Отзывы о книге Колония

В 1979 году на маленький остров у западного побережья Ирландии практически одновременно приезжают два чужака. Первый – английский художник Ллойд, одержимый идеей стать новым Гогеном и запечатлеть на своих полотнах быт островитян. Второй – уже бывавший на острове француз-лингвист Джей-Пи, пятый год работающий над диссертацией о местном диалекте ирландского языка. Для каждого из них жители острова – средство достижения своей цели и, аки новые колонисты, англичанин с французом начинают делить зоны влияния, не задумываясь о том, что станет с аборигенами, после их отъезда.

История о том, как Ллойд и Джей-Пи строят свои мифы об острове и попутно всеми силами пытаются разрушить миф соперника, перемежаются хроникальными вставками о террористических актах ИРА и сторонников «Лоялизма Ольстера». Пока Ллойд думает, нарисовать в руках сына хозяйки коттеджа, где он проживает, кроликов или рыбу, а Джей-Пи выискивает в речи местных влияние английского гостя, сотни мужчин гибнут от пуль и взрывов. Как только читателя засасывает разворачивающееся на острове перетягивание одеяла, Одри Маги обязательно напоминает: настоящая Ирландия конца семидесятых так же далека от представлений о ней романтизирующих островной быт художника и лингвиста, как далеки от современного Таиланда туристические Пхукет или Паттайя, а разделить чужую выдумку просто невозможно по определению.

Если бы пару лет назад Букер не получил «Молочник» Анны Бёрнс, также нашедший весьма оригинальную форму для рассказа об ирландской борьбе за независимость, в 2022ом премию непременно следовало бы отдать «Колонии». Напоминающий большой привет пьесам Мартина Макдоны, этот роман с его чёрным юмором и гнетущей атмосферой соединяет в одной точке колониализм, насилие и искусство. И, что гораздо важнее, показывает как последнее может стать спасением.

«Впрочем, ты все и так знаешь»

Ллойд – англичанин. Художник из Лондона, ищущий вдохновение на маленьком ирландском острове знает, что жена не ценит его искусство, живет с другим, потому что ей нужен совсем другой мужчина, не такой как Ллойд. В глубине души Ллойд знает, что все кончено, но не может этого принять.

Массон – француз. Лингвист с арабскими корнями, изучающий исчезающий язык. Он знает, что спасти чужой язык невозможно, он знает, что дело вовсе не в языке, дело в ценности, нужности и важности, дело в нем самом. Его прошлом, его семье… его матери… Но вернуться в прошлое и помочь ей он не в силах, зато в его силах приезжать на этот крошечный остров и изучать угасающий язык, чужую культуру.

Джеймс – подросток, который знает, его судьба быть рыбаком. Мать Джеймса, Марейд знает, что любимый муж никогда не вернется из моря. Бабушка Джеймса знает, что у всякого терпения есть предел. Его прабабушка знает – нет смысла уезжать с родных мест. Островные знают – чужаки здесь надолго не задержатся. Скоро зима. Нужно продать телку и наловить побольше рыбы….

«Только и закрытые глаза многое видят. Видят то, что хотят видеть. И как хотят. Вот это»

Каждый из героев романа современной ирландской писательницы Одри Маги знает правду, в глубине души она отлично известна всем, но… Но сил выносить эту правду нет. И Ллойд продолжает обманывать себя в том, что у него все еще есть жена. Массон живет иллюзиями, что может спасти островных от влияния английского языка. Джеймс – надеждами избежать участи рыбака, Марейд надеждой нарушить устои и выразить протест своей судьбе… Каждый герой знает правду, но не хочет принимать ее, отказывается принимать. И пытается жить иначе. Смотреть на мир с закрытыми глазами и видеть то, что хочется…

Роман «Колония» – это с одной стороны история о военном конфликте Ирландии и Великобритании, о человеческих жертвах, бессмысленных смертях, агрессии, бессилии, страхе, потере. Короткими информационными справками писательница перечисляет жертв этого конфликта. Максимально сухо, без эмоций. Имя. Возраст. Религия. Семейное положение, дети, профессия. И смерть. Дома, в спину, в лицо, за рулем автомобиля, на улице, в баре. И такая отстраненность позволяет прямо взглянуть в лицо этому ужасу.

С другой стороны, это история конфликтов внутренних и внешних, национальных, культурных, социальных. Это история о противостоянии отцов и детей, о разности ценностей, о значении языка и искусства. О противостоянии материального и духовного, о смысле жизни, о границах принятия, о надеждах. О принятии себя.

Роман написан в разном стиле. Мысли художника – отрывочные, мысли как название картин, мыслить как рисовать, представлять как рисуешь. Короткие предложения. Фразами, отдельными словами, абзацами. Мысли лингвиста правильно выстроенные, литературный язык, более сложные конструкции и более правильные. Мысли Марейд поток, бурная речка, эмоции спрятанные глубоко внутри. Ее речь дается большими абзацами, самоуничижение. Обесценивание. Боль.

Одри Маги пишет так… просто. Так незамысловато. И при этом проникает в самую глубь. Как солнечный свет, о котором говорят Джеймс и Ллойд – в самую толщу воды… И для меня такая современная проза лучшая. Она говорит о боли и одиночестве, но не ранит, не погружает в тоску, не уводит читателя в страдания. Она учит просто показывая и рассказывая, выводы читатель сделает сам.

Я мало знакома с ирландской прозой, чтобы узнавать в лицо особенности стиля и слога, и я рада, что благодаря этой книге имею возможность получше узнать ее специфику. Немного… лучше понять. Тема национальной идентичности не близка мне по понятным причинам, как и проблема отцов и детей в таком контексте. Но вот эта мысль – закрытые глаза, которые видят то, что хотят – сильно меня цепляет. Потому и взяла ее за отправную точку.

Я советую этот роман всем, кто любит зарубежную современную прозу, кто читает не ради сюжета и событий, а ради эмоций, чувств, проживания вместе с героями какого-то отрезка жизни. Книга как погружение в чужой мир, проблемы которого могут быть знакомы каждому. А еще эта книга подойдет тем, кто любит читать книги из лонг-листа литературных премий.

Страницы романа пропитаны чувством безысходности – от невозможности вырваться из жизни, уготованной тебе многими поколениями твоей семьи в богом забытом месте. Ситуацию усугубляет конфликт поколений: старшим важна преемственность и корни, а молодым просто хочется уже жить, а не существовать. И непонятно, возможно ли вообще найти выход из этого замкнутого круга: нужны хотя бы деньги на билет и жильё. А вырвешься, наконец, в цивилизацию – тебя будет ждать уже не конфликт поколений, а гражданская война.

И это реальность, в которой живёт чуть ли не единственный на весь ирландский остров подросток Джеймс. Однажды за вдохновением сюда приедет английский художник Ллойд, который подарит мальчику надежду – и, возможно, он же её и отнимет. И нагрянет – уже не в первый раз – французский лингвист Жан-Пьер Массон, занимающийся изучением ирландского диалекта, из-за изолированности жителей острова сумевшего сохранить свою чистоту. Он возмущён вмешательством художника: ведь его английский язык может оказать непоправимое влияние.

Основной темой романа является конфликт отцов и детей, который раскрывается автором в противопоставлении желания самореализации, стремления к лучшей жизни и связи с корнями, надежд, которые возлагают на тебя родственники. Но это только первый слой.

На втором, более глубоком, герои являются метафорическим воплощением более абстрактных понятий, таких как родина с её традициями, языком и положением на политической и экономической карте мира; таких как колониальная держава с навязыванием своих интересов. Это выражается в их собственных историях, отношениях с окружающими людьми и миром.

Например, проводимая Великобританией политика привела к тому, что ирландский язык стал символом бедности и безграмотности. Джеймс хочет иметь английское имя и говорить на английском языке, его родные – чтобы он сохранил свои корни, остался на острове и стал рыбаком. Своеобразная гражданская война в рамках одной семьи, а за пределами острова – уже более масштабная, но суть конфликта, по сути, та же. Лингвист требует от Джеймса того же, что и родные, – приверженности своим корням, хотя он сам воплотил мечту Джеймса: его мать была из Алжира, пыталась познакомить его со своей культурой, заставляла учить арабский. Но он выбрал стать французом. Ллойд – воплощение колониализма.

Роман лаконично написан: каждое слово на своём месте, нет ничего лишнего. Внешняя немногословность соседствует с внутренним отчаянием, простота – с глубинным смыслом.

Одна из лучших книг года.

Так вы и есть тот сасанах? Простите? Англичанин. Вас тут так называют. Это комплимент? Ну, зависит от политической ситуации.

Роман об искусстве и творчестве, языке и идентичности, изоляции и одиночестве, колониализме, насилии и жестокости, море и скалах, ожиданиях и многом другом.

1979 год. На небольшом, малообитаемом и уединенном острове в Ирландии живет община, до сих пор говорящая на родном гэльском языке. Летом этого года остров посещают двое мужчин. Первый, мистер Ллойд, - английский художник, увидевший скалы острова в журнале и пожелавший запечатлеть их в своих картинах.

Второй, француз Жан-Пьер Массон - ученый-лингвист, неоднократно посещавший остров на протяжении нескольких лет. Он пишет книгу о влиянии английского языка на ирландский язык, и его сохранении в этом отдаленном месте.

Оба мужчины хотят работать в уединении, без чужого влияния и присутствия. Конфликт между ними, так или иначе, затронет семью, приютившую их, которая едва терпит присутствие обоих.

Интересны истории и характеры островитян, которые их принимают. Молодая вдова Марейд, ставшая музой для Ллойда. У неё сложные отношения с островом, но она не представляет жизни вне его. Однако ее мать и бабушка твердо привержены своему языку и островному образу жизни. Есть еще сын Марейд, Джеймс - двуязычный подросток, который стремиться к жизни за пределами острова. Открывшийся талант художника, замеченный мистером Ллойдом, сулит блестящие перспективы, Но сможет ли он помочь?

С самого начала я оказалась втянута в повествование. И не смотря на то, что для меня всегда важно не только содержание, но и форма, я оценила стиль написания автора. Проза Маги на протяжении всей книги граничит с поэтичностью, многие абзацы содержат не более четырех-пяти односложных предложений, диалоги не выделены привычным нам способом.

Как видно из названия, автор пытается показать вред колониализма, выбрав в качестве символа маленький остров. И англичанин, и француз хотят получить что-то от острова и делают все необходимое для этого, не задумываясь о последствиях и о том, что они оставляют после себя. Роман плавно переходит от одной точки зрения к другой, мы видим, что думают приезжие и жители острова, как их идеи и надежды контрастируют друг с другом. Кроме того, автор вставляет сводки о некоторых убийствах, которые происходят на континенте между протестантами и католиками.

Мне кажется, чтобы по-настоящему оценить политический подтекст этого роман (уверена, что благодаря ему, роман попал в лонг-лист Букеровской премии), необходимо чуть лучше быть знакомым с историей Ирландии. Я же, будучи беспристрастным зрителем тех событий, не смогла прочувствовать эту историю до конца.

Практически в каждом британском историческом (и не только) сериале затрагивается ирландский вопрос: будь то картофельный голод в «Виктории» или освещение деятельности ИРА в «Острых козырьках» и «Короне», что в очередной раз подтверждает его актуальность, болезненность и остроту.
События «Колонии» ирландской писательницы и журналистки Одри Маги, которую она писала шесть лет, происходят в 1979 году, отмеченном кровью периоде запутанных и сложных британо-ирландских отношений. И на этот раз история рассказана с точки зрения ирландцев. 

Я думала, тут будет о какой-нибудь дальней Британской колонии, а оказалось, что это о самой что ни на есть ближайшей - Ирландии. И всё же тема колониализма раскрыта не просто полностью, а как-то даже бесхитростно в лоб. У каждого героя тут своя огромная проблема. Даже будет точнее сказать, что здесь каждый герой является воплощением какой-то большой проблемы, и при этом почти все двуличны и уживаются с очень двоякой моралью. Ирландский мальчик, который хочет вырваться с дурацкого острова, на котором ему уготована судьба: ловить рыбу и кормить ею целую череду родственниц, у которых нет другого кормильца. Эту судьбу на него взваливают, не считаясь с его собственным мнением, люди, которые это самое бремя с себя лично свалили на него. Другой герой - об этом не говорится прямо, но на острове секретов нет, - член ИРА, которая на протяжении книги взрывает и расстреливает британские военные и добровольческие силы. И он же привозит на остров британского художника/туриста, чтобы обеспечить заработком своих женщин. Они у него так и спрашивают, если ты так против британцев, почему ты же у них берёшь деньги? Ну и центральные персонажи, это француз-лингвист, который приехал "спасать" ирландский язык, хотя свой собственный арабский (он наполовину алжирец) он не переваривает (и дополнительно подбрасывает миссию мальчику Джеймса: помимо обеспечения семьи, он ещё обязан сохранять язык); и британец Ллойд, который вообще картина маслом британского колониализма. Книга мрачная и печальная, а под конец так вообще хочется выть.

Одри Маги Колония

Вся история, рассказанная автором, для меня не была очевидной для понимания. Но, подумав, пришла к таким выводам.

Название Колония. Имеется в виду колонизация Англией Ирландии — навязывание английского языка, религии и т. д. Это ж, как обычно, «благие намерения», которые приводят к аду и многолетней конфронтации, к убийствам с обеих сторон. И уже никто не помнит, за что конкретно мстят, и никому не нужно это противостояние. Но кровь продолжает литься на улицах и в домах вплоть до начала 90-х прошлого века. 29 кровавых эпизодов упомянуто в книге.

На один из ирландских островов, на котором ещё остались несколько семей, не забывших своих корней и, главное, языка, приезжает художник-неудачник и защитник ирландского языка (сын француза и алжирки). То, что они между собой не могут договориться, понятно с самого начала. Яростное противостояние. Так как они могут решать вопросы, которые не в их компетенции, если свои проблемы неразрешимы?

Вся история полна символов. Ну, вот, например: как видит остров и свою семью Джеймс, единственный сын, внук и правнук. Он, не учась, рисует и себя, и свою семью, и пейзажи. И этим видением транслирует, что не хочет продолжать династию рыбаков, не хочет охотиться на кроликов.

Художник Ллойд приехал за вдохновением. И он его нашёл. Но не в природе или в людях, а в работах мальчика. И это тоже символ: колонизатор берёт то, что ему нравится.

Радетель за сохранность аутентичного ирландского языка с пеной у рта доказывает, что нельзя прогибаться под англичан, иначе ирландский язык умрёт. Только в чужом глазу и соринка видна, а в своём, французско-алжирском, и бревна не видно. Чужую беду рукой разведу. Ему бы продолжить изучать язык матери-алжирки, жительницы французской колонии, и не дать отцу так над ней издеваться. Но он выбрал быть французом, и это тоже символ. Любим отцом, любим страной, но потерян для второй своей родины. Как бы «между» не получилось у него.

Я всегда напоминаю сама себе после прочтения книги: читай эпиграф — там все смыслы, которые автор закладывает в своё произведение.

Истины — иллюзии, о которых позабыли, что они таковы.

Фридрих Ницше

Колония для колонизатора остаётся колонией, даже если юридически уже ею не является. Жители колоний уже и рады бы вступить и влиться в стройные ряды и там затеряться, да кто ж им позволит. Всё это я имею в виду на бытовом уровне: правительства предпринимают шаги, но пока это иллюзия. Что может способствовать? Не знаю, продолжать делать. Ну и время, думаю.

8/10

Ох, как меня поразила эта книга. Немногословностью диалогов и многослойностью конфликтов. Краткостью строк и ритмичностью фраз, оформленных без лишних знаков препинания. Правдивостью характеров и бурей, бурей вызываемых этими характерами эмоций.

Оказавшись в личностном и профессиональном кризисе, английский художник Ллойд приезжает на ирландский остров, чтобы либо наконец-то написать что-то стоящее, либо окончательно пропасть. С самого начала он мысленно фиксирует свое состояние емкими фразами. Автопортрет: в момент падения. Автопортрет: тонущий. Автопортрет: в жиже серого цвета. Автопортрет: выпихнут из гнезда… Похожим образом он фиксирует и окружающую действительность: обрывистыми зарисовками о том, кто, как и где сидит, стоит; какие вокруг пятна цвета, какой под это подойдет ракурс...

Ллойд устраивается в нехитром домишке, осматривает остров и приступает к работе. Параллельно начинается рассказ о семье ирландцев, сдавших Ллойду дом на лето. Молодая вдова Марейд, пожилая вдова Бан и Нил, старая вдова Бан и Флойн. Вот перед нами три женщины, прожившие всю жизнь на острове. Вот перед нами их сын, внук и правнук Джеймс. Быстро прикипевший к приезжему. Ходящий за художником по пятам. Мечтающий стать его подмастерьем, чтобы самому научиться рисовать.

Кажется, что автор создает идеальный мир для эскаписта: натура и природа: во! понимание с местными и отладка быта: во! фокусировка на цели: во!

Однако, как только мы проникаемся образом мыслей Ллойда и начинаем смотреть на остров его глазами, возникшую идиллию нарушает новое лицо: оказывается, в домике неподалеку, столуясь у тех же хозяев, проводит лето приезжий француз Массон.

я приехал не радовать не задабривать приехал писать

Массон тоже пишет. Но не картины как Ллойд, а книгу об ирландском языке. И приезжает он на остров уже не в первый раз, так что достаточно легко и быстро выживает чужака в сигнальную будку на вершину утеса. Но англичанин не сдается, а ирландцы не спешат поддерживать француза…

Одри Маги писала «Колонию» долго, около 6 лет, так что там нет случайных подробностей или лишних деталей. Меня поразило то, как ловко она раскачивает качели сочувствия то к французу Массону, то к англичанину Ллойду. Только-только покажется, что вы определились в своих симпатиях к одному, как другой внезапно раскрывается с более человечной и понятной стороны. Или, наоборот, делает подлую гадость, которых предостаточно в арсенале у представителей империй, ответственных за появление самого понятия «колония».

Негласное соперничество Массона и Ллойда за поддержку ирландских хозяев действительно увлекает, особенно когда в финале настает момент полного раскрытия арок этих персонажей. Арки, как известно, бывают выгнутые и вогнутые. Можно приехать на остров полностью раздавленным, преодолеть все сложности и уехать оттуда в статусе бога. А можно появиться уверенным в своих силах, но неожиданно вскрыть в себе такую глубинную и тайную боль, что она лишит смысла всю проделанную тобой работу .

Чем бы там ни тешились англичанин и француз, семье ирландцев уезжать с острова некуда. Но это не значит, что их устраивает собственная жизнь. Что им не хочется сбежать «с куска камня в мир книжных магазинов и галерей, бокалов в руках»… Островным вдовам есть, что вспомнить, есть, что показать этому миру.

Тема больших надежд — это опять к англичанам. Ллойд сложный персонаж. Паскудно целостный в своей самодостаточности и твердом следовании цели. Безжалостный к себе и другим. Вызывающий если не уважение, то признание наличия у него бесстрашия и воли. Кстати, я искренне восхитилась тому, как Маги обрисовывает национальные характеры, ни разу не употребив слова лицемер, ханжа… Они просто сами возникают в мозгу.

Думаю, знатокам англо-ирландских отношений роман будет особенно интересен. Интересна и форма подачи общественно-политической темы: к рассказу о том, что происходит на острове, постепенно начинают добавляться новости из газет и радио о том, как в большом мире католики убивают протестантов, ирландцы англичан и наоборот. Сначала эти сухие сводки выглядят как инородные вкрапления, никак не относящиеся к основному тексту. Но автор настойчиво рассказывает о все новых и новых смертях, пока два потока повествования не сольются в один разговор на кухне, и герои, ставшие уже родными, примерят на себя вопрос «а ты бы смог убить?»

Необходимость обязательно занять чью-то сторону, сделать выбор, придает роману особое напряжение. Хотя линия о прошлом француза Массона очень удачно уводит нас от конфликта общественно-политического в конфликт семейный, между мужчиной и женщиной. А линия островного мальчика Джеймса развивает конфликт художественный: между учителем и учеником, между творцом и критиком, между природой и цивилизацией.

В итоге роман преподносит нам не только и не столько урок по колониальной политике, сколько рассказывает об истории живописи: от детского примитивизма до «репрезентативного дистиллята». И даже эта тема искусства оказывается лишь островом в море человеческих отношений, социальных предубеждений, тайных желаний и изреченных мыслей.

Напоследок выражу восхищение потрясающим переводом Александры Глебовской и недоумение кричащей обложкой Марии Касаткиной. Агрессивный триколор никак не отражает красоту романа, да и вообще банально раздражает, выпячивая, как мне кажется, тему именно общественно-политическую. По мне, две другие обложки гораздо более точно передают атмосферу мира, созданного Одри Маги.

Маленький ирландский остров. Практически изолированный от внешнего мира, войн, прогресса, пресыщенности больших городов.
Маленькая община. Личная жизнь у всех на глазах, тайны у всех на языках.
Самобытный остров приютил двух чужаков - француза лингвиста и англичанина художника. Звучит просто, без изысков. Но начинается нечто интригующее.
Одри Маги удивляет с первых строк. Повествование со стороны художника выглядит как картина. Поток мыслей - мазки на холсте, точечные, резкие, быстрые. Это зарисовки островитян, сцен, быта.
Переключаясь на лингвиста, автор усложняет стиль, слова заменяют краски, предложения длиннее, сложнее, нагруженнее.
И это не всё. Чередуя главы, мелькают краткие сводки новостей. Вне острова люди становятся жертвой гражданской войны, которая лишь эхом долетает до скалистого берега. От этого она не становится менее бессмысленной, так же ужасает и заставляет сердца сжиматься от горя и скорби.
Между тем, француз и англичанин разворачивают деятельность по колонизации. Они втираются в доверие, захватывают территории, дают обещания, взращивают надежды, разбивают сердца.
Так хочется верить, что островные не будут обмануты в ожиданиях, не будут использованы, ограблены в культурном наследии и эмоциональном благополучии.
Давно настолько не переживала, 10/10. Как много открыл автор в небольшом объеме. Емкий и глубокий роман, попадёт в мой топ года. Очень хочется продолжить знакомство с автором.

В истории Северной Ирландии 1979 год — кульминация кровавого противостояния британских военных и Ирландской республиканской армии. Отставной морской офицер и кузен Елизаветы II лорд Маунтбаттен вместе с семьей отправился 27 августа 1979 года на морской пикник. Когда все пассажиры поднялись на катер и разложили продовольствие, лорд Маунтбаттен вывел судно на волнорез. Никто не знал, что боец ИРА уже установил на днище катера бомбу. Он щелкнул тумблером. Взрыв. Несколько человек погибли сразу, остальные — позже. Маунтбаттен умер до госпитализации от кровотечения из развороченных ног.

Позже в противостоянии погибло еще 18 британских солдат. На протяжении всего лета 1979 года не останавливался кровавый террор с двух сторон. Именно в это лето англичанин Ллойд решил приехать на неназванный ирландский остров, чтобы «рисовать утесы». Он художник, который потерял свою актуальность не только в глазах публики, но и со стороны жены, владелицы художественной галереи. Последние работы мужа кажутся ей скучными. В поисках вдохновения и уединения Ллойд отправился на богом забытый остров, где живет меньше ста человек. Островитяне в основном разговаривают на ирландском, лишь несколько жителей, маневрирующих между островом и большой землей, владеют английским.

Ллойд арендует небольшой коттедж на острове, расставляет свои рабочие инструменты и во внутреннем монологе представляет себя «Гогеном Северного полушария». В целом он и ведет себя как Гоген, который отправился на Таити в поисках вдохновения. Только Ллойд вдруг обнаружил, что один из «таитян» превзошел его. Это подросток Джеймс. Он стал своеобразным посредником между островными и художником. У Джеймса обнаружился талант к живописи, который Ллойд всячески поддерживал. Обещал забрать его в Лондон, устроить совместную выставку. Но его мотивы остаются неясны. Он словно бы хочет присвоить себе глубокое видение Джеймса. Мальчик постоянно указывает англичанину на несовершенство его картин и неверное отражение птиц и глубины света. Ллойд раздражается, но слушает. Его картины становятся лучше.

Одновременно на остров приезжает француз Джей-Пи. Он лингвист, который специализируется на вымирающих языках. Джей-Пи уже пятый год пишет на острове языковое исследование на примере семьи Джеймса. Он сильно удивлен, что на «его» остров ворвался англичанин со своим английским, что он мешает исследованию, а его страна способствует вымиранию древнего языка. Рвение Джей-Пи — это детская травма. Его мать — алжирка, отец — французский солдат. Сам он — ребенок эпохи алжирской колонизации. Надо сказать, нежеланный ребенок. Отец Джей-Пи женился на его матери, увез во Францию, но жестоко с ней обращался. Еще будучи мальчиком, Джей-Пи отнекивался от своих арабских корней, хотел стать «настоящим французом». Его лингвистическая работа на ирландском острове — это попытка понять мать, приблизиться к ней.

Но что Ллойд, что Джей-Пи смотрят на остров и островитян глазами неоколонизаторов. Это «их» остров, куда они приехали для своей цели. А присутствие одного из них мешает другому в реализации планов. Они спорят друг с другом о том, что лучше для островитян, забыв спросить об этом жителей острова. Джей-Пи называет Джеймса исключительно Шимасом, на ирландский манер, игнорируя возражения мальчика.

— Я забыл белье в стирку забрать. Оно в спальне, Шимас. Куча на полу. — Я Джеймс. — Радовался бы, что тебя называют Шимасом. — Меня зовут Джеймс.

Ллойд обещал островным не рисовать людей, а только природу. Но практически сразу же нарушает свое обещание. Сначала он рисует Джеймса, затем других жителей. Конфликт с местными и Джей-Пи усугубляет мать Джеймса, Марейд. По утрам она тайком позирует обнаженной Ллойду, по ночам, тоже тайком, приходит в постель к Джей-Пи.

Повествование в романе «Колония» ведется от лица нескольких персонажей. Это Ллойд, Джей-Пи, Джеймс и Марейд. У каждого свои интонации, своя манера речи. Ллойд видит остров исключительно как субъект изображения на картинах. В его глазах что остров, что натюрморт с графином — примерно одно и то же. И это отражается в повествовании.

Ллойд нарисовал тюленя у края воды, запечатлел, как тот шлепает ластами по мокрому песку, плюхается в море, уходит на глубину. Тюлень нагнул голову, шея стала продолжением позвоночника, потом грациозно рассек воду. Картины острова: метаморфоза

Такие вставки как фотографии. Такими изображениями Ллойд видит остров, не задумываясь и не обращая внимания на более тонкие нити. Повествование Джей-Пи более сложное и объемное. В нем нет рваных фрагментов. Джей-Пи пишет книгу. И его видение острова — всего лишь часть этой книги.

Маги целенаправленно выдерживает эмоциональную дистанцию. Она не включается в жизнь и чувства своих героев. Читатель видит их словно на расстоянии, как сторонний наблюдатель. Иногда Маги дает возможность подойти к героям чуть ближе, иногда — специально их удаляет. Это воображаемое расстояние между персонажами романа и читателем создает фрустрационное поле, в котором трагедия сложных англо-ирландских взаимоотношений чувствуется острее.

В литературе остров — это всегда мир в миниатюре. В случае с романом Одри Маги «Колония» — это история англо-ирландских отношений. Главы с более длинным и лирическим повествованием о жизни островных чередуются с короткими документальными вставками о террористических актах в Белфасте и других регионах Северной Ирландии. Сначала они кажутся несвязанными с основной сюжетной линией. Но после убийства лорда Маунтбаттена и его семьи разговоры о кровавой резне за пределами острова проникают в разговоры семьи Джеймса и их гостей.

Ллойд и Джей-Пи со всеми их благостными идеями в итоге выглядят никак не лучше, чем типичные колонизаторы. Они ставят себя выше островных. Они считают себя вправе утверждать, что лучше для местных жителей. Они выстраивают свои порядки. Они требуют определенных условий.

А не так же ведут себя жители больших городов, когда приезжают в глухую деревню для «перезагрузки»?!