Все, способные дышать дыхание

Уподоблюсь - ка я рыбаку, который закидывает сеть в воды литературного моря.

Но первым моим уловом будет не книга, а старый радиоприемник. Такой был раньше почти во всех домах, и крутили на нём один канал - "Радио России". На нём-то и вела Горалик передачу о книгах. Если мне не изменяет память, то после этого сразу шла передача об альтернативной музыке, которая представляла собой набор скрипов, отрывистого, необычного и иногда волшебного. Это отразилось на моём впечатлении от книги, которое испортила большое количество бранных слов.

Вторым моим уловом будет книга Терри Пратчетта "Движущиеся картинки". Там тоже есть место, где говориться о внезапно заговоривших животных. Говориться о том, что жил себе, знал буквально два- три слова, и тут раз - ты заговорил, и слов нужно больше и больше.

В книге Горалика говорят и домашние животные, и дикие. Есть главы, где, как в пьесах, животные говорят по ролям. К таким главам относится и та, где мать крольчиха съела своего детёныша, потому что "хотела водички". Т.е. язык животным дан, а гуманность - нет. А из изображенных сцен о жизни животных мне больше всего понравился дележ хамона котами. Коты в этом случает оказались очень правильными, буйными и дерзкими.

Третий улов - книга Владимира Данихнова "Братья наши меньшие". В книге Горалик мясная пища заменена сублимясом. Но есть момент, где коза и лошадь беседуют о том, как их могли бы съесть - о том, из какой части тела какой кусок получится, и будет ли больно, если животных убьют. Мне кажется, что книга Горалик могла бы быть одной из предысторий книги Данихнова.

С одной стороны, постройка лагерей для нуждающихся в помощи людей и животных, выделение им пайков, позволяет думать, что, может быть, у нового мира после асона есть шанс перемениться и стать лучше. С другой стороны можно предположить, что мир будет деградировать, и все в конце концов друг друга съедят или просто перебьют. А выживших поглотят бури или добьет радужная болезнь.

Четвёртый улов - словарь иностранных слов. Одно дело, когда ты сидишь, смотришь толковый словарь, выискивая незнакомые слова в книге Бруно Шульца "Санатория под клепсидрой", в этом случае ты обогащаешь словарный запас. Это любо. Другое дело - читать матюгальные выражения на иностранном языке в сносках под текстом. Мне не нравиться, что автор буквально впихивает их в читателя.

Даже к "Декамерону" Бокаччо есть пояснение, почему действующие лица говорят именно так, а не иначе. А почему так заговорили звери? Понятно, что литературный язык им не доступен. Но почему именно мат? Почему не простые слова, хотя бы по началу? Или даже отдельные буквы. А как они понимают смысл сказанного? То, что слова для говорящих животных - это не просто набор бессмысленных звуков, понятно из текста.

Пятый улов - книга Стивена Кинга "Противостояние". Сказано, что электричество дается по расписанию и сила тока такова, что можно включить только один предмет. Как в таком случае, герои умудряются одновременно сварить суп на электрической плитке, запастись водой, зарядить гаджеты? Если бы все это работало одновременно, тогда бы в книге Горалик, как и в книге Кинга, случилась перегрузка электросети. Про воду вообще вопрос особый. Судя по всему, герои книги запасают воды ваннами, т.к. умудряются хоть как-то следить за собой, чистить зубы, готовить супы.

И шестой улов (последний) - калейдоскоп. Когда читаешь, не сразу понимаешь, кто есть кто. У действующего лица может внезапно обнаружиться клюв или копыто, хотя ты думал, что это человек. И иногда может обнаружиться достойный человека поступок, хотя совершал его вовсе не человек, а животное.

Допускаю, что я что-то упустила. Может быть, человек, который прочитает эту книгу, что-то подкинет в мое ведерко для улова?

В своем бесконечном и неутомимом потоке поглощения информации, особенно аудиокниг, я добрался до романа Линор Горалик «Все способные дышать дыханием». И по началу я подумал что он представляет из себя нечто вроде постмодернистских романов Сорокина, которые играют с абсурдной телесностью, эсхатологической паранойей и всякими прочими интенциями висящими на грани нормы.

Но постепенно вчитываясь (ну в моем случае вслушиваясь) в роман Горалик, я понял что он работает совсем по другому. Он по своему настроению больше уходит в метамодерн, еще толком никем не признанный. Произведение авторки по тону звучит очень честно и очень эмоционально, и в этом смысле больше пожалуй похож на «Бесконечную Шутку» Дэвида Фостера Уоллеса, где помимо дефрагментированной картинки, иронии и игры со стилями есть настоящий нерв и подлинная боль.

А боли, нервов и злости в романе Горалик предостаточно! Зачастую это будто бы звучит как некий эпатаж, но по факту он таким не является. Это скорее Фолкнеровский прием. Когда автор не рассказывает тебе о том как устроен мир и не ведет какой-то линейный последовательный нарратив, а показывает тебе набор интерпретаций существующей действительности. И вот тут уж ты сам решай как это понимать, и что ты такое сейчас вообще прочитал. То есть мир в его постмодернистской традиции становиться максимально дефрагментированным нет основного повествования. Есть только витражное окно образов состоящее из маленьких разноцветных осколков, которые вместе создают уникальный узор произведения, и в этом и заключена красота романа Горалик. Тем более что если у Фолкнера все персонажи люди, то в этом романе ты порой вообще не понимаешь чей монолог ты сейчас слушаешь, то ли это енот, то ли кот, то ли слон, то ли человек. Cтиллистически это все сделано великолепно, на мой взгляд.

Но помимо формы, которая здесь явно по Маклюэну является посланием, есть еще и метауровень истории. Он формирует своего рода «Ветхий Завет» мира романа, такой библейский нарратив через призму многообразия страданий, на фоне какой-то неясной катастрофы. Своего рода великого потопа или ядерной войны, которая превратила мир романа в это пространство, где все виды жизни, как на большом ковчеге, должны друг с другом прийти в состояние баланса что бы продолжить свое существование.

Не знаю могу ли я от чистого сердца порекомендовать эту книгу. На мой персональный вкус это тот вид романа, который скорее всего останется не понятым и не очень востребованным, потому что многие сочтут его просто беcструктурным бредом. Как и подавляющая часть современной большая литературы, которая скорее всего со временем станет классикой, лет эдак через 30. Это не книга, а способ смотреть на мир после катастрофы.

Книга вызвала во мне неоднозначные чувства, и я так и не знаю, как к ней относится, поэтому поставила оценку ровно посередине. Читала ради книжного клуба, по доброй воли не осилила бы и ста страниц. Мне не понравился стиль автора, мне совершенно не близка такая форма литературы. Но и назвать её пустой/плохой/ненужной я тоже не могу, просто совершенно не моё.
Итак, "Все, способные дышать дыхание", Линор Горалик. Книга представляет собой сборник рассказов, некоторые из которых связаны между собой теми же персонажами, а в целом все эти истории происходят в мире, где произошла какая-то то ли экологическая, то ли военная катастрофа (скорее и то, и то), и теперь там бушуют странные бури, вызывающие у попавших в них страшное чувство вины и сдирающее с них кожу, болезнь радужка, от которой тело покрывается радужными пятнами, страшно болит голова и которая смертельна, если не принимать лекарство, и плюс ко всему этому - животные обрели способность говорить.
Как утверждает автор, книга посвящена эмпатии. Насколько живые существа способны проникаться друг к другу сочувствием и пониманию, а главное, признавать свои фундаментальные различия. Моя любимая часть книги это речь енота, который на вопрос, что теперь всем делать, отвечает мол, надо терпеть, его спрашивают, как долго, а он говорит, что всегда. Теперь людям и животным всегда придётся терпеть друг друга, потому что полностью принять чуждость природы друг друга очень сложно. Потому что говорить-то животные начали, но людьми от этого не стали, у них есть свои биологические и социальные законы, свои потребности и всё такое.
И тема-то безусловно интересная. Но автор так выстраивает текст, что он превращается в сплошную головоломку. Я первую половину книги вообще очень часто тупо не понимала, что происходит. Странно выстроенные предложения, очень много обрывочности, автор как будто постоянно заставляет читателя шевелить мозгами и догадываться, что она имела в виду - причём не в смысле, что означают синие занавески, а вот буквально кто такой этот персонаж, что он делает, какие события разворачиваются - непонятно совершенно. Всё это перемежается вставками из иврита, сносками на пояснение каких-то слов и фраз в тексте, которые сами являются дополнительными рассказиками, матом (ну, к мату личном у меня претензий нет, мат нормально смотрелся)). И я догадываюсь, что делая непонятным, кто такой персонаж - человек или нет, - автор пыталась добиться того, чтобы читатель мог прислушаться к своим ощущениям - меняются ли они в зависимости от того, шла речь о человеке или о животном. Но проблема в том, что пока я исступленно пытаюсь напрячь мозг и понять происходящее, у меня не появляется вообще никакого эмоционального сопереживания, за редким исключением.
В общем, опыт чтения интересный, но пожалуй больше ничего подобного читать я не хочу.

И ничего, всё нормально. Даром что города осели, голова смертельно болит от некой радужки, наркоту жрать надо ежедневно, а звери заговорили.
И что ужасно устаёшь от этих точных отырвительных букв.

В начале был ад словесный: обрывки фраз, ошмётки смыслов — чёрт пойми, что происходит, куда происходит, очень даже кутерьма и конец света.
Не знаю, как не захлебнулась — столько текста, и он всё буксует, пробуксовывает, тарахтит, проезжает недалеко — и опять по новой.

Буксовка продолжится до победного, но герои таки вырисуются и родственные связи между ними нарисуются.
Генерал и собака с его постыдной тайной. Крысиный король, в котором я опознала человека страниц за десять до финала, всё думала, что это суслик (или всё-таки он суслик, хотя кадык?). Семья: два папы, два сыночка, двое в Израиле, один в Москве, один в зоопарке. Ящерки-подростки. И другие божьи твари.

И все, почти все — мерзкие, злые, гаденькие. Если умные — то жулики и подлецы, если тупые — то тупые. Только умственно отсталые и сошедшие с ума не мудаки, и то — возможно, не успели себя проявить. Как будто один змеёныш искренний и честный парень, но наверняка где-то за занавесом он начинает яблочками молодильными торговать.

Всех шкодливее — еноты и коты. Наркотой барыжат, чёрный рынок держат. Где хоть один нормальный кот? Я трогала еврейских котиков, они славные ребятки, особенно в Яффе, а на всё «Дыхание» — ни одного небандитского кота, как так.

В общем, сначала мучилась из-за слога (не столько тяжело, сколько муторно), а потом — виной и стыдом: за персонажей, за себя-человека, за всех человеков мира.

Как прочитать «Дыхание» и всё-превсё увязать и понять — я хз. Ясно одно: в Земле Обетованной ад — это каждый час терпеть всех и себя, и вытерпеть бы.

Кто всё знает, понимает и считал — поясните мне за Чучу-Мучу, пожалуйста.

Осспади, что это было!
Такое ощущение, что книга составлена из разрозненных абстрактных записей в ЖЖ, совершенно искусственно объединённых под одной, так сказать, обложкой.
Послевкусие от прочтения не то чтобы отсутствует, а наоборот, вроде как, полный рот говна набрал.
Слог целенаправлено изощренный, но при этом совершенно пустой, как-будто разгрыз семечку, а там ядрышка нет.
Наверно, я слишком требователен, а может просто непроходимо глуп и невежественен, а может предвзят к таким литературным произведениям, но я так и не понял ЧТО ЭТО БЫЛО!
А ведь, судя по рецензиям и оценкам, читателям сей труд понравился. Вроде как про эмпатияю, вроде как антиутопия и вотэтовотвсё. Однако от прочтения постоянно вырывалась упругая струя блевотины, только успевай тазы менять.
В общем странно все это.

Когда-то давно, прочитав "Нет" авторства Горалик и Кузнецова, я еще подумала, что надо бы как-нибудь почитать авторов по отдельности, будет ли тот же эффект? Но все как-то не складывалось, и тут сложилось - то из одного отзыва, то из другого - и вроде показалось, что подходящая книга для знакомства.
Пожалуй, я угадала - не знаю, насколько эта книга характерна для Горалик, но мне в настроение попала удачно. Не говоря уже о привычном привете от инфосферы в виде парности - в параллели читала научпоп о поведении и сознании животных, естественно, совершенно случайно так сложилось)
Книга явно не для любителей сюжетов. Не знаю, как называется подобный жанр зарисовок, в том же духе "Теллурия" Сорокина, или, скажем, "Мировая война Z" Брукса (впрочем, последняя более репортерская, как мне помнится). Но я такие вещи уважаю - гораздо честнее, чем рисовать ходульный сюжет, лишь бы был, если дело вовсе не в нем.
Собственно, ключевых вещей две - в мире что-то произошло, и после этого чего-то наползают странные радужные бури, от которых можно спастись только полиуретаном и кодеином, а еще животные взяли да заговорили. И на райские кущи это похоже мало, прямо скажем - помимо очевидных пищевых сложностей (тяжело есть того, кто с тобой разговаривает), оказалось, что зверушки - это не плюшевые милые собеседники. Коты-гопники, медведь-истеричка, собаки-попрошайки, еноты-барыги, спивающийся слон, амнезирующий конек-недоросток, подростковые гормональные бури ящериц, туповатые кролики - вот это вот все и вот эти вот все, и поди разберись, как жить в этой реальности. Свидетели Иеговы складывают обучающие (обращающие?) кубики для всякой твари, земля обетованная оборачивается не медовыми, а кодеиновыми реками, а дальше вопрос только в том, насколько хватит способности дышать и не думать.
Кстати, подумалось мне, что при всей моей любви к собственной кошке, вряд ли я бы хотела, чтобы она заговорила. Это, пожалуй, было бы чересчур.
Почитала тут отзывы. Ключевое, через раз - что, мол, всего слишком - слов, текста, маячков, ассоциаций, мата, разных языков и всего остального. Не знаю, мне - нормально. Не запойное чтение, это да. Но читалось хорошо, таки писать автор умеет и пробирает местами весьма.

Вы мечтали в детстве, чтобы все животные могли говорить? Я - да. Чтобы как в сказке, идёт тебе олень навстречу, такой олененок Бэмби, и молвит человеческим голосом... "Слышь, закурить есть?". И ты резко бьёшься о толщу льда малоприятной реальности.

Именно такую неприятную, в чем-то даже отвратительную реальность рисует Линор Горалик в своей книге "Все, способные дышать дыхание".

Что, если бы все, "способные дышать дыхание", научились бы говорить с человеком. Что они могли бы рассказать нам? И как бы мы реагировали, услышав как муравей у нас под ногой просит не наступать на него. Мы давно поделили животных на съедобное/несъедобное, друг/враг человека, существо разумное и не очень. Раздали роли, выбрав себе главенствующую. Но вдруг актёры на сцене начали творить, что хотят.

Сумасшедший дом - вот подходящее определение для происходящего в книге. Стиль автора добавляет полоумности плюс множество непривычных слов на иврите (у Линор Горалик помимо русского есть гражданство Израиля). Как сама Горалик признавалась в своём интервью, "если у этого романа и есть родственники, то они живут в области поэзии, а не в области прозы". Язык непростой, запутанный, многослойный. Он затягивает, но не как водовород, а скорее трясина. Противная, чавкающая и неумолимая. Мне тяжело читать текст со "срачем, жопами и гавном". Мне не нравятся книги, где в иррациональное вплетается вполне узнаваемое рациональное - авито, Фейсбук, Путинские времена. Но это абсолютный субъективизм. И избавляясь от этого субъективизма я пробиралась в этой книге от края до края. Пока так и не поняла - зря ли.

Сама Горалик об окончании работы над романом высказалась так: "Вот роман закончился — и больше у меня в голове хотя бы не разговаривают животные". Вот и у меня - в голове хотя бы больше не говорят собаки, кошки, верблюды. Потому что после асона, устроенного автором, очень сложно прежними глазами взглянуть на животный мир. Нет, ты не становишься внезапно вегетарианцем, скорее думаешь - насколько мы готовы взять на себя ответственность за все живое, мы, утверждающие, что человек - венец природы.

Это вторая моя попытка почитать что-нибудь из БК. И она ещё более провальная, чем предыдущая.
Эта отрыжка современной литературы настолько скудна и убога, что диву даёшься, как она попала в БК (наверно через постель). Настолько бездарный и никчёмный текст я ещё не встречала. А эти жалкие попытки скрыть скудность языка и бессмысленность текста за вызывающей эксцентричностью, за рваной пошлятиной, за жалкой потугой пейсательста... Господи! За что!?
Если честно, то я не эстетствующая псина, которая ест чужие фекалии, и при этом ещё благодарно хвостом подмахивает. Поэтому я решила забросить всякие попытки к дальнейшему чтению бреда, который из себя представляет текст сего "произведения".

Тут я задумалась, зачем вообще пишутся рецензии на книги. Нет, ну правда? Есть же в этом смысл и логика?

• Чтобы будущий читатель примерно знал, о чем эта книга и случайно не прочел "Гордость и предубеждение и зомби" вместо "Гордости и предубеждения".

• Чтобы почесать собственную графоманию и посоревноваться с автором в использовании деепричастных оборотов не к месту

• Чтобы на лайвлиб нахватать лайков и сидеть, обмазавшись ими, чувствуя себя не столь ничтожным, как оно есть на самом деле.

• Иное

Я наверное очень глупая. Или не доросла до всей сложности и смысла, и дебрей многобуквенных, и куч скобок, прямых речей, мыслей, каких-то пацанских разговоров, снова скобок, рефлексии, ой, нет, слез, раскаяний, человеческих грешков, снова рефлексии.... В общем, расти мне до этой книги лет сто наверное, а лучше триста.
Жаль. Потому что как по мне, так похерили хорошую идею ну оооочень хорошим и умным текстом.
Запуталась в дебрях и сдалась где-то на середине. Теперь хочу забыть. Мерзотненькое ощущение осталось после текста, как будто в голове у шизофреника побывала