My Name Is Red

Я прибываю в полном недоумении, как относиться к этой восточной, философской, художественной притче с примесью легенд, сказаний, детективных сюжетных линий и прочих перипетий, которые во многом меня покоробили. Очень модно сейчас стало рассказывать истории и писать книги в потоке сознания - от рассказчика к рассказчику - это местная трава и камастура в нынешней современной литературе. Но несмотря на всю свою заезженность, избитость и толерантность роман повествует о любви, живописи, гениях и злодействе, похоти, грехопадении. А главным образом о том, как Запад сталкивается с Востоком, как современность влияет доминирующим образом. Затирает искусство. И в этих красках каждым символом и фрагментом общей картины Орхан Памук обрисовывает свою субъективную, но родную действительность с точки зрения каждого рассказчика, что и позволяет нарисовать всю картину в целом, как бы она субъективна не была прорисована, общий орнамент у него все-таки есть. Обо всем этом книга нам и рассказывает.
В книги очень важны рассказчики, тени и краски, но параллельно с формой повествования мы погружаемся и в ее детективное повествование. Здесь всё просто, увлекательно и оригинально. Совершенно два убийства художников, загадку преступлений которых и должен разгадать наш главный герой, чтобы жениться на девушке, которую так он любит, и чтобы семья отомстила за кровь отца, тестя. Во имя чести Востока!

Параллельно с этим за счет формы повествования мы становимся свидетелями развития истории в историях от каждого первого лица, которые еще не раз Вам наскучат своим Восточным менталитетом. В романе много наивности автора, его меланхоличности, ярких шероховатостей. Банальная сцена объяснения любви. Довольно сильно пошлая сцена. Как Карра на торжественной свадебной церемонии изображает, что получает благословения от уже больного тела отца. На самом деле уже мертвого тела.
И вообще роман зиждется на довольно грубой и слабо выполненной детективной истории, которая правда и создает всю динамику повествования, и философскому Восточному экзистенциализму каждого бесконечно рефлектирующего персонажа. Каждого из которых волнует ни сколько закат настоящего искусства, сколько да бы успеть записать свое имя в аналы Турецкой истории данного 600 страничного довольно пресного романчика.
Художники соревнуются друг с другом не только в картинах, но даже в подозрениях на вину за содеянное преступление, а главная героиня просто хочет выигрышным образом устроить свое семейное счастье. Здесь автор довольно точно обрисовывает всё ее положение с поправкой на то неудобное и сложное время. И то, что в итоге она получает и составляет всю Восточную составляющую с точки зрения женщины.
Орхан Памук может написать и описать всё. И смерть, и женщину, и трансвестита, и даже цвет красный. Он не боится искусства, красоты, пошлости, и Божьего гнева. Хочет обрисовать и изобразить всё многообразие красок в конфликте человека с искусством сталкиваясь с проблемами взаимоотношений Востока и Запада.

Это очень скучно, поверхностно и неинтересно. Даже, если вы любитель приема потока сознания. Но написано красиво, талантливо, и очень литературно.

Если бы мне хоть как то близок был Восток, или Орхан Памук отзыв мог бы быть более позитивным. Но на чаше весов несомненный талант автора Памука, интересная идея, и довольно слабая, поверхностная реализация. Слишком много претензий и недоверия к тексту. Думаю подобный роман, обладая определенным талантом к письму мог написать практически каждый. И сравнивать подобное творчество с Умберто Эко как то слишком смело, и довольно поверхностно.

А еще Орхан Памук может сильно отбить всё желание читать Восточную литературу. Уж лучше почитать Шантарам. Куда более интересное чтение. Без каких-либо претензий на интеллектуальность.

Неудачное, на мой взгляд, дебютное знакомство с Памуком. Может быть, ожидала от этого известного автора раскрытие моей души, цепкий слог или, на крайний случай, просто интерес.
В этой книге лишь один плюс - красивый, плавный слог. Сюжет сам не зацепил - Мадам вдова с двумя детишками не знает что ей делать. Решила выбрать себе мужа и вышла замуж, но не от большой любви. Все основные действия происходят в русле любви к рисованию, в среде художников. Убийства, факты, расследования... В итоге кровавая месть и счастливый конец. Книга написано от нескольких лиц, что в процессе чтения затруднило доступ к полноценному восприятию. Ох, уж мне эти постмодернисты... Никак к вам не привыкну.(( Ну нет там красивой истории!

Имя - мне красный . Книга очень отличается от других работ Орхана Памука , она напоминает мне книгу притч. Потому что у нас вместо глав истории от разных людей и не людей. А что вы так удивляетесь если история рассказана от имени нарисованной собаки , золотой монеты , дерева и даже красный цвет сказал своё слово. В начале слово взял убитый , то есть его душа , потом убийца , потом герой Кара , потом Эниште , его дочь , и даже торговка .
Кто же убил несчастного художника? Ответ вы узнаете только в финале . На протяжении книге , есть зацепка . Но автор не называет имени убийцы до конца . Даже когда он убил Эниште . Суть в том что в то время люди были очень подвержены влиянию религии и других духовных лиц. Как и в нашей религии есть сура о том что не сотвори себе кумира. Но в отличии от других религий ислам очень жесток , и в то время ослушников тех рисковал рисовать не так как дозволенно могли казнить.
Эта же история о том что Зариф узнал что его учитель и другие художники делают запретную книгу для султана , открыл рот когда не надо и был убит своим коллегой.
Не обычный опыт для меня чтения таких произведений , не скажу что плохо , но книга для любителей восточных историй с глубокой моралью.

В этом весь Памук. Казалось, книга не кончится никогда. Детали, детали деталей, завитушки, перечисления, эпитеты, прилагательные… После первой трети автор явно забыл, что это детектив, и увлекся коллекционированием и украшательством. Последняя треть – поистине для стойких, там такая каша из внезапных исторических справок, легенд, историй, имен и самого различного свойства предметов, изображенных на рисунках, что от них просто некуда деться, они обступают, давят, падают сверху, так что начинается нечто вроде приступа клаустрофобии. Вдруг автор вспоминает, что идет расследование, вытаскивает из рукава своих подозреваемых (которые как трое из ларца – вообще без лица), и методом исключения (отнюдь не дедуктивным) загоняет в угол одного. Фоном идет не лучшего качества турецкий сериал с эпично привлекательной героиней, которая не знает, куда бы повыгоднее пристроить свое ЧСВ, двумя противными мальчишками (один из которых – как бы автор, он и опишет всю эту эпопею, Орхан же такой талантливый мальчик, сказала мама), и еще какими-то беспорядочными родственниками на заднем плане. Сначала была мысль, что за отдел юмора и развлечений здесь отвечает торговка Эстер, но нет, на поверку и она оказалась не слишком интересной героиней. Юмора у Памука нет. Развлечений таких, какие, как он считает, были в ходу у обшарпанной художественной богемы Стамбула XVII столетия, нам не надо (свят, свят, свят).

Вздохнула с большим облегчением, когда все закончилось. Читать Памука больше не буду. «Музей невинности» у меня вроде бы неплохо прошел, но основные рефлексии Памука как писателя меня не задевают, даже в тематически далеком «Имя мне – красный» можно найти общее с «Музеем» - страдания слабого героя по некой родственнице, которая как бы рядом, но в руки не дается, и манера вставить Орхана куда-нибудь на общее фото – есть в этом нечто истерическое, если уж делать так, то остроумно и со смыслом, а не просто чтобы увековечить «себя любимого» в собственном же сочинении. «Снег» я не дочитала, ибо не смогла.

И да, подобная проза – ни разу не поток сознания. Это методичное высасывание из пальца и размеренное размазывание по тарелке крупиц «философского» смысла. Все рассчитано, как на аптечных весах, и чтоб печатных знаков побольше, в 255-й раз вспомним, как «красавица Ширин влюбляется смелого Хосрова по его портрету, висящему на дереве в дивном благоухающем саду» (цитирую по памяти). У меня уже нервный тик начинался от этих двух имен, честное слово, но внятного изложения их истории для невежественного западного читателя (или даже переосмысления, почему бы и нет?) от автора не последовало.

Сюжет книги можно было бы уложить в пару предложений - там ничего особенного. Вся книга строится на водопаде описаний мыслей о жизни, художниках, искусстве, жизни, смерти и любви. И притч. Притч. Больше притч богу притч!

Главы книги рассказываются от лица разных персонажей и не персонажей - например, от лица (морды) нарисованной собаки или красного цвета. Честно - после половины книги я такие главы уже пропускала.

Я понимаю, почему Памук может нравится - есть в этих многословных описаниях и отсутствии сюжета что-то медитативное и спокойное. Сидеть и наслаждаться красотой языка. К сожалению, мне что язык, что текст, что сюжет, что герои - все мимо.

Книгу читала по совету в флешмобе, поэтому надо было дочитывать - хочешь не хочешь. Но был бы выбор - бросила ещё в начале.

Неоднозначное мнение у меня сложилось от этой книги. С одной стороны: восточная тематика, большая любовь мужчины и женщины, местный колорит, традиции турецкого народа, любовь к ручному труду, - это все мне интересно. Но с другой стороны, это была какая-то не очень удачная попытка автора воплотить идею. А может, идеи априори просто нет. Может, именно поэтому Памук писал этот роман двумя приступами. Может, он, как и я, терял нить повествования и разочаровывался в героях. Может поэтому роман такой сырой, как будто непродуман до конца. Не выпестован.
Не то чтобы я разочаровалась автором, но складывается такое впечатление, что настоящий Памук отдыхал в этом романе.

Книга позиционируют как детектив, но убийца угадывается с самого начала, а потом просто погружаешься в неспешно, размеренно, витиевато разворачивающееся действо, которое, казалось бы, состоит из совершенно обычных житейских сцен. Правда, это сцены совершенно другой культуры и весьма далеко отстоящей от нас эпохи, или эпоха кажется настолько далекой, потому что культура такая - необычная, странная. И получается, что книга не про детектив, не про поиск убийцы, даже не про месть или воздаяние, а про столкновение этих самых культур, борьбу нового и старого, традиции и новаторства, искусства и денег, в конце концов. И я бы не сказала, что новое однозначно прогрессивно и должно победить, в тех традициях и подходах к рисованию было свое очарование. В процессе прочтения меня даже потянуло посмотреть на те самые миниатюры, того коня, которого могут нарисовать с закрытыми глазами начиная от изгиба шеи, ту композицию, которая строится не по правилам перспективы, а по тому, кто из нарисованных персонажей тут самый главный, и не может собака быть такого же размера, как человек. Плюс язык. Чудесный, образный, богатый, он сам словно живительный источник посреди пустыни, читаешь, будто пьешь, хотя читаешь о таких обыденных вещах, иногда даже совершенно неаппетитных, как несвежий труп, или жестоких.

У Орхана Памука получился детектив, где само расследование - только тень на работе художников. И эта тень идет вразрез со всеми установленными правилами, она есть преступление против традиций старых мастеров, уступка гуярскому искусству и плевок в веру. Собственно основные конфликты как раз между традицией и новым, западным (европейским) и восточным (стамбульским).

Начало XVII века, Стамбул. И первая же глава от лица мертвеца. Мы узнаем, что убили опытного художника, что работал над некой тайной книгой. И когда говорю "мы", то вкладываю и прямой смысл - в некотором роде герои книги рискуют обращаться напрямую к читателям романа, признаваясь в лукавстве и легком обмане. И это откровение признаний с умолчанием от значительного числа героев лично меня очаровало.
Кроме расследования, которое Шерлок Холмс вряд ли бы оценил доброжелательно, вторая основная сюжетная канва - любовные отношения красавицы Шекюре и ее далекого родственника Кар`а, вынужденого 12 лет быть вдали. И если сперва слегка путаешься, кто все эти люди и к чему они, после следишь за двумя яркими линиями, то ближе к концу я не хотела ни наказания преступнику, ни долгих лет "влюбленным", но меня интриговало узнать как пойдет дальше искусство миниатюры. Потому что все люди - самые обычные, не слишком приятные, а их поступки ещё более страны из-за удаленности места и времени. Но поглощает сама преемственность культуры, что запрещает личный стиль и изменения, но все же не может оставаться такой же веками. И в итоге судьба мастерской, а не отдельных людей среди полифонии рассказа постепенно занимает главное место. Потому что человек не должен помещать себя в центр мира.