Книга тревог

Книга очень поэтичная, красивая, не имеющая сюжета, но вмещающая кладезь мыслей и выводов на многие темы человеческого бытия. Порой мысли и выводы очень специфичны и спорны, но невозможно оспорить право автора себя выражать, тем более что это сделано ну очень выразительно!
Обычный помощник бухгалтера в неизвестном времени в непримечательном португальском городке пишет свои короткие заметки про всё, о чём ему задумалось. Ну кто бы мог подумать, что в таком тихом омуте такие черти водятся!
Глубоко, изысканно, обширный интеллект автора — как гора, на которую может забраться только искушенный в философии и мощный интеллектуал. Богатый внутренний мир автора — тоже мало кому под силу мериться с таким.
Книга эта — как зеркало, как волшебная тарелочка, в которой отразился в тумане этот внутренний мир автора. Квинтэссенция, концентрация интравертности. И надо сказать, у меня закрались сомнения, насколько психически здоров он, автор, или тот, от чьего имени пишется дневник.

- осмыслите, например, такую фразу.

- вот ещё более трудно достижимая вершина авторской мысли.

Вся книга из таких вершин.

И признаюсь честно — я наслаждался красотой этих вершин, но подняться на большинство из них мне не под силу. Даже не буду пытаться. Просто посмотрю, постою, нервно покурю в сторонке.

Я люблю бухать. Или лучше так – у меня есть желание алкоголя. Виски или ром, ча-ча или метакса – неважно, пью, что горит. Достигла в этом определенных высот: выпить стопарик водки и глазом не моргнув, приготовить Б-52, найти магазин, который после 23.00 продает алкоголь в каком-нибудь Гранд-Урюпинске – для меня плевое дело. Еще одно дело, которое я люблю – это болдеринг. Подтягиваться на пальцах, встать в шпагате между стенок, сигануть с 4 метров – все могу, все умею. Но если совместить эти два моих любимых дела, то получится… Да ничего не получится. Либо травму получу, либо скалодром заблюю. Так к чему это все?! Да все к тому же. Ну вот зачем чувак, поэт всея Португалии, взялся за написание прозы? Пишет стихи – отлично! Пишет прозу – прекрасно! Но вот когда свои стихи пихаешь в прозу – какая-то хрень получается, если честно. Что я хочу сказать? В стихах его мысли выглядели бы органично, а вот в прозе – слишком вычурно.
Нет, я не могу сказать, что Пессоа плох. Наоборот, вполне себе хорош. Особенно для цитаток во вконтактике, ну, под этими фотками с голыми жопами (Вот навскидку: «Все, что мы разыскиваем, мы разыскиваем с определенным намерением, но мы или не достигаем своей цели, и тогда мы – бедняки, или считаем, что достигли, тогда мы – богатые безумцы» - отлично вписалось бы в «Цитатник ВК»).
Но мне, если честно, все его афоризмы/мысли, прибаутки – неинтересны. Перефразируя Пессоа – мне интересны факты. Мне совершенно не интересны чувства. Никакие. Анальная дрочка на самого себя – меня это не трогает (меня вообще ничьи чувства, кроме своих, не трогают. Можете посчитать меня поверхностной – плевать). И в конце свой краткой (время заполночь, хреновое настроение и Mag Ignal делают свое дело) скажу крамольную вещь: я понимаю, что автор (он же Суареш) мнит себя мечтателем и эстетом, я но по мне, так он нытик и чувак с зашкаливающим ЧСВ (Боже, Боже, заткнись, негоже так писать! Покарают судьи низкими баллами, а другие команды – всеобщим презрением!). Уверена, что многие рецензенты отметили глубокую глубину, широкую широту, душевную душу произведения и так далее, и так далее – но книга просто не на мой вкус и не на мое настроение. При других обстоятельствах и с другим подходом – я, быть может, оценила бы книгу весьма и весьма высоко, но пока для меня – это троечка и пометка «когда-нибудь перечитаю».

Обращение к пастве магистра кристально-хрустального Мечтания, гуру онанизма и повелителя душевных терзаний, предстоятеля Церкви Непокоя Бернарду Суареша,
записанное с нежнейшим трепетом и величайшим почтением к великому Учителю неофитом Церкви Непокоя Андромахой Хексадесимал.

Глупцы не знают, они не ведают, несчастные, о тщетности, суетности и бессмысленности собственного бытия. Да, что уж там, они даже не могут ясно говорить о том, что видят. По-настоящему гениальный человек даже в состоянии полного удовлетворения и безграничного удовольствия находит повод для печали. Только истинное страдание, неважно по какому поводу, безмерно возвышает человека, превозносит его дух в божественные чертоги трансцендентной мудрости. Только тихое созерцание собственной безграничной печали способно открыть пути к познанию бытия.

Так, не позволь же никому и ничему разрушить священное состояние собственного непокоя! Пусть неистовая буря страсти к женщине не коснется твоей души. Не позволяй ярким впечатлениям новизны и беспокойному ожиданию приключений, столь свойственным путешествиям, нарушить твою неизбывную печаль.
Ведь что суть есть путешествие - лишь субъективное восприятие окружающей действительности конкретным индивидуумом. Эта радуга - лишь физические явление дисперсии света, эта "кровавая луна", этот прекрасный закат - лишь следствие движения астрономических тел. Чтобы путешествовать не нужно тратить бренные материальные ресурсы, с таким трудом заработанные путем мучительного социального взаимодействия с другими людьми и окружающим миром, неотрывно связанным с необходимостью присоединять частички чужого существа к собственной душе, одновременно отдавая кусочек себя в этой дикой оргии сосуществования. Социальное взаимодействие которое включает в себя в том числе и эксплуатацию тебя начальником! Но утешайся тем, что лучше быть эксплуатируемым боссом, чем быть угнетаемым высокомерием, славой и честолюбием, разрушающими Царствие Непокоя. Не нужно терпеть неудобств длительных переездов и смрада грязных тел попутчиков. Достаточно просто закрыть глаза и представить себе место, какое пожелаешь.

О, величественная непостижимая сила воображения! Благодаря собственному разуму, ты можешь не только объехать весь мир, но и посетить места неведомые человечеству. Ты даже способен отправиться в путь на пароходе и причалить на паруснике к берегу запретной реки у порога Дома Богов между небом и землей.

И что суть есть женщина? Женщина - прекрасный источник мечты. Никогда ее не касайся! Жена? Кто может уважать жену, без того чтобы не подумать при этом, что она – женщина, с которой он совокупляется?!?!!! Кто не чувствует отвращения оттого, что происходит из вульвы, таким тошнотворным образом извергнутый в этот мир? Разве не возбудит в нас тошноту мысль о рождении нашей плоти. И что есть любовь к женщине? Мы не любим никого, только себя. Любим свои идеи воплощенные в другом. Потому совершенное выражение любви - онанизм. Мечтай о невозможном, возвеличивай себя в собственных мечтах! Тебя не может всерьез угнетать отсутствие гарема из сотен прекрасных наложниц, тогда как невозможность заговорить с официанткой в кафе, что каждый день приносит тебе кофе - источник бесконечного страдания.

И я предлагаю тебе эту книгу, потому что знаю, что она прекрасна и бесполезна. Ибо, польза, она - благо, и несет смерть в Царство Непокоя, мешая сиятельнейшему величию повторяющихся мечтаний. Ничему не учит, ничему не заставляет верить, ничего не заставляет чувствовать. Ручей, бегущий в пропасть, – пепел, что развеивает ветер, и неплодородная и не вредная… – я отдал всю душу написанию ее, но не думал о ней, когда писал, а думал лишь о себе, что я печален, и о тебе, что ты – никто. И только тогда ты гордо сможешь сказать: "Я существую себя!"

"Заснуть отрадно, умереть отрадней,
Но лучше не родиться никогда."
Г. Гейне

"Жизнь – это кошмар, который мешает нам спать."
О. Уайльд

"Книга непокоя" не то чтобы непокойная, она такая тоскливая и... тоскливая, что того гляди совсем упокоишься. Потому хочется начать как-то позитивненько что-ли...
Ну, Пессоа, крутой чувак! Ну, ты парень, поразвлекся! Все эти гетеронимы, о которых я (к счастью и покою моему) ничего не знаю, все эти смыслы в смысле, фразы во фразе, неологизмы и жертвование грамматикой во славу собственного хотения - это ж прекрасно просто! И явно все эти великолепные мистификации, смысловые и фразеологические матрешки не просто так, а во славу бога веселия или как минимум во бегство от бога скуки. Чудесно когда умный человек развлекается таким образом.

Ну что, о книге?
Фрагментарная, абсурдная, противоречивая, ни о чем - можно было бы написать о ней, одновременно соврав и сказав правду.
Глубокая, вдумчивая, философская, - можно и так, и опять это будет и истиной, и ложью.

Эта биография без фактов все-таки содержит кое-какие факты. Например, автор (я имею ввиду Суареша) остался сиротой в трехлетнем возрасте, работает помощником бухгалтера, побаивается новых мест. Но в целом это история (истории?) внутренней жизни. Размышления, чувствования, иногда - заметки об увиденном, преломленные сознанием писателя и его интерпретация событий.

Поток сознания.

Суареш проживает свою жизнь в мечтах и мыслях. То, что мы называем реальной жизнью - работа, друзья, еда и развлечения, для него менее реально чем то, что он мыслит в своей голове. И в этом ему можно было бы позавидовать, если бы не тот факт, что даже в мечтаниях он остается грустным и не избавляется от тоски.
Несчастный, в общем-то чувак, этот Суареш, а заодно весь такой внезапный, весь такой противоречивый, ну просто лапочка - особенно если наблюдать издали.
Жизнь - постоялый двор, жду я смерти, правда, не знаю что это такое. Я отрекаюсь от суетности этой жизни, я нахожу свое счастье в этом отречении, в своей печали и покое. Я люблю свою работу, свою контору и бухгалтерские книги, правда потому, что похоже мне больше любить нечего и некого, да и вообще: черствое у меня сердце. Ой, кажется отречение - это усилие (впрочем как и мысль), а зачем напрягаться? Не хочу, меня все утомляет...
Милый, не правда ли? И очень такой настоящий, мы ведь все тоже такие, а уж красавицы, сердца которых склонны к измене и перемене....
Печаль-тоска - основа Суареша, и все, что он чувствует, все - через призму этого душеоснования.
Мотив грустной тоски и тоскливой грусти (впрочем иногда становящийся похожей на пушкинское "мне грустно и легко; печаль моя светла") проходит через всю книгу, порой захлестывая, накрывая с головой, так что впадаешь в состояние "пора бежать к врачу и брать больничный по состоянию депрессии, вызванной чтением Пессоа". Впрочем, умный человек часто печален, так что было бы странно, если бы Суареш, считающий себя мыслящим, осознанным (в отличие от почти всех остальных человеков) был бы этаким позитивным живчиком.
Бернарду Суареш пишет о личном, душевном и духовном, писание (как процесс) - это один из его способов проживания жизни: мечтание и изложение мечтания на бумаге - вот жизнь.
Его текст (-ы) сами по себе - мысль изреченная (то бишь записанная) и, как любая мысль порой убегает от думающего ее человека, так и повествование Бернарду порой соскальзывает куда-то от взгляда в сторону, случайного звука, или попросту: зацепившись за слово в цепочке рассуждения, переключается, превращается во что-то иное, так что сам автор вопрошает: куда же это я ушел? Чаще всего уходит он в красоту слова. Мысль излагает саму себя, а потом просто теряется, остается лишь изящество слога. И вот думай: то ли это автор специально, чтобы читатель додумывал, то ли поэтическое выражение внутреннего мира, видения внешнего мира, настолько захватывают его, волнуют душу, пленяют, настолько он сам восхищается этой игрой образов, ритмов, взлетами и падениями звуков, что это становится самоцелью, а все что хотелось сказать, а что хотелось? Ой, что-то я потерялась...
Кстати да, я часто терялась в этой книге, уплывая на волнах образов, растворяясь в поэтике слов... Потом приходила в себя и мучительно вспоминала: о чем же я только что читала? Но не было ответа мне. Сначала я перечитывала, потом бросила это гиблое дело и просто наслаждалась этой прозаической поэмой. Она действительно очень красива в своей печальной отъединенности от мира. Чего стоит хотя бы то крошечное замечание, что небо было не просто синего, а торжествующего синего цвета! Вот хотя бы на этом я зависла, потеряла мысль, дар речи и перечитала фразу трижды, чтобы выдохнуть наконец и, насладившись,пойти дальше. Но я вообще люблю миниатюрные красивости, так что не принимайте мои слова близко к сердцу, не пытайтесь читать Пессоа только ради этого, идите своим путем, может вы найдете в "Книге непокоя" совсем иное, не заметив это мрачное торжествование.
Впрочем, когда мысли сеньора Суареша находили отклик в моей душе, мозг включался (как странно, да? отклик в душе включает мозг...), с чем-то я была несогласна, над чем-то повесила галочку "подумать", а что-то зажигало во мне яркую лампочку с надписью "ППКС" (подписываюсь под каждым словом). Не просто яркую, а прямо таки ликуюущую - ибо что это, если не ликование, когда сказано прекрасным слогом то, что ты думаешь,чувствуешь, но сама выразить не сможешь никогда? А прочувствованное или продуманное своё, переданное такими словами и в таких предложениях будто поднимает тебя самоё над серой обыденностью этой жизни (впрочем это только опять же только мое личное чувствование).
Как итог, мы имеем очень неторопливое рассказывание, противоречивое, обрывочное, прекрасное.
Это книга, которую можно положить на прикроватную тумбочку и открывать время от времени с любой главы. Главное, не делать этого если у вас хорошее настроение и вы хотите в нем подзадержаться, хотя... если это состояние кажется вам унижающим вашу тонко чувствующую душу - "Книга непокоя" быстро поможет вам избавиться от него.

Ну и вот крутится, крутится в голове, да пол-книги вертелось, так что не могу не спеть торжествующе и улюлюкая в душе:

«И я предлагаю тебе эту книгу, потому что знаю, что она прекрасна и бесполезна. Ничему не учит, ничему не заставляет верить ,ничего не заставляет чувствовать»

Фернандо Пессоа

Перед вами книга, стоящая особняком в европейской литературе начала XX в. Читая её, поначалу думаешь, что это пространные ощущения прошлых воспоминаний наподобие прустовских «В сторону Свана». Но ближе к концу книги понимаешь , что никакого развития сюжета так и не предвидится. Это книга – «бриллиант» рефлексии. В ней автор пишет только о себе и только о своем внутреннем, о чем честно и заявляет вначале : «это моя Исповедь, и если я в ней ничего не говорю, то лишь потому, что не имею что сказать».

Вообще трудно ругать автора за эту книгу потому, что что на протяжении ее автор сам постоянно иронизирует над собой. Это книга сама о себе. Практически любое предложение в книге относится к одному из трех типов. Это либо красивое метафорическое описание внешней обстановки. Что то, вроде : « На подкове пляжа, у самого моря, между тропической растительностью и мангровыми зарослями, непостоянство вспыхивающего желания поднималось из неопределенной пропасти небытия». Либо описание внутренних переживаний автора вызванных этой внешней обстановкой. Как правило в виде витиеватого оксюморона: «Все было бессмысленным, как скорбь,и принцессы из чужих снов гуляли вне монастырей бесконечно». Либо это аллегорическая ирония автора над своими внутренними переживаниями: «Мне бы хотелось, чтобы чтение этой книги оставило в вас впечатление, что вы проходите через какой-то сладострастный кошмар».

Книга оставляет крайне странное впечатление. По сути, это не художественное произведение, а бесконечный поток сознания. Полное ощущение того, что попадаешь в голову незнакомого тебе человека и, безо всяких вступлений, вдруг глядишь на мир его глазами. Если воспринимать книгу именно так, то читается она гораздо легче. Как и у каждого из нас, мысли в голове главного героя появляются и исчезают спонтанно, зачастую без привязки к конкретному моменту или событию. Ровно также они путаются и накладываются одна на другую таким образом, что общая нить не то что бы теряется - она просто отсутствует.
И читателю приходится плыть в этому потоке мыслей, рассуждений, обрывков дневниковых записей. Плыть, не зная, куда, в итоге, приведёт этот поток.
Главный герой вызывает смешанные чувства, которые меняются на протяжении всей книги. От жалости до презрения - и наоборот. В этом, как по мне, кроется странная привлекательность книги. Её герой настолько неоднозначен, насколько в принципе может быть неоднозначен любой человек, которого мы видим ежедневно. Коллега на работе, продавец в магазине, сосед по лестничной клетке - мы видим их ежедневно, не подозревая о том, какая буря эмоций может таиться в их сознании.
Пессоа не ставит перед собой задачу объяснить мысли своего героя, раскрыть его характер. Он оставляет читателя один на один с книгой, и каждый должен самостоятельно решать, как осмысливать (и осмысливать ли?) прочитанное.
"Книга непокоя" - однозначно не произведение на один раз. Его нужно перечитывать снова, размышляя над прочитанным. Или же открывать на случайной странице, в поисках повода для размышления.
Возможно, когда-нибудь я к ней вернусь.

Оценка - 6 из 10.

Прошло несколько дней с тех пор, как "Книга непокоя" закрыта в последний раз и отложена, но всё равно послевкусие такое, что немного хочется выйти в окно, а рецензию хочется писать так же, как писал Фернандо Пессоа – на отдельных листочках, – и пусть составители потом мучаются и собирают ее как хотят. Но составителей не предвидится, поэтому придётся собрать самостоятельно.

Синопсис
Бернарду Суареш, помощник бухгалтера и по совместительству гетероним великого португальского поэта Фернандо Пессоа, живёт в Лиссабоне на улице Золотильщиков и ведёт хаотичный дневник, состоящий из размышлений и зарисовок. Этот дневник автор называет то книгой случайных рассуждений, то книгой бессвязных впечатлений.

Про форму
В отличие от самого Пессоа, Суареш не поэт, и про себя он говорит, что предпочитает прозу стихам потому, что

Но привычка - вторая натура, даже если ты гетероним, и текст ритмичен, поэтичен и красив настолько, что местами захватывает дух от описаний и метафор. Добавляет красоты игра с формами. Например, в книге есть один неожиданный и достаточно объемный диалог, который неизвестно откуда и зачем взялся. Пессоа-Суареш поясняет, что он сам придумал фразы людей за чайным столом: ему показалось, что люди, выглядящие таким образом, должны общаться именно так.
Отдельная история – грамматические конструкции и неологизмы. Пессоа вольно обращается с языком, чтобы максимально выразить себя:

Оба эти принципа – не преувеличение. Каждая мысль в книге отличается от остальных своим собственным градусом ясности: она может быть и предложением-афоризмом, ёмким и метким, а может быть тремя страницами непонятно чего, и приходится несколько раз возвращаться к началу, чтобы уловить смысл. Ко всему прочему Пессоа действительно считает, что грамматические правила ограничивают его, и ради смысла и художественного замысла собирает фразы так, как считает нужным.

Для читателя то, что слова не выстраиваются в правильные и знакомые конструкции, означает, что придётся часто спотыкаться о нелогичное и непривычное.

И вот тут становится немного жаль, что португальского не знаешь – интересно, как оно в оригинале, и смогли ли переводчики справиться со всеми грамматическими кульбитами.

Про содержание
Сложно писать о книге, в которой нет сюжета и нет центральной идеи. Непокой, упоминания о котором проходят через всю книгу – это идея, но она не единственная. Точно так же повторяются другие темы: отрешенность, смерть... и японские чашки. Из-за фрагментарности изложения, когда мысль может умещаться и в одно предложение, и в несколько страниц, с каждой новой мыслью, с каждым повтором случаются маленькие озарения, но по той же причине большого озарения не получается.
Некоторые мысли внезапно оказываются настолько близки и понятны, что затягивают надолго, хочется перечитывать ещё и еще. Это касается и идеи о том, что жизнь это постоялый двор и "экспериментальное путешествие, совершаемое против воли".

Пессоа откровенно пишет о том, о чём много думает сам, и это вещи, которые зачастую для себя сложно сформулировать и озвучить, как, например, экзистенциальный ужас. Кажется что он просто взял и написал словами тот сумбур, который время от времени случается в голове у каждого, и у него это получилось ясно и сильно. С самого начала понятно, что книга декадентская до малейшей частички, но вся глубина печали и депрессии за красотой языка ощущается не сразу, и только с развитием каждой из повторяющихся мыслей становится все хуже и хуже.

Одна из наиболее частых тем – противопоставление мечтательного и деятельного образа жизни. Пессоа-Суареш говорит о том, что для познания мира не нужно ничего делать, потому что "действие - это какая-то болезнь мышления, раковая опухоль воображения". Он отрицает науку, эмпирический опыт и познание действием, для него мечты о дальних странах важнее путешествий.

В любви Суарешу интересна только сама идея любви и мечта о ней, больше ничего не нужно. Людей он не то чтобы не любит, но они ему не нужны, и смотрит он на них свысока – он один, и его раздражает их счастье, потому что они не чувствуют по-настоящему. По этой причине он называет их обывателями и сравнивает с растениями.

Про процесс

Вот так оно и получается. Нет такого, что не терпится дочитать, настроение мрачнее тучи, но отложить книгу тоже рука не поднимается. Сам Пессоа пишет, что не любит читать новое, но перечитывает две книги, которые постоянно лежат у изголовья. Это "Риторика" отца Фигейреду и "Размышления о португальском языке" отца Фрейре. Я думаю, что это и есть рецепт правильного чтения для "Книги непокоя": переложить сотней закладок и возвращаться к ней время от времени, но всю жизнь.

И если Морти мог попросить Рика забрать у него воспоминания, то здесь в подобном надобности нет. По ходу чтения книги, всё забывается как-то само, не откладывается ни одна мысль, изложенная автором. А нижеприведенная цитата полностью описывает книгу.

И если принять во внимание то, что книга публиковалась уже после смерти автора, спустя аж пятьдесят лет! Можно было начать и тут же закончить рецензию словами "Фернандо не виноват, он наклепал заметок, черновиков, помер, а какой-то дебил дальновидный издатель решил опубликовать текст с целью срубить баблинского".

Хотя, чего греха таить, автор значительно опередил свое время, во времена, когда интернета еще не было, он стал вести собственный блог и дал ему очень искрометное название - "Книга Непокоя". Звучит-то как!
Нет, серьезно, может это и является глубокой книгой с философскими мыслями, но... Стойте, нет. Скажем так, будь у меня бумажный вариант издания, он бы подпирал шкаф и совесть меня бы не мучила. Мол, как так! С книгами так не обращаются! Еще как обращаются, и так деревьев маловато, а их тратят на такой непотребство.
Нет, мыслишки иногда проскакивали, что вот оно, то самое ради чего я мучаются около двух недель, чтобы прочитать сей "философский трактат", и время в итоге потрачено не зря. Но мыслишки не задерживались. И если сделать глубокий анализ каждой главы "Книги непокоя", то можно сделать еще более глубокий вывод: ЧТО, СОБСТВЕННО, ФЕРНАНДО ХОТЕЛ СКАЗАТЬ, если на минутку представить, что он собирался сам опубликовать то, что не успел, в том виде, в котором мы это, собственно, можем созерцать?

Каюсь, это не вывод, это вполне заслуженный вопрос. И что бы вопрос не оставался висеть в воздухе без ответа, попробуем рецензировать книгу, распилив на бревнышки - чтобы вместе устроить пожарище.

Бревнышко первое. Слишком много всего, что никак не сливается в общую картину. Абсолютная бессвязность текста. Поток сознания - это поток сознания. Одно тянет за собой другое, потом еще что-то прилипнет, и собственно в итоге, хочешь не хочешь, но окажется, что

Но мы парни невезучие. Вселенная не одарила нас таким торжеством.

Бревнышко второе. Слишком много банальной философии, опять же из ниоткуда взятых оборванных мыслишек в перемешку с редким вкраплением реальности, чтобы не расслаблялись. Здесь будет уместно процитировать одну из лучших реплик в кинематографе:

Бревнышко третье и последнее, чтобы не увлекаться, а то пукан и без дровишек справится. Завышенное ЧСВ автора. Знаю, что этот пункт совсем грубый, но я не могу молча уйти. Тоже чувство вызвал у меня Шантарам в свое время, но, слава богам, тогда не было нужды в обязательном чтении до конца, так что я пролистала первые страницы и отдала книгу советчику. Когда автор в каждой главе обращается к себе и собственному мнению, как к какому-то "авторитарному" источнику здравого смысла или мудрости, у меня волей-неволей срабатывает рвотный рефлекс. Не воспринимаю я подобного изложения информации. Просто отказываюсь понимать писателей, которые ссылаются на свое мнение, при этом позиционируя себя как существо познавшее нечто, чего не в силах понять смертные. Как по мне, самый настоящий снобизм, основанный на том, что ты много думал и до чего-то там таки додумался. Снобы, пф.

Такие вот три основных бревнышка, которые стоит знать перед прочтением, чтобы не потратить время впустую.

Но возможно, просто-напросто книга не должна была увидеть свет. Возможно, мне стоило найти другие прижизненные публикации автора и сперва ознакомится с ними. Возможно, тогда бы прониклась, но увы. Не судьба. Знакомство с остальным творчеством Пессоа не последует, как бы там его не расхвалили в аннотации.

Есть проза, по которой невозможно догадаться о времени, эпохе или цивилизации, в которой она создавалась. И не потому что в ней умолчали о неких вещах, событиях и лицах - порождениях и символах тех (или этих?!) времён, а потому что проза эта, как воды Древней Реки, шумными, тревожными волнами слов и смыслов омывает любую эпоху и любую цивилизацию, в которою доводилось жить Человеку. Это проза не о времени, а о пространстве. О пространстве, которое люди называют своим внутренним миром, полагая под "миром" некую метафизическую систему координат: широту, глубину и высоту человеческого "Я" - ту самую трехмерность личности, ничем не измеримую и ни с чем не примирённую, неистовую и не ищущую отдыха. Ту самую трехмерность личности, которая оставляет после себя великие книги - Книги Непокоя, книги бытия.
P.s.: невероятный текст, невероятный перевод текста! Нужно обладать не менее глубоким и не менее незаурядным, чем у автора, чувством языка - и воспринятого и родного - чтобы не налгать, не добавить от себя восклицаний и не утаить авторских многоточий при переводе такого литературного холста.