Рецензия на книгу

• 

  Bambiraptor25 мая 2013 г.

  Подобно тому, как нарождается, наполняется светом, и тут же истаивает далекая Луна, проходя свои неизменные фазы, подобно тому, как земная природа просыпается весной, расцветает и угасает, чтобы замереть, забыться зимним сном, так и сыновья и дочери рода человеческого движутся по неизменному, веками прочерченному пути - рождение-существование-небытие, повторяя его в новых поколениях. Мироздание позаботилось о том, чтобы биологическое существование рода человеческого продолжалось - для этого даны нам плотские переживания, для этого даны нам чувства, для этого дан нам разум. Не погибнуть, выжить, передать накопленные знания и умения следующим поколениям - главная задача человечества.
  Какой отец не мечтает узреть в сыне лучшие свои черты в их наиболее полном развитии, какая мать не хочет видеть выросшую дочь вооплощением того прекрасного, о чем ей самой мечталось, и семья - это как раз тот инструмент, который дает возможность попробовать это сделать. Основа благополучной семьи - любовь, она дает силы прощать обиды, улавливать настроения ближних, трудиться для их блага.
  Ну, а вне семьи, возможно ли гармоничное развитие человека, ребенка?

  Гессе предлагает провести своего рода эксперимент и создает нам такую конструкцию - Педагогическую Провинцию Касталию, где Дух и Интеллект возведены в абсолют, в разряд святынь, а личные, приватные чувства, в том числе и плотские, являются непростительной дерзостью и искореняются инструментарием строгой должностной иерархии и добровольным, однако беспрекословным, подчинением учеников их наставникам. Будущий Магистр Игры Йозеф Кнехт был взят на воспитание в Касталию в нежном двенадцатилетнем возрасте и вырос в одного из самых могущественных, влиятельных и легендарных сыновей Касталии.

  На первый взгляд, Касталия и ее воспитание - благо для талантливого мальчика. Так оно и оказалось бы, если бы Йозеф был, к примеру, роботом. Но он человек, а у человеческой души есть не только стремление к знаниям и возможность наслаждаться плодами Разума, но и иррациональные порывы -"пробуждения", не поддающиеся систематизации и "впихиванию" в прокрустово ложе устоявшихся взглядов и ценностей. Уступая таким порывам, иные успешные мужи (и дамы) внезапно отходят от дел, и с юношеской горячностью окунаются в опасное странствие навстречу манящему неизведанному. Сейчас этот феномен называется модным словом "дауншифтинг".

  Касталийские порядки, какими благими намерениями, великими целями не были бы они продиктованы, для человека не годятся. Они половинят душу, деля ее на рацио и иррацио. Именно "пробуждения", которые Йозеф без какого-либо рационального довода, ощущал верностью себе и своей высшей правдой, не дали распасться целостности его натуры, истлеть его человечности, и в конечном счете, удержали Йозефа от разочарования жизнью.
  История несчастливой жизни Плинио, этого "альтер эго" Йозефа, его друга и оппонента в юношеских дискуссиях, показала, что такое искусственное разделение на только лишь достойные внимания кaсталийца сферы Духа, и остальную бренную жизнь подводит нас, когда мы пытаемся найти взаимопонимание у других людей и органично встроиться в социум, как оно подвело его, Плинио.

  Вершина интеллектуального Олимпа касталийцев - Игра - уникальный, универсальный инструмент классификации, взаимопроникновения и унификации уже накопленного знания. Если бы человечеству надо было рассказать о себе внеземной цивилизации, то, наверное, одна-две партии Игры справились бы с этой задачей. Но, в то же время Игра, как и вся Касталия - нежизнетворящий инструмент, ни новых открытий, ни прорывов научной мысли, она родить не в силах.

  В "Игре в бисер" наиболее сильно проявляется исследовательский интерес Гессе к альфа и омега Гармонии. Вывод, который можно сделать - искуственно созданная гармония ею не является, нельзя построить гармоничный мир, гармонию надо не строить, а искать, и искать не вне, а внутри себя.
  Гессе, со всей прилежностью исследователя человеческих душ, ищет гармонию не только в касталийском сиянии чистого разума, но и в трех жизнеописаниях, сочиненных от лица Кнехта: гармонию там, где происходит соединении земного и духовного в жизни Заклинателя дождя, гармонию там, где в отречении от мирского в пользу духовного живет Исповедник, и даже гармонию там, где в отрешении от всего земного и духовного живет Отшельник.

  Помните у Лема в "Гласе Господа", профессор Питер Хогарт цитирует последнюю строфу стихотворения Алджернонa Чарлзa Суинберна:

  Устав от вечных упований,
  Устав от радостных пиров,
  Не зная страхов и желаний,
  Благословляем мы богов
  За то, что сердце в человеке
  Не вечно будет трепетать,
  За то, что все вольются реки
  Когда-нибудь в морскую гладь

  а вот как эти же строки звучат на родном языке поэта:

  From too much love of living,
  From hope and fear set free,
  We thank with brief thanksgiving
  Whatever gods may be
  That no life lives for ever;
  That dead men rise up never;
  That even the weariest river
  Winds somewhere safe to sea.

  Увы, нигде нет всеобъемлющей Гармонии. И это хорошо. Ведь если Гармония пока не найдена, то есть куда стремиться, есть что искать.
  А, кроме того, если даже наши поиски не увенчаются успехом, мы будем помнить, что все же пытались.
  Так что порадуемся за Йозефа Кнехта, он пытался. И порадуемся за Гессе.
  

  27

  222