Тимьян и Клевер

– И знаешь, какая мораль в этой сказке? – тихим голосом спросил Айвор. Глаза его были черны, как зимнее небо по ночам. – Если ты хочешь выжить, то у тебя должно хватить хитрости солгать своему врагу и мудрости – не поверить его лжи.
– Говори, сколько хочешь, но душить какого-то незнакомого шотландца железной цепью я не буду, – мрачно отшутился Киллиан и подумал, что окажись он вместе с теми тремя из сказки, то первым бы и погиб, причём со словами: «Спасайтесь, друзья, я его задержу».

– Иди и стучи в дверь сам… – Киллиан, тяжело дыша, облокотился на забор. – Договаривайся с хозяевами, проси ковш воды, что там ещё в таких случаях делается… А я тут постою… Или посижу… или полежу…
– Бедняжка, – неискренне посочувствовал Айвор, потрепал его по голове и перемахнул через забор.

Айвор же предсказуемо обнаружился на ступенях – чистый, свежий, ослепительно прекрасный… и распивающий эль в компании священника.

– Для девицы из провинции она более чем осторожна. И разумна: неделю назад я попытался войти к ней в спальню и обнаружил, представь себе, железный прут над дверью и рябиновый букет у кровати.

– Больно? Когда тебя жрут – ещё больнее, мой недалёкий друг.
– Ну, наверное. Я не знаю. Меня никогда не… Что?! – запоздало осознал он смысл слов.

Я танцевал на снегу босиком, когда был приглашён к Зимнему двору, и целовал прекрасную леди Стужу. Мёрзнуть из-за жалкого октябрьского тумана? Оставлю это, пожалуй, наивным юношам.

Айвор же делал вид, что ничего не замечает и вовсе не хочет обратить двух надоедливых пигалиц в милых бессловесных мышек вместе с их любопытной мамашей заодно. И только Киллиан, глядя на то, как резко дёргается из стороны в сторону мысок остроносого сапога, понимал, как близко семейство Макги к катастрофе.

Что хуже всего, компаньон даже не рисовался: он просто был самим собой, бессовестным фейри на пару веков старше.
«Или на десяток», – мрачно поправился Киллиан мысленно.

–... я буду премного благодарен.
– Премного – это сколько? – заинтересованно подался к нему Айвор.
– Горшок мёда и бочонок эля, – ласково ответил священник. – Приход у нас бедный, да и вообще стяжательством заниматься – нехорошо.
Айвор засмеялся:
– Видел, Флаэрти? Когда меня ещё так задешево покупали?

– Айвор, а давай прямо сейчас пойдём?
Фейри закатил глаза.
– Вечером? Через полгорода?
– Ну да.
– Зная, что колдуньи и злые духи к ночи получают наибольшую силу?
– О, значит, и у тебя силы возрастут? – искренне обрадовался Киллиан. Нив хихикнула ему в плечо.
– Что значит «и у меня тоже»? – возмутился Айвор. – Вот она, человечья неблагодарность!
– Значит, ты согласен? Если не хочешь, я могу и один пойти…
– Нет уж, бессовестный мой друг, – не на шутку рассердился Айвор