Мэйдзин

С Ясунари Кавабата я познакомилась за несколько месяцев до того, как мне порекомендовали эту книгу. Мне очень понравились его книги Тысячекрылый журавль, Стон горы, Старая столица. Книга Мастер игры в Го и похожа, и не похожа на другие книги этого автора.

С одной стороны та же неторопливость повествования. Выписывание характеров. Знакомство с японскими традициями. С другой - меньше сюжетных поворотов. Что с одной стороны делает книгу менее захватывающей, с другой позволяет больше задумываться над психологией персонажей, над тем, что хотел сказать автор. Так что стоит начинать ее читать только если вы готовы к размеренным и неторопливым размышлениям.

Мне книга очень понравилась, спасибо большое за рекомендацию.

Мастер игры в Го, или же Мэйдзин, Ясунари Кавабата считал лучшим произведением, рецензенту причина видится в личном знакомстве с главным героем, истинном знании о сущности мастера и постановка высокой важности отображения знания перед самим собой в доступной писателю форме.
Роман повествует о последней партии Сюсая Хонинобо против Китани Минору, которого Кавабата-сан назвал Отакэ. Однако аннотация на самом деле обманка, потому как читателя встречает ряд весьма странных решений исключающие слежение за матчем.
Во-первых, не зная правила го понять, что происходит на доске невозможно: концепция игры описана только в общих чертах, без пояснения как это выглядит на доске, к тому же обилие профессиональных терминов, хоть и расшифровывается, но понять, что означают и, что важнее, визуализировать применение в игре очень сложно, особенно когда идут друг за другом, вдобавок, сама доска го с камнями, хоть и присутствует в виде рисунков, показывается всего 10 раз за роман с весьма насыщенным действом – это очень мало, потому как не отображаются все ходы, что описываются.
Во-вторых, повествование скачет во времени-пространстве с завидной регулярностью: подходя к важному событию, или к ситуации раскрывающей персонажа, писатель тут же делает отсылки на прошлые, и даже будущие события, так что итог партии вы узнаете задолго до финала. Таким приёмом подчёркивается важность в настоящем к тому же даётся дополнительный контекст раскрытия биографий и погружения в историю, но такая манера исключает посвящение романа матчу, ибо описание матча заслоняется сторонней информацией и следить становиться в разы сложнее. И как раз это указывает на главную, но единственную цель романа – показать, что за человек был Сюсай Хонинобо.
Об этом говорит много доказательств.
Уже указанная акцентуация на персонажах, их биографии, подробному описанию характеров главных героев, детализация переживаний, эмоций, поведения в перерывах партии. Этот аспект больше всего посвящен Сюсаю. Писатель с подробностями описывает невероятную концентрацию и холодный фанатизм мастера, как без остановки в перерывах играл в сёги и другие игры, как сочеталась внешность и характер, как проявлялся последний.
Создаётся очень подробный, живой и достоверный образ человека посвятившего делу жизнь – это очень серьёзная, реалистичная история, рецензент бы даже назвал это сухой художественностью, потому что сказалась основная профессия писателя: изложение фактов и действий, Кавабата-сан оборачивает в оболочку художественного реализма, достигая погружения в историю и при этом создавая глубинно-пафосную атмосферу чего-то возвышенного и недостижимого – очень яркая особенность текста, такое редко где встретишь. Особенно это касается матча, он же кстати выступает косвенным доказательством главенства образа в романе.
Как указывалось – за партией сложно следить, потому Кавабата-сан приводит много мнений и суждений комментаторов и следящих – скорее для реализма и дать понять любителям, что происходит. А паралельно, много времени уделяет различию тактик и стратегий, характеров, подходов к игре двух противников, однако, после трети, цель романа кристально ясна и акцент внимания идёт на Сюсая, Отакэ же уходит на второй план и тут срабатывают два аспекта: переименование подчёркивает главенство мастера в истории, а также непоследовательность повествования вкупе с большими ссылками на прошлые и будущие события в результате замазывается второй посыл романа - борьбы старого и нового, потому как раскрывается он теми же способами, что и основное повествование и а также не имеет яркой окраски в отличие от линии мастера и потому не имеет нужной силы для восприятия, так что о ней можно узнать либо внимательней перечитав роман, либо статьи о романе. Рецензенту кажется, что писатель просто разрывался между двумя темами и кое-как смог совместить, но одна получилась ярче другой, но получилось благодаря третьей теме романа – это сама го.
Игре, а точнее корням, что за место занимала в Японии, как к ней относились поколения игроков – создаётся понимание серьёзного отношения к игре в Японии, как ни к какой другой игре во всём мире, по крайней мере на момент написания романа.
Отчасти роман посвящён игре и таким образом три темы работают в синтезе, создавая ту самую глубинно-пафосную атмосферу: посвящение го, передача духа игры и атмосферы матча, создаёт площадку состязания двух поколений игроков, где Сюсай – монументальный образ старых идеалов, Отакэ – молодая вершина новых принципов. Но мастер так или иначе главенствует над этим – его уходом на покой кончается роман.
К сожалению финал недотянут до нужного уровня – он не даёт ощущение конца, нет какой-то точки, Кавабата-сан не смог найти нужных слов или фраз, в результате вышел крайне недожатым, оставляющим чувство недосказанности – весьма скверный финал для биографического романа.
К счастью, такой итог не портит ощущений от книги: не омрачает глубокую атмосферу пафоса партии, что так и хочется назвать турниром, не смазывает образы персонажей и не перечёркивает уделённого времени.
Одухотворённый образ мастера Сюсая Хонинобо надолго останется в памяти.