Тимьян и Клевер

Если ты хочешь выжить, то у тебя должно хватить хитрости солгать своему врагу и мудрости – не поверить его лжи.

Даже эхо истинного чуда громче любой подделки.

- Мой батяня говаривал, что гости с утра – что похмелье, только элем их не зальешь.

– В моём личном списке самых «страшных дел», мисс Барри, Айвор всегда на первом месте. О чём бы ни шла речь.

- Айвор, у тебя совесть есть?

• Есть. Я просто не трачу ее по пустякам.

- Так сколько? – сдался Киллеан

• Двадцать фунтов
• На что?
• Карточный долг
• Давно?
• Неделю назад
• Вопрос, как чистокровный фейри умудрился продуть двадцать фунтов, полагаю, останется без ответа?
• Не бурчи, Флаэрти, - мигом повеселел Айвор, как только понял, что долг за него вернут – Я просто играю честно. Есть области, мой любезный друг, где магию применять нельзя – покер, например. Или любовь. Это потом дорого обходится.

– А дозовусь? Издали-то… – Голос разом сел.
– Это сердце я услышу с другого конца света и даже из-под холмов, – тихо ответил Айвор и отступил, отворачиваясь.

Каждый раз, когда компаньон называл Фэй О’Коннор «малюткой» или «девочкой», на душе становилось легче: любвеобильного фейри интересовали пусть и невинные, но всё-таки девицы, а не дети. Надолго, правда, спокойствия не хватало, так как дома он вновь начинал то рассыпаться в сомнительных комплиментах, то касаться невзначай, точно дразня…
…вот только кого? Её – или?..

- Не стоит ругать все молнии только потому, что одна в сухой год подожгла кромку поля, - наконец произнес он. – Фейри бывают разные, но не каждый из волшебного народа приносит горе.

Киллеана пробила дрожь. Он залпом допил свой кофе и потянулся за печеньем, хотя голоден не был – ведь невозможно одновременно проникаться благоговейным ужасом и хрустеть чем – нибудь сладким.
«В конце концов, люди – очень простые существа, - подумал он. – В нас помещается что – то одно. Либо страх, либо аппетит»