Цирцея

Возможно, кому-то эта история будет интересна. Но не мне. Мне было скучно. Конечно, есть в ней свое очарование, но мне все равно чего-то не хватило. Не спорю, мифы соединены между собой очень хорошо. Складывается впечатление, что читатель знакомится с некоторой историей жизни, биографией. Но развитие сюжета было очень медленным, что ужасно раздражало. Возможно, это у меня настроение не совсем то для этой книги, и при других обстоятельствах она бы мне зашла. Но на данный момент - увы! Лучше почитаю сами мифы.

С самого детства я была фанатом греческой и римской мифологии, до сих пор помню основные истории, кто кому кем приходится, кто кого любил) Даже подписывалась имеем Клио, как муза истории.

Поэтому я с головой окунулась когда-то в "Песнь Ахилла" и осталась в восторге, и так же сейчас в историю Цирцеи.

Мне безумно понравилась книга! От первой до последней строки я купалась на волнах сюжета и не хотела торопить чтение, хотелось смаковать.

Как глубоко описан миф, как вкусно!
На задворках памяти были знания, что Цирцея - это одинокая колдунья, затворница острова, да и всё, пожалуй. Ну, Одиссей к ней проездом заплывал погостить, тут уже даже скорее спасибо фильму с Росселини)

В книге же она для меня раскрылась! Это очень яркий и глубокий персонаж с развитием личности, характера. Персонаж, который ошибается, набивает шишки, любит, ненавидит и боится. Мне она откликалась на протяжении всей книги. Я разделяла её любовную линию, материнскую, узнавала в ней саму себя.

И прекрасно провела время с книгой)
А концовка и вовсе на 5 баллов! Лучшей бы я и желать не могла)

Во время прочтения, я последовательно прошел через три стадии отношения к этому произведению.

1. Одобрение.
Романы созданные на основе исторических событий или мифов — это хорошо! "Прокляты короли", "Петр первый", "1893" и прочие позволяют более основательно погрузится в исторический контекст. Польза от подобного погружения значительно перевешивает тот факт, что литературно обработанное историческое событие непременно будет приукрашено, искажено и так или иначе попорчено. Если учесть, что греческие мифы достаточно плотные, сухие и сюжетно перепутаны — и я до сих пор путаюсь в родословных большинства персонажей, то с нетерпением сел за прочтение этой книги.

2. Настороженность.
Первая треть мне скорее понравилась и была достаточно полезна. Но некоторые моменты стали настораживать. Например, то что автор не достаточно хорошо изучил предметную область и порой путался на ровном месте. Например, история с Медеей и Аргонавтами не могла быть позже истории с убийством минотавра. Также стало появляться ощущение, что уровень авторской интерпретации стал выходить из берегов. Уж слишком много автор коверкает в угоду своей повесточки. Я, конечно, не знаток античной религии, но мне казалось, что одно из ее свойств заключается в том, что практически все ее персонажи неоднозначны, ты никогда не можешь сказать, кто плохой, а кто хороший. Но есть несколько персонажей, которые воплощают зло и в этом они однозначны — и это как раз Медея, Цирцея, Тантал и еще некоторые чудовища. Автор же все ставит с ног на голову и меняет местами.

3. Отвращение
Но окончательно меня порвало, в момент, когда автор Одиссея превращает в "цисгендерную маскулинную мразь", а его сына Телемаха в какую-то либеральную снежинку полную сомнений, противоречий, раскаяний и смиренного бунта.
Я полез почитать поподробнее про эту Мадлен Миллер. И вот мне хочется спросить у этой молодой, симпатичной, улыбающейся девушки — кто ты такая, чтобы марать великие произведения, которое читают уже почти 3000 лет, и которые будут читать еще 3000 лет, которые обсуждают годами, по которым пишут диссертации, которые меняет жизнь людей, которые породили целые литературные жанры?
Если не можешь ты создать свой мир, который будет интересен и продуман, то это можно понять! Но вот только не надо марать шедевры в попытке выехать за их счет. Ты своими грязными руками напустила вшей в прекрасные произведения и тем самым испортила их для огромного количества людей. Теперь некоторая часть читателей просто не смогу понять Одиссеи и Илиады — того состояния, которое переживает Одиссей, когда первый раз слышит песню сложенную про себя, не поймут почему Ахиллес выбрал смерть и почему Аякс кинулся на меч.

Вот после таких книг, в голову как червяки начинают лезть мысли — быть может цензура, не такая уж и плохая вещь.

Было как-то ностальгично, что ли, погрузиться в чтение этой книги. Тут же всплыли в памяти давние вечера за чтением мифов древней Греции, которые в своё время подростком любил читать-перечитывать.

Автор лихо переплела разные мифические истории про Цирцею. Перессказ мифов слился в достаточно складный сюжет. Некоторые мифические истории упоминаются в книге лишь вскользь, в других Цирцее отводится центральное место. Повествование ведётся от лица Цирцеи.

Додуманные автором сюжетные моменты и характеристики персонажей всё же раздражали субъективностью. Необходимость воспринимать героев мифов древней Греции через призму восприятия и понимания автором утомляли, так как достаточно часто не совпадали с моим отношением к персонажам и моей, вернее, классической трактовкой событий мифов.

Читается легко, так как написана простым языком, но довольно скучно, и радость от встречи с знакомыми персонажами достаточно быстро поутихла.

Обычно перепевки античных сюжетов меня не слишком привлекают, уж больно блеклыми они выглядят на фоне оригинала. Но после прочтения «Песни Ахилла» я решила не упустить новую книгу американки Мадлен Миллер, ведь ей удается то, что подвластно не многим: пересказывать, казалось бы, всем известный сюжет, описывать ставших архетипическими персонажей, и при этом ни на секунду не отпускать внимание читателя и бередить его сердечко.

На этот раз в центре повествования дочь Гелиоса колдунья Цирцея, про которую Гомер рассказал нам довольно скупо: ну сидела там на своем острове, мужиков в свиней превращала, очистила аргонавтов да в Одиссея влюбилась, ничего особенного. Но именно такие персонажи у сценического задника Мадлен Миллер интересны, она выводит их в свет софитов, придает им объема и значимости.

При этом мимо изгнанницы Цирцеи проплывает целая вереница легендарных событий: и на суде Прометея она присутствовала, и на родах Пасифаи, разрешившейся Минотавром, с Дедалом роман закрутила, с Пенелопой подружилась, а с Афиной поругалась, обратила Главка в бога, а Сциллу в чудище. Да и свинские метаморфозы не от дурного характера: одинокая женщина, на остров которой частенько забредают моряки, умеет определить, кто в Эросе человек, а кто поросячий хвостик.

Конечно желание пропустить столько историй через одного персонажа и один маленький остров несколько расшатывают целостность книги, но зато позволяют с удовольствием вспомнить знакомые с детства сюжеты.

После «Песни Ахилла» очень-очень ждала «Цирцею» Миллер. Не сравнивать невозможно. Наверное, «Песнь» более идеальная, гладкая, выверенная. А Цирцея более близкая, современная, даром, что богиня. Колдунья, самая неказистая дочь Гелиоса, самая непокорная и любопытная его дочь, не интересующаяся славой и почестями, отвоевывающая право быть собой, превращающая насильников в свиней, зазнавшуюся нимфу в чудовище, честолюбивого рыбака в божка.
Главу, где Цирцея, восстав против Афины, растит гиперактивного тоддлера Телегона, рожденного от Одиссея, можно цитировать в любой современной книжке про воспитание.
«Тысячу лет я прожила, но детство Телегона, кажется, длилось гораздо дольше. Я молилась, чтоб он поскорее заговорил, а потом пожалела об этом: теперь буйство его обрело голос. Нет, нет, нет, кричал он, вырываясь из моих рук. Однако уже через мгновение забирался ко мне на колени и орал “мама!”, пока у меня не начинало звенеть в ушах. Я здесь, говорила я, здесь. Но нет, нужно было приблизиться еще. Я могла провести с ним весь день, играть во что он захочет, но стоило на минутку отвлечься, как он начинал хвататься за меня, вопить и злиться. И тогда мне хотелось, чтобы вернулись нимфы, чтобы хоть кого-то можно было схватить за руку и спросить: да что с ним такое?»
Короче, кто так же, как и я, падок на древнегреческие мифы, скорее читайте :)