Манарага

С творчеством Владимира Сорокина я знакома по повести «Метель», поэтому манера повествования и особенности текста сюрпризом не стали. Неподготовленному человеку начинать знакомство с автором с романа «Манарага» не советую, поскольку есть большая вероятность, что не понравится из-за особенностей сюжета.

Вообще о сюжете можно высказаться лаконично – будущее бумажных книг. В мире, представленном на страницах романа, бумажные книги служат иной цели, нежели нам сейчас – на них готовят. Причем это очень дорогое удовольствие – пожарить стейк на первом издании Чехова или креветки на раритетном Толстом. Готовка на книгах – это огромный подпольный бизнес, со своими жесткими правилами, нарушителей которых карают. Здесь есть доставщики книг – специальные люди, которые охотятся за редкими изданиями и добывают их далеко не самыми легальными способами. Повара колесят по миру, обслуживая богатых и искушенных клиентов, прекрасно осознавая тот риск, на который они идут. Но в какой-то момент даже на такой дисциплинированной кухне происходит конфликт…

Впечатления. Делать какой-то общий вывод об авторе после прочтения всего двух произведений, на мой взгляд, рановато. Могу сказать, что «Манарага» меня не разочаровала и не отбила желание читать В. Сорокина дальше. Да, это нетипичный представитель современной русской прозы, но, определенно, он заслуживает внимания читателей. Меня Сорокин привлекает неординарностью сюжетов, смесью жанров и стилей, а также легкость слога. Читается просто до неприличия легко – «Манарага» заняла буквально пару часов времени. Так что если не боитесь экспериментов – смело читайте Владимира Сорокина.

2037 год. Мир Теллурии, как говорится. Особое развлечение состоятельной публики - приготовление пищи на огне из оригинальных изданий классиков литературы. Профессия шеф-повара весьма прибыльна, но и опасна: органы правопорядка (книги - музейная редкость), криминал, подделки, конкуренты, строгая дисциплина и жесткие правила. Планета, пережившая войну, загнивает в синтезе порока и технологии, в котором единственная судьба книг - гореть на кострах тщеславия. Автор, особо не отвлекаясь от несложного сюжета, в обмолвках и намеках широкими мазками рисует печальное будущее человечества; тут (да и везде) он особо хорош - все эти умницы, блохи, зооморфы и т.д. чудо как удались.
Стилистически Сорокин безупречен. В смысле как всегда - многолик, изменчив, изобретателен и блистателен. Много юмора. В оригинальном тексте присутствуют внешние вкрапления - все-таки не дрова жарят) В Норвегии, например, бук'н'гриллеру дают почитать рукопись "Толстой" - веселую стилизацию про русскую деревню, инкрустированную фирменным сорокинским безумием: "Хелло, мту мкубва! Гамарджоба, дорогой!" - приветствуют трехметрового Толстого эфиопы, грузины и разные албанцы. Текст отсылает к сорокинской "Метели" с ее большими и маленькими. (А Вы, что, подумали, что Толстой - это писатель?)) Великан у Сорокина сыпет потрясающими скороговорками и тут писатель удивил, да. "Почему я, гнилой йоха-воха, все время делаю себе плохо? ... Сам себе я враг или просто дурак?" Тут, конечно, автор отправляется на экзистенциальные поиски смысла русской жизни, а о чем же еще любая его книга?
Цитировать можно бесконечно: "...война с латиносами, решившими завалить Европу тоннами дешевых аррачеры на Дос Пассосе и каймана на Борхесе".
Имя главного героя - Геза; он - русский повар. "Вот и двое русских - Билл и Анзор". Русский повар - это бук'н'гриллер, который жарит на книгах русских классиков. Масса словесно-смысловой эквилибристики: читать (жарить), тухлый ланч (засада), графоманы (повара-самозванцы), сменить фартук (поменять национальную литературную кухню), фастфуд (барабулька на Барикко), читальня (это привет Елизарову, очевидно), дровишки (книги), брикеты (фальшивые книги). "Как вывести умных клопов из умного комода? Очень просто: поумнеть". Досталось и Прилепину: краткий отрывок, в котором Ванькя выбегает во двор, не оставляет сомнений в выборе мишени пародии. Постсоветский валежник - подводит итог целой литературной эпохе Сорокин. А вот "...Швейцария не так проста... Талибан быстро обломал об нее свои желтые зубы: нанятые гномами пакистанские крылатые легионеры вышибли моджахедов с горных перевалов". Или вот: "Стамбул. Завтра вечером чтение рассказов Чехова для одной полубандитской турецкой семьи. Старые клиенты, читал им уже восемь раз. И все - Чехов". По настроению роман Сорокина напомнил мне прозу Кристиана Крахта: игрой с топонимами и названиями - "Faserland", военными деталями и постмиром "Я буду здесь на солнце и в тени", символизмом горы - "1979". Да, Манарага - это гора на Северном Урале.
ВЫВОД: "Пять", только пять! Сорокин о книгах (о замысле романа): "Сжечь, чтобы полюбить". (Из интервью "Ъ" - "Огоньку") И ранее в другом интервью: "Культура - дама хрупкая, не баба с веслом". Провокатор!

Вообще-то, я не люблю Сорокина, непонятна мне его нежная любовь к экскрементам и обсценной лексике. Но тут обнаружила в библиотеке свежую книжку и решила ознакомиться.

Ну что сказать, с точки зрения языка — это даже можно читать за обедом. Ничего мерзкого внутри нет. Ну почти. Почти, если вас не коробит приготвление еды на книгах. В смысле, когда книги используются в качестве дров. Причем особенно ценятся прижизненные и прочие редкие издания.

В остальном — скучно и монотонно. Нет, наверное, можно искать всякие аллюзии и символы, как это любит делать Данилкин. Стилизации, намеки и прочее. Но читать — тоскливо. Финал (после описания десятка однообразных сжиганий книг в стиле «шницель на Шницлере») несколько оживляет повествование, но не более.

Сорокин, ничего неслучайного: дистанция, еда, спокойствие. Именно такая комбинация, такая последовательность. Путь к созиданию вероятного, предельно возможного, пророческого начался “Днем опричника”, достиг своего совершенства в “Метели” и неизбежно должен был привести к деконструкции наметившегося и порядком устоявшегося мира нового Средневековья. Так и случилось: “Теллурия” была реалистическим парафразом постмодернистских находок романа “Если однажды зимней ночью путник…” Итало Кальвино, десятка только первых глав самых разных авторов, самых разных культур, самых разных сюжетов. Сорокин расплел ризому в социально-утопический корпус легко узнаваемых примет, почти отказался от настоящего времени и, как будто заснув, подобно клонированным героям “Голубого сала”, пропел балладу (т.е. песню о смерти) любимым книгам.

Данилкин видит здесь подмену: мол, это не тот Сорокин, который — другой. Мы того любим, а этого по инерции ставим на полку, смеясь его шуткам, восхищаясь даже, но. Знаменитый критик в очередной свой раз стал жертвой быстрого чтения. “Манарага” — не карикатура, не памфлет, не пророчество. Это поэма конца. Все слова неслучайны, мы помним. Проза растворяется в сложную ритмику сюжета, отступлений, повторов. Не на грани стиха, нет, мир теллура не знает поэзии, но знает лирику, а значит предполагает более широкий контекст. Русская культура изживала конец времени эхом Серебряного века. И именно им и нужно мерить повесть о незадачливой смерти искусства сжигания книг в кулинарных ритуалах будущего.

“Поэма Горы” и “Поэма Конца” — “пражский” диптих Марины Цветаевой: типичная для тех лет грубо сшитая история любви, вписанная в компендиум классической мифологии и библейской истории. Абрисно знакомый нам мир: гора как центр, темы святынь и их поругания, а в центре личность между разнонаправленными и противоречивыми импульсами времени, помирить которые способна лишь одна стратегия — служение. Мир Манараги/Теллурии, порядком, по собственному признанию Сорокина, уже обжитый, такая же развернутая метафора конца. Не любви, конечно, какая любовь у служителя, но конца книги, сюжета, мысли. Конца человека, так или иначе. Поэтому мифология и религия сменяются корпоративной легендой — еще одним атрибутом служения. Оттого сжигание священных текстов сюжетно мотивировано: индустрия, в конце концов, — это качественная услуга. Ничего случайного. Просто новый производственный роман на современном материале. И в этом смысле нет никакого другого Сорокина, “Манарага” — повесть на излюбленную им тему.

Сжигание — акт с множеством коннотаций. И непременная характеристика авангарда, системы предельно тотальной и четко структурированной. Подобно Малевичу, рассылавшему письма по всем наркомам с просьбами уничтожить музеи, Сорокин в своем романе превращает деструкцию не только в социальное, но и в эстетическое действие. Бумага, книга, весь Гутенберг не просто превращается в пепел, а поглощается вместе с пищей: усваивается. А это последнее и есть, в общем, главное содержание всей художественной структуры построенного Сорокиным мира и — шире — его стиля. А стиль, как и в великих русских поэмах 20 в. от уже названной “Поэмы конца” до кузьминской “Форели”, определяет смысл: что-то большое умерло.

Собственно явление стиля — это всегда знак смерти. Вполне очевидно, что речь идет о смерти Человека. И в этой точке нужно вспомнить об еще одном тексте — “Распаде атома” Георгия Иванова, пограничном произведении о, по словам Ранчина, “самоубийстве Серебряного века”. Книги поразительно рифмуются, их герои мучаются фантазиями, дышат отравленным воздухом, живут над странами, нациями и над религиями, трагически переживают конец искусства.

То, что у Иванова дано пунктирно, у Сорокина превращаются в развернутую метафору. Вот “Распад атома”: “…бессмыслица жизни, тщета страданья, одиночество, мука, липкий тошнотворный страх — преображены гармонией искусства”, как “кондитерский торт” украшен глазурью. А в “Манараге”: “Relax, relax, book’n’grill chef”. Сорокин недалеко ушел от своего великого предшественника, но знак высказывания, безусловно, поменялся. Для Иванова “Атом” был, конечно, разрывом с Серебряным веком, после окончания рукописи он не написал ни строчки в течение почти 6 лет, но для Сорокина и нас с вами этот своеобразный пересказ, возможно, последней великой русской поэмы означает лишь начало нового витка, не очень привлекательного, усеянного тлением, нечистотами и блохами, но нового. Герой Иванова, атом, кончает жизнь самоубийством, Геза, кажется, правила игры принимает. Сорокин, конечно, не находит места для бумажной книги, для искусства, смываемого тиражом и серийностью, но, тем не менее, точно определяет свое место: единственным не сожженным произведением в “Манараге” остается либретто оперы “Дети Розенталя”.

-- Виктор Пучков для проекта СОЛОМА.

@solomatoday во всех соцсетях и Telegram

Всем привет, друзья! С вами ††Ищущи醆, и мы ищем хорошие книги : )

Сегодня я хотел бы поделиться впечатлениями после прочтения романа "манарага", в котором нам автор рассказывает про альтернативное будущее. Прогресс, моральная революция, и все такое прочее. А еще здесь книги "читают" путем разжигания их в мангалах или на костре. Вместо того, чтобы читать их в привычном понимании этого слова, их используют в готовке блюд вместо топлива. И теперь это называется "чтением". Что примечательно - это занятия считается преступлением, так как бумажные книги являются достоянием человечества.

А потому полиция всех стран охотно ловит как "поваров", так и любителей экзотики, которые всегда найдут способ для того, чтобы "прочитать" очередную книгу. В зависимости от мастера повара, человек пользуется спросом и популярностью. И чем больше у тебя денег, тем у тебя их меньше. Потому что нужно постоянно искать подпольные распродажи для своих постоянных покупателей, нужно держать руку на пульсе, и платить деньги тому, кто в случае чего сможет тебя отмазать. А еще это просто недешевое удовольствие, и лучше надолго не задерживаться на одном месте и постоянно путешествовать по всему миру.

Вот и получается, что люди, занимающиеся "приготовлением книги к прочтению" не имеют постоянного дома. Впрочем, чтобы быть объективным - главного героя произведения это ничуть не удручает, а скорее наоборот - держит в тонусе, и позволяет быть в центре событий. Ему самому нравится путешествовать по миру и чувствовать себя жителем планеты, а не конкретного государства. Имея много денег и хороших знакомых, он может позволить себе готовить только тогда, когда он захочет.

Но вот в чем парадокс - ему не хочется отдыхать в принципе. Только в процессе готовки он чувствует себя живым, и занимается всю жизнь тем, что ищет хорошую и редкую классику. Он не позволит себе опуститься до каких-нибудь бульварных детективов или развлекательной литературы. Нет! Он работает исключительно с мировыми писателями, чьи фамилии давно сыскали популярность и известность по всему миру. Он считает себя даже специалистом в определенных направлениях литературы.

И у него есть свои любимчики, с которыми ему нравится работать.

Такой вот странный мир будущего, в котором процветает техника и виртуальная реальность. В котором не нашлось места для того, что даже сейчас некоторые люди считают пережитком прошлого (и я не говорю не только про бумажные книги, но в и том числе про кинотеатры или просто театры. С каждым днем цифровизация происходит все более стремительно, и у людей действительно появляется возможность смотреть новинки дома на широком экране, а не ехать на край города ради того, чтобы смотреть фильм через прожектор сомнительного качества под характерный запах и хруст попкорна).

Не до конца понимаю концепт мира, который воссоздал на страницах книги Сорокин, но уже немного привык к его буйной фантазии и к крайностям, в которые он иногда кидается. Спасибо и на том ,что он не решил возродить монархию в России, как это было в "день опричника". Здесь поднятая тема более обширная и глобальная. Но в тоже время более узкая и локальная. И я понимаю, что это образы и символы, через которые писатель пытается донести до нас определенные мысли.

Но я действительно не понимаю почему в мире, в котором цифровая книга победила бумажную, нужно обязательно использовать пережитки прошлого для готовки блюд. И почему это является нарушением вандализмом. Люди условного будущего разучились печатать и создавать бумажные книги? Если кто-то может себе позволить что-то купить, то он становится владельцем этого предмета, и может делать с ним что угодно. Да, я не спорю, что некоторые книги являются ворованными, о чем главный герой, разумеется, догадывается.

И в таких случаях я не буду пытаться его оправдывать.

В остальных же случаях. Когда сделка официальная, то мне кажется немного странным сделать из бумажных книг памятники прошлого, которые власти пытаются уберечь, но при этом есть целая теневая зона "криминального мира", которая поднимает на этом большие деньги. И есть "любители искусства", готовые эти самые деньги платить за то, чтобы им пожарили, например, мясо на томике Толстого или Пушкина. Не придираюсь ни в коем случае к предложенному Сорокином концепту, просто он мне кажется немного натянутым и наигранным.

Собственно, поэтому я и поставил 4 вместо твердой пятерки. Потому что если другие его миры получились живыми и реалистичными, тут откровенно попахивало сюрреализмом, и Владимир в большей степени сосредоточился над передачей заложенных в фундамент идей, нежели пытался воссоздать этот мир будущего, в котором люди ценят книги и считают их частью своего наследия, но не читают. Мне кажется, что даже в "451 по фаренгейту" с ними поступали как-то более "честно". Они просто были запрещены, и их сжигали.

Так что сказка ложь, да в ней намек. Владимир Сорокин создал странное и местами действительно убедительное будущее, в котором человечество, с одной стороны, действительно шагнуло далеко вперед. Но, с другой стороны, у нас на лицо какая-то моральная деградация определенных сословий, потому что назвать их пристрастие к ТАКОМУ "чтению" книг кроме извращением я не могу. Здесь нет никакой мистической подоплеки из разряда, что благодаря дыму или огню люди действительно ЧИТАЮТ содержимое сожжённого романа.

Нет, таких чуде не бывает, друзья. Это просто странные люди, которые настолько далеко продвинулись в своих эстетических извращениях, что теперь им подавай только такую готовку блюд, и не иначе. А на любой спрос, как вы помните, есть и предложение. Немудрено, что главный герой является одним из самых знаменитых и востребованных поваров, чей рейтинг достигает невообразимых высот наравне с другими мастодонтами кухни.

По-своему мужчина даже вполне понятен как персонаж. В нем нет излишней страсти к деньгам, он искренне любит свое дело (пускай оно и вызывает у меня кучу вопросов), и ему нравится колесить по миру. Если каким-то поварам не нравится в своей профессии то, что они вынуждены постоянно колесить по миру, то у него это не вызывает проблем. Наоборот, он постоянно чувствует себя в тонусе, и это позволяет ему быть в движении. Так что хоть какая-то польза от этой деятельности у него есть. В остальном для меня это просто странный концепт, в котором книги "читают" таким оригинальным образом.

Еще более странным я считаю то, что это является теперь незаконным, и за это преследуют. Нет, я понимаю, что есть памятники культуры, но... Почему они тогда находятся в свободном доступе? Если что-то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО имеет ценность, то обычно это охраняется в разы лучше, и в книге сам герой прямо говорит о том, что у них есть целая есть агентов, которые за круглую сумму держат руку на пульсе и всячески их отмазывают. Я все это веду к тому, что слишком много телодвижений, ограничений и внутренних теневых систем для такого "памятника" прошлого как бумажная книга.

Да и если их ТАК "читают", то они должны кончиться. То есть у этой работы есть конечная точка. И логично, что с каждой исчезнувшей книгой власти должны усиливать контроль и проверку всех причастных к этому "культурному" феномену. В общем, странный мир будущего, странные люди, и немного высосанная проблема из пальцев. Ну не читают люди больше бумажные книги. Теперь для них это топливо, благодаря которому они разводят богатых на крупные деньги. Мне кажется, что в мире есть и более важные проблемы, на которые стоило бы обратить внимание : )

Так что местами сеттинг действительно от меня ускользал. Написано прекрасно, Сорокин на высоте. Но вот только в этот раз у нас "соединения" не случилось. Не смог я проникнуться в полной мере его историей. Хотя ничего плохого в этом я также не вижу. Не романы должны одинаково радовать или вызывать сильные эмоции. Могут быть и спорные произведения, к которым теперь, в частности, я отношу и "манарагу". Прочитать роман было правильным решением (я не жалею о потраченном времени), но возвращаться сюда еще раз я не стану.

Не мой формат, не мои герои.

Если говорить о заложенных идеях в книге, то я могу раскрыть несколько, наиболее очевидных векторов. Просто для затравки вашего любопытства, так скажем : ) Потому что пускай я и ворчал на то, что сеттинг мне показался немного странным, в целом я понимаю что хотел показать нам Сорокин, рассказывая про странное будущее, в котором, несмотря на технический прогресс, человечество очень быстро деградирует и катится по наклонной в бездну. Даже не замечая этого, потому что глаза не отрываются от гаджетов.

В частности, вернемся к нашему главному герою, который как и остальные люди, использует доступные ему технологии. Есть тут так называемые "блошки", без которых он не способен посчитать в голове даже самые простые цифры. Все это делают за него технологии, а он слепо доверяет их расчётам. Что это? Прогресс и возможность человека становиться более профильным и точным специалистом в своей области? Или неизбежная деградация людей, которые не хотят сами разбираться даже в общих вопросах, тем самым все более сильно становящиеся зависимыми от техники?

Которая, ВНЕЗАПНО, может поломаться, выйти из строя. Или кто-то специально будет её глушить. Как тогда любитель готовить на мировой классике повар будет справляться с порциями блюд, а?

Так что первый уровень посыла про деградацию человечества мне понятен. Который визуально показан через отношение к книгам как источникам информации, которые многие века были рядом с человеком и пользовались его любовью и почитанием. Да, были периоды в истории нашего вида, когда в конкретных странах книги запрещались и даже сжигались. Но именно в глобальном плане такого не происходило НИКОГДА. И вот теперь Сорокин медленно воссоздает этот странный мир будущего, в котором люди не читают, используют гаджеты, и придаются удовлетворению своих сиюминутных желаний.

Наверное, это в каком-то плане даже антиутопия, пускай и не столь очевидная. Но я не могу так категорически утверждать, потому что местами сюжет становится размытым и начинает буквально "расплываться". Для Сорокина это вполне нормальное явление, он частенько так делает. Так что или привыкаем к его манере повествования, или вовсе не читаем его истории. Но, если честно, то мне нравится его слог и манера подачи. И вообще это один из НЕМНОГИХ современных писателей, который мастерски владеет языком.

Иногда его истории читаешь не ради сюжета, а просто чтобы насладиться слогом. К тому же именно у него можно встретить словечки, которые вышли из употребления. А он их так искусно вставляет в общее полотно, что они не кажутся устаревшими. Наоборот, придают духа и колорита очередной истории, которая не отпускает.

Ладно, чего это я?

Сюжет строится вокруг касты поваров, у которых возникла одна очень весомая проблема. Которая может порушить их бизнес, и привести к катастрофе их теневого рынка. Поэтому требуется человек, который отправится на разведку к месту, где согласно полученной информации, находится то, что может лишить их всех работы и денег. А эти люди привыкли жить так, как они живут сейчас. Поэтому они не согласны что-то менять в своей жизни или переучиваться на другую профессию. Значит нужно бить на опережение и разобраться с ситуацией до того, как она выйдет из-под контроля.

Если говорить о внешней, сюжетной части произведения, то базу я вам выдал. Остальное вы узнаете сами при самостоятельном знакомстве с романом. А если попытаться поговорить про его суть, то это действительно в некотором роде такая осторожная и мягкая антиутопия, в которой показана постепенная деградация человечества. Где люди не берегут свое прошлое, не способны на критическое мышление, и где человек становится придатком механизмом, так как сам он не способен даже на самые простые вещи.

"Манарага" кроме очевидных пластов хранит в себе еще несколько уровней авторских идей, которые очень сложно трактовать. Дело в том, что тут будут рассказы внутри самого произведения, которые идут как самостоятельные истории. Они напрямую не связаны с сюжетом книги, но в тоже время прекрасно дополняют его колоритом и какими-то безумными идеями и сценами, которые там описываются. Так что роман действительно похож на лук с разными слоями восприятия.

Так как это не первая работа мэтра, которую я читаю, то у меня уже есть понимание того, что не нужно трактовать все его сцены и диалоги буквально. Это лишь инструменты и образы, с помощью которых он пытается до меня достучаться. Показать бездушный мир будущего, лишенного творческих начал. Где люди не творят что-то новое, а наоборот, сжигают старое наследие. Используя его для того, чтобы набить свои желудки. Показать более точно или сильно замену духовной пищи телесной не получится даже у Сорокина, ИМХО.

Книга не такая мерзкая как "день опричника", но все-таки может оттолкнуть своими рассуждениями. Впрочем, это уже на любителя, и я вас заранее предупредил о том, что некоторые моменты могут показаться слегка излишними в своей импульсивности. Но, как и говорил ранее, это Сорокин. Такой вот он человек. Один из немногих современных авторов, которых я могу поставить рядом с Палаником. Только если Чак бьет по сознанию читателя шоком, то Сорокин делает это чуть более изящным слогом. Но суть их манипуляции нами не меняется.

Читатель должен выйти из зоны комфорта и что-то прочувствовать. Чтобы у него возник контакт с автором.

Читать или нет? Решать только вам, друзья. Но мне кажется, что если вы ранее не были знакомы с творчеством писателя, то с этой книги действительно можно начинать свое первое плавание в неизведанные дали.

Любопытный взгляд на будущее бумажной книги)
Сорокин присоединяется ко мнению большинства - а именно, что бумажная книга умрет, как вид (электронное чтение останется), а первые и редкие экземпляры сохранятся разве что как музейные экспонаты и частные коллекции. А где музейные экспонаты - там и немедленная потребность к этому экспонату приобщиться, так сказать, напрямую. Читать бумажную книгу, когда умные блохи и так прямо в мозг нашепчут все перипетии сюжета никто, конечно уже не будет. Но кто сказал, что читать можно только в классическом исполнении?
Если у вас достаточно денег, чтобы оплатить редкий товар и редкую (к тому же преследуемую по закону, что придает дополнительную пикантность) услугу - вы можете заказать особое прочтение. В уникальном и неповторимом исполнении.
Но даже этому, пусть и уголовно наказуемому, но вполне себе состоявшемуся бизнесу может найтись альтернатива. Технологии не стоят на месте, искусство - тоже)
В общем, занимательно вышло. Ну и окружающая действительность далекого светлого будущего тоже вышла занимательной, хоть и нет на ней особых акцентов.

Классическая антиутопия с кучей уморительных "пасхалочек", раскрывать которые будет не спортивно.
Аналогии с Бредбери напрашиваются, конечно, сами собой, но интереснее сравнить "Манарагу" с "Библиотекарем" Елизарова (написанным на 10 лет раньше). Например, у Елизарова декларируется, что работают только первые издания советского писателя, вокруг книг которого весь сыр-бор, но совершенно не поясняется, почему не могут работать другие, а у Сорокина вся эта кухня и Кухня действует примерно как аудиофилия у долбанутых меломанов с вишнёвыми подставочками под золотые провода аудиосистемы, т. е. просто как дорогая причуда для богатых, которым, хошь, не хошь, надо потом улавливать оттенки вкуса. Сами повара при этом едят обычную пищу, приготовленную, видимо, на электричестве, в обычных заведениях. Ничто из этого прямо не проговаривается, но картина возникает сама собою, вот и получается какая-никакая, а литература. Я, вот ей-богу, не знаю, великая это литература или нет, да и какая разница. За два дня прочитал две книги Сорокина и остался развлечён и доволен, ура.

Объясните мне, что я только что прочитала??? Это произведение именитого автора? «Манарага»- это мое знакомство с Сорокиным и честно говоря, я не хочу его продолжать. Беря эту книгу, я надеялась, что это будет хорошее чтение, мне очень хотелось познакомиться с Сорокиным, как с писателем, лауреатом премий. А тут что-то пошло не так. Может конечно я то-то не понимаю в этом произведении… но я ничего не понимаю! И в первую очередь- что хотел донести до меня автор? В чем его идея, мораль, смысл? Много вопросов, на которые у меня нет ответов. А страдать СПСС (синдромом поиска скрытого смысла) в данном случае я не хочу.
Какой-то герой, непонятный, не было в нем жизни. Хоть повествование идет от его лица, но от этого он не становится ближе к своему читателю.
А какой «прекрасный» литературный язык, что аж дух захватывает!

Или вот еще

Да простят меня те, кто ставит этой книге высокую оценку и видит в ней великий замысел, но мне искренне жаль потраченного времени на эту книгу. Она не о чем!