Кокон

Единственное природное явление, которое меня по-настоящему пугает - туман. Потому, что именно в нём ты не чувствуешь неукротимого буйства стихии, не осознаёшь внешнюю угрозу, но именно в тумане ты наиболее уязвим. Ты не можешь полагаться на привычные органы чувств: в тумане не видно, в тумане затихают звуки, в тумане искажаются запахи. Туман отрезает тебя вот всего внешнего мира разом, туман поглощает весь мир вокруг тебя, туман поглощает и тебя тоже. Он заползает внутрь тебя, в уши, ноздри, волосы, просачивается сквозь кожу. Туман создаёт ощущение всеобщей смерти, постапокалиптического одиночества выжившего. Всё, что остаётся тобой в тумане - твои внутренние чувства и переживания, твои мысли.

Вот, что пишет об этом Юэжань

И книга эта - тот самый кокон-туман.

Она вся соткана из поистине азиатского смирения перед неизбежным. Она наполнена угнетающей тяжестью бессмысленного поиска. Поиска любви, поиска корней, поиска объяснений, поиска себя, поиска виноватых, поиска оправданий.

Она - холодная мрачность действия. Беспричинность жестокости и отупляющая к ней чёрствость, искажённая в равнодушность, ещё меньше, чем в равнодушность - в осознание отсутствия существования других, в глухую пустоту. Осознание тщетности покаяния в том, что уже невозможно изменить. Ни в ситуации, ни в других, ни в самом себе. Констатация.

Она - сама жизнь. Случилось не "потому что" и не "из-за того что" и даже не "для чего-то". А просто - случилось. Когда-то восемь знаков одного определённым образом сошлись с восьмью знаками другого. Судьба. И вот теперь весь род первого накрепко связан с родом второго. Каждый потом так или иначе вплетает свою судьбу в этот общий узел. Узел прошлого, не отпускающий, опутывающий кокон. Проникающий во всё твоё существо -туман.

От современной китайской литературы на меня нередко веет какой-то неизбывной печалью, пронизывающей даже нейтральные по смыслу эпизоды. Что уж говорить о трагических, когда из семьи героини уходит отец, или драматических, когда герой утрамбовывает в снег живую собаку просто потому, что считает ее жизнь ничтожной. Читать такое всегда немного сродни мазохизму или, может быть, сублимации того отчаяния, которое сопровождает их жизнь и неизбежно вторгается в нашу. Сказать, что это очень хорошая книга, от которой можно получить удовольствие, будет попросту неверно и как-то даже неловко. Сказать, что она учит чему-то важному, без чего читатель не мог бы обойтись, тоже не имеет смысла, потому что ни о чем сверхсущностном в ней не говорится - в основном об избитых истинах, поданных под восточным соусом. Она рождает тоскливое экзистенциальное чувство заброшенности в нелюбимую и не любящую тебя жизнь, вмененности переживания определенных чувств и событий (герои этой книги говорят, что их взнуздывает судьба), из-за чего остается лишь покорно ждать следующего рождения, от которого тоже с большой вероятностью снова устанешь и отчаешься. Так что если кому-то в определенный момент жизни важно узнать, что кому-то сейчас хуже, чем ему, можно смело приниматься за эту книгу. А я, похоже, попала в нее случайно, поэтому она меня тяготила.

Читать эту историю было мучительно: и не то, чтобы хотелось бросить, скорее, наоборот - хотелось вчитаться до основания и, наконец, дочитаться до того момента, когда жизнь повернется к героям светлой стороной или они хотя бы выйдут из своего экзистенциального сумрака. Ждать приходится долго, а результат оказывается ничтожным и, к сожалению, неинтересным – какие-то диалоги обреченных.

Книга построена как разговор знакомых с детства мужчины и женщины (Чэн Гун и Ли Цзяци), делящихся своими воспоминаниями друг о друге, о родственниках, друзьях и о пережитых вместе и порознь событиях. Это рефлексии «о времени, о жизни, о себе», в которые время от времени вклиниваются истории других персонажей: от этого никакая жизнь не свободна - все мы рождаемся и умираем посреди чужих историй, тоже рассказываемых от первого лица, а здесь – через проекции героев. В ней есть не очень внятная детективная линия (дед героя, пострадавший в эпоху культурной революции, много лет лежит в коме от вбитого в голову гвоздя, а неизвестный негодяй остается неназванным и становится предметом догадок), слабые и вызывающие брезгливость любовные фрагменты (Чэн Гун и Шаша, Ли Цзяци и ее второкурсник – бр-р-р!), много грустных историй о детских травмах, небрежно нанесенных родителями и другими родственниками, занятыми своими собственными делами и чувствами, и очень-очень китайской ментальности, хотя и пытающейся смешиваться с европейским взглядом на мораль, любовь, свободу, справедливость. Демонстрирующие ее герои трех поколений по сути не очень отличаются друг от друга, хотя основная часть сюжета и погружена в 90-е, где стоило бы ждать перемен.

Текст этой книги – как ожесточенный прилив и равнодушный отлив: он то до краев наполняет читателя болью и состраданием, то иссушает до отчуждения и осознанного неприятия поведения героев. Все в ней уклончивы, амбивалентны и несчастны, с трудом открываются как друг другу, так и читателю, хотя и пытаются прорваться сквозь собственные «ветряные мельницы». Общий итог: чтение было нетипичное, нелегкое, неприятное, не вызвавшее во мне глубокого отклика, но по-своему занимательное, как блоковские «азиаты с раскосыми и жадными очами».

Китай умеет удивлять, и китайской литературы это касается в первую очередь. С книгами из Поднебесной я была знакома в основном по бессмертной классике: "Записки о поисках духов" Гань Бао (IV век), "Рассказы Ляо Чжая о чудесах" Пу Сунлина (примерно 1679 год), "Сон в красном тереме" Цао Сюэциня и Гао Э (1763-1791), но мимо некоторых современных произведений тоже не прошла. Понравились "Лягушки" нобелевского лауреата Мо Яня (2020), гораздо меньше понравился роман в жанре хоррор "Вирус" молодого писателя Цай Цзюня (2006) и фантастическая "Задача трёх тел" Лю Цысиня (2006). Могу сказать, что все эти книги объединяла некая аутентичность: схематичность повествования, сосредоточенность более на сюжете, нежели на психологических портретах персонажей, большие вкрапления китайской культуры. И я не была уверена, что эта аутентичность прям моё, но случился "Кокон", и мои представления о том, как и что пишут сейчас в Китае, полностью перевернулись.

У этого романа непростая история: он родился из рассказа, написанного отцом автора и так нигде и неопубликованного. Однажды, во времена печально известной "культурной революции", врача, жившего по соседству с отцом Чжан Юэжань, увели на митинг и там вогнали ему в голову гвоздь. Врач впал в состояние овоща и пробыл в нем много лет. Не слишком много событий на полноценную книгу, но Чжан Юэжань сплела из своего воображения потрясающее кружево, полное тайн, страданий, надежд и разрушенных иллюзий.

В центре повествования Чэн Гун и Ли Цзяци, бедный мальчик и богатая девочка, которым довелось несколько лет проучиться в одной школе. В детские годы они были друзьями, но судьба развела их. И вот встреча - спустя десятилетия. Она дежурит у кровати умирающего деда, он собирается начать новую жизнь с одним чемоданом. Вместе они вспоминают, как когда-то прогуливали уроки, прячась в палате 317, где лежал дед Чэн Гуна, тот самый человек с гвоздем в голове. Каждый из них посвятил свою жизнь прошлому. Ли Цзяци стремится разузнать как можно больше о некогда бросившем ее отце, Чэн Гун жаждет найти убийцу с гвоздем, виноватого в обнищании его семьи. Две трагические истории о недолюбленных детях переплетаются, расходятся в разные стороны, текут параллельно и переплетаются вновь. И всё это на фоне истории Китая второй половины XX века и начала века XXI. От войны с японцами, правления Мао и той самой "культурной революции" до китайского экономического чуда наших дней. Герои романа, главные и второстепенные, самые обычные люди, чья судьба напрямую зависит от судьбы их страны, но вместе с тем они эту страну строят и ее отражением являются.

Роман интересный, красивый, депрессивный. В какой-то мере, это истории любви, которым не суждено было иметь счастливый конец. И в самом деле, из всей книги в голову не приходит ни одной счастливой пары, такой, чтобы дом, дети, собака и белый штакетник. Все очень несчастливы, по-разному, как в русской классике, но почти с одинаково высоким градусом напряжения. И если в какой-то момент вам покажется, что у отдельного героя жизнь начинает налаживаться, забудьте. Всё будет плохо, в крайнем случае, неизбывно печально. Такое впечатление, что Чжан Юэжань намеренно не дает своим персонажам расслабиться, и на миг даруя то страстный роман, то блестящую карьеру, тут же стремится всё отобрать. Думаю, что кому-то это всеобщее несчастье может показать искусственным, надуманным, но когда читаешь книгу, то попадаешь под ее влияние и забываешь, что где-то есть мир смеющихся довольных людей. Вместе с Ли Цзяци и Чэн Гуном оказываешься в удушливом коконе тоски и безнадеги, выбраться из которого не получается ни у кого, тем паче у читателя.

Несмотря на то, что книга вызывает стойкое желание поесть мороженого и посмотреть все новогодние фильмы разом, от нее сложно оторваться. Благодаря изумительной нелинейности, автор постепенно раскрывает нам тайны прошлого, которое так гнетет всех действующих лиц, завесу за завесой, полог за пологом. В каком-то смысле, это детектив, но очень экзистенциальный, когда вопрос "кто убил?" гораздо менее важен, чем вопрос "как теперь жить дальше?" Ничего не напоминает? Извечные вопросы того же Достоевского?

Вообще, в книге довольно много России. Один из героев "челночит" в Москву, проводя в поезде недели и уже не замечая красот Байкала и Енисея, одна из героинь зачитывается "Анной Карениной". А вот китайской культуры значительно меньше, чем я ожидала, лишь названия традиционных блюд да имена эстрадных исполнителей. Что же до атмосферы книги, склонности героев к рефлексии, сосредоточенности автора на том, кто что почувствовал и подумал, а не на том, кто что сказал и сделал, то роман получился каким-то полу-японским - полу-европейским. Для меня это скорее плюс, но любителям азиатской экзотики здесь делать почти нечего.

И все же это своего рода попытка отказаться от условных матрешек и балалаек, от непременных чтений стихов при свете луны и мудрости даосских старцев, это и возможность для западного читателя увидеть, чем живет Китай сегодня.

Бросил читать книгу, не добравшись даже до середины.
Первые страниц 20 очень даже интригующе и многообещающе.
А потом началось болото, в котором я погружался всё глубже и дышать становилось всё тяжелее.
За всю свою жизнь, я не смог дочитать только 5 книг, к двум из которых, я еще обязательно вернусь, но "Кокон" та самая книга, к которой я не вернусь никогда и к автору тоже.
Поэтому больше и писать ничего не буду.
Лучше тратить время на что-то другое.
Даже просто сидеть и смотреть в потолок и то интереснее))

«Кокон» – главный кандидат на звание самой депрессивной книги ever: непередаваемая китайская тоска, лихие 1990е, эмбрион в нужнике, расчленёнка, сумасшествие, самоубийство, насилие над животными, комплекс Электры – это только малая часть того, что ждёт вас на страницах этого романа. Чжан Юэжань каждые несколько десятков страниц напоминает своему читателю, что если он ожидает доброе и вечное, то ошибся книгой. Но читатель-то не дурак, не поддаётся на авторские провокации, потому что понимает: это произведение создано вовсе не ради описаний мерзотных сцен и девиантного поведения.

Гвоздь программы тут, вообще-то, гвоздь! Примерно такой, как на фото – чуток ржавый и кривоватый. Его один второстепенный герой вбил в голову второму второстепенному герою, а тот возьми да не умри, а превратись в недвижимый овощ с загнивающим мозгом. От этого все остальные герои, вне зависимости от их второстепенности, тоже стали немного овощами (очень грустными овощами!), потому что распад и загнивание решили мозгом товарища с гвоздём не ограничиваться, и начали поглощать всё вокруг на много километров и десятилетий вперёд.

Я, честно, не знаю чем «Кокон» меня так зачаровал! То ли жутко правдоподобным описанием гнетущего и всепоглощающего одиночества, то ли мастерски сплетёнными в крупное полотно небольшими эпизодами из биографий героев, но, несмотря на то, что ожидала от книги совсем иного (мне казалось, что «Кокон» – нечто, типа «Не говори, что у нас ничего нет» Мадлен Тьен), после прочтения ни капли разочарования у меня не было. Даже могу сказать, что полтора года ожидания перевода романа на русский были не зря: эту книгу о людях, у которых нет шанса выбраться из своего кокона прекрасной бабочкой, действительно стоило ждать!

Действие происходит в маленьком городке, где живут бабушка и её внучка. Кажется, это будет милая сказка о детстве и летних каникулах, но очень скоро понимаешь, что за внешней лёгкостью скрывается настоящая трагедия — тихая, личная, всепоглощающая.

Меня больше всего поразило, как автор говорит о самом тяжелом — о потере, памяти и неизбежном уходе самых близких — через метафоры, образы и нежные детали. История здесь рассказывается не словами, а вкусами, запахами и тактильными ощущениями: ты почти чувствуешь на языке сладость персиков, гладишь шершавую кору дерева и ощущаешь летнюю жару.

Это одна из тех книг, от которых сжимается сердце и наворачиваются слезы, но читать ее запоем...

Это наверно первая книга, оценку которой я в течении дня меняла с 5 на 4.5 и обратно:-)

Вообще-то, я не люблю восточную прозу - она до меня не доходит. Вот все эти иносказания и восточная философия - абсолютно мимо. Я человек действия и не смогу долго сидеть на берегу реки, чтобы увидеть, как проплывёт труп моего врага :-).
Но с этой книгой всё вышло замечательно, мы с ней совпали.

"Кокон" это очень качественная китайская литература. Масштабный и многоплановый роман. Такую картину страны я в последний раз получила, слушая Неаполитанский квартет Элены Ферранте. Вскорости у меня была поездка в Италию и мне в самом деле хотелось кидаться итальянцам на грудь с криками "Вы ж мои родные!". А ещё хотелось поговорить с ними о книге.

Так и в этой саге действие происходит на фоне Китайской истории, от культурной революции до наших дней. Здесь даже будет упомянуто падение советской империи

Нельзя определённо сказать, о чём эта книга. Об одиноких людях? О тоске по родительской любви? О том, что из несчастного ребёнка вырастают несчастные взрослые?
Или о невозможности быть счастливым, если для вас это неосязаемое понятие?

Или о том, что Богу нет до нас дела?

Или о том, что сил бабочки не хватило, чтобы раскрыть кокон и выпорхнуть из него в мир...

Я 2 дня неотрываясь слушала эту книгу и осталась под очень большим впечатлением. Погружение было полнейшим, герои такие настоящие, что казалось протяни руку и сможешь до них дотронуться.
Отличный роман!

Перевод выше всяких похвал и переводчик, Алина Перлова, уже вошла в длинный список номинации «Иностранная литература» премии «Ясная Поляна» 2021.

Григорий Перель и Ольга Шорохова, озвучившие эту книгу, великолепны!
"Вимбо" МОЛОДЦЫ!

Я слишком много слышала восторженных отзывов об этой книге, долгое время хотела её купить и прочитать, но мне даже в голову не приходило, что она может мне совершенно не откликнуться. "Читательской магии" с первых страничек в этом случае не случилось - влюбиться в историю, рассказанную Чжан Юэжань, я не смогла, а проживать книжную жизнь с персонажами мне абсолютно не хотелось. Чтение превратилось для меня в пытку, что очень меня огорчило, ведь я ждала совершенно другой реакции на прочитанное. Возможно, этот роман попал ко мне не в тот момент или не под то настроение, тем более, предыдущая прочитанная книга оставила после себя очень сильные впечатления, которые мне хотелось осмыслить и обдумать, настолько она меня взбудоражила. Хотя, не исключаю и другой вероятности - азиатская литература очень уж специфична и не всегда бывает "созвучна" с читателем. Из многих авторов, которых я пробовала читать, "подружиться" удалось с единицами.

Приступив к чтению "Кокона" я сначала порадовалась и стилистике рассказчика, и описаниям, но потом меня манера повествования вогнала в уныние. Сложилось ощущение, что рассказ ведется максимально монотонно и отстраненно, без лишних эмоций, которые помогли бы прочувствовать историю, без каких-либо оттенков, всё было в нейтральных серых тонах.

С персонажами знакомство тоже получилось не совсем такое, на которое я рассчитывала. С первых страниц я не могла избавиться от ощущения, что главные герои меня раздражают и отталкивают своими действиями и своими мыслями в бесконечно слезливых монологах. Скажем так, в большей степени они были мне совершенно противны и омерзительны. И, пожалуй, когда книга вызывает такие эмоции, а не равнодушие, можно говорить о том, что написана она хорошо. Но, для меня важно не только литературное качество, но и ассоциация себя с персонажами, атмосфера и эмоции. И, даже если в какой-либо книге творится полная жесть и всё совсем плохо, ты всё равно стараешься найти какой-то проблеск света, за который тебе захочется зацепиться и выбраться из гнетущего сумрака, найти повод для оптимизма. Однако в случае с этим романом, этого проблеска света или надежды просто не было, или я его не разглядела или не там искала. Всё, что я в эмоциональном плане испытала во время чтения, было с огромным знаком "минус" - персонажи, к которым я не смогла проникнуться, не смотря на все их непростые судьбы, детские травмы, самокопания и внутренние душевные переживания, периодически подпитываемые алкогольными напитками и случайными связями. Глядя на них мне в голову пришла мысль о том, что очень удобно списывать всё на тяжелое детство, на тёмные делишки предков, на сложное время. Списал - и можно смело отправляться деградировать, жалеть себя и творить всякую дичь, ведь во всём виноват не ты сам, а обстоятельства. И, вместо того чтобы наконец-то повзрослеть, принять ответственности за свою жизнь и за своё будущее, эти два персонажа прикрываются отговорками и не хотят покидать свой "уютный" прогнивший насквозь кокон. Ли и Чэн одели на себя личину вечной жертвы обстоятельств или давнего прошлого. Они превратились в заложников бед и воспоминаний, тянущихся из далеко прошлого.

На протяжении всего романа я погружалась в прошлое главных героев, следила событиями, происходящими вокруг них самих или их близких. Я замечала переломные моменты, которые могли бы изменить их жизни, но для этого нужно было желание что-либо поменять, а я его не увидела. Вот честно, каждый получает то, за что борется. Кто-то вьет вокруг себя уютный кокон, спасающий от бед и дарящий тепло, а кто-то плетет вокруг себя липкую цепкую паутину, которая высасывает всю жизнь и бесконечно истязает. И мне кажется, что Ли и Чэн попали именно в такую цепкую липкую паутину, которая и стала для них привычным коконом, выбраться из которого они так и не смогли. Они «варились» в нём и подвергались медленному распаду.

Единственное, что мне понравилось в книге, так это проблематика, которую поднимает автор. Бесспорно, темы это важные и сложные - семья и взаимоотношения в ней, нехватка родительской любви и стремление компенсировать её во взрослом возрасте, разочарование в близких людях и влияние окружающей действительности на становление личности. Зачастую, всё, что мы видим и чувствуем в детстве, записывается где-то на подкорке нашего подсознания и влияет на нашу жизнь, даже спустя много лет. Увы, для многих все эти воспоминания превращаются в незаживающую рану, принося лишь боль, страдания и чувство вины, от которого хочется убежать, но убежать от самого себя всё равно невозможно. За вот это огромный плюс. Но подача всего этого мне не понравилась совершенно. Для меня она оказалась невыносимо тягучей и депрессивной историей морального разложения и падения, словно в одном произведении скрестили Толстого, Достоевского, Санаева и Рю Мураками с его чудовищным натурализмом и телесностью.

Признаюсь, в книге мне не хватило не только эмоций и красок в рассказе, запоминающихся антагонистов главных героев, но и атмосферы самого Китая. Показалось, что если немного изменить текст, то представить перед своими глазами можно картинку из наших российских 90-х годов или любой другой страны, находящейся на перепутье. Атмосферы не хватало, зато с бесконечными рефлексиями был полный "порядок", причем в каждой строчке монологов персонажей чувствовалась бесконечная жалость к себе, плаксивость и беспросветность. Я очень быстро устала от этого настроения, мне хотелось хоть немного надежды и света в этом липком и душном коконе из тумана, серости и уныния.

Что еще меня огорчило, так это перевод в некоторых фрагментах. Я прекрасно понимаю, что китайский язык очень сложен и хороших переводчиков с него, тем более со знанием красивого литературного языка, найти крайне сложно, но, это не оправдывает того, что в отдельные моменты чтение превращается в пытку и вызывает раздражение у читателя. Так, например, меня чуть с ума не свело бесконечное повторение в отдельных фрагментах имени персонажей буквально через 1-2 строчки, по 10 раз в одном абзаце. Как рассказали мне люди, читающие китайских авторов в правильном переводе, то даже с переводом имени может быть все не так просто, и в упрощенном переводе все эти нюансы могут быть потеряны и превращены вот в эти вот бесконечные повторы.

В общем, с книгой мы не сошлась характерами, но я не могу сказать, что «Кокон» безнадежно плох. Роман способен вызвать эмоции, способен заставить подумать над извечными проблемами, в нём есть и психология, и чуток истории, правда она идёт совсем уж фоном. Но, написан он в очень специфическом стиле, поэтому "подружиться" с ним будет трудно и не каждому читателю это удастся. Мне он совершенно не зашел, не вызвал того душевного отклика, на который я рассчитывала. Но, это не значит, что он не найдет своего читателя - читателя, который сможет проникнуться к нему всей душой и всем сердцем.

Собственно, весь роман - это ответ на вопрос, заданный в цитате, которую я привела. На протяжении почти шестисот страниц герои упрямо его ищут, но найти так и не смогут. Не потому, что они плохие, а потому ни один человек в мире этого ответа не знает. Любовь может выражаться по-разному: плохо пропеченными печенькми и пряниками в пластиковом пакете, прической, сделанной лишившейся разума старухой, маленькими сережками с фальшивым жемчугом или.. гвоздем, вбитым в голову.
Этот гвоздь - вторая сторона романа. С одной стороны из-за полученной жуткой травмы человек впал в вегетативное состояние, но с другой именно он - самый счастливый персонаж. Ибо все страдания, метания, взросления и прочая суета-сует нашей жизни проходят мимо старика из 317 палаты. И может быть поэтому на его лице сквозит легкая усмешка, а лицом он напоминает младенца.
"Кокон" - не только о взрослении девочек и мальчиков. Он о взрослении самого Китая, как страны. От бешеных хунвейбинов конца 60-х, к челнокам 90-х, везущих в холодную, тяжко больную Россию отвратительный ширпотреб, к медленно поднимающемуся мощному бизнесу второй экономики мира. Усеян ли этот путь розами и лилиями? Отнюдь. Ржавый гвоздей уже, слава Богу, нет, но сюрпризов хватает. Наверное, возникает закономерный вопрос о названии. Почему "Кокон" и что это вообще такое? Здесь толкование может быть самым широким. С одной стороны - это прошлое, которое живет у каждого человека внутри, память, где он хранит самое сокровенное. с другой - кокон то, во что можно завернуться, спрятаться от всего и всех. В любом случае это нечто глубоко личное, о чем можно рассказать только самому близкому.
Кокон можно толковать и как детство, где формируется будущая личность. Что вылетит в конечном итоге - прекрасная бабочка или нечто совершенно невообразимое и несуразное - предугадать невозможно.
Не смотря на свою очень китайскую атмосферность, роман все же в определенной мере глобален. Ибо те проблемы, которыми мучаются его герои, в той или иной степени присущи абсолютно всем подросткам, в любой точке Земного шара.
Почему я снизила оценку? Мне не хватило динамики. Растянутое во времени действие местами неоправданно провисает, и страдания по равнодушному папе или созерцание вегетативного дедушки к середине книги несколько поднадоедают.
Читать- не читать? На любителя романов в монологах.

Не знаю, в чем причина, но запланированного восторга от этого романа я не получила. Наверное, немного не хватило разнообразия тональности - слишком уж на одной ноте несчастья и нелюбви написана эта книга. Да, оба героя заплели вокруг себя защитные коконы, которые позволяют им практически не соприкасаться с болезненной реальностью, но их жизнь в этих коконах не стала ни теплей, ни уютнее, ни интереснее... Конечно, детские травмы и нелюбовь родителей не могут пройти для взрослого бесследно, но когда вся его жизнь не выходит за пределы переживания собственного былого несчастья, это перестает быть поводом для сочувствия, это становится основанием для сожаления о бесцельно прожитой жизни.
Особенно показательна в этой связи судьба Чэн Гуна, который даже после формального освобождения от гнета бабки, не сумел вырваться на свободу, так и остался связанным с ненужной ему женщиной (вот тут, кстати, отлично прописано, как безусловное подчинение порабощает не хуже тиранической властности), с единственным близким человеком - такой же несчастной, как он, теткой. Вообще, вот эта линия задела меня намного больше. Ужасно, и вместе с тем вполне реалистично показано, как испытывающий постоянное давление и психологической насилие мальчик сам постепенно становится насильником, и как, став им, попадает в зависимость от своей жертвы. Причем, что удивительно, там ведь даже не было реального шантажа (хотя я его подспудно ждала), было удушающее, как у повилики, оплетение каждого шага, давление под личиной заботы. Как-то на меня образ этого ежедневного подношения печенья или пряников угнетающе подействовал, прямо запах подгоревшего печенья ощутила при чтении...
Впрочем, и судьба девушки, Ли Цзяци, так и живущей в вечной погоне за одобрением отца (половину её жизни уже сошедшего в могилу), заполняющей свою жизнь пьянством и размышлением о собственной никчемности, дает возможность задуматься о том, что когда мы ищем опору своей жизни где-то вовне, она точно, перестает быть яркой и полной. Ведь по сути эти выросшие мальчик и девочка, так и не взяли в свои руки ответственность за собственную судьбу, так и не сумели превратиться в бабочек, оставшись в коконе, где им совершенно точно плохо, но как-то привычно и понятно. И ведь у Ли Цзяци был неплохой шанс - рядом оказался человек, который хотел ей помочь, поддержать... Но, похоже, её внутреннему червячку из кокона уже было не вырваться, и даже встреча с другом детства вряд ли поможет, мне кажется.
В общем, как роман о психологических травмах детства, превращающихся в пустую жизнь взрослых - это было неплохо, а вот трагической истории Китая ХХ века, ради которой я и принялась читать эту книгу, здесь крайне мало, едва пунктиром намечено. Для первой встречи, возможно, и неплохо, но для полноценного погружения - явно недостаточно.