Гра в бісер

гессе всегда вовремя.
или во время

Его книги попадают мне в руки в момент, когда ты сидишь и наблюдаешь за тем, как рушатся песочные замки. Иллюзии падают с грохотом, сотрясая внутренний мир. Так было со «Степным волком» и «Сиддхартха. Путешествие к земле Востока».
Листая книгу, ты понимаешь, что за секунду думал вот так. Что твоему разуму как-то удалось просочиться в типографскую краску.

«Игра в бисер» книга непростая, до неё нужно дойти. Меня она отпугивала несколько лет. Но тут вроде бы без внутреннего щелчка поняла, что можно и взяться.
Жизнеописание Иозефа Кнехта- мастера Игры и мифической провинции интеллектуалов -Касталия.Это почти легенда.
Один из вопросов, что мучил меня при прочтении, определить, хотя бы приблизительно, временные рамки. Изначально – Возрождение, расцвет Просвещения. Потом при упоминании радио и прочих технических средств- некоторое отдаленное будущее. Напрашивается крайне спорный вывод- Разум вечен.

Неторопливое повествование.
Ты подержи бисер в руках. А потом он создаст рисунок.

Это книга медитация!

Поначалу, читать довольно непросто, но потом привыкаешь к языку автора, его манере повествования и втягиваешься... Эта книга волшебная, несущие в себе заряд энергии, свет и силу. Порой, автор проводит тебя через мучения, сквозь тернистые и темные уголки твоей собственной души, погружает в себя, а потом дарит улыбку, в которой заключаются свет и гармония. Но это, пожалуй, совсем субъективное видение).
Книга затрагивает разные вопросы личной марали, дисциплины и основ жизни, дарит возможность прийти в равновесии и переосмыслить собственные взгляды.
Единственное, в конце дается три жизнеописания, эта часть мне не понравилась, даже как-то разочаровало напоследок). На мой взгляд, это было лишним, главный герой лучше от этого не раскрывался, а с литературной точки зрения я особого достояние не увидела, получилось как-то отрывочно и сухо.

Несмотря на опасения которые вызвали рецензии на данное произведение, не жалею что взялся его прочесть. Во-первых, очень понравилась сама идея игры в бисер, как некой идеи универсальности и связи знаний. Не зря именно эту идею Гессе поставил в основу книги, и по-моему сам он недооценивает значение этой идеи за которой лежит поиск универсального закона всего. Так же очень порадовало, что Гессе все так же отводит значительное место в возвышение духа восточной философии. Меньше всего я воспринял эту книгу, как попытку создать утопию, возможно именно по этому, она мне показалась интересной. Я отнесся к ней, как к эксперименту пытающемуся проследить становления духа в идеальных условиях. Тема плотской жизни и духовной прослеживается во многих его книга, так что нет ничего удивительного, что он попытался разделить мир на два лагеря. Тем больше было разочарование, когда он не смог завершить начатое, объединив эти два центра в жизнеописании Кнехта.
Предупреждение: а теперь внезапно спойлеры и эмоции.
Разбег... wall wall wall
Ну нельзя эту книгу было так заканчивать, неужели он этого не видел? И если так, то зачем было столько твердить о мистическом конце? Мистическое завершение жизни было у старого мастера музыки, чистый переход из тела в дух. А тут глупо и своенравно, в процессе… Да, люди умирают в процессе, но это же идеалистическое жизнеописание. С таким же успехом глав герой мог умереть и в школе, и будучи посланником в бенедиктинском монастыре. Но ведь автор хотел довести путь до конца, и вдруг умереть на самом интересном месте… wall ;(((
ps. Ушел учить некромантию, дабы вызвать душу Гессе и заставить написать, еще 600 страниц продолжения. Настоящий Кнехт не тонет и в огне не горит >_<

Герман Гессе в своём романе Игра в бисер создаёт мир, в котором попытка заключить жизнь в совершенные формы неизбежно сталкивается с её живой изменчивостью. Уже с первых страниц становится ясно, что Игра в бисер — это не просто интеллектуальное упражнение, но глубокая метафора самого существования. Жизнь в романе воспринимается как постоянное движение, где радость и горе сплетаются в неразрывный узор, а игра — это способ уловить и выразить это движение в символах, мелодиях, идеях. Однако по мере развития повествования становится всё более ощутимым, что никакая Игра не может полностью укрыть человека от страдания, которое естественно прорастает через любую форму: "И чем полнее становилось сознание того, что никакая наука и никакая игра не в состоянии осушить глубокую чашу печали, тем явственнее звучали в игре трагические аккорды."

Касталия, вымышленная страна чистой культуры, в этом контексте представляется не только воплощением утопии, но и символом отделённости от реальности. Иозеф Кнехт, главный герой романа, принимает Касталию с уважением и благодарностью, полностью проживая её возможности. Он не отрицает её ценности — напротив, он воспринимает Касталию как необходимый этап становления своей личности. Тем не менее, истинная зрелость Кнехта проявляется в том, что, осознав истощение этого мира, он находит в себе мужество уйти: "Каждый из нас должен оставить за собой пройденный путь, даже если он прекрасен и дорог сердцу." Его уход — не жестокий разрыв, а естественное продолжение жизни, стремящейся к полноте и правде.

Одним из центральных образов романа становится музыка. Музыка, с её текучестью и одновременной структурированностью, символизирует живую ткань искусства. Она, как и Игра в бисер, стремится к гармонии, но черпает свою силу именно в переживании жизни — с её болью, её утратами, её непредсказуемостью. В романе часто подчёркивается, что музыка и Игра могут существовать только тогда, когда питаются подлинными переживаниями: "Игра, как и музыка, должна быть исполнена не только мастерства, но и духа, иначе она превратится в пустую форму." Таким образом, Гессе подчёркивает: искусство не может быть выше жизни; оно должно оставаться её частью.

Решение Кнехта покинуть Касталию и обратиться к реальному миру символизирует осознание необходимости выхода за пределы замкнутой системы. Он выбирает не оставаться в идеальном пространстве чистого разума, но идти туда, где жизнь полна страха, страдания и неустроенности. Его попытка стать наставником молодого Тито — акт глубокой веры в то, что знания и мудрость должны быть переданы не избранным, а тем, кто живёт в потоке мира. В этом проявляется высший смысл Игры: не в уединённом совершенстве, а в сопричастности реальной жизни.

Структура романа, построенная в виде биографии, дополненной медитативными "прошлыми жизнями" Кнехта, усиливает ощущение вечного круговорота: смены форм, поиска истины, утрат и обновлений. Образ сансары, извечного круга рождения и смерти, становится неотъемлемой частью философского послания книги. Осознание неизбежности страдания не приводит героя к отчаянию, но к принятию жизни такой, какая она есть: "Жизнь всегда требует больше, чем мы можем ей дать, но всё же мы продолжаем ей служить."

Игра в бисер в итоге предстает не как застывший идеал, а как вечная попытка найти музыку жизни среди хаоса. Даже если Касталия обречена на падение, сама Игра не исчезает — она продолжается там, где люди, несмотря на боль, выбирают осмысленную и красивую жизнь.

Таким образом, роман Германа Гессе утверждает простую, но глубокую истину: музыка Игры не звучит в безупречной тишине, она рождается в сердце самой жизни — с её несовершенством, её утратами, её нежной и хрупкой красотой. Как писал сам Гессе:
"Нет ничего прочного. Нет окончательных истин. Есть только движение, только вечное становление."

После Пeрвой миpовой и последовавших затем воeнных конфликтoв, падения духовности и снижения общего интереса к развитию мысли в мире, в некой пpовинции Кастaлия возникает Ордeн ученых, очень образованных людей и «ариcтократов духа», которые становятся хранитeлями знаний для всего миpа. Вершиной их учёной деятельности стала Игрa в биcер - интеллектуальное упражнение, которое  при помощи шифpов, кoдов, позволяет соединять в себе совершенно разные области науки: «.. мы веками придумывали и совершенствовали игру в бисеp как унивеpсальный язык и метод для выражения и приведения к общей меpе всех интеллектуальных и художественных ценностей и понятий». Зачем она нужна? Геcсе говорит о единстве всего в природе, о том, что все в мире идет из одного источника, все взаимосвязано, и одно можно понять при помощи другого.

Повествование ведётся от лица историка Кастaлии, который рассказывает нам о судьбе главного гeроя - Йозeфa Кнеxта, одного из учёных. Судьба ведёт Кнеxта по ступеням успеха вверх, к вершинам интеллектуального совершенства, к влacти и всем дарам высокого положeния. Но это ли нужно чистой человеческой душе? В чем иcтина и смысл жизни вообще?

О слоге: я долго боялась начинать эту книгу, думала, что в ней будет сплошная филоcофия, изложенная закручeнными фразами, абcтракция за абcтракцией. Но нет - филoсофия здесь, конечно, глубочайшая, но подается достаточно доступно, она как бы встроeна в сам текст и раскрывается по мере рaзвития сюжета, а не идет отдельными заумными паcсажами, в которых можно сломaть мoзг. Слог, правда, тяжеловeсный, все детaльно, обcтоятельно, но, мне кажется, тут по-другому и не должно быть: он помогает ощутить себя в той обстaновке, понять cтиль жизни гeроев.

В концe книги приводятся cтихи Йозeфа Кнeхта и три его cочинения, в которых с другого рaкурса раскрываются главные идеи произведения: взаимоcвязь и eдинство всего в миpе, любовь и служeниe другим людям, прeвосходство сeрдца и дyши над учёноcтью.

У меня было очень нeгативное впечатление о Гессе после «Стeпного волка» и «Дeмиана», но «Игрa в бисeр», написанная на закате его жизни, несет в себе уже другой взгляд на вещи. Здесь, например, не говорится уже о превоcходстве опредeленной маленькой грyппы людей над другими, с yничижeнием этих других (Раcкольников передает привет). Нет мыслей о пoклонeнии дьявoлу, и подобных умозaключений. В общем, Геcсе здесь предстал для меня другим, с гораздо более понятными и приeмлемыми идeями.

Ставлю, конечно, высшую оценку, такие книги - жемчужины литературы, очень рада, что прочитала, да ещё получив огромное удовольствие от содержания и стиля. Думаю, что не раз ещё буду возвращаться к этой книге, тут о стольком можно подумать!

«– Иcтина есть, дорогой мой! Но «учения», которого ты жаждешь, абсолютного, дарующего совершенную и единственную мудрость, – такого учения нет. Да и стремиться надо тебе, друг мой, вовсе не к какому-то совершенному учению, а к совершенствованию себя самого. Божеcтво в тебе, а не в пoнятиях и книгах. Истиной живут, ее не прeподают.»

В общем, если не вдаваться в подробности, он просто чередует две темы, квази-ориенталистскую и околорелигиозную. Любой желающий мог бы расставить на бумажке эти две темы, как они появляются в книге, как темы А и В, и просто посмотреть с какой музыкальной формой или формами они имеют соответствие. У меня такого желания нет. Возможно найдется прямо потактное соответствие с реальным произведением, может фугой, может симфонией. Куда мы подселили ГГ.
А ГГ это адский гибрид нацистского осведомителя и Мэри Сью (мальчиков себе нашёл, скиллы заточил, по карьерной лесенке вверх вскарабкался).
Кнехт это идеальная героиня любовного романа. Её отвратительный мирок ей в тягость и сам, мир большой и тот что снаружи ей интересен как рок-звезда, но она слишком пассивна чтобы выбраться туда самостоятельно, и ей для этого нужен прынц, который будет её туда подгонять святыми пинками. Чемпионство берет наиболее активно пинающийся.
Вообще, как можно было превратить мечты об идеальном ВУЗе в околофашистоидный и до потешного немобильный, костный мирок. Непроизводительный, паразитический мир игры это просто идеальная демонстрация мира без Маркса, Энгельса, Ленина, а так же и без Проппа и Леви-Стросса. Мир без времени. Мир играющий в аналитику и не способный к аналитике. Мир-паразит. Мир-провинциал. Мир-калека, покалечивший себя сам ради того, чтобы казаться себе суперменом. Насколько Хогвартс лучше!