошо, что я уже читала "Александрийский квартет", и примерно представляла, что ожидать. Как и предполагалось, эта книга - взгляд не то чтобы с одной стороны, а скорее, с определенного ракурса на ряд событий. Все начинается с известия о смерти одного из персонажей - но это только краешек веревочки из клубка, которые предстоит размотать. Тут и секта гностиков, считающих самоубийство единственной стоящей целью в жизни, и странные отношения, и психоанализ, здесь все немного ненормальны - каждый по своему, но, с другой стороны, а что есть нормальность) Авиньон (Франция), Венеция, Египет, как всегда, очень насыщенный язык, интрига в конца - в общем, берусь за второй том в ожидании следующего взгляда)