Поклониться тени

Пишет Бродский о Венеции.
Тоже самое можно сказать и о его поэзии.

Все эссе пропитано красотой и грустью.
Зимняя Венеция, хотя я была там только летом, мне всегда казалась ранним утром после праздничной ночи- все сумрачно, пустынно, но везде разбросано конфетти. Бродский нашел в этом нечто более прекрасное, чем сам праздник.

Я сегодня дочитаю «Меньше единицы» Бродского. Там осталось 40 страниц. Но нормального отзыва не будет.

Мне бы хотелось сказать, что это прекрасный сборник эссе о родителях, о Венеции, о Ленинграде-Петербурге с его историей, о Стамбуле, об эмоциях, глазах, людях. Но. Если вы не любите продираться сквозь мутную словесную вязь, где спотыкаешься через каждую строчку, если вы не любите терять смысл и перечитывать абзац по 7 раз, чтобы уловить до конца суть, эта книга не для вас. Возможно, сам Бродский не для вас. И я не уверена, что Бродский — для меня. От него у меня примерно такие же чувства, как от Иличевского. Хочется встряхнуть головой и сбросить эту кучу слов с себя словно шелуху на смысле. Чтобы вы понимали, о чем я говорю, ниже цитата:

«Принимая во внимание, что всякое наблюдение страдает от личных качеств наблюдателя, то есть что оно зачастую отражает скорее его психическое состояние, нежели состояние созерцаемой им реальности, ко всему нижеследующему следует, я полагаю, отнестись с долей сарказма - если не с полным недоверием. Единственное, что наблюдатель может, тем не менее, заявить в свое оправдание, это что и он, в свою очередь, обладает определенной степенью реальности, уступающей разве что в объеме, но никак не в качестве наблюдаемому им предмету. Подобие объективности, вероятно, достижимо только в случае полного самоотчета, отдаваемого себе наблюдателем в момент наблюдения. Не думаю, что я на это способен; во всяком случае, я к этому не стремился; надеюсь, однако, что все-таки без этого не обошлось.»

Хочется вздохнуть и попросить его: «Иосиф, будь проще. Скажи по-человечески. Очень красиво стелишь, но можно полегче?»

Думаю, будь слог глаже, книга была бы прочитана раза в 3 быстрее. Потому что кучу времени я тратила не на чтение, а на перечитывание прочитанного только что.

Меньше единицы
Полторы комнаты
Набережная Неисцелимых
Трофейное
Путеводитель по переименованному городу
Путешествие в Стамбул

Это автобиографические эссе. История жизни Иосифа Бродского в воспоминаниях, ощущениях, метафорах.
У него особый взгляд на жизнь и на слова, которыми он ее описывает.
Рождённый в 1940 году и окружённый Советским Союзом, который ему не подходил от слова совсем… через 32 года уехал из любимого Питера и родителей навсегда…

А ещё про города. Набережная Неисцелимых - про его любимую Венецию, где он и похоронен; Путеводитель по переименованному городу - про родной и далекий Питер; и Стамбул, в который не очень то и мечтал попасть…

Очень рекомендую ️

Непонятно, что я ждала от этого эссе. Явно нечто большего, что оно станет чем-то важным для меня, тем, что я захочу перечитывать. Но не случилось.

О Бродском и Венеции я узнала в самой Венеции. Гуляла по набережной, которую называют Fondamenta degli incurabili, была на Сан-Микеле, на могиле самого Бродского, ночами бродила по лабиринтам улиц и каналов. И успела всей душой полюбить этот город. Так вышло, что мои прогулки по городу сопровождались рассказами о Бродском в аудиогиде. И его образ сильно списался в образ "моей" Венеции. Наверное, я ожидала в эссе Бродского какое-то созвучие своих чувств.

Что-то, и правда, откликнулось. Приезд в Венецию в "нетуристический" период, запах водорослей и моря повсюду, коты и львы, блуждание в лабиринтах улиц и каналов, напоминание о Петербурге, ласка воды водой, меланхолия, одиночество и сладкая печаль.

Но что меня удивило, так то, что в "Набережной неисцелимых" Бродского как-то слишком мало самой Венеции. Здесь много Бродского и много его знакомцев. в том числе венецианских, много приемов и встреч (приятных и не очень), а вот города как-то до обидного мало. Мне кажется, Венеция заслуживает большего. Сама книга мне показалась интимной, в неприятном смысле этого слова. Когда кто-то рассказывает тебе свои мысли и подробности жизни, но не пускает в душу. Также и с "Набережной неисцелимых". В ней много частных подробностей и поверхностных суждений о людях. Но нет глубины. Для откровения поэта тут нет откровенности, для чувства города не хватает города.

А для меня это напоминание не строить завышенных ожиданий. И помнить, что Венеция у каждого своя.

С творчеством Бродского я начала знакомиться не так давно, и "Набережная Неисцелимых" стала первым мною прочитанным эссе автора. И не знаю, есть ли на свете книга, лучше описывающая душу самой Венеции. Язык Бродского легко и приятно читается, оставляя за собой утонченные нотки меланхолии. Читая "Набережную Неисцелимых" ты чувствуешь и запах мерзлых водорослей, так полюбившийся автором, и слышишь плеск воды в каналах, что повидала столь многих. Бродский любил Венецию и описал всю свою любовь к ней в данном произведении. Мы видим город таким, каким его видел он - приобретающий фарфоровый вид по воскресеньям, вселяющий надежду, холодный, и сырой, но все такой же прекрасный.
И все в Венеции идет от воды, ты сам становишься частью этого и находишь утешенье в блеклом отражении луны, роняя слезу и оставляя всю хрупкую красоту города позади.

Прочитал книгу по совету в игре "Открытая книга".
Почитал рецензии на нее... Книга о Венеции, Венеция, Петербург, красота, цитаты...
Как я думаю, книга не столько о Венеции, сколько о Бродском, о его молодости и старости, любви и болезни, разрыве с Родиной, обретение счастья и боли.
Книга небольшая, в моей читалке 147 страниц, но язык заставляет напрячься, продираясь через многочисленные имена, названия, мифы. Путти, что это? Пришлось залезть в Гугл. Сюжета, как такового нет, есть несколько глав о зимнем городе, который для некоторых холодный, как ад, для Бродского воплощает райские сады.
Два персонажа: Бродский и Венеция. Призрачный город, созданный Бродским из тумана, воды и красивых слов.
Он рассказал, как Венеция поймала его на крючок, поманила красивой наживкой и не отпустила до самой смерти.
Интересно было почитать комментарий П. Вайля и, на контрасте, ощутить разницу между обычным человеком и гением.
Книга понравилась, но не до мурашек, как тут некоторые пишут. Посоветовать могу любителям поэзии Бродского, и под грустное настроение.
Для настроения картинка

4 из 5