158. Зверь
Мы с Полиной Ривес в постели нагие, из её ноутбука звучит ‘Somebody to Love’ Jefferson Airplane.
– А я кое-что придумала.
– Умница. Я уж думал, мы перебрали все позы…
– Да я не об этом! Тебе хорошо?
– Конечно.
– И мне! Давай запомним это ощущение, и если в будущем у нас будет какая-нибудь большая ссора, то мы вспомним, как хорошо нам было сейчас. Если нам удастся сохранить это в памяти, мы всегда будем счастливы.
– Хм. Давай попробуем.
Джефферсоны кончают, и до меня доносится:
– Рыжая, что это мы слушаем?
– Семён Лабиринтов.
– Почему это имя мне знакомо?
– Его весь Таганрог знает. Он посвятил мне эту песню и весь альбом.
– Будь ласкова, выключи.
– Тебе не нравится?
– Не в том дело. Я не уверен, что Семёну Лабиринтову понравилось бы, что ты слушаешь посвящённые тебе песни в постели с каким-то голым мужиком.
– Но он никогда не узнает.
– Ох… Ладно, мне не нравится.
Рыжая меняет песню. О прекрасная даль, охватившая небо. Юрию Шевчуку всё равно, с кем делит ложе Полина Ривес.