Одномерный человек

Если одним словом описать мое впечатление о книге, то это будет - "нудятина". И дело даже не в том, что язык написания временами непростой и книга о политике, которую я терпеть не могу, а потом совсем в ней не шарю. Просто в течение всего чтения, в какое бы время дня или ночи я не бралась за нее, она вызывала у меня только очень сильное желание поспать. Так что очень рекомендую тем, кто страдает проблемами с засыпанием.
Ну, а если более подробно, то могу сказать, что работа Маркузе абсолютно не оправдала моих ожиданий. Автор с самого начала книги дает нам понять, в чем будет ключевая идея, и зачем он все это пишет. Никакой интриги, совместного с автором постепенного развертывания мысли, в результате которого вы во время кульминации работы вскричите: "Ах во оно как! Гениально!" здесь ждать не приходится. Маркузе настолько напыщенно, многоречиво и с постоянными (раздражающими меня жутко) повторениями доносил свою мысль об уродстве существующего общества, что меня не прекращали посещать фантазии о том, как он с горящими глазами, влезая на броневичок, начинает вещать: "Товарищи, нас обманывают с помощью нас же самих. Мы лишь рабы в этом прогнивающем индустриальном обществе. И т.п." Эти непрогоняемые образы заставили меня сделать паузу в чтении и полезть смотреть, кто ж он такой (я же уже писала, что в политике совсем ноль). Узнала, что его учение повлияло на возникновение "новых левых" - ну, что ж, теперь все ясно.
Раскрыв глаза читателям на то, как убого современное (на момент написания книги, конечно) общество и о вероятности окончания всего этого действа ядерной войной, Маркузе начинает долго и утомительно обосновывать свою точку зрения, "натягивая" на нее и литературу, и психоанализ, и социологию, и историю, и логику, и философию, и даже лингвистику. При этом автор постоянно использует специальную терминологию каждого подхода, не разъясняя его для читателя. Да, конечно, приятно видеть, насколько автор разносторонний и способен объединять различные научные дискурсы в своей работе, однако для не таких умных и начитанных читателей, воспринимать подобное довольно-таки сложно. К примеру:

Я насчитала в данной цитате как минимум пять специфичных психоаналитических термина, словесное обозначение которых не совпадает с тем смыслом, которое "непосвященный" человек в него вкладывает. А это только одно предложение. И без всякого объяснения со стороны автора. В отношении философии, социологии и других наук открывается такая же картина. Там тоже читатель по макушку будет завален профессиональными терминами, фамилиями философов и ученых, на которых автор будет ссылаться вскользь, как бы учитывая то, что читатель уже все проштудировал и с полуслова поймет о чем речь.
Честно говоря, подобное ощущение своей недалекости и великого ума автора последний раз у меня создавал только Юнг, заваливший меня некогда как ни в чем не бывало ссылками на мифы и сказания, о которых я ни сном, ни духом. Однако, удивительно, но Юнг оставил впечатление: "Ого, какой умный!, Маркузе же наоборот заставлял думать: "Зачем так сложна?"
Хотя скуку у меня вызвало даже не это, а сама мысль, которую доносил автор. Мне кажется, что каждому более-менее соображающему человеку известно, что в рекламе и политике активно используются психологические средства манипулирования человеческим сознанием. Ясное дело, что все это не на коленке за 5 секунд делано. А про изменение ценностей и выхолаживание высоких понятий (любовь, свобода и т.п.), путем использования ее в рекламе (и политике тоже, конечно) и значительного снижения их духовной значимости, когда свободу дает автомобиль, а любимым является сок, я еще лет семь назад с подростками на занятиях обсуждала. Не буду спорить: вероятно, Маркузе был как раз тем первопроходцем, который посмел заявлять об этом, однако читать сейчас это было лично мне скучно и, самое главное, уныло.
Хотя, вероятно, людям, заинтересованным в изучении истории социальных движений будет очень любопытно прочитать данный труд, написанный человеком в эпоху угрозы ядерной войны.

Долгая прогулка, бонус августа.

Начало книги было интересным. Первая часть описывает современную действительность, да конечно с поправкой на время. Согласуется с тем, что сейчас происходит. Интересные рассуждения о языке.

Вторая часть это что-то достаточно запутанное и местами совсем не понятное. Третья часть написана уже более человеческим языком. В общем впечатления от книги не однозначные. Позиция автора достаточно категорична. И во многом я с ним согласна.

Начиная описывать эту книгу, хочется сразу перепрыгнуть в ее середину, когда автор говорит о языке, разности понятий и смысловых оттенков, которые стоят за тем или иным словом. Увы, эта проблема языка встречается в книге куда раньше, чем до нее доберется автор. И его сложно в этом обвинять. Вероятно, она была предназначена для специалистов: философов, политологов, которые мыслят и говорят, используя те же выражения. Нам же, людям, от этой области далеким, подчас очень и очень непросто разобраться в тексте, найти его смысл за нагромождением в целом вроде понятных, но никак не желающих складываться в общий смысл слов. Наверное, так себя чувствует ребенок, учащийся читать. Он уже знает буквы, сложил из них слово, но не туда поставил ударение. И вот он вертит и вертит на языке получившуюся конструкцию, но никак не может узнать ее, догадаться, что же она значит. Что ж, и для взрослых полезно иной раз выйти из комфортного диапазона, и вновь почувствовать себя учеником. В конце концов, это можно воспринимать как тренировку для мозга. Прочитай абзац и перескажи его своими словами. Не справился? Повтори. А теперь подумай о своем ребенке, из которого ты вчера выжимал пересказ и удивлялся, что ж тут непонятного? Ведь ты прочитал книгу, почему же не можешь рассказать, о чем она была?
Ну, а, кроме шуток, в своей книге автор противопоставил друг другу коммунизм и капитализм. Нет, не так, он не ратовал за один какой-то строй (скорее, нигилистически отрицал их все), он подчеркнул, что в нашем мире сейчас (в те годы, когда он это писал, да и сейчас еще есть страны, строящие коммунизм) есть яркое противопоставление двух идеологий. И, на самом деле, люди несвободны в обеих странах (будем уж говорить так, все равно подспудно речь шла о США и СССР). Если в СССР подчинение одной партии было ярко выраженным, а во времена Сталина тоталитарный строй достиг своего апогея, то и в демократическом США дело обстояло немногим лучше. Просто все преподносилось несколько иначе. Людям не приказывали, а их убеждали. В СССР, кстати, тоже велась немаленькая моральная обработка, ведь комсомольцы ехали поднимать целину и строить БАМ с большим энтузиазмом, а не из-под палки (ну, многие из них). В США рекламная компания шла под другим соусом, но ведь тоже шла. Конечно, автор говорил нам о гонке вооружений. Он, как и многие в то время, опасался Третьей мировой войны уже с ядерным оружием и уничтожения весьма большой части Земли из-за дурости очередного правительства. Но он еще и подчеркивал тот факт, что постоянно наращивая и наращивая военный потенциал, люди сами загоняют себя в ловушку. Не говоря уж о том, что когда-нибудь это сделанное захочется использовать, люди просто отнимали у себя возможность создавать что-то в мирных целях, улучшать свою жизнь. Причем отрекались от этого добровольно, поскольку были убеждены, что в первую очередь все силы надо бросить на безопасность. Вот автор и предлагает нам некую пацифистскую точку зрения, что правительство загоняет собственный народ в ловушку накопления военной мощи, а все ради того, чтобы иметь возможность им управлять. С учетом того, что избыток вооружения, который надо было где-то испытывать, выливался в локальные войны (Вьетнам и пр.), о чем автор тоже писал, неудивительно, что его идеи были подхвачены левым движением и приобрели известность (что несколько необычно для философской книги, написанной для не слишком широкого круга читателей, сложным языком и, кстати, без определенной доктрины, поскольку автор указывает на недостатки существующих строев, но не предлагает свой вариант. А то, что он предлагает, всеобщую свободу, звучит чрезмерно утопично, что он и сам понимает и о чем пишет в самом начале своей книги.).
И вот опять мы возвращаемся к используемому лексикону. Автор далеко не всегда вкладывает даже в широкоизвестные слова тот же смысл, что и окружающие. К счастью, обычно он старается в этом случае сделать сноску и пояснить, что включает в себя это понятие в его трактовке. Например, когда он говорил о тоталитаризме и репрессиях, мне было не так-то просто перестроиться с образа сталинского государства и осознать, что автор может также “приласкать” и США, что тоталитаризм для него - любая несвобода, а по сути, любое развитое индустриальное государство. Ранее свобода слова использовалась для изменения старого порядка, постепенного прогресса, изменения форм мышления и пр., а сейчас она угасла, вернее, вошла в ограниченные рамки. Она уже не стремится радикально изменить существующий строй, а лишь пытается выбрать “лучшее из худшего”. Это как говорить с ребенком, когда вместо ненавистного вопроса, подразумевающее прямое и немедленное действие “пойдешь спать?”, родитель произносит “ты будешь спать с мишкой или куклой?”. Вроде бы тут и присутствует некая свобода выбора, но явно ограниченная и все равно ведущая в том направлении, которое нужно старшему родителю/правительству.
Увы, автор не приводил примеров с детьми и прочих, что позволило бы его произведению стать более понятным. Максимум, это он использовал некие выдержки из Маркса, поэтому не всегда удавалось уловить смысл, который он пытался передать читателю. Кажется, он писал, что “Капитал” уже устарел из-за изменения норм труда, из-за преимущественной замены ручного труда на машинный. Профсоюзы, созданные для защиты рабочих, теперь вынуждены идти на соглашения с правящим классом и несколько потеряли первоначальное значение. Теперь они чаще всего выступают не против крупных компаний, а совместно с ними. Увеличение доли машинного труда, освобождает время для досуга. Повысившийся общий уровень производительности, удешевление товаров, дает доступ более низким социальным слоям к более качественной одежде, питанию и массовой культуре. Теперь нет необходимости идти на концерт, а современные технические средства позволять прослушать музыку дома в любой момент. Правда, по мнению автора, отчасти это отрицательно воздействует на культуру, поскольку более востребованным становятся преимущественно “попсовые” направления, планка требований значительно снижается из-за изменения в составе потребляющего социума.
Еще из интересных мыслей автора хотелось бы пройтись по обилию рекламы. Сейчас и наше государство переходит на капиталистические рельсы, так что и мы доверху получили сопутствующих товаров. Можно согласиться с ним, что растет общество потребителей, цели и желания не рождаются в головах людей, а формируются извне, посредством рекламы. Он предлагает (нереальный) эксперимент по удалению одного человека на продолжительное время из социума и лишение его этого информационного влияния. Тогда голова очистился бы от наносного, и в ней родились бы уже совсем иные мысли и потребности. В небольшой степени каждый из нас может проделать этот эксперимент, если имеет возможность выехать на дачу или садовый участок (без интернета!). Причем я не имею ввиду современные оборудованные всем коттеджи с соседями, перед которыми надо держать марку. Просто когда дети возятся в глине на дачном участке, или пытаются высунуть нос из дома после наших вечных дождей, то задумываешься о хорошей непромокаемой одежде, практичных нервущихся штанах (и не особо марких), а не о фирменной кофточке из Зеплина (и иже с ним), которую некому оценивать, кроме воробьев, и которая не устоит против колючек крыжовника и десяти минут. Разумеется, тогда мы можем начать мечтать о непромокаемых финских комплектах одежды или о самосвале с гравием, который осушит весь участок от заболоченных мест, но если несколько отрешиться от подобных возможностей (потерять банковскую карту), то можно будет почувствовать себя ближе к природе и оценить дедушкин ватник и бабушкины резиновые обрезы. А тут, глядишь, и время для мыслей о вечном найдется.
Нельзя не согласиться и с политической пропагандой (как мы уже выяснили ранее, она сильна не только в коммунистическом, но и в капиталистическом мире, только иначе завуалирована), с регулярным “промыванием мозгов”, ориентированием толпы на внешнего врага, внедрение в жизнь особого “политического” языка, когда громкие слова постоянно звучат с трибун, но уже давно не несут за собой первоначального смысла, даже придуманные сокращения (ООН, ОБСЕ и пр.) автор воспринимает как ширму, маскирующую настоящую деятельность этих образований. Такое сокращение букв становится уже именем собственным, и никто не пытается вернуться назад, расшифровать этот термин, заново вдуматься в смысл слов и осознать, что они означают и чем должен заниматься тот или иной комитет.
Словом, в книге немало интересных мыслей, но воспринимать их через такую форму подачи для неподготовленного человека очень тяжело. И потом, философия всегда была лишь размышлением, и вовсе не ради конечной цели (когда Аристотелевская аксиома о четырех стихиях перестала быть актуальна с научной точки зрения, она никуда не исчезла из философии), а ради самого процесса познания. Так что, осуждая существующий порядок, вряд ли она когда-то предложит нам аналогичный, более грамотный, полезный для человеческой личности, но в то же время не утопичны и способный существовать.

7/10
Критиканов много, что слева, что справа, хоть сверху, хоть ещё откуда. Все прекрасно знают, что плохо, нещадно критикуют это зло, причем в очень схожей манере. То, что они критикуют ясно, а вот откуда - далеко на так очевидно. Вроде бы и есть все видимые предпосылки сказать, что этот правый, этот левый, вроде бы есть идеи, но уж очень они выглядят неубедительно. Особенно с левой стороны. Вот и заключение книги вышло таким, словно его писал нервный, неуверенный человек, царапая листок бумаги пером, зажатым в трясущемся кулачонке.

Читать это просто невозможно. Уж не знаю, кто больше постарался напичкать текст "научными фразами". Создалось впечатление что делалось всё, чтобы читатель бросил после второй страницы.

!!!

Уф-ф!!!
Но продираясь сквозь колючки слов, вдруг, обнаруживаешь интересные мысли.
Книга написана в годы, когда Партия и Правительство объявили Советскому народу о начале строительства Коммунизма в отдельно взятой стране, коммунизма, как общества, в котором гармонично развитый Человек освобождается от труда, как средства существования, поскольку общество обеспечивает все его потребности, одной из которых и становится творческий труд. И Маркузе в своей книге постоянно, с завидным упорством повторяет, что труд, как средство для получения средств (даже к очень комфортному) существованию - является рабским трудом.
Интересно, почему советские идеологи не издавали в СССР эту книгу. Возможно, им тоже было трудно читать эти словесные противотанковые заграждения. Но книга была переведена и вышла в печать, когда строй взявший обязательства, в том числе, воспитать всесторонне развитые личности, а не каких-нибудь ограниченных потребителей, уже развалился. И народ строем продавался в рабство, поддавшись манипулированию с "потребностями". Вот, если бы Маркузе брал пример с любимого им Аристотеля и излагал свои мысли языком, доступным пониманию среднего читателя, имеющего всего "высшее" образование различного профиля, имеющего общие представления о философии и/или, скажем. о математической логике. Я, например, все время чувствовала нехватку специального образования, пока читала эту книгу. Хорошо, что Маркузе не пошел по стопам Маркса (также весьма им уважаемого) и ограничился небольшим объемом (всего каких-то 336 страниц). Но, еще через 30 лет, после первого перевода на русский язык, продравшись через тернии слов, поражаешься тому, как более полувека назад автор увидел всю одномерность существования человека, когда вся жизнь его сводится к удовлетворению потребностей, пусть все более разнообразных, но большей частью навязанных ему, чтобы обогащать верхушку общества, которой тоже навязывается жажда обогащения и для нее, в свою очередь, выдумываются потребности...
Все это интересно. Все мы понимаем, что нами манипулируют, но как-то обидно...
Насколько лучше, приятнее, возвышеннее коммунистические идеи о труде. являющемся потребностью, радостью, о неистребимом стремлении к познанию... Надеюсь, история просто зашла на новый виток спирали своего развития, а то просто обидно жить для того, чтобы потреблять.
Читать эту книгу я, наверное, опоздала. Но многое остается актуальным и сейчас. И есть авторы, которые пишут очень актуальные книги, но мы их опаздываем читать. Кто знает, если бы книгу Маркузе читали и изучали именно в то время, когда она была написана, то с нашей страной и нами не произошло бы то, что произошло.

Работа Г. Маркузе "Одномерный человек" написана в ключе фрейдомарксизма. Это означает, что в теории, которую автор называет "критической", сочетаются элементы психоанализа и неомарксизма. Книга посвящена критике "развитого индустриального общества", в котором человек превращается в раба. СМИ формируют у него ложные потребности и ложное мышление, отчуждая тем самым от бытия и превращая человека в инструмент своих манипуляций, овеществляя его.

Почему стоит прочесть эту книгу?

Во-первых, книга является как никогда актуальной. Несмотря на то, что она вышла в 1964 г., многие читатели найдут в ней описание процессов, происходящих в современном обществе. Поэтому книга становится хорошей пищей для размышлений.
Во-вторых, это философское произведение оказало значительное влияние на политическое развитие Запада и дало идейное вдохновение для "новых левых", порвавших с классическими коммунистами и социалистами. Поэтому книга будет интересна к прочтению для людей, серьезно интересующихся Новейшей историей стран Европы и Америки.

Подводные камни

Книга Маркузе довольно пессимистична. Он не дает должного ответа на вопрос, как же изменить те основы развитой индустриальной цивилизации, которую он критикует. Точнее, дает в духе "хочешь изменить мир — начни с себя". Маркузе говорит о "Великом Отказе". Дело в том, что современная цивилизация предоставляет человеку большое количество благ и комфорта, от которых сложно отказаться. Она же при этом навязывает одномерное мышление, тем самым порабощая человека. Чтобы освободиться, человек должен отказаться от комфорта и благ цивилизации, что в силу ленности человеческой природы практически невозможно. Поэтому Маркузе видит выход в аутсайдерах и маргиналах, т.е. в тех социальных слоях, которые не встроены в экономическую структуру общества и которым "нечего особо терять, кроме своих оков" ( это я процитировал "Манифест компартии", если что). Это студенты, безработные, проститутки, наркоманы и др. Но по сути никаких действенных планов по выходу из критической ситуации Маркузе не дает. Только критикует. Те, кто ждет руководства к действию, обратились не по адресу.

Кроме того, язык книги довольно тяжеловесен. Я редко прощаю такое авторам. Если ты взялся писать книгу, то ты пишешь ее для читателей, а не для демонстрации во всех ракурсах своего личного многоумия (по-моему это писательская спесь). Чтобы вы понимали, с чем вам придется иметь дело, приведу пример.

Читателю приходится брать на себя работу автора, чтобы понять, что же он хотел сказать. В данном случае разъясню цитату. Идея этой фразы заключается в том, что десублимация — сексуальное раскрепощение — в современной развитой индустриальной цивилизации стала частью этой цивилизации и институционализировалась. Это сексуальное раскрепощение общество использует, чтобы ограничить возможность людей трансцендировать — т.е. мысленно выходить за пределы этого общества, быть в оппозиции к этому обществу. Впрочем, Маркузе я его сложный слог простил.

Таким образом, прочтение книги требует довольно серьезных интеллектуальных усилий от читателя. Вам следует начинать читать ее в двух случаях. Первый. Если вы привыкли к сложной литературе и в вас воспитана культура читать сложные книги внимательно и до конца. Второй. Если эта книга является частью вашей учебной или научной работы.
Если же вы смотрите на книгу, как на модное интеллектуальное чтиво, то вам придется приложить немало усилий, чтобы ее одолеть.