Фунты лиха в Париже и Лондоне

Наверное, действительно хороший писатель хорош во всем - от гениальной антиутопии до романа о банальной ежедневной борьбе за выживание. Если бы кто-то сказал, что я с удовольствием буду читать о людях моющих посуду за копейки или проживающих жизнь по кругу: ночлежка-переход-ночлежка, я бы не поверила. Наверное, в первую очередь это нужно прочитать тем, кто не считает людей достигших социального дна равными всем иным, для кого основным приоритетом и измерителем человеческой значимости стали деньги . Оруэлл не превозносит бедность, не делает из нее культа - просто показывает, что от больших потерь никто не застрахован, о необходимости быть терпимее к другим. Это совсем другой Оруэлл - не такой как в 1984, но тоже очень настоящий. Как-то очень честно и ясно. Мне понравилось.

Признаться, я с самого детства отношусь к Оруэллу с пиететом, — с тех самых пор, как услышал по радио радиопостановку «Скотного двора». В более сознательном возрасте я прочитал довольно много его книг, наверное, практически все из того, что было мне доступно на русском. И теперь с глубоким сожалением, вынужден признать, что, помимо широко известных и практически хрестоматийных «1984» и «Скотного двора», Оруэлл не написал ничего достойного (в моем понимании, разумеется!).

Конкретно сабжевая книга по большому счету является своего рода пересказом «Людей бездны» Джека Лондона — конечно, речь не о плагиате, просто книга Оруэлла по многом вторична. Хотя, конечно, местами хорошо заметно, что Оруэлл все же настоящий Писатель (причем писатель подлинно английский), просто время для его настоящих книг еще не пришло: «Фунты лиха...» изданы в 1933; за 12 и 16 лет до «Скотного двора» и «1984» соответственно.

На мой взгляд, по-настоящему эта книга может заинтересовать лишь подлинных почитателей Оруэлла, однако, как сообщает тот же гугл, многие люди как раз «Фунты лиха...» считают лучшей его книгой. Я, ни в коем разе не претендуя на объективную истину, предлагаю всем заинтересованным прочесть книгу самостоятельно!

Книга рассказывает о тяготах практически нищенского положения героя в двух главных европейских столицах, повествование ведется от первого лица и, как сообщает гугл, книга во многом автобиографична. Однако при чтении не покидает ощущение, что хотя повествователь вроде бы сообщает о событиях собственной жизни, тем не менее, рассказывает явно с чужих слов. В-общем, «не верю», как говорил Станиславский ))

Приведу одну цитату из книги, показавшуюся мне просто таки блестящей (герой только что вернулся в Лондон после очень долгого проживания в Париже и отправился пить чай в ближайшую забегаловку) —

На стене рядом со мной висела табличка, предупреждавшая «Уносить сахар воспрещается», а ниже некий поэтического склада гость приписал:
Кто упрет отсюда сахар,
Того надо послать на…,

но кто-то еще не пожалел сил соскрести последнее слово. Это была Англия.

Как преданная поклонница Джорджа Оруэлла, я с радостью открыла "Фунты лиха в Париже и Лондоне", ожидая найти очередное сокровище в его литературном наследии. Но, о боже, что меня ждало? Вместо привычной проницательности и остроумия я получила нечто, больше напоминающее дневник бедствующего путешественника, которому срочно нужна работа и хороший ужин.

Представьте себе: вы читаете Оруэлла, ждете глубоких размышлений о социальных структурах, а получаете подробные описания кухонь самых ужасных заведений Парижа и Лондона. Кому в здравом уме интересно, как медленно бродит таракан по кафельному полу забегаловки? Да, я понимаю, Оруэлл пытался показать жизнь на грани нищеты, но читать об этом в таком масштабе — настоящее испытание.

Герой книги проводит столько времени, перенося физические тяготы и психологическое угнетение, что начинаешь сомневаться: это учебник по выживанию на улице или социальный роман? Конечно, сарказм и легкий юмор мелькают тут и там, но их недостаточно, чтобы как-то разрядить атмосферу бесконечных лишений и голодных будней.

И где те блестящие сатирические метафоры, к которым я привыкла? Вместо мощных политических аллегорий — рассказы о том, как герой мечтает хоть раз поесть нормально. Ну, Джордж, я понимаю, ты был в трудной ситуации, но неужели нельзя было внести хоть каплю оптимизма?

Конечно, поклонники Оруэлла могут сказать, что "Фунты лиха" — это важный социальный документ и опыт пережитого. Возможно. Но лично я надеялась на чуть более яркое повествование, а не на 300 страниц жалоб на жизнь.

Прекрасная автобиографическая книга, открывающая читателю завесу другой жизни, жизни за чертой бедности, где может оказаться каждый из нас, сам того не желая.

Автор, в силу непредвиденных обстоятельств, оказывается без средств к существованию в самом романтичном городе Европы, перебивается случайными заработками на низкооплачиваемых работах, снимает комнатушку, кишащую клопами и тараканами, вращается в среде эмигрантов и едва сводит концы с концами.
Однако судьба отправляет его на другую сторону Ла-Манша, где наш герой опускается на низшую ступеньку социальной лестницы, знакомится с ночлежками и бродяжничеством.

Оруэлл, побывав в шкуре бедняка, говорит нам, что не всякий нищий - преступник или пьяница; жизнь порой поворачивается к нам не самой радужной стороной и никто не застрахован от безденежья или крайней нужды. Будучи страстным социалистом, автор размышляет о ценности богатства, о тяготах бедности и значимости денег в современном мире:

Прогуливаясь недавно по очаровательным улочкам Парижа, мне повстречались двое бездомных; один из них мирно дремал, накрывшись пледом и уединившись от людской суеты, другой же сидел и читал книгу. Кто знает, возможно эти несчастные и обездоленные - будущие Оруэллы и Уайльды когда - то напишут выдающуюся книгу или удивят нас своими гениальными открытиями, однако сегодня у них не лучшее время и какие-то пару фунтов помогут выкарабкаться из поглощающей тьмы невезения и непредсказуемости сегодняшнего мира.

Первая книга Оруэлла была для меня "1984". Признаюсь, я от нее не фанатею, и считаю весьма банальной, но все же, автор мне стал интересен и я потихоньку стал его открывать.
Второй книгой была "Глотнуть воздуха", отличное произведение полное тоски и печали. И вот я добрался до третьей книги "Фунты лиха...", и что я могу сказать? Многое, и первое - это очень сильно произведение, которое выводит тебя из комнаты полной комфорта, где ты живешь припеваючи, и выбрасывает на улицы в иную жизнь. Она как-будто говорит - вот жил ты хорошо, а теперь поживи плохо.

И вот ты не знаешь что делать, у тебя денег остается на пару дней питания, а потом все, ни планов, ни перспектив, одни скитания и попытки перебиться, пережить день, чтобы завтра пойти искать новое место, где все вновь повторится. И ты опять будешь голодным, грязным, вонючим, отторгаемым людьми и прочие радости бытия.

И вот дядюшка Джордж показывает нам этот мир от лица человека, который пал жертвой безработицы, и теперь ему нужно делать все самое неприятное и гнусное, лишь бы прожить дальше и прокормить себя, надеясь, что в скором времени все изменится. А вот почти ничего не меняется, и дни бомжевания-бродяжнечиства, оказываются круговоротом одного дня, который тянет тебя вниз, в пучину привыкания к тому, что ты голоден, болен и побит кем не попадя.

Меня интересует, Джордж сам успел познать эту жизнь, или у него были информаторы из таких людей, и если они были, помогал ли он им не ожидая в ответ благодарности?
Но это не важно. Важно то, что после таких книг, ты начинаешь расширять границы неизведанного, и кое что понимать.

Вот я сам дурак был (может и остался) и думал, что бродяги-бомжи - это просто лентяи, без жизненных целей и прочего, но нет, это просто люди, которые попали под сильный удар судьбы и не успели оправиться, прежде чем стали, кем стали.

На этом пожалуй закончу.

В начале 1930х годов молодого Оруэлла судьба забросила в Париж. Деньги у него кончились, начались визиты в ломбард, заработков не предвиделось. Голод, нищета, никаких перспектив.
Его не брали даже посудомойщиком - не было опыта работы. Когда-то ему все же удалось устроиться на работу в ресторан, но проработал он там недолго - Париж ему осточертел, и он решил попытать счастья в Лондоне. Но и там все складывалось негладко.

Оруэлл не просто прекрасный, а превосходный рассказчик. Эти заметки написаны так емко, хлестко и остроумно, что просто невозможно отложить книгу в сторону. Как блестяще Оруэлл описывает и быт, и нравы, и типажи парижских трущоб.
(лично меня шокировала санитарная ситуация в двух главных европейских городах в 30е годы).

Вот несколько цитат:

описание одного парижского ресторана:
За дверью в кухню, правда, начиналось нечто вроде свинарника, причем неизбежного в наших рабочих условиях.
Кухня всего метров двенадцать и наполовину загромождена плитами и столами. Утварь на полках под самым потолком, так что не дотянуться. Единственный мусорный ящик к полудню переполнен, пол обычно покрыт дюймовым слоем растоптанных отбросов.
Газовых плит лишь три и без духовок; запечь что-либо посылали в соседнюю пекарню.
Кладовой нет. Вместо нее местечко во дворе под навесом вокруг дерева. Мясо, овощи и другие продукты хранились прямо на земле, подвергаясь постоянным набегам кошек и крыс.
Крана с горячей водой нет. Греть воду надо на плите в котле, приткнуть который, пока жарится-парится еда, некуда, и основную часть посуды я мыл холодной водой. При том что мыло липло, но не мылилось, подручным средством очистки от жира служили клочья газеты.

В одной из ночлежек в Лондоне:
Сцена мытья была невероятно омерзительна. Полсотни грязных, совершенно голых людей толклись в помещении метров шесть на шесть, снабженном только двумя ваннами и двумя слизистыми полотенцами на роликах. Вонь от разутых бродяжьих ног мне не забыть вовеки. Меньше половины прибывших действительно купались (высказывались опасения, что от горячей воды «слабнешь»), но все тут мыли лица, руки, ноги и полоскали жуткие сальные лоскутья, так называемую ножную дрань, которую бродяги навертывают на переднюю часть ступни. Чистую воду наливали лишь тем, кто брал полную ванну; большинство пользовалось той же водой, где вымылись другие. Сторож пихал нас туда-сюда, вскипая бранью в адрес нерасторопных. Когда очередь дошла до меня, на вопрос, нельзя ли ополоснуть липкую грязь со стенок ванны, он рявкнул: «Заткни е… пасть и полезай живей!». Социальная атмосфера учреждения определилась, больше я уже ничего не спрашивал.

Тысячу раз я бывал в Лондоне, но так и не заметил сквернейшей местной штуки – здесь бесплатно даже присесть нельзя. В Париже, если карман пуст и не найти уличную скамейку, можешь сесть на тротуар.

От всей души рекомендую. Я начинала слушать, но, к сожалению, аудиоверсия канала "Культура" сильно сокращена, поэтому потом все перечитывала.

Во время моей поездки во Францию богемная часть Парижа не произвела на меня впечатления. "Посмотрим, что оставят после себя трущобы двух столиц", - подумала я и выбрала не Праздник, который всегда с тобой Хемингуэя, а дневник Оруэлла.
Это потрясающий на мой взгляд социальный роман. "От сумы да тюрьмы не зарекайся" напоминает нам автор и как бы ненароком добавляет: "Хотите, я расскажу Вам свою историю?"
И вы замираете с открытым ртом жадно ловя каждое слово рассказчика. Потому что у автора талант, сделать из чего-то столь обыденного как дневник, нечто столь восхитительное, но при этом не теряющее свой контекст и мораль, это не каждому писателю под силу.

Описание работы плонжером очень напоминает мои трудовые будни. А описание "лестницы" и "кухни" спрятанной от клиентов за закрытыми дверями - любого предприятия нынешней сферы обслуживания.

Если Вы брезгливы и у Вас хорошая память, то лучше откажитесь от мысли о прочтении. Иначе никогда больше не сможете есть в ресторане. И не только во французском.

Сам дневник делится на две части (и об этом говорит уже само название): 23 главы повествуют нам об нищенствований в Париже, а оставшиеся 15 о бродяжничестве в Лондоне.
Заканчивается Париж и начинает казаться, что вот теперь то нам покажут, как всё идет на лад и герой наш счастлив и прочее. Но увы! Впереди нас ждет еще чуть менее чем пол книги злоключений.

Лондонская часть еще более беспробудно серая, почти черная от копоти, нежели парижская. Здесь нет даже света в конце туннеля, потому что и туннеля то нет.

Всё это разбавляется главами об отмирании живой лексики, размышлениями на тему бродяжничества, общечеловеческих понятий и устоев.
И если Вы вдруг окажетесь в Лондоне без шиллинга в кармане, но с этой книгой в руках, то бродяга поведает, где и как возможно будет переночевать :)

Нужно ли Вам все это знать? Решайте сами.

Эта книга - моё первое знакомство с Оруэллом. Кажется, весьма запоздалое.
Раньше меня от Оруэлла держала на почтительном расстоянии моя принципиальная предубежденная не любовь к антиутопиям (Карин Бойе с Каллокоином - единственный мой опыт на этом поприще, потому что шведам всё простительно) - но в этом году через столько литературных преград я смогла переступить (Генри Миллер, Мариенгоф и т.д.) - и это так здорово заканчивалась и к таким восторгом приводило - что я решилась прочитать что-нибудь и у Оруэлла. В пользу этой книги говорило её название - Лондон, Париж - при моей любви к городам (и реальным, и литературным) - это было стопроцентное попадание. Единственное чего я не учла - это оставшейся части названия, которая помимо волшебных притягательных Парижа и Лондона, содержит и другие слова, на что я внимания совсем не обратила. Эти фунты лиха и поставили временно крест на чтении Оруэлла мной. Потому что, честно признаться, это было невыносимо. Скучно, тягостно и печально. Даже сочувствия не вызывало. Бесчувственное доскональное тщательное описание быта нижних слоев общества. И всё - может быть это и здорово, но для хорошей книги явно не достаточно.

Это моё второе прочитанное произведение Оруэлла. До этого я читала «1984». 

Сюжет очень простой, он состоит из ежедневного рассказа Оруэлла о его поисках работы в Париже и Лондоне во время Великой депрессии 1930-х годов, в основном безуспешной.  И поиск работы переплетается с его описанием голода и нищеты. Несмотря на то, что на протяжении всей повести описаны эти переживания, написано ясно, проницательно, подробно и приземленно, читать повесть не утомительно. Я прочла книгу примерно за два дня. Мне понравилось описание изнанки английских мест, городов конца 20-х и, возможно, начала 30-х годов 20-го века. Более того, повествование перемежается с некоторыми замечательными профилями персонажей (в основном) мужчин, с которыми автор  дружит по пути.

 В повести много хорошего юмора, несмотря на ужасные условия, которые испытывает и описывает Оруэлл. Особенно забавляют описания мужчин, с которыми он бродяжничает. Оруэлл, по-видимому, был хорош в выборе хороших товарищей в схожих обстоятельствах, мужчин, на которых он мог рассчитывать в трудную минуту.

Первая половина книги, действие которой происходит в Париже,  более оптимистична по тону, чем вторая половина, действие которой происходит в Лондоне. В парижском разделе большая часть репортажа посвящена работе Оруэлла посудомойщиком/помощником официанта в дорогом гостиничном ресторане. Было интересно читать о самой важной части ресторана - кухне, о хаосе, который там творится.

Вторая половина книги, лондонский раздел, гораздо более «нищая и отсталая». Из этой части я узнала, что в это время и, вероятно, во время Великой депрессии Англия управляла десятками тысяч безработных, бездомных мужчин (в основном мужчин: 10:1 мужчин к женщинам), предоставляя им комнату и питание, но «бродяги» могли остаться только на одну ночь и были вынуждены идти до пятнадцати миль на следующий день в другой приют. Теперь я задаюсь вопросом, повлияли ли  эти мучительные переживания каким-то образом на    столь ранний физический упадок и смерть писателя.

Итак, "фунты лиха..." прочитана. Должна сказать, что книга потрясающая!

Во-первых, в том смысле, что она меня потрясла. Некоторыми вещами, описаниями, фактами, которые вызвали бы рвотный рефлекс у человека с более слабым желудком)) Например, размышления на тему общепита порадовали своей отвратительной реалистичностью.

Во-вторых, потрясающая она оказалась с точки зрения "инструкции по применению" - она прекрасно показала, что такое "быть у самого дна", что из себя представляла эта прослойка общества около ста лет тому назад в двух самых крупных европейских городах.

Повествование в книге довольно подробное, со всеми нелицеприятными подробностями, однако у меня как у читателя не осталось гнетущего впечатления, поскольку у автора не было цели вышибить слезу. Все повествование - лишь как справка из разряда "вон оно как бывает, Михалыч..." несмотря на то, что оно идет от лица человека, вчера благополучного, а сегодня внезапно оказавшегося на этом самом дне. Однако справка очень подробная, с яркими и сочными описаниями, с великолепно прописанными персонажами, что казалось, будто видишь лицо бродяги или патрона в деталях или чувствуешь все окружающие запахи (не дай Бог!).

Сильные впечатления произвели отдельные моменты.

Например, рассуждения на тему рабства, его смысле и "нужности" для общества. Кстати говоря, многие положения этой теории справедливы и применительно к нашей действительности, не заметили?)) Ведь рабами, неимущими (читай "людьми с маленькой пенсией/зарплатой/пособием") управлять легче. Кроме того, у человека низкого уровня жизни просто нет времени не то, что поразмышлять, но и даже научиться размышлять, ибо он занят вопросом "как найти пропитание, заработать деньги, чтобы купить хлеб".
Прекрасны были рассуждению на тему такого ремесла, как нищенство, и проведение аналогии с рядом других профессий, столь же бесполезных для общества, с единственной разницей в размере дохода. Здесь хорошо бы вспомнить офисный планктон)).

Чумарь. Удивительный персонаж, бродяга с развитым интеллектом, неплохим багажом прочитанных книг, знаниями астрономии и некоторым талантом художника. Вместе с неприязнью, брезгливостью и жалостью он вызывает и определенное уважение, если не сказать "восхищение". А какой он поэт! "– Гляди, Альдебаран-то? Цвет горит! Прям, апельсином…м полыхает!... Звезды даром представлены; глаза раскрой и без билета гляди спектакль".

Итогом прочтения стала моя подпись под этими словами:
"Я никогда уже не буду думать о бродягах, что все они пьяницы и мерзавцы, не буду ждать благодарности от нищего, которому я кинул пенни, не буду удивляться слабоволию тех, кого выгнали с работы, не буду опускать монеты в кружку Армии спасения, отказываться на улице от рекламных листовок и наслаждаться угощением в шикарных ресторанах."