Other Voices, Other Rooms

С удовольствием продолжаю своё знакомство с произведениями Т.Капоте. Мне очень нравится его язык повествования. Происходит полное погружение в происходящее.

При чтении книги Другие голоса, другие комнаты поймала себя на мысли, что мне не хотелось, чтобы она кончалась. Настолько я прониклась этой историей.

Джоул Нокс (главный герой) — тринадцатилетний парнишка, и он чрезвычайно одинок. Потеряв мать, он переезжает жить к отцу, надеясь, что обретёт любящую семью. Но...всё оказалось не так, как он хотел. На новом месте Джоул чувствует себя никому не нужным, никем не понятым, не любимым. Всё же временами ему кажется, что он нашёл "своего" человека, друга (Зу, Айдабела, Рандольф). Но это, как мне кажется, лишь иллюзия (скажем так: за неимением лучшего будем довольствоваться этим). Вообще, Лендинг — пристанище одиноких людей, со сложной судьбой. И время там, кажется, остановилось. И Джоул всё это понимает и ощущает на себе. И даже в определённый момент его как бы затягивает эта трясина.

Но в конце появляется надежда, что все эти события, изменения, которые произошли в жизни Джоула, лишь закалили его. И он готов к новому этапу в своей жизни.

Прочитав больше половины романа, ставшего для меня третьим произведением Трумена Капоте, задавалась вопросом о сюжете. Его вроде и нет, казалось бы, просто история о 13-летнем Джоуле, который отправился после смерти матери жить к отцу в Скаллиз-Лендинг и столкнулся с новыми для себя людьми, но история столь сильно пропитана болезненно-горьким одиночеством каждого детально выписанного автором героя, что не оставляет сомнений - одиночество, несбывшиеся желания, сломленная жить и есть главные герои романа. Проваливающийся в землю на 10 сантиметров в год дом своего рода символ жизней обитателей дома, стремительно текущих к погружению в землю в деревянных сундуках.

Джоул, Айдабела, Зу, Рандольф, Эйми, парализованный Эд Сансом, у которого живыми остались лишь глаза... как же они хотят перемен, как устали от одиночества, как не хотят быть одни, как жаждут любви. Разной. По-разному. Но все. Новой, иной жизни - этого снега Зу, которого она никогда не видела и о котором может лишь мечтать.

Роман словно разделён на две части: мечты - жару, которая пылает так, что по носу катится капля пота и попытки вырваться - холод, тот самый холод, который на пороге иной жизни стал чувствовать умирающий Джизус, дождь, пролившийся в Нун-сити во время побега Джоула и Айдабелы. Холод как приближение снега.

Так уж и нет снега? Зу, Джоул, Айдабела - они попытались!

Джоул уже не тот мальчик, что вначале книги, жаждущий, "чтобы у него был брат, сестра, кто-нибудь"- "он знал теперь, кто он такой, знал, что он сильный". И я верю, что у него получится...хотя бы у него - получится быть свободным, не одиноким и счастливым, получится попасть в другие комнаты и услышать другие голоса, а пока...обнимаю и говорю "Всё будет хорошо", потому что "больше всего на свете мы хотим, чтобы нас обняли...и сказали...что все будет хорошо."

Прекрасная книга. Не развлекательная, но и не тяжелая. Умная, если так можно сказать о литературном произведении. Прекрасный писатель, умеющий писать так, что после прочтения думаешь-думаешь-думаешь, копаясь в том ворохе чувств и мыслей, которые вызвала книга.

Ну вот, пожалуй, и все. Моя дружба с Капоте подошла к концу, как и последняя прочитанная мною его книга. К слову, дебютная. А мне кажется, прекрасно довершающая образ как автора, так и его Персонажа, - собирательный образ, который, как очень точно сказано в аннотации к "Другим голосам...", описывает человека "тонко чувствующего, неустроенного, взыскующего любви и подлинных человеческих ценностей".

На самом деле, читая, думала ставить тройку. Потому что искала здесь Сэлинджера, но вовремя одумалась. Совершенно непонятно мне сравнение книги с "Над пропастью во ржи". Это что, теперь все произведения, где герой - мальчик, будут походить на сэлинджеровскую историю? Э нет, я так не согласна. И вовремя выключила эту глупую аналогию, которая только сбивала с толку.

Здесь ведь и не мальчик, по сути, главный герой. И вообще, есть ли такие герои? Все эти люди лишь фон, на котором разворачиваются мысли. Именно за эти мысли я очень полюбила Капоте. Его эссе, приводящий меня в уныние "Завтрак у Тиффани" и захватывающее "Хладнокровное убийство", наконец, словно последний кубик в этой детской башенке, который боишься ставить - вдруг все рассыпется? - "Другие голоса, другие комнаты"... Все они - тоска по любви, невыносимая печаль и обреченность, которые завораживают и влюбляют в Капоте без оглядки.

Произведение тянет за собой в новый мир: неразгаданный, пугающий пустотой, которая не откликнется эхом на призыв о помощи.
Джоул, ещё только встающий на путь взросления, оказывается гораздо более сильным и выносливым перед гнетущей тоской старого поместья, нежели его полумёртвые обитатели.
Постигая простые, но важные истины, мальчик один, лицом к лицу встаёт перед своей новой,самостоятельной жизнью, которая сулит ему множество трудностей. Как мало могут ему помочь в этом отчаявшиеся взрослые, и как много - наивная, вырывающая у этой жизни всё, Айдабелла.

Второй роман (и второе произведение в карьере, вообще) Трумэн Капоте написал в 23 года - и это - во многом “ищущий” себя в литературе “творец”: здесь нет, того “фирменного” стиля как в “Завтрак у Тиффани”, и даже, нет, казалось-бы простого и сухого журналистского текста как в “Хладнокровном убийстве”. Перед нами, безусловно - роман о взрослении, но написанный в “магическом” мироощущении главного героя - 13-летнего Джоула - скромного, тихого, мечтательного ребёнка, у которого умерла мать, воспитывается он у родственников, и теперь, впервые в своей жизни должен увидеть своего отца ("...Ну вот, в который раз он запер дверь и ключ забросил: заговор на борту, и даже отец имеет зуб против него, даже Бог. Где-то с ним сыграли злую шутку. Не знал он только, кто и где. Он чувствовал себя отрезанным, безликим – каменный мальчик на трухлявом пне: не было никакой связующей нити между ним и каскадом бузинных листьев, низвергающимся на землю, и крутой затейливой кровлей Лендинга в отдалении..."). Такие крупные “проблемы”, несомненно наложили свой “след” на его детскую психику, и весь окружающий мир - он воспринимает с опаской, но и с интересом - надеясь в них понять окружаещее его странное “бытие” ("...А любил он Бога не особенно: слишком часто Бог предавал Джоула…) (что очень заметно, в стиле Капоте). Но с другой стороны - перед нами абсолютный и выверенный “пример” настоящей американской, южной готики. Юг США - особое, патриархальное, религиозное, магическое мироощущение - где все казалось-бы обыкновенные истории об усопших - тут воспринимаются, как нечто таинственное. Нун-сити ( ...Тут совсем не Нью-Орлеан, Сэмми. Тут человек нашего возраста считается взрослый человек…) - вымышленный городок на Юге - откуда никто не уезжает, и никто не приезжает: американские негры - бывшие рабы - особо религиозны ("...«Если нет ни капли воды у тебя, ты молись, ты молись, Бога любя»..."), белое население - религиозно, которые всё ещё - считают свои края - “особенными”, со времен войны Севера и Юга. Джизус Фивер - старый негр-извозчик в Скаллиз-Лендинг при смерти, и всегда в своих речах поднимает тексты из Библии, а его мёртвое тело - вёз на повозке мул, увозя его в последний путь на “бугор”, как хоронят тут всех остальных. Джоул воспринимает своих новых приятелей в Нун-сити ("...Высоко в башнях мыльных деревьев ветер мчался стремительной рекой; захваченные его потоком листья исступленно пенились, как прибой на небесном берегу. А земля с каждой минутой словно погружалась все глубже в темно-зеленую воду. Как донные водоросли в море, колыхались папоротники, неясно и загадочно вырисовывалась в небе хибарка – корпус утонувшего галеона, а Зу с ее вкрадчивой текучей грацией не могла быть не кем иным, подумал Джоул, как русалкой, невестой старого утопленника-пирата...") - более чем загадочно, несмотря на то, что и сам до этого жил - в более, чем странном Нью-Орлеане ("...Шпионажу предавались в Нью-Орлеане только после заката, поскольку днем игра могла закончиться фатально для участника: идея ее состояла в том, чтобы подобраться к чужому дому и незаметно заглядывать в окна. В этих опасных вечерних разведках Джоул был свидетелем многих занятных сцен: видел, как совершенно голая девушка танцевала под патефон, как упала замертво старая дама, задувавшая свечи на сказочном именинном торте, и – самое изумительное – как, стоя в паршивой комнатке, целовались двое взрослых мужчин..."). Местная чернокожая служанка Зу - наглядный “пример” как молодые стремятся уехать отсюда в крупные города: Зу мечтает увидеть в Вашингтоне - снег, но по дороге - её насилуют, и ей приходится возвратиться. Рэндольф - более чем “загадочный” персонаж: “педант” живущий в полуразрушенном особняке, где время и жизнь давно остановились ("...Джоул и остановился, ошеломленный вот какой истиной: Эйми, Рандольф, отец – они все вне времени, все обходят настоящее стороной, как духи: не потому ли и кажутся ему похожими на сон?..."). Одинокий негр-отшельник Маленький Свет живущий в лесу, в разрушенной, богатой гостинице - олицетворение памяти и гения “места” (“...Но Маленький Свет остался; это его законный дом, сказал он, потому что, если он уезжает на новое место – было такое однажды, – другие голоса, другие комнаты, сгинувшие, выморочные голоса гудят в его снах. Из рассказа у Джоула родилась бессвязная картина – треснутых окон, отразивших сад призраков, закатного мира, где цепкий плющ обвивает сломанные колонны и аллеи закутаны в паучий шелк..."). Побег из Лэндинга вместе с местной “девчонкой-оторвой” Айдабэлой, когда Джоул понял весь окружающий “мир и кошмар” - оказывается неудачным: он простужается,но не теряет “надежды” - вновь это сделать, чтобы не стать “призраком”, и “сделать” свою жизнь - самостоятельно, ведь - небо - везде одинаково, хотя и внизу - всегда разное.

...Он лежал на холодной гальке, прохладная рябая вода обтекала его; ему хотелось стать листом, как те, что проплывали по течению мимо: мальчик-лист, он поплывет легко, поплывет в реку и затеряется там, а потом в великой воде океана...

Если попытаться охарактеризовать роман одним словом, то это будет – «мираж». Представьте себя в знойной пустыне, где от жары воздух плавится и идет волнами, где нет ветра, а солнце в самом зените, и ваш рассудок теряет последнюю нить со здравым смыслом… Перед глазами, мелькают картины и лица, фантасмагория слов, фраз, обрывки и недомолвки.… Вокруг вас все вертится и внезапно застывает в неправдоподобных комбинациях. Вот, что такое роман Трумена Капоте.

Это ощущение бреда, смещение снов и яви, какой-то мороки, автор усиливает художественными приемами и цветовой «гаммой» произведения. «Опаленный след», «свернувшиеся от солнечного жара листья», «раскаленное добела солнце», «разогретые летние запахи», «жаркая тишина», «звенел лениво и монотонно» А вот цвета, которые окружают читателя на протяжении всего повествования: «Желтые стены», «милые золотые шторы», «желтоватый дым», «пожелтевшие простыни», стены «сине-серые, цвета пасмурного неба», «потертое золото», «потускневшие шелка», «шелковый лимонный платок».
Капоте часто описывает сны, главного героя и чужие. Сон как враг, как фильм, как транс. И порой невольно хочется стряхнуть с себя это наваждение…

Рядом с этими сонными и нереальными миражами, как холодный контраст упоминания о снеге. Зу мечтает уехать туда, где много снега «спасаться мне надо, бежать туда, где снег, и он меня не найдет», Джоул придумывает небылицы и видит его в своих снах, в его воспоминаниях волосы матери пахли снежной росой. Но снег здесь другой. Мы чувствуем, что он тоже теплый, рыхлый, готовый вот-вот растаять: жара не вокруг людей, жара внутри.

В таком повествовании желтом и жарком, по детски загадочном, столкновения с «темной стороной» жизни кажутся особенно жестокими. Смерть Джуса Фивера, изнасилование, повешенный мул, убитая кочергой сойка. В эти кошмары не хочется верить, и главный герой отводит глаза, отказывается слушать, убегает. Как будто от этого, действительно, можно убежать…
Испорченный и распадающийся мир? Не знаю. Скорее нет, чем да. Это знакомство ребенка с миром в целом, в его полном проявлении со светлыми и темными сторонами…

А насчет южноготического, я совсем не согласна! У меня другие представления о готике! Кардинально противоположные.

«Глупости это, снег и все такое. Солнце! Оно всегда!...»

Ступая на первую страницу, мы окунаемся в жаркое лето американского юга, где все, на что ни бросишь взгляд, потускнело от неустанно палящего солнца…

Поначалу история Джоула, не смотря на нотки печали, кажется светлой. Мы вместе с ним держим путь из Нового Орлеана в Скаллиз-Лендинг легко и с задором. Встречаем повзрослевшую Пеппи в лице Айдабелы, доброго старика Джизуса и прекрасную печальную Зу. Происходящее кажется детским приключением по пути в будущее полное надежд, но потом…

Потом, попав в дом Скалли, мы словно поскальзываемся в луже, растекшейся по отсырелому полу рвоты и падем, уткнувшись в неё лицом. Мир вокруг Джоула, взрослый, чужой мир, кружится как цирковая карусель и он не может с неё сойти…

Бедный Эдвард Сансом, далекий и непонятный отец, должно быть сжал грустью читательские сердца. Но история с Пепе и Долорес, шальная пуля и сладкий Рандольф заставляют утереть слезы печали и с отвращением недоумевать. Тронутая Эллен, Седая Дама, похотливая карлица – страница за страницей мы мечемся среди этих персонажей в поисках выхода, но так же как и Джоул так и не находим его.
Джизус теперь на небесах, Зу навеки распрощалась с мечтой о снеге, а Маленький Свет бормоча навсегда скрылся из виду.
Словно света впереди больше нет.

«Другие голоса,другие комнаты»…
Дебютный роман Трумана Капоте. Всегда меня поражала эта особенность- умение так красиво писать. А Капоте именно этим и славится. Как же это прекрасно, многозначно и тепло. Эти описания домов,которые просто оживают перед тобой! Захватывает дыхание. Персонажи. Их стоит отметить отдельно. Главный герой — Джоул Хариссон Нокс, мальчик 13 лет пережил смерть матери. Джоул переезжает из Нового Орлеана к отцу, который бросил семью сразу после рождения сына. Прибыв в Скаллиз-Лендинг, Джоул обнаружил огромный, пришедший в упадок особняк посреди огромной плантации в сельской части штата Алабама. Здесь и берет начало эта увлекательная история. История из жизни людей, которые отличаются невероятной теплотой и прекрасными достойнейшими человеческими качествами.
С героями не хочется раставаться, о них хочется читать снова и снова.
Спасибо,Труман.