Гра в бісер

Странно, но мне стыдно говорить, что книга плохая. Возникает ощущение, что если я это скажу, то признаюсь в своей недалекости, отсутствии вкуса. Поэтому я немного обману себя и вас, попробовав разложить по полочкам свои претензии.
Язык написания тяжелый, несколько раз приходилось перечитывать прочитанное, что лично для меня - чрезвычайно редкое явление. Почти отсутствует динамичность, складывается впечатление, что читаешь доклад, написанный для научной конференции. Книга объемная не столько количеством страниц, сколько количеством поднятых, иногда здорово раскрытых, проблем. Что, бесспорно, есть одним из самых больших плюсов данного романа. Но для человека далекого от музыки и преподавательской деятельности (я сейчас намекаю на себя) трудно понять некоторые сравнения. Понимаю, что это минус именно моего образования, но как советует книга, я стараюсь заниматься тем, что именно мне интересно и что у меня лучше получается. И все выше сказанное не является для меня фактором, который при желании я бы не могла преодолеть. Худшим для меня есть утопичность взглядов, описанных в книге. Взглядов диаметрально противоположным моим. Мне хочется спорить с автором, запустить в него чем-нибудь тяжелым за все «обломы», которые я чувствовала каждый раз, когда книга начинала нравиться и становилась динамичной и интересной.
Ничего объективного в моей рецензии нет. Я, просто, не смогла получить удовольствие от чтения.

Интеллектуальная импотенция в чистом виде. Надуманные пустые метания между высоким и обыденным, как и в "Степном волке", но "Степной волк" хоть не пытается лезть в трансцендентальное. Знаете, много есть чудесных авторов, слог которых тяжеловат, зато скрывает за собой настоящую, с бьющимся сердцем, идею. Набоков, например. Или Джойс. Или Флокнер. В общем, кто угодно, только не Гессе.
Игра - это, конечно, замечательно. Экстракция мировых знаний, постмодернистские забавы (манифест своего рода), очень умно. Но что же Гессе сам не играет? Он настолько сух и скучен: ни словесная игра ему не знакома, ни смысловая.
А больше всего удивляют читатели. Говорят, мол, лучший это роман из всех. Сдается мне, если роман - псевдоинтеллектуальный, то и читатели его псевдоинтеллектуальны. Как заметил один совсем не глупый человек, "Гессе предлагаю передать идеалистического склада молодым людям, для вполне досужего избиения мозга. Взрослым и адекватным предлагаю "Сказание о Соломоне и Китоврасе")))

Тот случай, когда критика превосходит само произведение. Восславим мастеров критики.

Подобно тому, как нарождается, наполняется светом, и тут же истаивает далекая Луна, проходя свои неизменные фазы, подобно тому, как земная природа просыпается весной, расцветает и угасает, чтобы замереть, забыться зимним сном, так и сыновья и дочери рода человеческого движутся по неизменному, веками прочерченному пути - рождение-существование-небытие, повторяя его в новых поколениях. Мироздание позаботилось о том, чтобы биологическое существование рода человеческого продолжалось - для этого даны нам плотские переживания, для этого даны нам чувства, для этого дан нам разум. Не погибнуть, выжить, передать накопленные знания и умения следующим поколениям - главная задача человечества.
Какой отец не мечтает узреть в сыне лучшие свои черты в их наиболее полном развитии, какая мать не хочет видеть выросшую дочь вооплощением того прекрасного, о чем ей самой мечталось, и семья - это как раз тот инструмент, который дает возможность попробовать это сделать. Основа благополучной семьи - любовь, она дает силы прощать обиды, улавливать настроения ближних, трудиться для их блага.
Ну, а вне семьи, возможно ли гармоничное развитие человека, ребенка?

Гессе предлагает провести своего рода эксперимент и создает нам такую конструкцию - Педагогическую Провинцию Касталию, где Дух и Интеллект возведены в абсолют, в разряд святынь, а личные, приватные чувства, в том числе и плотские, являются непростительной дерзостью и искореняются инструментарием строгой должностной иерархии и добровольным, однако беспрекословным, подчинением учеников их наставникам. Будущий Магистр Игры Йозеф Кнехт был взят на воспитание в Касталию в нежном двенадцатилетнем возрасте и вырос в одного из самых могущественных, влиятельных и легендарных сыновей Касталии.

На первый взгляд, Касталия и ее воспитание - благо для талантливого мальчика. Так оно и оказалось бы, если бы Йозеф был, к примеру, роботом. Но он человек, а у человеческой души есть не только стремление к знаниям и возможность наслаждаться плодами Разума, но и иррациональные порывы -"пробуждения", не поддающиеся систематизации и "впихиванию" в прокрустово ложе устоявшихся взглядов и ценностей. Уступая таким порывам, иные успешные мужи (и дамы) внезапно отходят от дел, и с юношеской горячностью окунаются в опасное странствие навстречу манящему неизведанному. Сейчас этот феномен называется модным словом "дауншифтинг".

Касталийские порядки, какими благими намерениями, великими целями не были бы они продиктованы, для человека не годятся. Они половинят душу, деля ее на рацио и иррацио. Именно "пробуждения", которые Йозеф без какого-либо рационального довода, ощущал верностью себе и своей высшей правдой, не дали распасться целостности его натуры, истлеть его человечности, и в конечном счете, удержали Йозефа от разочарования жизнью.
История несчастливой жизни Плинио, этого "альтер эго" Йозефа, его друга и оппонента в юношеских дискуссиях, показала, что такое искусственное разделение на только лишь достойные внимания кaсталийца сферы Духа, и остальную бренную жизнь подводит нас, когда мы пытаемся найти взаимопонимание у других людей и органично встроиться в социум, как оно подвело его, Плинио.

Вершина интеллектуального Олимпа касталийцев - Игра - уникальный, универсальный инструмент классификации, взаимопроникновения и унификации уже накопленного знания. Если бы человечеству надо было рассказать о себе внеземной цивилизации, то, наверное, одна-две партии Игры справились бы с этой задачей. Но, в то же время Игра, как и вся Касталия - нежизнетворящий инструмент, ни новых открытий, ни прорывов научной мысли, она родить не в силах.

В "Игре в бисер" наиболее сильно проявляется исследовательский интерес Гессе к альфа и омега Гармонии. Вывод, который можно сделать - искуственно созданная гармония ею не является, нельзя построить гармоничный мир, гармонию надо не строить, а искать, и искать не вне, а внутри себя.
Гессе, со всей прилежностью исследователя человеческих душ, ищет гармонию не только в касталийском сиянии чистого разума, но и в трех жизнеописаниях, сочиненных от лица Кнехта: гармонию там, где происходит соединении земного и духовного в жизни Заклинателя дождя, гармонию там, где в отречении от мирского в пользу духовного живет Исповедник, и даже гармонию там, где в отрешении от всего земного и духовного живет Отшельник.

Помните у Лема в "Гласе Господа", профессор Питер Хогарт цитирует последнюю строфу стихотворения Алджернонa Чарлзa Суинберна:

Устав от вечных упований,
Устав от радостных пиров,
Не зная страхов и желаний,
Благословляем мы богов
За то, что сердце в человеке
Не вечно будет трепетать,
За то, что все вольются реки
Когда-нибудь в морскую гладь

а вот как эти же строки звучат на родном языке поэта:

From too much love of living,
From hope and fear set free,
We thank with brief thanksgiving
Whatever gods may be
That no life lives for ever;
That dead men rise up never;
That even the weariest river
Winds somewhere safe to sea.

Увы, нигде нет всеобъемлющей Гармонии. И это хорошо. Ведь если Гармония пока не найдена, то есть куда стремиться, есть что искать.
А, кроме того, если даже наши поиски не увенчаются успехом, мы будем помнить, что все же пытались.
Так что порадуемся за Йозефа Кнехта, он пытался. И порадуемся за Гессе.

Первый раз произведение было прочитано около восьми лет назад. Тогда для меня в сущности оно были лишь о смысле жизни и гармонии между духовной жизнью и реальностью.

На текущий момент книга поставила вопросы о смысле чтения, духовного совершенствования.

Герменевтика:
Сама "игра в бисер" очень схожа с философской герменевтикой, то есть теорией интерпретации. Идеи, символы, помещённые в центр игры - герменевтический круг. Два способа игры: формальный (схож с методом Гадамера) и психологический (метод вчувствования Дильтея). В целом, Гессе пытался вывести свою игру за рамки круга, то есть шёл по пути универсализации и обобществления символов. В этом смысле есть схожие моменты с идеями Рикёра.

Гармония:
Герман Гессе предложил три варианта слияния Мира Духа и Физического Мира.

• "Кудесник". Воздействие на поле Физического мира, но при удобном случае дух может быть принесён в жертву.

  2. "Исповедник". Воздействие на поле Мира Духа. В данном случае приносится в жертву физиологическое, в том числе и эмоции.

  3. "Индийское жизнеописание". Оторванность Мира Духа от Физического мира ввиду невозможности их гармоничного сосуществования.

  Можно рассматривать гармонию на разных уровнях: человек, общество, вселенная. Но в любом случае мой выбор - это "Кудесник", - использование наработок, идей в реальном мире. Правда, не следует забывать о жертве.

  P.S. самыми главными виртуозами игры я считаю переводчиков, потому что им надо знать много больше, чем рядовому читателю.

Значится так. Предлагаю сразу определиться, что Гессе - это Гессе. Если ваша душа требует экшена и динамичного сюжета - вам мимо. А вот если хотите инвентаризировать все породы тараканов, живущих в вашей голове - милости просим, сударь, вам сюда.

На самом деле, книга довольно необычная. С одной стороны, стилем она написана безусловно заумным - одно и то же Гессе повторяет на сотни различных мотивов, длина предложений превышает всяческие пределы здравого смысла, размер абзацев - границы реальности, а количество прилагательных - правила хорошего писательского тона. Как вы понимание, восприятия все это ни в коей мере не облегчает. И бросила бы я Гессе уже давным-давно, если бы не была эта книжка не только памятником невыносимому литературному стилю, но и одноременно загадкой, отказавшись от которой будешь кусать локти до конца своих дней. Вот так и получилось, что мыши плакали, кололись, но продолжали есть кактус, а я - продолжала читать Гессе.

"Игра в бисер" намного многограннее, чем вы ожидаете. Она одновременно воспевает определенный идеал и разрушает его, описывает мир и реальность, и одновременно их избегает, приближается к ним несмело, пробует прикоснуться к ним хоть мизинцем, чтобы тут же отдернуть палец, как бы боясь обжечься.

Конкретно в этой книге стиль Гессе показался мне не слишком похожим на его более ранние произведения, которые я читала. Его способ описания событий и мучительно-прекрасный язык придали книге шарм, сделали события, описанные в ней, более реальными, а героев - более живыми. Своих героев Гессе показывает с двух точек зрения: описывает их внутренний мир и события с ними, происходящие в большом свете. Но любимицей Гессе в "Игре" мне показался отнюдь не Кнехт, а Ее Величество Наука. Точная, скурпулезная, в ней нет места сомнениям, но в тоже время наука Гессе смешана с идеалами саморазвития, медитацией, мудростью древнего Востока и его религиозностью... Откуда, спрашивается, такие мысли в 1943 году, когда немецкие дикари еще с ружьями по Европе бегали?

Как по мней, то главная загадка этой книги, идеал, который Гессе хотел ввести в мир реальный, - человек образованный, всесторонне развитый, неподверженный сиюминутным порывам, эмоциям, целиком преданный служению обществу и непоколебимо спокойного. Невооруженным взглядом видно, что сам Гессе своему герою с одной стороны симпатизирует, считая его едва ли не идеалом, близким к божеству, а с другой развенчивает его сверхъестественную сущность. С одной стороны призывает к тому, чтобы идти дальше по дороге саморазвития и самосовершенствования, а с другой стороны - предостерегает перед тем, что полная самоотдача науке и философии до добра не доведет, в лучшем случае к самоустранению от мира.

Довольно необычно, в меру любопытно, однозначно не для широкого круга читателей.

217/300

Кругом, знаете ли, одни сплошные тайные общества. Фигурирующее в этом произведении тайное общество, Касталия, вообще среди своих членов почитается государством. Вместо президента в нем магистр. Суть же игры в бисер, на основе которой и собралось сие общество/государство, заключается в специальном структурированном математически сочинении музыки. Казалось бы, весьма недурственная должна быть система. Говорят, что подобной системой пользовались многие великие композиторы. Но, понимаете ли, есть у Касталии регламент и есть у нее границы. Регламентом установлено, что за пределами границ делать людям хорошо не обязательно, а границы двигать нельзя. Так получилось, что границы ее охватывают лишь Западную Европу и еще Польшу. Ничего не напоминает? Так это же Евросоюз, ядрен батон! Одна большая секретная песочница, вдруг, перестала быть секретной, но не перестала быть не для всех.
Главный герой, некто Йозеф Кнехт, был включен в члены этой самой Касталии, но не сошелся идеологиями с ней и собрался уходить. Магистры различных калибров, такие все из себя благодетельные и справедливые, переживая и скорбя начали подумывать, а не того-с ли господина Кнехта, ведь общество секретное и никто из него еще не выходил живым... Ведь, кто не снами, как известно, тот против нас.
Остается неясным, убили Йозефа или нет, все-таки многие с ним подружились. Что-то мне подсказывает, что да, убили, но его уход начал разброд и шатание в этом почти идеальном обществе.
Может быть, очень даже вполне возможно, точнее, скорее всего, почти наверняка, сам Герман Гессе состоял в подобном обществе, как состояло/состоит в нем большинство элиты Западной Европы, да и многие стремящиеся в эту "Касталию", почитаемые, впрочем, "кошерными" членами не более "гоев", принявших иудаизм. Но членство в подобных обществах не означает бесчеловечность и/или циничность, что автор и хотел нам показать на примере весьма гуманного Кнехта, возможно, отчасти имея ввиду и себя. А вот система, объединившая таких светлых и справедливых, она не способна ни на гуманизм, ни на человечность, потому что система это не человек. Не случайно сие произведение было написано в разгар Второй мировой войны, в тот самый период, когда эта самая Касталия-единая Европа была идеей, под которую фашистами чинились зверства, ведь единая-то она единая, но, как я уже говорил, единая она не для всех. И, что забавно, сразу по окончанию войны идея единой Европы была не только не оставлена, но получила более существенный толчок в развитии. Гессе оставалось лишь наблюдать за этим процессом со стороны, ведь его, как и многих других думающих людей Европы, в очередной раз не услышали...
Казалось бы, сюжет я рассказал. Но сюжет тут не так важен. Важны рассуждения героев и рассуждения автора, глубоко философские рассуждения, возможно не для всех, но, все-таки, нацеленные на тех думающих и гуманных людей, которые потенциально не дадут обществу, абстрактному какому-то или конкретному, совершить в очередной раз поворот не туда, или даже способных вывести общество на правильную дорогу.

Мне кажется, что Гессе все-таки придумал утопию скорее для ботанов, чем для людей духа. Это видно и по болезненному стремлению к иерархии и плодотворной деятельности, и по отказу от творчества, да даже по занудному тону повествования. Все-таки дух не совсем вписывается в рамки сухого и чисто немецкого рационализма и безжалостного препарирования произведений. Но тем не менее значительная доля правда в наблюдениях Гессе есть: это соотношение интеллектуалов, людей духа, как угодно, и "мирян" действительно есть и работает примерно так, как в "Игре в бисер".

Правда, к выходу из конфликта Гессе даже близко не подбирается. Особенно остро я почувствовал это в моменте, когда Мастер Музыки рассказывал о своем разочаровании в духовной деятельности. Чего уж там, перед каждым, кто в какой-то степени посвящает себя искусству, науке или какой-либо еще эфемерной сфере деятельности, часто встает этот мучительный вопрос - не занимаюсь ли я полной херней, стоят ли все эти умодвижения хоть чего-нибудь. И вот Мастер Музыки так точно описывает эту проблему, и через несколько страниц - ура! - должен рассказать, как решил ее для себя. Я в предвкушении на повышенных скоростях вгрызаюсь в текст. Чтобы в результате получить по лицу бессмысленным пустым ответом - "Медитация". Ну да, конечно, вот и выход из всех проблем.

Что еще важно - несмотря на то, что через занудство под час почти невозможно прорваться, книга очень успокаивает. Так уж получилось, что я много нервничал, в период когда читал ее, но вот непосредственно во время чтения такая замечательная полусонная гармония охватывает. Хороший признак произвеедния настоящего ума.

Ну и last but not least - вспомним про нашу горячо любимую поп культуру. Во-первых, найдите 10 отличий между отношениями Мастер Музыки-молодой Йозеф и Дамблдор-молодой Гарри. Во-вторых, Касталия и Орден - это практически Орден Джедаев, я то и дело ждал, что они выхватят мечи и пойдут на борьбу со злом, вместо того чтобы книжки читать.

Бывают книги скучные, бывают банальные, бывают предсказуемые. Но это что-то на заумном, полное абстрактных и пустых рассуждений. Как ни старалась я вникнуть - никак не могла зацепиться.

Пустопорожнее переливание из одной абстракции в другую. Насколько напыщенно и высокопарно, что не понятно, а были ли стоящие мысли. Я выбрала не выковыривать крупицы из этой мысленной бесформенной жижи.

Сюжета почти нет. Налито слов. Пытка разжиженностью экстремально многословных размышлений о каких-то надуманных вопросах.

На этом, пожалуй, закончу чтение творчества этого автора. Уныло и бестолково.

Ой как это было не просто. Сначала вообще хотела отложить до лучших времён, но потом решила читать маленькими порциями. И это помогло.
Гессе читала первый раз, именно это произведение манило меня еще со студенческих времён. Надо было конечно прийти к нему постепенно и начать с более ранних произведений автора, но это я теперь "такая умная"
Думаю излишне говорить, что "Игра в бисер" - это великое и глубокое произведение. И уж точно не книга на лето. Это та книга, к которой каждый должен прийти в своё время. Ну или совсем не приходить. Каждому своё. Я не определилась до сих пор со своим отношением к ней, хотя и поставила 5/5. Но для меня эта книга из разряда читать всю жизнь. Потому что это колодец мудрости. Иозеф Кнехт почему то всё время напоминал мне Григория Сковороду (украинского философа), может из-за своих сомнений и разочарований. Всегда трудно быть другим, но прекрасно, когда есть уверенность, куда идти и что делать. Вот он знал. Жизнь созерцательная не важна, если нет жизни деятельной. И наоборот. В каком бы времени и при каких обстоятельствах ты не родился бы, у тебя всегда один путь. Потому что это у тебя внутри. Это то, с чем ты приходишь в этот мир и от чего не можешь избавиться. Каждому свое.
Думаю завести себе традицию - перечитывать игру раз в год или два. Должно помочь, вдруг умнее стану...

Довольно странно писать рецензию на этот роман. Он столь монументален, незыблем как Касталия. А я - из внешнего мира со всеми его недостатками, с его завистью, с его неспособностью понять.

Понять что?

Немного яснее становится после прочтения рассказов Кнехта.

Как я представляю, Гессе относит себя к касталийцам, к тем, кто из глубины веков стремились к странным, непрактичным знаниям духа. В Касталии математика присутствует, но неприкладная, она нужна, чтобы слоги считать и находить максимально странные сходства и закономерности. И меня все чтение мучал вопрос: кто занимается реальными проблемами, кто изобретает? Является ли назначение касталийцев учителями начальных школ во внешнем мире избавлением от ненужных или почетной ссылкой? Почему касталийцы не становятся профессорами во внешнем мире, или становятся?

Потом я поняла, что эти вопросы лишние для Гессе. Он - про дух, про некую неуловимую материю, которую надо поддерживать и пестовать, иначе и внешний мир не сможет существовать (иррационально). При этом человек духа в любом из миров неотвратимо несчастен и одинок.

Но:

Я не согласна уже с базовым положением о том, что высокая культура может возникнуть как протест против творящегося вокруг безобразия - ей просто не на что опереться и у формирующегося нет объективных критериев, это просто группка снобов. Но именно так появилась Касталия, почти из ниоткуда. И квинтэссенция этого снобизма - игра в бисер (явная отсылка к "бисеру перед свинями") из строго ограниченного набора непонятных псевдо-научных значков.

Гессе предлагает очень мало героев, действительно отрешенных и погруженных в жизнь духа (Магистр музыки и Кнехт). Остальные либо стремятся достичь верха иерархии (духовность где?) либо обреченно барахтаются внизу, честно выполняя заданную работу и презираемые вышестоящими (Тегуляриус).

Конечно, это утопия или антиутопия (тут как посмотреть теоретическая наука так и должна бы существовать, но все же очень заметно вырождение в деятельности и функционировании этой организации, причем раньше она была менее оторвана от внешнего мира. На этом этапе начался кризис и усилилась (само)изоляция). О чем и говорит отец Иаков:

"Вы его не знаете — человека, не знаете ни его животного начала, ни его богоподобия. Вы знаете только касталийца, касту, оригинальную попытку вырастить какой-то особый вид." Но выхода нет: попытки узнать "человека" приводят к гибели любого, столкнувшегося с Касталией. Пути неисповедимы - итог один.