Валсарб

История взросления девочки, которая недополучает любви от родителей, постоянно подвергается издевательствам одноклассников, растёт в своём маленьком мирке, потрясающе играет словами, что просто завораживает, мечтает стать писательницей и слышит голоса «бывших людей» - погибших в годы войны земляков. Всё это на фоне провинциального Валсарба - белорусского городка. Отмечу, что стиль романа меняется вместе с возрастом героини, очень хорошо написано, легко читается и погружает внутрь себя и своих проблем.

Чуть-чуть не удержалась от спойлеров, но не настолько, чтобы ставить отметку «спойлер».

«Валсарб» - с одной стороны, книга о безымянной девочке из белорусского города Валсарб (он есть на самом деле, о названии чуть позже), о ее детстве и взрослении, об окружающем мире, который для детей часто гораздо больше, чем для взрослых, о бедах и счастье (и у детей они не менее значимы, чем для взрослых их, пусть и иные, горести и радости); с другой стороны, это книга о прошлом, которое нельзя забывать, о войне, об убитых, оставшихся без имен. А если не делить «Валсарб» на части, то это книга о жизни и смерти, о движении вперед и о памяти, о смысле жизни и предназначении.

Размах авторской задумки поражает. В книге удивительно, мастерски соединены прошлое и настоящее (и даже немножко будущее, которое в настоящем видится не так, как когда оно приходит и становится новым настоящим). Мне очень понравился и сюжет, и история девочки, и ужасающие обрывки прошлого, вплетенные в ткань настоящего, и как далеко не всегда понимаешь, где прошлое, а где настоящее, что сон, что реальность, этакое лоскутное одеяло, вязь ассоциаций, связь времен, изнанка нашего мира (маленький белорусский городок с богатой историей, Чернобыль, зверские убийства евреев, сын известной поэтессы, погибший в войну, и мне очень-очень стыдно, что я не уловила этот намек).

И язык, о, язык - это отдельное, особое таинство этой книги, образный, красочный, невероятно красивый, показывающий мир с необычной, непривычной, удивительной точки зрения. Например, когда одновременно говорит сразу несколько человек, предложение удлиняется, растягивается, слова каждого перемешиваются, и как будто даже начинаешь слышать эту многоголосицу. Или вот взять игру девочки в слова. Любое слово можно прочитать в две стороны - и это уже будет не одно слово, а целых два (вот и разгадка города Валсарба), а то и больше, если исходное слово длинное и разбивается на несколько. Можно переставить местами буквы и получить новое, с новым, противоположным прежнему или дополняющим прежнее смыслом или бессмыслицу, но, возможно, и в последнем случае есть какой-то смысл.

Я пытаюсь повторить молитву, но польские слова несутся створоженными клочками по закоулочкам моего сознания и вылетают вон. На их место непрошено и без стука являются зеркальные, волшебные: в аду – удав, восторг – грот сов, завиток – кот и ваз, парк – крап, великая – я аки лев. От них клонит в сон, сон – нос, летаргия – я игра тел.
Прости меня. Янем итсорп. Я – нем. Я не М. «Прости» наоборот оседает пылью, превращается в мусор, чепуху, песок, консервные банки, лоскутья, иглы, перья, пух, прах: итсорп.
В слове «лето» спрятано тело в коротких сарафанах и шортах, c голыми коленками, струпьями на локтях и неправдоподобно темным загаром. В весне прячутся наши сны, в осени – сено, и только зима предлагает мази – хоть что-то полезное, зима надевает белый халат и играет в доктора.

Но есть одно но. Книга написана от лица девочки, и вроде бы, как ожидаешь, присутствует необычность, то наивность, то пугающая точность детского восприятия мира, временами выраженная иначе, чем сказал бы взрослый, а временами проступает настолько недетское выражение детского восприятия, что возникает когнитивный диссонанс. Поэтому четверка, а не пятерка. Так-то «Валсарб» стоит того, чтобы его прочитать, хотя бы попробовать, потому что поклонникам активного сюжета может не хватить движения, кого-то может отпугнуть язык, кого-то - не самые простые проблемы, поднимаемые автором, но не попробовать - точно упустить возможность полюбить новую хорошую книгу.