Глава 18. Проулок
* * *
Каарина так и не смогла найти причин необъяснимой благосклонности Маарики (при том, что восемьдесят пенни она таки замылила и больше про них не упоминала), но решила принять как есть – если думать обо всем и сразу, можно сойти с ума, так она для себя решила. В цирюльне стоял худенький мальчик с едва прикрывавшей уши светлой копной волос. Рика покровительственно водрузила на эту копну замызганную серую шапку. Шесть марок приятно тяжелили карман.
– А теперь иди, – легонько ткнула черноглазая ее в спину, – да побольше шаркай ногами, руки в карманы засунь. Встретимся позднее, – и Рика шмыгнула на улицу.
Кайя глубоко вздохнула, обернулась с грустью на цирюльника, который уже упаковал ее косы в бумажный пакет и спрятал в стол, а теперь занялся бритьем нового посетителя, и вышла наружу. Радостно высунув язык, Талисман бросился к ней от парапета, под которым сидел у лужи и скучал.
– Эх, и звать меня будут Кай, – кивнула она себе, рассматривая отражение ушей в луже. – Руки в карманы и вперед! Верно, Тали? – щенок замахал хвостом, услышав свое имя. – И ногами шаркать не забывать.
Рынок уже немного опустел. Кайя, купив две моркови и немного картофеля, обнаружила, что у нее нет торбы или корзины для покупок. Потому, оттянув подол длинной рубахи, она сложила покупки в него. Почувствовав себя богачкой, когда осталось целых пять марок и пятьдесят с чем-то пенни, Каарина соблазнилась на лакрицу в лавке сладостей и картофельную лепешку для Тали.
– Неудобно, Тали, но что сделаешь, – засунула Кайя лакрицу в рот, а еще горячую лепешку в подол.
Ее собеседник не сводил влажных черных глазок с предполагаемого угощения и не мог скрыть разочарования от того, что оно исчезает из виду.
– Зато мы сегодня отлично потрудились! Ну, погоди немного, – заметила девочка со смехом его волнение. – Вот дойдем до моста, и тогда… Впрочем, как тебе это местечко? – рыночная площадь примыкала к жилым кварталам, смотревшим прямиком на набережную. – Вот так вид! – восхищенно прислонилась Кайя спиной к парапету. Дома в четыре и пять этажей с изящной лепкой возвышались над маленьким проулком. На углу висел стеклянный фонарь. В окнах – кружевные занавески, цветы в горшках, где-то – свет… – На, держи уже, – протянула она лепешку питомцу, и он не заставил себя упрашивать. – Созерцатель из тебя никакой. А лакрица могла бы быть и вкуснее… – Кайя перекинула конфету языком от щеки к щеке. – А вообще, могло бы и ее не быть, вот как! – девочка аккуратно сложила овощи на землю и мечтательно обратила взор к реке, искрящейся под случайным тонким лучом солнца. – Ведь правду сказал Укко, скоро похолодает… А там и каамос. Нура станет беспокоиться… Она ведь не знает, что я все знаю. И, кажется, меня любит, как думаешь? – обратилась она к Талисману, довольно погрузившемуся в пиршество. – Может, стоит отослать ей весточку? Ну, ты и смешной! – рассмеялась Кайя и подскочила на месте от внезапного грохота: с верхней улочки по узкому переулку прямо на них мчалась ручная тележка с углем. Талисман увернулся в одну сторону, Кайя в другую; борт телеги врезался в каменный парапет, а уголь разлетелся по окружности, покрыв овощи и наших друзей слоем угольной пыли. Колесо еще крутилось.
– Давай, так его! – послышались в переулке недружелюбные выкрики. – Отдавай-ка денежки!
Каарина вздрогнула и всмотрелась в возню наверху. Трое или четверо мальчишек, махая кулаками, навалились на одного. В зеленой куртке и красной шапке.
– Это же Маарика! – шепотом пояснила она Тали. – Конечно, она вовсе мне не друг, но такой сворой на одного, еще и на девочку… – воинственно набрала в подол без разбору уголь, картошку, морковки и остатки Таливской лепешки. – Эй, вы там! – двинулась навстречу драчунам, сопровождаемая сомневающимся взглядом Талисмана – медведепес только что пальцем у виска не покрутил, но это было физически невозможно. – Что происходит?
– Смотрите-ка, смотрите! – встал на пути у нее, видать, главарь банды – шапка Кайи едва доставала ему до плеча.
Светловолосый верзила ухмыльнулся – переднего зуба у него не было. Жутко, тем более, что взгляд его не предвещал ничего хорошего. Маарика разжала один глаз и увидела Кайю.
– У нашей Рики защитник! Да росточком не вышел, а?
– Кайя, ты зачем здесь? – хрипло уточнила Маарика. – Беги скорее! Это мои проблемы!
Каарина нерешительно сделала шаг назад.
– Что, тоже девчонка? – стянули с нее шапку, и волосы почувствовали чье-то дыхание на затылке. – Развелось вас тут! – сбоку вылез похожий на главаря тип в коричневом.
– Хочешь в Верхний квартал – за проход проулком плати, – толкнули еще и в спину.
Там стоял другой парень: в другую минуту Кайя охарактеризовала бы его добродушным толстячком, но явно не теперь.
– Нельзя же так, – беспомощно сказала она, и хватка на подоле ослабла.
Часть содержимого рассыпалось по мостовой. Маарика подхватила картофелину, упавшую рядом, и метко запустила главарю в голову, схватила Кайю за руку и бросилась бежать наверх. Талисман с лаем последовал за ними, несколько отвлекши нападающих.
– О чем ты думала?! – глухо воскликнула Маарика, не отнимая одну ладонь от рассеченной губы.
– Не могла же я тебя бросить! – девочки выбежали в другой проулок, но он оказался заставлен бочками.
– Проклятье! – воскликнула Маарика. – Придется сражаться. Они мне тачку разворотили! – черноглазая развернулась назад в боевую стойку и засучила рукава. Каарина со страхом смотрела на ее приготовления. – Налог за проход? Ишь чего выдумали!
– Вон они! – воскликнул толстяк.
Толстяк толстяком, а бегает быстро!
Каарина присела за бочку и швырнула в него углем. Парень увернулся.
– Неплохая плутня! – одобрила Маарика. – А ну… – она прицелилась морковкой и запустила в коричневого подручного главаря. – Получай!
Квартал огласился боевыми криками. Четвертый парень из банды возник из ниоткуда прямо перед носом у Кайи, целясь в лицо кулаком. Она от неожиданности плюнулась остатками лакрицы, попав ему куда-то в глаз. Талисман воспользовался моментом и с удовольствием вцепился в ногу обидчика.
Полицейский свисток раздался как гром среди ясного неба. Банду тут же сдуло ветром. Маарика замешкалась, пытаясь подняться с обломков ящика, куда ее повалили двое мальчишек.
– Бежим! – прохрипела Кайе, подавая руку.
Та держалась за распухшую щеку, куда все же попал кулак номера четыре.
– В бочки, быстро! – вдруг тощая высокая фигура появилась в проходе и, схватив их за куртки, подтолкнула к укрытию. – Я прикрою.
* * *