Белый отель

Два небольших предупреждения будущим читателям «Белого отеля».

Первое, вы часто думаете о смерти, как о неизбежном? Простите, что швыряю вам это жесткий вопрос прямо в лицо. Просто, хочу убедиться, что вы готовы к встрече с «Белым отелем» и его постояльцами.

Второе, любое подробное описание событий романа, сюжетных ходов или содержания частей, может испортить потенциальным читателям впечатление от книги.
Все, что я могу безбоязненно рассказать, это что по своей сути «Белый отель» это история жизни одной из пациенток Колумба психоанализа и Магеллана бессознательного, великого и могущественного Зигмунда Фрейда. Это, написанная обманчиво легким и увлекательным языком, летопись лечения одного непростого случая истерии и дальнейшей судьбы пациентки. Но оформлен сюжет в очень причудливую и необычную композицию.

Итак, «Белый отель» это очень точно сконструированный литературный пазл, состоящий из пролога и шести частей. Каждая часть, по сути своей, повторяет содержание предыдущей, хотя каждый раз рассказывает о другом и по-другому. Это почти игра «в найди десять отличий», или совпадений. Постоянный повтор, который на следующем витке получает новую вариацию, тональность и звучит совершенно по-особенному. В какой-то момент текст откровенно превращается в vertigo. Это не просто расходящиеся по воде концентрические круги. Своей структурой «Белый отель» напоминает художественный прием Энди Уорхола, с многократно размноженным, но выполненных в разных цветах, изображением лица Мэрилин Монро. При этом полотно обретает свой истинный смысл, только когда все вариации одного и того же лица собраны в единое полотно. Так же и в «Белом отеле», каждая часть дополняет другую. Смысл пролога и первых двух частей, состоящих из откровенно порнографических и действительно шокирующих своей бредовостью фантазий пациентки, становится понятен только ближе к финалу.

Учитывая, такую непростую структуру романа, органично вплетенные в ткань повествования принципы психоанализа, поднятые автором непростые темы Эроса и Танатоса, и поставленные под сомнение не только трактовки и выводы Фрейда, но даже такие понятия, как déjà vu, «Белый отель» написан удивительно легко и читается на одном дыхании. Это без сомнения, одновременно, и глубокая и увлекательная книга, достойная большего числа читателей.

И все же… Эту книгу очень сложно рекомендовать. Лично я не была готова к такому откровенному разговору о смерти и времени. Это очень болезненный и страшный роман. Сильный с эмоциональной точки зрения и бьющий в самые болевые точки. Затрагивающий такие темы, на которые стараешься не думать. Никогда не думать. И еще это очень амбивалентная книга. Читать ее и тошно, и приятно. Доехав на этом странном поезде до финала и ухватив идею автора за зыбкий хвост, понимаешь, что она, одновременно тотально пессимистична, из-за необратимости происходящего ужаса, но при этом внушает парадоксально успокоительную надежду, что даже в самом диком и фантасмагорическом сновидении есть смысл и предопределенность. А, в конце концов, болеть перестанет…

P.S.: Если вы собираетесь читать «Белый отель» в электронном виде, убедитесь, что в файле есть оба приложения. Послесловие переводчика и статья Зигмунда Фрейда «По ту сторону удовольствия». Это еще два кусочка пазла, которые помогут оценить картину в целом.

Открывая скандально известную книгу Дональда Майкла Томаса "Белый отель", я готовилась к чему-то поистине жуткому. То тут, то там я встречала упоминания того, что в этой книге, мол, "повествование идет-идет-идет, а потом - бах! - и начинается ТАКОЕ...." Что ж, по содержанию примерно так и было, но обещанного эмоционального катарсиса я, к сожалению, не пережила.

Построен роман очень интересно. Начинаясь порнографическим памфлетом, он с каждой главой раскручивается все больше и больше. Главная героиня страдает истерией, и обращается к Фрейду за помощью. Некоторое время он ее лечит, консультирует. И в этом плане очень интересна игра этих двух персонажей. Одна обманывает, другой - вычисляет и высчитывает эту ложь. Наполненное внутренними переживаниями, повествование может обогатить эмоциональное восприятие читателя.

А что же "белый отель"? Это и начало, и конец, альфа и омега, бытие и небытие. С него начинается повествование, но постичь, что это такое, довольно сложно. Ведь это не просто отель в горах. Это какой-то метафизический остановочный пункт по пути из вечности в вечность.

В конце книги приводится небольшая статья переводчика романа, в которой он пробует дать свое объяснение феномену книги Томаса. Прочитать его было также довольно интересно.

Необходимость восстановления накренившейся почвы невесомой души побуждает к жадному поиску невидимых звеньев, соединяющих спусковой курок и мучительные последствия образного выстрела. Да, препарировать душу нелегко. Она - тёмная крошечная частичка, заблудшая в таинственной спирали вечности. И извлечь её под свет прожекторов - странный фокус, почти обречённый на печальный провал. Но как обременителен соблазн обретения желанной стабильности! И психоанализ, как исключительное явление, олицетворил своеобразный магнит на плоскости бессознательного, притягивающий недостающие кольца в причинно-следственную цепь проблемы. Остаётся только соединить оба концы в единую структуру. И понять свой Белый отель.

Предупреждаю, сразу почва «Белого отеля» может кому-то показаться грязной. Первые шаги могут создать впечатление зыбучих песков искусной порнографии. Но, на самом деле, сюжет совмещает шесть разнообразных наслоений, погружаясь в которые все недвусмысленные детали находят объяснение, а смысловая линия становится целостной логической конструкцией.

Эта история медленно распутывает длинный клубок души и жизни женщины с диагнозом истерии, ставшей пациенткой доктора Фрейда. Обеспокоенная изнуряющими болями неорганического характера и своеобразными галлюцинациями, госпожа Эрдман обращается к светочу психоанализа с довольно деликатным документом... И первый слой «Белого отеля» преподносит нам странный калейдоскоп порнозарисовки, созданной главной героиней и облачённой в витиеватую стихотворную форму под названием «Дон Жуан». Второй - воплощает своеобразный дневник интимных развлечений в некоем «Белом отеле», но уже в прозе. Он повторяет смысловой концепт стихотворения, но призван быть более доступным и объяснимым. Излишняя острота излитого вожделения вызывает недоумение читателя. Но я не буду ханжой, меня не посетила тошнота омерзения, хотя эротика тут явно уступает разврату. Казалось, здесь имела место безудержная фантасмагория эротических фантазий и снов, нанизанная на странную иллюзорную реальность. И было очевидно, что поиск природы фантазий главной героини воплощал ключ к борьбе с её недугом. Уже в третьем слое «Белого отеля» под откровенными картинами разнообразия сексуальных утех, Фрейду, а равно и притихшему читателю, открывается глубинная драма личности, завуалированная надёжными покровами рассудка. Посредством методов психоанализа, плотная сеть подсознательных полотен Лизы Эрдман постепенно обнажает подлинный облик прошлого женщины. Становится ясным, что древо проблемы, уходящее корнями в детство, произрастает на почве конфликта бессознательного в далёком прошлом… Но, мастерски воссозданная цепочка умозаключений доктора Фрейда смещает стрелки компаса истины, о чём становится понятно в четвёртом слое «Белого отеля», воплощающего настоящее госпожи Эрдман. Оказалось, что последняя иногда привирала, искажая исповедь, и честно признаёт этот факт… Два заключительных слоя полностью искривляют линзу восприятия пазлов истории главной героини, разворачивая их под совершенно иным углом. Тонкой нитью они сшивают канву мироздания главной героини спиральным узором, в котором иглу воплощает её душа - трепетная сверхчувствительная сущность, соединяющая прошлое с будущим в ином измерении восприятия под названием «Белый отель».

Кажется, книга сама меня нашла. Потому что я не возлагала особенных надежд на впечатления. В начале, чтение вымышленной истории, связанной с культовым именем Фрейда, вызывало скептическую мину. Но в итоге, закусив губу, вынуждена признать, что я покорена. Особенная смысловая конструкция, воплощённая в многослойной спирали, или концентрических кругах, или многогранной проекции единого образа заставляет почувствовать 6 оттенков дежавю. Каждая часть своеобразно дублирует смысл, проявляясь как негатив из негатива… В итоге, каждый следующий кадр дополняет первоначальный, преломляя световые лучи, наполняя цветовую гамму сюжетного полотна размытыми контрастами. Эта особенность увлекает.

Одновременно, меня заинтересовала трактовка Томасом существования души как эфемерной субстанции в параметрах вневременной плоскости безграничного многополюсного пространства. Он уводит душу из наивных религиозных рамок, даря ей свободу вечного хаоса. Этим странным бесконечным хаосом и есть Белый отель. По Фрейду, идея отеля наполнена особенным смыслом - подсознательного влечения к смерти… Белый отель был сверхреальной, далёкой пристанью жизни главной героини - до жизни, при жизни и после смерти.

Наряду с этим, мне показалось, что все образы Лизы Эрдман (она же фрау Анна Г., Лиза Морозова, Лиза Беренштейн) совмещают собирательный символ женщины первой половины мятежного ХХ века - растерянной по миру, потерянной на части, поруганной жизнью, брошенной судьбой. Возможно, и слова героини

подразумевают веру в новый мир, созданный для светлых и чистых чувств.

А может, этот многогранный образ женщины был лишь отражением образа души самой Вселенной, которая оказалась вне привычных временно-пространственных рамок существования? Хлипкий национально-религиозный челнок взял да и разлетелся вдребезги о берега кровавых идей. И образ постояльца дневника госпожи Эрдман, пожилого священника, публично, безмятежно сосущего молоко из её же груди, вздыхая о собственной матери, не был ли безумной экстраполяцией лицемерия и безучастия религиозного клана перед страдающей Вселенной? И не было ли нежелание Лизой иметь детей - жгучей внутренней боязнью мира рождать пособников новых очагов сумасшедших распрей, взращенных на разлагающейся почве начала ХХ века? Таких связей можно найти немало. Хотя, возможно, я заблуждаюсь…

Открыть для себя «Белый отель» лучше, читая издание, дополненное послесловием Г. Яропольского и статьей З.Фрейда «По ту сторону удовольствия». Книга обретёт новую тональность, более ровную и чистую.

«Белый отель» - особенное произведение, наполненное сонмом метафор, подводным движением создающим причудливые комбинации вращения души в спиральном хаосе вечности.
Думаю, каждый найдёт в нём что-то.
А может, останется ни с чем...
Но явно не расстанется с ним равнодушным.

Белый отель - это метафоры, это развеиваемые иллюзии, это грех в девственности, это чистота в грязи и непорочность в пороке. Белый отель - это точка отсчета и сонм бессознательных накоплений, это начало и это конец. Книга Д.М. Томаса похожа на калейдоскоп и в то же время подчеркнуто алгоритмична и логична. "Белый отель" состоит из множества нитей и в то же время всего из трех сюжетных частей:

Первая. Начинается книга с откровенной порнографии в поэзии и прозе (особенно сочувствую переводчику, вынужденному перекладывать в стихи всевозможные "орошения в гортань, втиснутый кулак, двигающийся сродни поршню, и безразличие к тому, кто из них находился внутри"), к которой, к сожалению, нет никаких предшествующих пояснения или хотя бы предупреждений. Эстетического удовольствия эти главы не вызывают от слова "совсем" (например, сцена в столовой отеля, где привселюдно одна грудь, дающая молоко, отдана на растерзание любовнику, а вторую по очереди сосут все постояльцы мужского пола, причем даже при женах) - признаюсь, честно, местами перелистывала, не вникая, а лишь отмечая себе основные моменты смены композиции. Однако именно эти моменты оказываются значимыми в дальнейшем - советую конспектно отметить их у себя в уме.

Вторая. Пройдя сквозь тернии траа везде и всюду, в разных позах и с разными партнерами, а также все сюрреалистические элементы описанного, мы наконец прорываемся к звездам - сам Зигмунд Фрейд, беседуя с пациенткой фрау Анной (не путать с известнейшей Анной О, хотя некоторая доля симптоматики схожа), наконец-то объясняет нам, что это была не сумасшедшая реальность, а лишь дневниковые записи фантазий/сновидений (я так понимаю, в том числе и трансовые состояния, в которых ей грезилось подобное). Психоаналитическая интерпретация, предоставленная в этой главе, настолько профессионально преподнесена, что не знай я (спасибо одной из сносок), что рукопись с заметками по поводу прототипа героини была сожжена, я бы решила, что данная работа не придумана, а взята из оригинала - теперь мне кажется, что это психологическое мастерство было достигнуто путем компиляции фрейдовских статей относительно терапии других пациентов симптоматически в соответствии с теми признаками, которыми Д.М. Томас наделил своего книжного персонажа Анну (т.е. Анна из книги - это сумма симптомов разных реальных пациентов Фрейда, а проведенная с ней психотерапия - сумма его записанных психоаналитических действий с ними). Эта глава выглядит абсолютно завершающей - дело заканчивается на прощании пациентки с доктором после успешно проведенного психоанализа, но страниц остается еще много...

Третья. Казалось бы история Анны уже закончена, но на сцене появляется некая Лиза Эрдман - кто? что? откуда? Ответ возникнет не сразу, но он очевиден - это та же Анна после излечения. В этих главах рассказывается о том, как сложилась жизнь Лизы Беренштейн, Эрдман, Конопницкой, Морозовой - нет, это не очередной симптом, ее просто жизнь помотала. Причем помотала так, что описываться здесь будет не только реальная жизнь, а и запредельное бытие героини - будут показаны существующее уже в науке подтверждение возможности взаимосвязи пророчеств с истерическими наклонностями; рецидивы симптоматики (Фрейд не заметил, что исцеление в этом случае равнялось ремиссии); откроются недоговорки и переговорки уже рассказанного Анной ранее в процессе лечения (практически в 100% случае клиенты недоговаривают психологу очень важных, но на свой взгляд, ничего не значащих моментов и перевирают действительность, чтобы не было стыдно - видела в какой-то из рецензий вопрос о том, почему Анна меняла свои фантазии - а потому, что у каждого свои поводы стыдиться и свое мнение о том, какая мелочь кардинально важна), а также то, что Лиза найдет наконец примирение со всем, что сделало ее такой, а значит и с собой.

Я сохранила множество закладок в этой книге - хотела выстраивать описание своего мнения на всех психических загогулинах Анны и метафорах, созданных ими, но передумала - мне кажется, намного лучше встретиться с ними лицом к лицу, но встретиться только подготовленным, иначе застрянешь на зыбучей поверхности ногами, не добравшись духом до чистой (как сказала бы Лиза "белой") глубины.

Сначала было интересно. Под "сначала" я имею ввиду аннотацию книги с ключевыми словами "Букер", "бестселлер", "Фрейд". Правда, к двадцати пяти годам пора перестать верить таким раздутым аннотациям, в чем я в который раз убедилась.

Потом проступила обещанная эротическая подложка. "Можно читать!" - наивно подумала я и подлила чайку. Зря, ведь дальше...

Дальше всё превратилось в "ярмарочное порно" (если такого жанра нет, то его следует выдумать). Настолько абсурдно и неэстетично поданный в литературе секс сложно представить, особенно человеку, уже знакомому с творчеством Рю Мураками. Тут дело не в плохом слоге или неумении писать - как раз в недостатке таланта Томаса упрекнуть нельзя. Возможно, автор намеренно пытался достичь эффекта "лубочности" происходящего. Пытался - и достиг.

Фактически, 80% книги были похожи на затянувшуюся рифмованную оргию, не предвещающую просвета. Однако, как раз последние страницы оказались неожиданно хороши: именно здесь у читателя случается инсайт. И ты наконец понимаешь, что к чему. Бессмысленные обрывки складываются в картину, четкую до рези в глазах. До острого осознания неслучайности. Книжной и жизненной.

Произведение смыкается над головой читателя на последнем вдохе. Автор запрыгивает в уже тронувшийся поезд под названием "смысл". И ты задыхаешься в купе этого поезда, наполненного водой.

Самая странная, жуткая и одновременно скучная книга в моей жизни. Мне понравилось в ней, как раскрываются темы сновидений и даются краткие объяснения Фрейда. Понравились последние три главы, одна из которых очень сильно впечаталась в мою голову своим повествованием. Понравились исторические отсылки автора к истории Бабьего Яра. Сама потом открыла информацию про эту кровавую бойню в Киеве и прочитала. Это плюсы. Из минусов - третья глава, где Фрейд анализирует состояние пациентки. Очень много нудного текста, неинтересно было читать. Видимо психоанализ - это не моё. Первые две главы - чистая порнография, лишённые смысловой нагрузки. Если посмотреть полностью на произведение, то оно делится на три части. Первая часть - это порнография, вторая - психоанализ, третья - Бабий Яр. И эти части могут спокойно существовать друг без друга. Их можно даже разделить на три полноценных произведения. В моем случае, самая лучшая была концовка. Остальные части - ни о чем. Не понимаю столько восторженных отзывов на обложке книги. Грэм Грин, Салман Рушди, Джон Апдайк, Джон Гарднер прямо восхищаются этим произведением, но мне не понятно это восхищение. Я даже не знаю, как оценить этот роман. Знаю только одно, что потратила на него время. 

Вынужден признаться в том, что по прошествии двух недель с момента окончания чтения "Белого отеля" я по-прежнему плохо представляю, о чем писать в отзыве. Причина, видимо, кроется даже не в том, что роман раскрывает какие-то неизвестные доселе темы - наоборот, он поднимает важнейшие вопросы, испокон веков смущающих сознание человека, которые, тем не менее, будучи в очередной вытащенными на свет, так и не получают должного решения.

На поверхностном уровне может показаться, что секс и смерть - это две сквозные темы романа, состоящего из шести взаимосвязанных и накладывающихся друг на друга глав. Это так, однако истинное наполнение эти темы приобретают лишь будучи отраженными в человеческом сознании. И история русской оперной певицы, страдающей недугом, некогда на заре развития психоанализа определенного как "истерия", - не более чем иллюстрация, призванная не только показать, как психосоматические состояния, уходящие корнями в далекое детство и юность, могут отравить жизнь взрослого человека, но также продемонстрировать, насколько глубоко в подсознание могут быть запрятаны истинные причины проблем и как отчаянно человек способен их отрицать и вытеснять. Не случайно Томас вводит доктора Фрейда в сюжет романа и заставляет его даже терпеть своеобразное поражение: излечение оказывается не полным, осознание героиней причин своей болезни и - самое главное - их принятие постоянно капитулирует перед силой отрицания.

На более глубинном уровне Д.М. Томас, как уверяет нас переводчик в послесловии, взялся исследовать явление времени, точнее - его восприятие человеческим сознанием. Пересказывать статью переводчика бессмысленно, гораздо лучше ее прочитать. Поставленные Томасом вопросы - не является ли смерть иллюзией, довлеющей над нами, что есть жизнь: добро или зло, - слишком масштабны и жизненно важны, чтобы на них можно было ответить не только в пределах небольшой статьи или рецензии, но и даже с помощью такого хорошего философского романа. Неожиданное, в рамках общего повествования, и очень тяжелое эмоционально описание трагедии в Бабьем Яру обретает смысл, будучи рассмотренным как символ - страха смерти, массового психоза, "больного общества", наконец. Можно было бы даже прийти к неосторожному выводу, что историю творит истерия, принимающая коллективные формы, но это слишком смелое заявление. Где ответ? Как было уже сказано - его пока нет.

Таковы общие размышления о романе, очень непростом, очень неоднозначном. Его легко читать и запоминать, но гораздо сложнее осмысливать и разбирать. Еще сложнее его пересказать, и, естественно, любые попытки анализа могут быть понятны и интересны только тому, кто его прочитал и вобрал в себя. Надеюсь, читателей у него будет больше. Хотя - не уверен полностью. Многие знания - многие...

Сразу замечу, что главной побудительной причиной прочесть роман, была аннотация на обложке ссылающаяся на Зигмунда Фрейда, как одного из героев. И надо же, не обманули, Фрейд там действительно присутствует как действующее лицо, анализирующее историю болезни пациентки. История целиком и полностью вымышленная, равно как и участие дедушки Фрейда в этом замысле. Однако суть и значение произведения от этого нисколько не меняются и не умаляются.

Анна Г. обращается к Фрейду за помощью в лечении невротических синдромов: астмы и болей в левой груди и тазу. Пытаясь совместно найти причины болезни в прошлом Анны, они заходят в тупик. Её стилизованное под оперу «Дон Жуан» эротическое воспоминание-фантазия лишь слегка приподнимает завесу над причиной недуга.

Мог ли доктор Фрейд тогда предположить, что истинная причина коренится не в прошлом, а в будущем, что Анна, а точнее Лиза Морозова, обладает даром предвидения и будущего и уже во снах в образах падения, воды и смерти предчувствует свою гибель вместе с другими евреями в Бабьем Яру. Фрейд высказывает предположение о её даре, говорит о том, что существование такого феномена реально, что возможности бессознательного черпать информацию от окружающей среды практически безграничны, тем более, учитывая ущербную сексуальную жизнь пациентки, т.е. постоянное нахождение в состоянии неудовольствия, когда в силу вступает совсем другой инстинкт – инстинкт смерти против инстинкта размножения, Эрос против Танатоса или же, как неоднократно символически обращается автор в романе к образам Венеры и Медузы Горгоны (иногда Цереры).

Реальный Фрейд в работе «По другую сторону принципа удовольствия» отмечает: «Кантовское положение, что время и пространство суть необходимые формы нашего мышления, в настоящее время может быть подвергнуто дискуссии. Бессознательные душевные процессы сами по себе находятся «вне времени». Это, прежде всего, означает то, что они не упорядочены во времени, что время ничего в них не изменяет, что представление о времени нельзя применить к ним».

Это суждение и находит отражение в виде «белого отеля» того места, что Лиза воображала своей жизнью, с символическими персонажами, имеющими для неё особое значение, и того, чем на самом деле оказался упомянутый «белый отель» - островком вне времени для всех отчаявшихся. Сам Томас при этом замечает: там, где есть любовь, есть надежда на спасение. И, если Лиза разочаровалась в Боге, она всё равно найдёт рай, пусть даже и без Христа.

Сложно с чем-либо сравнить это произведение, поскольку оно стоит особняком из всего того, что мне довелось прочесть. И лёгкость повествования не должна позволить обмануться, на самом деле, вопрос о существовании вечности, стремления к ней через смерть и, одновременно, оттягиванию этого процесса через сексуальные удовольствия – вопрос глубокий и непростой.
И, хотя я оцениваю роман самой высокой оценкой, всё же не рекомендую его уж слишком романтичным идеалистам ну и противникам дедули Фрейда, конечно. Я же укрепилась в желании перечитать его сочинения ещё раз.

P.S. Может ли фигура «сына Фрейда» рассматриваться как символ принадлежности к еврейской нации?

Дорогой друг!

Если Вы получили это послание, то Вам, быть может, вот-вот захочется «углубиться в ландшафты истерии – которая является «территорией» романа «Белый отель». Однако сначала мне бы хотелось, с Вашего позволения, дать Вам наставления относительно предстоящего «путешествия».

Если Вы ничего не знаете о Зигмунде Фрейде и о его работах (кроме общеизвестных стереотипов), не имеете представления о психоанализе и методах лечения сексуальной истерии, то при прочтении главы первой «Белого отеля» Вы можете решить, что это такая изысканная порнография. Абсурдная, завораживающая, восхитительно написанная и прекрасно неприличная.

Всё совсем не так, разумеется. Это глубокая и вдумчивая книга, где реальность и вымысел сплелись так тесно, что их не отделить друг от друга. Даже герр Фрейд, чья роль полностью вымышлена, ведёт себя как настоящий, а параллели проведены не только с его жизнью и работой, но и со всей мировой историей первой половины двадцатого века. А уж какой тут занимательный психоанализ!

Здесь, друг мой, я оставлю Вам предупреждение. Дело в том, что эта книга о смерти. Даже если Вам показалось абсурдным содержание первой главы – не верьте глазам. Каждая строчка здесь не случайна, в каждой прослеживаются далеко идущие и гармоничные связи. Какие – не могу сказать. Но знайте вот что. Если Вы не готовы к откровенной беседе о смерти, или не хотите говорить о ней, или почитаете себя знатоком её – «Белый отель» не для Вас. Впрочем, Вы можете попробовать. На свой страх и риск. Особенно если Вам неизвестно, что такое Бабий яр.

Добавлю ещё, что такой необычной книги мне ещё не доводилось видеть, но мне недостаёт слов, чтобы как следует описать то состояние, что она дарует после прочтения. Эта фантазия поразила меня, как Рай, – до грехопадения и сразу после него. Она увлекательна, как падение в пропасть без парашюта.

Я убеждён, эта книга сможет научить Вас очень многому, даже если Вы не будете в состоянии всё в ней правильно истолковать.

Кажется, я не смог до конца осознать, что такое «Белый отель». Литературный Уроборос? Или попытка достичь бессмертия? Возможно, Вам удастся ближе подобраться к пониманию, чем это удалось мне. Но да, белый отель мне знаком. Познакомьтесь с ним и Вы – кто знает, может, и для Вас в нём найдётся что-то узнаваемое?

З.Ы. Настоятельно рекомендую издание с переводом Георгия Яропольского – этот перевод более литературный, чем, скажем, перевод Шидфара. Также в этом издании есть два приложения – комментарии переводчика и работа Зигмунда Фрейда «По ту сторону принципа удовольствия». С ними Ваше толкование будет более правильным.

Сердечно Ваш,
W.

Довольно таки любопытный и очень интересный труд, в котором представлен вниманию сложный психический случай из жизни русской оперной певицы - фрау Анны. Она была пациенткой Фрейда, а ее психическая болезнь являлась для психоаналитика одной из самых запутанных.
Произведение представляет собой синтез эпистолярного, прозаического и стихотворного жанров. Оно описывает состояние Анны не только по ее беседам с Фрейдом, но и через сон, который она изложила в виде небольшой поэмы. Поэма крайне откровенная - это больше порнография, чем эротические видения пациентки. Анне снится белый отель, где она проводит насыщенную сексуальную жизнь вместе с молодым человеком, который, как ей кажется, является сыном самого Фрейда.
Грань за гранью, крупица за крупицей врач пытается выудить из памяти Анны важные моменты, которые должны бы помочь раскрыть причину сильнейших болей, изводящих ее, помимо истерии. Да, диагноз Анны известен - это истерия на почве травматического невроза.

Шокирующая, мучительно тяжелая история женщины, подсознание которой хранит тайны из детства, потрясения и переживания, порой очень неподъемные для ее хрупкой психики, в последствии сыгравшие с ней злую шутку. Ее душевное состояние дало трещину в самом начале пути, но никто этого не заметил. Анна росла, развивалась, изменялась, а вместе с ней рос и креп изъян, превращаясь в опасную для жизни тропу. Анна шла по ней, чувствуя угрозу, но не понимая в чем она проявится и почему она есть. Картина, которая предстает взору настолько сумрачна, в ней так много густых теней и хаоса, что невозможно принять всю эту реальность без содрогания.

Книга будет интересна всем, кого привлекает психоанализ. Стоит обратить внимание! Пусть вас не отпугивают откровенные стихи Анны - чем дальше будете вникать, тем скорее прояснится непременная важность их присутствия в тексте произведения.