Ciglītis

Году в двухтысячном увидела фильм "Фламандская доска" конспиролого-мистико-интеллектуальный детектив. Скользящий по грани между вайнеровским "Визитом к Минотавру" и "Именем розы". Без помпы и резонанса на широком экране, когда бы не долгие добрые отношения с прокатом видеокассет, не спозналась с ним. Но такой уж складный да ладный, что немедля после просмотра (двух подряд, очень понравилось) кинулась по книжным магазинам искать роман, легший в основу. Любой Артуро Перес-Реверте. Любой и нашла, "Кожу для барабана". До сих пор не знаю, о чем эта книга. Качество перевода, несовместимое с жизнью, под сломанную ножку кресла теперь подложена, нашлось и ей полезное применение.

Пример не настолько вопиющий, но и не столь далекий от народа. Когда мир заговорил о Гарри Поттере, разумеется, купила сыну. Разумеется, с мыслью почитать самой. Когда твоя вершина в сверкающей снеговой шапке Нарния, глупо снобски шарахаться от сказочной повести, обещающей много хорошего, правда? Попыталась читать и... отложила. Да так не вернулась. Плох оказался перевод. Обидно, фильмы, вместе с подрастающими и взрослеющими детьми, посмотрела все. Они и книги перечитали на волне любви к мальчику волшебнику, я не смогла.

И был в моей жизни обратный пример. Питер Бигль в переводах Сергея Ильина. "Песнь трактирщика", "Архаические забавы", крохотная, но прекрасная "Лила-оборотень". Сначала не поняла, почему в библиотеке Мошкова работы этого переводчика выделены в отдельный подраздел. Пока не начала читать. После и вопросом не задавалась. Жила. как зомби, как в бреду, не обращая внимания на будто засыпанные песком от непривычного чтения с монитора глаза, пока не закончила первый роман. Чтобы тут же взяться за второй (убедившись предварительно - Сергею Ильину принадлежит). Кроме прочего, идиосинкразия к чтению небумажных книг тогда была преодолена. С тех пор спокойно читаю с монитора-телефона-электронной книги-планшета. По обстоятельствам. Главное ведь не декорации, главное - суть.

Нового романа Донны Тартт ждала. Очень. Тем более, что потрясающе талантливая и остроумная молодая женщина, книжные обзоры ее давно читаю в ЖЖ, упоминала о "Щегле" не то в конце позапрошлого, не то в начале прошлого года. О трепетной любви ее к Тартт догадывалась, ведомая безошибочным инстинктом, который вызывает в нас симпатию к любящим, что и мы. Досада, книга на английском, а куда уж мне на такое в оригинале замахиваться. Но жила с тех пор с тихой маленькой радостью: "вот ужо переведут" и с нешуточным опасением "только бы-только бы перевод был хорош".

Он гениальный. Хорош, как и не мечтала. Мгновенное, с первых страниц погружение в реальность книги. Вхождение без малейшего внутреннего сопротивления, даже без того чуть слышного щелчка, с каким нужная деталь встает на ей одной предназначенное место. Герой надевается на тебя, как перчатка на руку, для которой сшита, а его жизнь становится на время чтения твоей жизнью. Феномен погружения весом и осязаем на всех уровнях. Оглушенная ощущением жизни, затмевающей порой реальность, говорила о книге много и еще буду говорить. Это не влюбленность, любовь.

Но не было ни одной минуты за три недели чтения, когда крохотным кусочком подсознания не восхищалась безупречным языком перевода. Все лучшие книги о бесприютном одиноком сиротском детстве. Все взрослеющие без понимания, поддержки и руководства и желающие изменить этот мир к лучшему, да не знающие, как герои. Все без вины виноватые, оглушенные падающими неожиданно кирпичами. Он разный, язык книги, в нем все.

Мольба осиротевшего ребенка об отмене страшной правды: хорохорящийся подросток: выверты измененных алкоголем и наркотиками состояний сознания: отупевшего, блаженно-расслабленного,агрессивно-возбужденного; жесткость до жестокости к себе; диккенсовская напевность радости обретенного очага; душу рвущая любовь без взаимности, которая продолжает оставаться любовью год за годом. А еще описательная лексика, своя для каждого места, но конкретная до тактильности везде. Книжный шедевр, который есть теперь у русскоязычного читателя именно в этом исполнении - книжного шедевра.

Переводчик в очень большой степени соавтор. Земной поклон Анастасии Завозовой, подарившей роман нам всем. Ах да, талантливая и остроумная молодая женщина, любящая Тартт - она самая и есть. Дедуция, Ватсон. И немного Гугла.

Начну с того, что первые страницы мне дались нелегко: слишком затянуто, слишком скучно (ровно до взрыва). И я бы, возможно, даже не стала бы пробираться дальше, если бы...

Если бы не дальнейшее повествование. Взрыв, Тео в шоковом состоянии, умирающий Велти Блэквелл... И это так было написано, что сердце сжалось в комок. И если со мной такое происходит, значит автор, силой слова, может надавить на эмоции, на живое. А это очень много стоит, само по себе. В общем, книгу не отложила, чему очень рада.

Так о чем история? Такие, как выяснилось, называются "роман взросления". Так и есть, в книге рассказывается (от первого лица) о судьбе Тео. Сначала мальчика, лет 14 и дальше... Год за годом. Раскрыта вся его жизнь, все потаенные закоулки души, все скитания от судьбоносного взрыва в музее Нью Йорка, в котором гибнет его мать, а Велти (совсем незнакомый человек) отдаёт кольцо и... Картину.

(Картину, которая в данном случае, является олицетворением красоты и запредельной силы искусства. И это красной нитью проходит через весь роман.)

До скитаний Тео (уже молодого человека) по всей Америке и не только, выкупавшего поддельный антиквариат обратно.

А между этими событиями много боли, страха, вины, отчаяния. И... Любви, красоты, заботы, надёжности. Наркотического и алкогольного дурмана, сомнительных сделок и таких же людей.

И... Встречи с теми, кто помогал, кто не оставил в трудную минуту, и кто просто был рядом, в нужный момент.

Каждый человек оказал какое то свое влияние на героя, и благодаря этому он стал тем, кем стал. Все же я так думаю. Окружение влияет на человека, даже если в этом окружении он и был не долго.

Сам герой... Теодор Декер... Забавно, но на его фоне... Я как то даже больше наблюдала за другими: его отцом, Борисом, Хоби. За последнего переживала всю книгу. Потому как он... Джеймс Хобард - талантливый реставратор... Это настолько сильный персонаж... Друг, наставник. Олицетворение стабильности, защиты, силы и доброты. Всего, в чем мы порой так нуждаемся в этом неспокойном мире.

Вообще, персонажи тут яркие. Тео и Борис весьма противоречивые. Борис особенно...

Саморазрушительное поведение, криминальные наклонности, дурное влияние... И тем не менее, он совсем не кажется каким то замаранным, отрицательным, а наоборот.

Книга пропитана флером антикварных магазинов и мастерских, их приглущенным светом, их загадочностью. Старинные вещицы, произведения искусства, одним словом красивый мир тут тесно переплетается с дождливой промозглостью Нью Йорка. Обманчивостью и духотой Лас Вегаса, слякотностью Амстердама. И той, неприятной, стороной жизни, о которой многие даже не хотят думать: наркотики, алкоголь и... Ложь. Много много лжи. Черное и белое... И все никак не разложить по двум отдельным кучкам.

Сумбурно как то получилось... Но, что ж... А книга, меж тем, произвела на меня сильное впечатление.

‘’Щегол’’ был первым произведением Донны Тартт, с которым мне довелось познакомиться в конце 2023 года, и это был определенно успех для меня, как читателя, и очень хороший выбор, потому что после осталось приятное карамельно-соленое послевкусие, которое обязательно охота продлить очередным романом из под ее неординарного пера.

Начну, пожалуй, с небанальных сильных сторон романа, которые мне показались особенно увлекательными.

Во-первых, это тема антиквариата и искусства, но с непопулярной (не мейстримной) стороны. Донна смогла мастерски окунуть меня, как читателя, в весь этот мир старой, винтажной мебели, лака, запаха терпкой древесины и свежей краски. Моменты, которые Тео, главный герой, проводит в мастерской своего друга Хоби, пожалуй, будут моими самыми любимыми еще на долгие годы, ибо во время описания этого, до знакомства с романом мне неизвестного, мира мебели, фарфоровых чайников, и редких книг, казалось, что это не Тео повезло во всей этой каше повариться, а мне. Хочется еще отметить любовь, которая проскальзывала между строк, с которой Хоби, один из персонажей романа, относился к своему антикварному делу. Мое почтение, ибо воссоздание и пропись этой атмосферы и этих сцен заслуживает отдельной похвалы. Это было дико приятно читать, чувствовалось, будто бы лежишь на очень нежном зефирном облаке, и тебя обвалакивает интересная вселенная, сшитая полногстью из букв.

Во-вторых, особенно бросается в глаза психологическая и воспитательная сторона романа. Тео переживает довольно глубокую боль утраты одного из важнейших людей в его жизни, и Донна смогла невероятно остро передать всю ту потерянность и отчаяние, с которыми дети переносят скорбь. С одной стороны, это было дико интересно читать, погружаясь в мысли и переживания Тео, но с другой стороны, это было настолько реалистично, что читать дальше становилось уже больно и тяжело мне. В какие-то моменты описания его переживаний, меня просто триггернуло, и я на пару дней книгу просто не трогала. Так что да, имейте ввиду, что книга может давать еще и пощечины, причем совершенно неожиданные.

В-третьих, это концовка и развязка сюжета. В своем тикток обзоре я говорила, что ‘’Щегол’’ для меня навсегда останется книгой-фокусником, потому что она полностью оправдала фразу таксиста Тео, в которой говорилось, что успех любого хорошего фокуса заключается в том, чтобы отвлечь внимание зрителя от того места, где происходит сам фокус. И книга это делает. Развязка оказывается совершенно логичной и ожидаемой, когда уже после приступаешь к чтению ‘объяснений’, прилагающихся сразу после развязки некоторых сюжетныъ узлов. Однако Донна так умело манипулирует вниманием читателя, что ты просто не замечаешь, как и сам Тео, казалось бы совершенно очевидные пасхалки. И мне еще понравилось, что некоторые сцены, которые просиходили в начале развития сюжета, после развязки приобретают совершенно иной акцент и смысл. Это очень увлекательно читать и наблюдать.

В-четвертых, это пост-советский колорит в глазах Бориса. На страницах книги в какой-то момент появляется такой интересный персонаж Борис, который то тут, то там делает вбросы, немного утрированные, конечно, но знакомой культуры и менталитета пост-советских стран. Это было неожиданно, но лично для меня книга стало более уютной, потому что появилось то, что я понимаю лучше самой Донны. И возможно, что именно поэтому это еще и одновременно небольшой недостаток книги. Местами Борис вел себя ну уж очень стереотипно, но думаю, что не могу винить в этом Тартт, ведь все-таки она американка, и для американки она создала Бориса совершенно неплохо. Он мне понравился, я бы с ним повеселилась, но насчет долгой дружбы - еще не уверенна, потому что противоречие на противоречии. Хотя, наверное, именно этим он и интересен.

А теперь к моментам, которые нужно знать перед прочтением романа.

В первую очередь, это темп повествования. Он очень неспешный. Я бы даже сказала, что медленный. К некоторым сценом Донна приходит издалека, основательно прописывая окружающую среду, атмосферу, внутренние переживания, физические характеристики и воспитательно-философскую составляющую романа, а это занимает место и рятягивает скорость развития сюжета. Мне иногда становилось тяжеловато из-за этого непривычного темпа читать. Но это уже дело вкусовщины, конечно, но надо иметь ввиду, что темп повествования тут гораздо медленнее стандарного.

Следующее, что я хотела бы отметить, является следствием прошлой проблемы и это спокойное развитие сюжета. Тут нет неожиданных сюжетных поворотов, резких моментов, напряжения и острого слога. Это достаточнго спокойный роман, затрагивающий глубокие проблемы, а не остросюжетная литература. Даже неожиданная развязка по итогу оказывается совершенно ожидаемой и плавной, будт читатель более придирчивым и внимательным.

В целом, я получила огромное удовольствие, поэтому за исключением темпа, мне особо придраться не к чему. Скучно мне не было. Роман отличный.

Ну и где же здесь прикажите поставить запятую? То бишь, тоненькую золотую цепочку, такой незаметный вроде бы элемент повествования, который в итоге и есть то самое связующее звено. Что ж так держит эту маленькую птичку, нашу душу, на этой бренной Земле? Взлетает, крыльями машет, рвется вверх и.. возвращается назад, на крохотную медную жердочку.
Да... Задала нам всем задачу Донна Тартт своим романом! Я сначала думала, что мне мерещится и навязчивая мысль Гарри Поттере - лишь плод моей фантазии. Даже в Интернет полезла. оказалось - не я одна такая умная сиротка. У солидных критиков тот же глюк поттерианский приключился. Связь со знаменитым фэнтези Дж. Роулинг таки есть. И даже не просто связь, а своего рода спор. Ибо Донна Тартт написала, если так можно сказать анти Гарри Поттера. Просто взяла героя Роулинг за шиворот и швырнула его из уютного мира Хогвартса в наиреальнейшее наше сегодня, где вместо волшебного зелья - тяжелая наркота и алкоголь, вместо светлой всепобеждающей любви - тупое "занятие любовью", а Волан де Морт превратился во вполне реальных мошенников антиквариатом и бандитов с оружием. Что будешь делать, мальчик, который выжил? Бежать! Вся книга - нескончаемый бег. От смерти, от полиции, от бандитов, от любви, от самого себя. Золотая цепочка натягивается, но не рвется. И в конце концов оказывается, что это бег по кругу, от себя прошлого, к себе же будущему и обратно с погружением в алкогольно-наркотические волны.
Донна Тартт не только не идеализирует современную Америку. Она к ней беспощадна, как кожуру с апельсина сдирая показной лоск и мишуру. И за ними отнюдь не сочная сладкая мякоть, а нечто сморщенное, дряблое, издающее гнилостный запах. Общество больно. И единственно здоровым в нем остается маленькая картина с пушистой птичкой. Даже спрятанная под горы картона, бумаги, изоленты она остается ЖИВОЙ. Здесь уже явно проступает сакраментальное от нашего классика - "красота спасет мир". Что ж... Поживем - увидим. Пока прокатывает.
Почему я поставила 9? Излишне много описания наркотического дурмана, рвоты, крови, болезней и прочей грязи. И да, во многом роман депрессивен. На все повествования три персонажа, на которых отдыхает душа - Пиппа, собака Попчик и .. картина Фабрициуса "Щегол". Маловато будет!

Я уже представляю, как после публикации рецензии со мной перестанут здороваться знакомые. Люди в метро будут брезгливо отсаживаться. На улице на меня будут показывать пальцем и, прикрывая рот ладошкой, говорить друг другу: “Это же тот самый, которому “Щегол” не понравился? Ну дела! А выглядит прилично.”
С того самого момента, когда я начал интересоваться книгами чуть больше, чем просто чтением, с подозрительным постоянством тут и там всплывало имя Донны Тартт. Про “Щегла” ходит какое-то невозможное, я бы даже сказал подозрительное, количество хвалебных отзывов, куча номинаций и премий, скорая экранизация с именитыми актёрами - прямо-таки “фулл-хаус”, означающий либо то, что это просто очередная перехайпленная книженция с удачным пиаром, либо это и правда что-то действительно потрясающее. Как бы там ни было, мнение нужно составить самостоятельно.
Главная проблема книги кроется в её названии. Вы можете поверить аннотации, что “Щегол” - это “огромное эпическое полотно о силе искусства и о том, как оно — подчас совсем не так, как нам того хочется — способно перевернуть всю нашу жизнь” - и будете жестоко обмануты. Вас может заинтересовать фраза: “единственным утешением, которое, впрочем, чуть не приводит к его гибели, становится украденный им из музея шедевр голландского старого мастера”, но это наглая ложь. Всё это нужно лишь для завтравки. Да и про саму картину Тео, главный герой книги, вспоминает не так часто. Складывалось ощущение, что был какой-то специальный человек, который должен был периодически говорить: “Донна, дорогуша, ты вообще-то роман про картину пишешь”. “Точно!” - как бы опомнившись восклицает Донна Тартт и печатает что-то типа:

Готово, на несколько глав про картину можно забить и заняться куда более интересными вещами. Например, описанием того, как Тео скучно учиться.
На самом деле назвать книгу нужно было “Борис”. Да, название бы книгу не продало, однако целиком отразило бы всю её суть. Борис - молодой человек, украинский поляк, в своему юному возрасту успевший побывать во множестве стран и попробовать всё то, что даже взрослый человек попробовать не осмелится. Именно Борис переворачивает жизнь главного героя. Борис, а не “Щегол”, является одновременно и утешением, и угрозой для жизни Тео. Только с приходом этого самого Бориса в жизнь нашего героя и начинается хоть какая-то движуха. Да такая, что книгу хотелось закрыть с громким хлопком и никогда больше к ней не возвращаться. Это просто огромный блок о том, как малолетки курят, бухают, употребляют наркотики, нарываются на неприятности. День за днём, раз за разом. Зачем? Нууу, наверное чтобы показать силу искусства, книга же об этом, да? Потому как герои из этого никаких выводов не делают. Поучительного в этом ничего нет. Наоборот, это показывается чуть ли не с положительной стороны - малолетки с трудной жизнью смогли уйти от проблем с помощью наркоты и алкоголя. Что ж, сделаю работу за автора.
Употребление наркотических веществ и алкогольной продукции вредит вашему здоровью и может иметь неблагоприятные последствия. Пнятненько?
Но тут случается внезапный поворот. Герой вынужден уехать в другой город. Без Бориса. Наконец-то! Может хоть сейчас начнётся сюжет? Спустя половину книги-то. Возможно, нас ждё…
Щёлк!
Восемь лет спустя.
Тео успешен. Он зарабатывает деньги, обманывая людей. Тео обладает огромной силой воли - он практически избавился от наркотической зависимости. Употребляет всего-то через день. Ну, и когда угощают. А так он “держит себя в узде”.
А как же картина?

На пути у “единственному утешению” встала наволочка и лень. Наверное единственная вещь в книге, которую можно понять и прочувствовать.
В общем и целом начинается роман про молодого человека с типичными для такого возраста проблемами, отношениями с девушкам, рабочие моменты. На мой взгляд довольно интересная и бодрая часть книги, по сравнению с другими её частями.
Но всё хорошее когда-то заканчивается. В нашу жизнь и жизнь главного героя возвращается Борис! Скучали? Нет? Ну извините, сюжет нужно как-то двигать, а других рычагов видимо нет.
Ну и дальше следует череда странных событий, немного экшена, Тео максимально использует свою удачу, потому что ну хотя бы в конце книги нужно сделать какие-то выводы.
И я сделал вывод только один: люди сами себе роют яму. Но понимают это только тогда, когда уже без чьей-то помощи не выбраться. И в этот момент важно не попасться к тому, кто придет на помощь с экскаватором, чтобы яму поглубже сделать.
Но это мой вывод, а не Донны Тарт. Потому что в книге наступает максимально банальный хэппи-энд. Тео понимает, что поступал плохо и просто исправляет свои косяки. Конец.
Самому страшно от того, какую стену текста я накатал. Прошу прощения у тех, кто взялся это читать. Как вывод могу сказать так: безусловно, вся эта популярность вокруг книги повлияла на моё к ней отношение. С другой стороны, не будь вокруг неё столько хайпа, я бы либо не начал читать вообще, либо довольно быстро бросил. Я правда старался понять, почему эта книга так многим понравилась. И не смог. Но, как бы там ни было, это можно считать важным восьмисот страничным опытом. Я хотя бы теперь буду понимать о чём говорят люди. И как реагировать на фразы типа: “Эта книга очень похожа на “Щегла”” или “Очевидно, автор вдохновлялся творчеством Донны Тартт”. Стоило ли это того? Наверное да.

Я уже знакома с Донной Тартт по книге «Тайная история» и восторга она не вызвала. Поэтому очень долго откладывала книгу «Щегол», думала, что будет аналогичная ситуация.
«Щегол» стал книгой января, не потому что это было феерично, а потому что читала я ее три недели. Было немного затянуто, но все же интересно. Но ожидала я чего-то большего, не хватило эмоций.

История простого мальчишки Тео Декера, который в 13 лет чудом остался жив после взрыва. С этого момента его жизнь полностью перевернулась, он уже не помнит вкуса детства, потерял самого родного человека – маму. Чувство вины преследует его, от этого чувства не скрыться и не избавиться. На его пути встречаются такие же поломанные люди с израненными душами. Это помогает забыть про свою боль. Лучший друг Борис, прожженный и потрепанный жизнью, втягивает его в мир алкоголя и наркотиков.

Мир искусства мешается с грязью, мошенничеством. То, что должно нести красоту, становится разменной монетой. И лишь известная картина «Щегол» является лучиком света среди пыльных страниц и погрязших в серости людей.

Объемный, монументальный роман, который в перспективе может стать классическим.
Помимо основного сюжета, здесь затрагивается такой пласт тем, что так сходу и не скажешь, о чём же эта книга.

Мне кажется, она об одиночестве, возведённом в такой абсолют, что оно превращается в магнитное поле, вытесняющее собой всё сущее.

О вещах, которые связывают людей, живых и мертвых, времена и эпохи.

О любви невозможной и любви вынужденной.

О случайностях, которые меняют нашу жизнь, переворачивая её на 180 градусов (или всё-таки нет?).

О красоте и её значении в жизни.

О слабостях, уничтожающих нас, но помогающих жить дальше.

Об искусстве, его голос звучит день за днём, как неугомонная радиоволна, вопреки всему, и благодаря этому голосу, если только удается его услышать, мы оказываемся не одни в этом космосе.

Четыре года эта птица смотрела на меня с полки, я держала её в руках, перелистывала страницы, вдыхала их аромат, любовалась ей и ставила на место, то обходя стороной, то баюкая взглядом. Случалось ли так, что Вы влюблялись в книгу или композицию ещё до того, как прочли её или прослушали? У меня - да. Всё это время я словно срасталась с ней.

И вот, январская неделя, простуда, отключённый свет, озноб, сладковатым воском пахнущие свечи, холодный чай и она. Дальше можно уже не продолжать.

Эта история о неупорядоченном хаосе, который может ворваться в любую жизнь, избегая сложных математических вычислений в поисках субъекта, стабильный и тихий мир которого предполагается сбить ударной волной. Просто так происходит и всё, хоть ищи знаки, хоть нет. Есть несколько троп, какими можно пойти после подобных психологических катастроф (травмы - слишком легко сказано), одна из них - медленное сгорание, как огонь той же тлеющей свечи, задыхающийся в собственном горячечном оплыве.

Именно в этой боли рождается глубина, мечущаяся и такая же хаотичная, контуры которой не обрисовать карандашом, но имеющей один беспросветно чёрный цвет. Так и выходит, что читатель на протяжении всей книги либо тонет в кромешном мраке этой впадины души главного героя, либо плавает туда-сюда по поверхности, сбитый с толку, потому что не видит ничего и, прежде всего, берега. Не у всех книг есть берега, и это не хорошо и не плохо, это просто есть либо нет.

Ощущению постепенного погружения на дно с растущим давлением и периодическим конвульсионным встряхиванием способствует и язык автора, искусственно "состаренный", но повествующий о 21 веке, и потому ввергающий в восторженное недоумение от того, в какую форму автору удалось облечь содержание с разрывом в несколько столетий. В нём угадывается влияние не только Диккенса, но эти обсуждения имеют малый смысл, ибо речь идёт о самостоятельном и, на мой взгляд, монументальном произведении.

Более мне не хочется препарировать книгу на её элементы в виде героев, развития сюжета и прочего. В этом одиноком, изображённом на выжжено-белом фоне, с цепью, ведущей к жёрдочке и, всё же, несломленно живущем "Щегле", каждый под разным углом хотя бы на мгновение увидит себя.

Иногда у меня возникает вопрос о том, за что же присуждаются литературные премии. Мое мнение субъективно и на объективность я не претендую, но то что я читала из лауреатов Букера, Нобелевской премии и им подобных далеко не тянет на эти премии. Отсюда и возникает вопрос.

Роман Донны Тартт стал лауреатом Букеровской премии, отчего на книгу была куча хвалебных отзывов, что и подтолкнуло меня к покупке этой книги. Но к моему разочарованию, ничего я в этой книге не увидела, ни сюжета, ни идеи, ни чего-то такого за что можно было бы "зацепиться" читателю, а тем более, присудить столь престижную премию.

О сюжете даже говорить не хочу, все примитивно и банально. Биография, самая простейшая, но растянутая зачем-то аж на 800 с лишним страниц. Начало было интересным, но ближе к середине все просто скатилось к тому куда герой пошел, с кем переспал, что покурил... Да и откровенно не порадовало огромное количество мата в книге.

Концовка оборвана. Такое ощущение, что сама Тартт устала от собственной книги. "Щегол" неплох, но лично для меня чего-то не хватило. Быть может то, чего не хватило в этой книге я найду в Тайной истории или в Маленьком друге той же самой Донны Тартт - не знаю. Что называется, поживем - увидим.

В последние месяцы жизнь моя напоминает песню "Несчастного случая" про график. Но тут уж ничего не попишешь - лето, сезон на работе, много планов, нуждающихся в реализации, много желаний, ради которых приходится быть самой себе феей. А потому рецензии я стала писать рваные, короткие. Так, и не рецензии вовсе, а заметки на полях, для памяти. Да и книги все старалась выбирать покороче, чтобы хоть за неделю прочитывать. Донна Тартт внесла в мои планы некоторые поправки. Ее "Щегла" я начала читать 27 июня. Сегодня - 16 июля. И ведь 800 страниц - это не так и много. С одной стороны. Но вот плотность текста решает все.

Тартт не из тех авторов, которые берут сюжетом. Ее не посоветуешь почитать любителю детективов или экшина. Да и фанаты слезливых дамских романов тоже курят в сторонке. Динамичность сюжета сведена почти к минимуму, а те доли быстрого действия, которые в книге встречаются, все равно подаются нам через призму несколько заторможенного наркотиками восприятия рассказчика. Так что желания убивать, когда заставляют прерваться на самом интересном месте, не возникает.

Нам рассказывают историю Тео (да вообще-то он сам и рассказывает). Тео был довольно счастливым и небедным ребенком, в семье которого, конечно, были нелады между родителями, но яркая и самобытная мама полностью перекрывала своим вниманием даже побег отца. Все было чудесно, радужно, перспективно, пока Тео с мамой по совершенно дурацким причинам не оказался в музее, где какие-то радикалы подложили бомбу, и мама Тео погибла. А на самого мальчика нежданно-негаданно свалилась одна из самых ценных в мире картин небольшого размера, которую он в шоковом состоянии утащил с пожарища.

А дальше начинаются его метания, шатания, терзания, размышления. Он хочет вернуть картину, но не понимает, как это сделать. Он напуган, изломан, травмирован, переживает горечь утраты, первую серьезную влюбленность, ужас перед будущим. И тут на горизонте появляется беглый папаша, утаскивает Тео в свой призрачный наркоманский мир игрока, где сам Тео быстро привыкает к расслабленности, неадекватности, алкоголю, наркотикам.

Как ни странно, в дальнейшем жизнь Тео складывается довольно благоприятно, так как отец его через пару лет гибнет, и он оказывается в хорошем доме с чуткими и внимательными людьми. Но наркозависимость, посттравматический синдром, переживания из-за противозаконности хранения картины все же мешают ему вести нормальную жизнь.

Как-то так выглядит сюжет, если попытаться изложить его не вдаваясь в подробности. В общем, ничего примечательного, если бы не картина, которая и исправляет многое в жизни героя. Но об этом прочтете сами, если решитесь. Я же скажу пару слов о самом Теодоре. Почему-то он не вызвал у меня положительных эмоций. Мне не было его даже жалко. И меня все время коробило то, что, судя по описанию всех его поступков, человек он недалекий, но, благодаря чрезмерным литературным ухищрениям Донны Тартт, язык его (ведь именно от его имени ведется повествование) - это язык рафинированного интеллектуала с очень и очень хорошо работающими мозгами. Мне кажется, что как-то так, такими образами, мог бы мыслить другой персонаж книги - Хоби. Мне он показался гораздо более интересным. Хотелось бы, чтобы характер его был раскрыт больше, чтобы он получил больше внимания.

Наверное, этот диссонанс, да еще такая чрезмерная литературность, изысканность текста и заставили меня снизить оценку книге. Ведь из-за этого она кажется эдакой шуткой для своих, которые могут понять. Но, в отличие от того же Эко, Тартт даже не пытается сделать текст интересным кому-то, кроме посвященных в таинства литературных изысков, любителей вычурных метафор, знатоков культуры. Наоборот, она выпячивает эту "недлявсехность", тычет ею в глаза, бравирует. И это вызывает некоторое отторжение и даже нежелание вступать в клуб "Я не такой, как все, - я умнее". Хотя книга очень стоящая, красивая, богатая, насыщенная и грустная. И я безумно рада, что прочла ее.