Тимьян и Клевер

– Поговорил, поди, с дружком-то своим? По уху получил?
– Поговорил, получил, проникся, раскаялся, – заверил её Киллиан

– Он мало что пострадал, так ещё и извиняется, – подосадовал Айвор. – Честное слово, Киллиан, однажды твоя доброта обойдётся тебе в непомерную цену. Больше эгоизма, мой дорогой друг, и ты проживёшь долгую счастливую жизнь в человеческом мире.

У Киллиана осталась одна кружка. И он не слишком удивился, когда по плечу его деликатно постучали, а потом ежевичная плеть уцепилась за глиняную ручку – и последний след вечернего пиршества исчез.
– Ты скоро? – жизнерадостно поинтересовался Айвор, выныривая из зарослей.
– Твоими трудами – да, – вздохнул Киллиан.

Сердце отдают не потому, что хотят что-то взамен. Тем более — детям...

Если судьба неясная, значит, ты сам её выбирать можешь.

Дело, которое начинается с обмана, не может закончится благом.

Айвор взглянул искоса и понимающе вздохнул, а потом накинул ему на плечи одеяло небрежным жестом – так, словно и не заботился вовсе, а сбрасывал что-то ненужное.
Но стало теплее.

Нив очень трепетно относилась к своему сну и на попытки разбудить её в неподходящее время отвечала прицельным ударом копыта в бок.

Что за жизнь, если в ней нет места чуду?