Trust

У меня в окружении все критиковали этот роман, а я как-то открыла его и провалилась, очнувшись только спустя шесть часов, когда была перевернута последняя страница. Мне он очень напомнил сюжетом и композицией "Судьбы и фурии", только перемещенные в эпоху Великого Гэтсби. В нем четыре структурно разные части: художественный роман, у героев которого имелись реальные прототипы, но в угоду развитию сюжета автор кое-что переврал и домыслил, недописанная автобиография биржевого магната, мемуары литературного негра, которая, собственно, помогала магнату с написанием автобиографии, и дневниковые записи тяжелобольной женщины, доживающей свои последние дни в санатории в Швейцарии. Во всех них повествуется об одних и тех же событиях с одними и теми же людьми, но, как говорится, точка зрения зависит от места сидения и цели написанного у каждого из них свои. Целью донести правду какой она есть, тем не менее, задается только один из участников, да и то, мнение общества его мало волнует. Мотивы их всех, впрочем, кристально ясны: кто-то жаждет срубить денег, кто-то - защитить свою репутацию и состояние, а кто-то увлечен собиранием пазла, но деталей явно не хватает.

Доверие из названия тут становится краеугольным камнем - если кто-то, распознав за книжными Расками реальных Бивелов, принимает за чистую монету и все остальное, о чем говорится в романе Гарольда Ваннера, то автобиография Эндрю Бивела написана крайне сухо, с обилием цифр, математических и статистических выкладок, без тени эмоций, то есть даже когда он говорит, что любит жену, ему не получается верить, потому что он тут же переключается на работу, и даже говоря о том, что жена скончалась, когда он в очередной раз был в отъезде по делам, сразу, не сбавляя оборотов и не рефлексируя, начинает рассказывать про ФРС и про зло государственного вмешательства в экономику и объяснять, что он поступил совершенно правильно, зашортив свои позиции в момент кризиса 1929 года, из-за чего многие разорились, а он напротив преумножил свое богатство. Доверять такому человеку отчего-то совсем не хочется, это акула, которая сожрет любого и поплывет себе дальше без тени угрызений совести - ну такова ее природа. Что касается Айды Партенцы, она тоже подвержена фантазии и приступам сочинительства, но в своем взаимодействии с Бивелом понимает, что этот человек не стесняется заимствовать чужие истории и вставлять их в свою, зачастую даже не помня, от кого именно слышал такой рассказ. А Милдред Бивел пишет свой дневник с трудом, между уколами морфия и приступами боли и мигрени, но даже в таком состоянии видно, насколько эта женщина для своего времени образованна, умна и эстетически развита, и ей веришь безоговорочно.

Мне книга понравилась, у себя на полках я ее сохраню.

Эрнан Диаз написал роман, который неизбежно хочется сравнивать с «Финансистом» Драйзера, и не в пользу последнего. Но «Доверие» еще более очевидно напоминает книги Фицджеральда, не стилем, но той самой атмосферой «эпохи джаза». В итоге получился такой «Финансист» "здорового человека" без излишнего морализаторства, но с должным уровнем интриги и блеска, соответствующего рассказываемой истории.

Роман повествует историю магната с Уолл-стрит и его супруги, в которой само собой есть место тайне, от лица четырех разных людей. Все истории вымышлены и реальны в той или иной степени, то есть мы не можем определить, что из рассказываемого правда. Полагаю, не будем спойлером сказать, что у нас тут наблюдается некоторое скопление ненадежных рассказчиков. Это ясно из контекста повествования уже как минимум ко второй части. Стилистически все части книги написаны по-разному, так что получается полноценная литературная головоломка.

Быть может автор в своей игре со стилями хотел сделать отсылку к истории развития литературы. Как минимум, он явно заигрывает со сложившимися литературными традициями, как и с историческим контекстом в целом.

На мой взгляд, книга вполне заслуженно получила свою Пулитцеровскую премию. Одним из важных ее достоинств, помимо виртуозного написания, является отсутствие очевидных ответов. «Доверие» и в плане сюжета, и в плане смысла полностью отдана на суд читателя.

В рамках Пулитцеровского марафона ознакомилась с потрясающей частью литературы, намеренно выбрав для задания самую длинную из всех представленных книг. Именно это решение привело меня к, пожалуй, одному из первых книжных любимцев 2025 года.

Супружеская пара Бивелов — предмет любопытства и интереса многих представителей светского общества. Она — признанная меценатка и ценительница искусства, он — гений с Уолл-стрит, сумевшие породниться и составить друг другу компанию, несмотря на одиночество, неприязнь ко всякого рода публичным мероприятиям и равнодушие к деньгам, которые для одной — способ поощрения музыкантов и писателей, а для другого — шахматные фигурки в руках умелого и бывалого игрока. Эрнан Диаз познакомит нас с прошлым, настоящим и будущим этой пары, и каждый раз эта история будет обрастать всё новыми и новыми деталями и подробностями, заставляющими читателя если не задуматься, то хотя бы опомниться и с подозрением отнестись к каждому из рассказчиков.

«Доверие» — символичное и очень подходящее книге название, потому что доверие читателя к автору подвергается сомнениям, испытаниям и проверке на прочность. Я думаю, что книги, заставляющие читателя задуматься и начать мыслить критически, это уникальная литература, и именно поэтому у меня нет вопросов к тому, почему именно эта книга удостоилась такой премии. Она учит нас воспринимать информацию не с позиции губки, а с позиции человека, который если и воспринимает информацию, то проверяет, анализирует и составляет о ней собственные мнение, а не принимает как истину в последней инстанции. Критическое мышление — это важный навык, особенно в эпоху технологий и огромного количества контента, не каждый из которых — качественный и правдивый.

Книга о жизни миллионера, его собственные мемуары, работа машинистки и личный дневник жены Эндрю Бивела — кто из них говорит правду, а кто бессовестно лжёт и выставляет себя в удачном свете?

Признаюсь честно, первую часть книги, а именно — семейство Расков, восприняла за чистую монету. Такая насыщенная, трагичная и яркая история! Лишь на третьей части книги начали закрадываться сомнения и подозрения насчёт Эндрю Бивела и его причастности к собственному успеху. В этом плане структура книги является чуть ли не самой важной частью сюжета, и я в полнейшем восторге от стилистики, выдержки и содержания текста — Эрнан Диаз сумел удивить там, где этого ожидаешь меньше всего, и написать нечто совершенно уникальное и самобытное в своём проявлении.

Крошка Милдред вызывает не только сочувствие, но и уважение, Эндрю — неприязнь и презрение, и каждый раз эти персонажи менялись, преображались или наоборот — затухали под блеском и славой своего супруга/супруги. Любопытно, как радикально менялись их характеры и поступки в зависимости от того, кто рассказывал историю — и как менялась их жизнь, стоило новому лицу приступить к повествованию.

Изумительная литература и изумительный талант взволновать, удивить и встрепенуть самого заскучавшего читателя. Эрнану Диазу вся моя любовь и признание!

Слушайте, ну я на минутку. Дайте кое-что вам расскажу. Это любопытно.

Во дворе штаб-квартиры Центрального разведывательного управления (здесь и далее – ЦРУ) в Лэнгли, штат Виргиния стоит одна скульптура. Она называется Криптос. Выглядит – ровно так, как на фотографии ниже. Создал ее американский художник Джим Санборн; установлена она была 3 ноября 1990 года. Как вы можете заметить, Криптос – это не просто красивая и интересная работа (это постмодернизм, да?), Криптос – это шифр. Причем (тут я немного добавлю драмы) – один из самых сложных шифров на нашей бренной планете. Из всех критериев сложности он отвечает самому главному – часть зашифрованного текста на Криптосе не разгадана до сих пор. И да, даже самые мощные компьютерные процессоры и лучшие криптографические умы (Криптос, вы поняли, да?) ничего не могут с этим поделать. Сейчас объясню, почему это круто. И почему «Доверие» Эрнана Диаза – не совсем.

Итак, давайте быстро закончим с Криптосом. Он состоит из 865 вырезанных в медной пластине букв, которые составляют 4 смысловые части. Они, вот так оказия, зашифрованы. Первые три части общественность разгадала относительно быстро – в последующие за установкой инсталляции десять лет. Причем, сотрудники ЦРУ, которые выходили во двор попить чай, приняли непосредственное участие: далеко ходить не надо, сел себе спокойно и расшифровывай. К слову, Санборн и помогавший ему в создании скульптуры бывший главный криптограф ЦРУ, намеренно допустил в зашифрованной части ошибки. Мол, чтобы парням интереснее было разгадывать. И если первые три части все сдюжили (первые две – цитаты самого автора, третья – изречение археолога Говарда Картера, когда он открыл (во всех смыслах) гробницу Тутанхамона), то с четвертой возникла проблемка. Ее за (смотрю на часы) 33 с лишним года так никто и не разгадал. Санборн, поняв, что немного хватанул лишнего, дал разгадку нескольких фрагментов текста 4-й части, но даже с этой информацией никто вперед не продвинулся. Причем цимес ситуации в том, что Санборн иногда лично сам устраивает у себя на ранчо ужин для главных криптографов-энтузиастов, где они пытливо смотрят ему в глаза и ищут подсказки в разложенных за столом приборах. И все равно ничего. Санборн лениво хихикает – мол, разгадка есть, думайте. К слову, он даже подсказки публичные давал: в 2010, 2014 и 2020 годах. Можно сегодня-завтра ожидать новую порцию. Но пока никак.

Так, ну с этим понятно (я все равно советую почитать вам дополнительную литературу по вопросу – как по Криптосу, так и по другим работам Джима Санборна). Причем же здесь «Доверие» Эрнана Диаза. Ну, смотрите. Этот роман состоит из 4 частей и да, это тоже шифр. Очень сложно что-то рассказать конкретнее, но, давайте так: у нас также есть единая медная пластина, на которой написаны буквы/слова. Каждый из четырех блоков (частей) – вполне себе самостоятелен и самобытен. Ты читаешь первый, фиксируешь информацию, затем читаешь второй блок, ага, ок. Начинаешь читать третий и вот оно – части головоломки начинают медленно складываться. И, признаюсь честно, первые три части интригуют очень даже. Причем, обращаю внимание, это не жанровая литература, а такой классический, современный роман. Кстати, да, Пулитцеровский лауреат 2023 года. И вот такая вот диспозиция, ну хорошо же. Где ты еще встретишь хорошую литературу в такой завуалированной подаче.

Ты прочитал уже почти всю книгу. Остается четвертая часть, та самая, с ключом, чтобы разгадать, что происходит в первых трех. И вот тот самый момент, когда Диазу нужно было стать немножко Санборном. Я в этом убежден. Потому что даже смысл слова «головоломка» (если ты ее создаешь) – «сломать» своему визави его голову. Результат, кстати, опционален – никто не требует прятать ответ так же хорошо, как Санборн. Но ты не можешь превращать прекрасную головоломку в детский кроссворд, где на последней странице верх-ногами написаны все ответы. Ну не надо, зачем? Уважай своего читателя. Понятно, что кому-то очень нужны ответы, ну так это не твоя проблема. Знаете, кстати, как звучит разгадка первого блока Криптоса? Между затемнением и отсутствием света лежит нюанс иллюзии. И если посидеть и немного поразмыслить, то да, все верно. Именно этого нюанса Диазу чудовищно не хватает. А книга могла бы стать особенной. Как, например, «Маленький друг» Донны Тартт, где автор не дает больше того, чем нужно. И ты вроде догадываешься, но не уверен. Тот самый нюанс иллюзии.

Слушайте, «Доверие» реально неплохая книга. Она прекрасно задумана, здорово реализована, первая часть – так и вовсе написана «пулитцеровским» языком. Но тут вам нужно решить. Вы хотите разгадать сложный шифр сами или вы хотите, чтобы вам дали в конце все ответы? Лично я себя отношу к первой категории и даже сейчас, когда я не могу что-то вспомнить, я прошу мне сначала назвать первую букву ответа. Потом вторую. И третью, если нужно. Если мне назовут фамилию/название сразу целиком – я себя чувствую терьером, которого позвали на охоту и дали вместо этого игрушечный мячик. Это не то, ради чего я здесь. Поэтому меня концовка «Доверия» расстроила. Кстати, сразу по двум причинам. Первая – уже описал. Вторая – ответ еще и оказался таким предсказуемым. В сюжете книги есть линия про девушку, которая пересказывает своему отцу детективы и просит отгадать, кто же убийца. И он вечно, слушая вполуха, называет самые очевидные варианты, мол, дворецкий или секретарша. Иронично, что Диаз делает это и со своей собственной книгой. Если вы читали по диагонали, то вы все равно сможете дать ответ на вопрос. Ну зачем так просто, Эрнан, ну что такое?

Итого. «Доверие» Эрнана Диаза – это, правда, как и написано в аннотации, литературная головоломка. Потенциально – очень остроумная (в третьей части, например, Диаз, как и Санборн, дает ложные подсказки – это классно!) и трудно разгадываемая. Но автор решил все-таки, что важнее закрыть сюжетную арку, чем оставить своих читателей растерянными после того, как они перелистнут последнюю страницу. И вот как раз главный вопрос – что правильнее? С точки зрения литературы – наверное, правильно было сделать так, как и было сделано. Пулитцеровскую премию дали, в конце концов. Да и экспозиция, структура, сюжет – все по учебнику открыто и закрыто, темных лакун не осталось. Но с другой точки зрения (не знаю, как ее правильно называть – пускай будет с точки зрения дерзости, смелости и тигра) очень бы хотелось остаться стоять перед той самой четвертой частью Криптоса. Смотреть на него и пытаться разгадать великую загадку. Ну даже не разгадать – а просто прикоснуться. Разве нет?

И последнее. Вместо своеобразного постскриптума. В четвертой части (я не могу и не буду раскрывать никаких сюжетных подробностей) есть такой кусочек:

Ре Фа# Ми Ля. И ракоходный ответ: Ля Ми Фа# Ре. Самый обычный перезвон. (Как и у Биг-Бена?) Архаичный в своей пентатонной простоте, он вобрал в себя большую часть нашего музыкального прошлого: тональная иерархия, симметрия, нарастание, затухание.

И потом, спустя какое-то время:

Большая терция вверх (Ре Фа#) оборачивается большой терцией вниз (Ре Си♭), понижение (Фа# Ми) — повышением (Си♭ До), падение на пятую часть (Ми Ля) — пропорциональным скачком вверх (До Соль).
Ре Фа# Ми Ля становится Ре Си♭ До Соль.

Так вот. Я не знаю, как вам, но я счел это важным. Я подумал, здесь есть секрет. Ну не может же быть такого, что здесь только художественный приукрас; что это просто автор ну вот просто так эти секвенции написал. Это же должна быть какая-то головоломка? Ну так сейчас проверим.

Открываю midi-клавиатуру на компьютере. Так, как там у них, у англосаксов, все начинается: с ля, а не с до, так ведь? Ладно. Как там набрать? Ре Фа# Ми Ля и ракоходно (не спрашивайте) в обратную сторону. Так, еще на октаву выше надо. Или оставить? В общем сижу и медленно нажимаю кнопки: в одну сторону, потом в другую. Играю это арпеджио до того момента, пока коллеги не начинают смотреть на меня обеспокоенно. Так, где тут колокольный звон? Нет его. Хорошо, ладно, пускай будет Ре Си♭ До Соль теперь, может там? Подождите, играть неудобно. Корячу руку (это на компьютерной то раскладке). Может не так записал? Да нет, все так. И нет ничего. Что первый, что второй – «самый обычный перезвон», без загадки и без музыкальной глубины. Загадочная (и, кстати, многократно повторяющаяся) музыкальная тайна в четвертой части оказалась просто художественным приемом что ли? Так и не понял, если честно. В конце, кстати, вместо катарсиса, просто неприязненно посмотрел на книгу.

Доверия к ней оказалось - ровно 0.

Читайте хорошие книги.

Ваш CoffeeT

В ревущие двадцатые имена сладкой парочки Эндрю и Милдред Бивел не сходят со страниц газет. Эндрю, кажется, нашёл секрет бесконечного обогащения, а Милдред, развлекающаяся благотворительностью и меценатством, доказывает, что «богатые» не значит «эгоистичные». И жили бы они долго и счастливо, возможно, даже умерли в один день в стильно обставленной гостиной с белым роялем, стоящем на марокканском ковре, если бы Милдред не отправилась на лечение в швейцарский санаторий, где умерла в муках.

История Эндрю и Милдред в «Доверии» рассказана четырьмя голосами. Первый принадлежит писателю Гарольду Ваннеру, использовавшему биографии Бивелов как основу для своего романа «Обязательства». Второй – не самому выдающемуся рассказчику – банкиру Эндрю Бивелу, жаждущему восстановить справедливость и поведать широкой общественности, как оно всё было на самом деле. Третий голос появляется в тот момент, когда Бивел решается нанять для художественной обработки своей версии событий Айду Партенцу, секретаршу с даром сторителлинга. Ну и, наконец, четвёртый голос принадлежит самой Милдред, чьи дневниковые записи с рассказом о последних днях жизни находит Айда.

Если бы «Доверие» было просто типичным романом с парочкой тайн и ненадёжными рассказчиками, его, конечно, ждал бы читательский успех, но вряд ли текст смог засветиться в литературных премиях первого ряда. Получить место в лонг-листе Букера, выиграть Пулитцер за лучшее художественное произведение и вырвать у «Книги Иакова» Токарчук приз журнала книжных обозрений Kirkus Reviews Диазу помогли не увлекательность сюжета или наличие в нём твистов. Дело ещё и в том, что пятьсот страниц «Доверия» – это история развития американской литературы в миниатюре.

В «Моей жизни» Эндрю Бивела без труда угадывается отсылка к одноимённым мемуарам промышленника Генри Форда «Моя жизнь, мои достижения». «Обязательства», в которых магнат представлен не с лучшей стороны – типичный пример критического реализма в духе Теодора Драйзера. В записях Айды мы видим, как с истории успешного успеха или критики капитализма фокус смещается в сторону психологии персонажей, однако описание жизни богатых американцев даётся женщине, вынужденной жить со своим отцом-анархистом, с большим трудом. Ну а разрозненные заметки Милдред – абсолютно метамодернистская вещь, развенчивающая ранее построенные вокруг личности Бивела мифы и напоминающая, что литература, вообще-то, не обязана ни критиковать, ни убеждать, ни разрушать чьи-то иллюзии, иногда она может просто увлекать и развлекать.

Роман как кубик Рубика поворачивается к нам разными гранями. История одна, но рассказанная четырьмя персонажами, кому из них верить решает сам читатель.

Гениальный финансист, умеющий приумножать свои капиталы даже в годы Великой депрессии, женится на прелестной, удивительно подходящий ему во всём, девушке. Живут душа в душу, а в это время финансовом мире случился "чёрный октябрь", биржевой крах, но наши герои не пошли ко дну вместе со всеми. А потом молодая жена сходит с ума и умирает. Вот суть этой, казалось бы, простой истории.

Но когда фокал смещается на другого рассказчика, вдруг получается, что никто не сходил с ума, капиталы совсем по-другому наживались и не было супружеского счастья, а было обманутое доверие женщины. И на самом деле при чтении приходится вертеть эту историю в разные стороны, чтобы найти изначально верный вариант. Этот приём добавил изюминки книге) Прикол был в том, что когда началась вторая версия, я сначала не поняла, почему снова такая же история пошла? Подумала, брак в озвучке что ли?) Но к третьему разу была уже вооружена:)

У меня не возникло сомнений, какая версия была правдивой, но это такая книга, что здесь нет однозначного ответа, каждый читатель сам решает, какой вариант истории для него более достоверный. Книга - лауреат Пулитцеровской премии 2023г.

Самый титулованный роман длинного списка Ясной поляны 2024*. Странно, но до лонг-листа я не знала аргентинца Эрнана Диаза, пропустила его букеровскую номинацию-2022 и прошлогодний Пулитцер, победителем которого стал, потому роман об американском финансовом магнате и его благотворительнице жене оказался для меня сюрпризом. История от четырех, по типу "Расёмона", повествователей, каждый из которых озвучивает собственную ее часть. увиденную со своей точки зрения. Ни одного из четверых нельзя назвать надежным рассказчиком.

Четыре голоса "Доверия": писатель создает роман "по мотивам" и скорее озабочен эффектностью, чем правдивостью; миллиардер творит апологию себя любимого; гострайтер-секретарша записывает под диктовку босса его версию, редактируя сухое изложение, а в придачу создает второй, фиктивный, вариант истории; наконец собственные дневники загадочной героини - скорее заметки, обрывочные, частично зашифрованные, которые писались в спутанном состоянии сознания под воздействием боли и сильных болеутоляющих.

Первая часть в нарочито фицджеральдовском, отчасти пародийном, ключе "богатые люди особые". Рассказ о детстве и юности героев до их встречи, восхищенное любование финансовым гением молодого богача и утонченной прелестью его жены. Их встреча, после которой уже не могли быть врозь, его миллионы и ее филантропия, затем наследственное психическое расстройство героини, коего не могут излечить ни деньги, ни забота супруга. Наконец ее смерть в страшных муках. Вторая часть - та же история, изложенная языком суховатой документалистики с большим количеством подробностей о финансовых операциях Эндрю Бивела, каждая из которых, обогащая протагониста, одновременно способствовала процветанию нации и человечества в целом.

Третья часть, рассказ о событиях полувековой давности от секретарши, писавшей под диктовку босса его версию - предыдущую часть. Дочь итальянского эмигранта анархиста, она вынуждена одновременно делать фейковый вариант мемуаров для шантажистов, которые угрожают выдать отца ФБР. Поддельная история выдержана в стилистике дольче вита журналов о красивой жизни. Четвертая часть - дневники Милдред, из которых становится ясно, кто стоял за феерическим взлетом финансовой империи Бивера, каковы причины биржевого краха 1929, который повлек за собой Великую депрессию и, в конечном итоге, привел мир в точку, где все мы сейчас находимся.

История, в которой обманутое доверие одной женщины ведет к глобальным последствиям для всего человечества. Случай, когда нельзя быть уверенной в правдивости каждого из четырех рассказчиков - кто-то искажает истину злонамеренно, кто-то в искренней уверенности, что знает "как все было", находясь при этом под влиянием искажающих реальность факторов. Заглавие Trust отсылает к финансовой сфере более явно, чем русское "Доверие", в остальном переводу Дмитрия Шепелева удались стилистические игры оригинала и ощущение тайны, которую читателю предстоит разгадать самостоятельно.

"Доверие" Эрнана Диаса структурировано как аж четыре взаимосвязанных повествования, которые предоставляют разные описания жизни нью-йоркского магната, его жены и их прошлого.

Первая часть представляет собой роман "Обязательства" (или "Облигации"), приписываемый Гарольду Ваннеру. Это рассказ о жизни некоего удачливого финансиста и его жены.

Вторая часть "Моя жизнь" — мемуары магната Эндрю Бивела. Своего рода опровержение "Обязательств", а то этот ваш Ваннер понаписал не пойми что. Вот вам, как всё было на самом деле.

Третья часть "Что сохранила память" таит под собой воспоминания итальянской иммигрантки Айды Партенцы. Именно она писала ту самую "Жизнь" и щас расскажет, как было дело.

Четвёртая и самая короткая, но и самая смысловая часть "На срок" — это разрозненные отрывки из дневников Милдред Бивел.

Первая половина книги — сугубо мужская территория, в то время как женские голоса завершают историю в весьма неожиданном ключе.

Я не могу назвать "Доверие" увлекательным романом. Как участник лонг-листа Букера 2022 и победитель Пулитцера 2023 , он очень подкупает и подталкивает к чтению, но увы.

Мне кажется, история не раскрыла свой потенциал в полной мере. Она состоит из частей, каждая из которых имеет свой тон. Финансы, богатство и власть — главные темы всех историй, и вот эти бесконечные страницы про инвестиции были максимально неинтересными.
Первая часть (ну и заключительная, пожалуй, с самым надёжным и авторитетным рассказчиком) понравилась мне больше, чем последующие. Где-то на втором рассказе, ибо он самый унылый и как раз задаёт внезапный тон остальному повествованию, я потеряла и внимание, и интерес и далее читала без особого энтузиазма.

Больше всего меня огорчило то, что я не могу назвать всё это отдельным романом. Так, несколько взаимосвязанных и порой нудных историй, не складывающихся в единое целое.

Сам перевод прекрасный, издание тоже, хотя и в мягкой обложке, но она весьма приятная. И из части на назхаце можно сделать закладку.

Самый титулованный роман длинного списка Ясной поляны 2024*. Странно, но до лонг-листа я не знала аргентинца Эрнана Диаза, пропустила его букеровскую номинацию-2022 и прошлогодний Пулитцер, победителем которого стал, потому роман об американском финансовом магнате и его благотворительнице жене оказался для меня сюрпризом. История от четырех, по типу "Расёмона", повествователей, каждый из которых озвучивает собственную ее часть. увиденную со своей точки зрения. Ни одного из четверых нельзя назвать надежным рассказчиком.

Четыре голоса "Доверия": писатель создает роман "по мотивам" и скорее озабочен эффектностью, чем правдивостью; миллиардер творит апологию себя любимого; гострайтер-секретарша записывает под диктовку босса его версию, редактируя сухое изложение, а в придачу создает второй, фиктивный, вариант истории; наконец собственные дневники загадочной героини - скорее заметки, обрывочные, частично зашифрованные, которые писались в спутанном состоянии сознания под воздействием боли и сильных болеутоляющих.

Первая часть в нарочито фицджеральдовском, отчасти пародийном, ключе "богатые люди особые". Рассказ о детстве и юности героев до их встречи, восхищенное любование финансовым гением молодого богача и утонченной прелестью его жены. Их встреча, после которой уже не могли быть врозь, его миллионы и ее филантропия, затем наследственное психическое расстройство героини, коего не могут излечить ни деньги, ни забота супруга. Наконец ее смерть в страшных муках. Вторая часть - та же история, изложенная языком суховатой документалистики с большим количеством подробностей о финансовых операциях Эндрю Бивела, каждая из которых, обогащая протагониста, одновременно способствовала процветанию нации и человечества в целом.

Третья часть, рассказ о событиях полувековой давности от секретарши, писавшей под диктовку босса его версию - предыдущую часть. Дочь итальянского эмигранта анархиста, она вынуждена одновременно делать фейковый вариант мемуаров для шантажистов, которые угрожают выдать отца ФБР. Поддельная история выдержана в стилистике дольче вита журналов о красивой жизни. Четвертая часть - дневники Милдред, из которых становится ясно, кто стоял за феерическим взлетом финансовой империи Бивера, каковы причины биржевого краха 1929, который повлек за собой Великую депрессию и, в конечном итоге, привел мир в точку, где все мы сейчас находимся.

История, в которой обманутое доверие одной женщины ведет к глобальным последствиям для всего человечества. Случай, когда нельзя быть уверенной в правдивости каждого из четырех рассказчиков - кто-то искажает истину злонамеренно, кто-то в искренней уверенности, что знает "как все было", находясь при этом под влиянием искажающих реальность факторов. Заглавие Trust отсылает к финансовой сфере более явно, чем русское "Доверие", в остальном переводу Дмитрия Шепелева удались стилистические игры оригинала и ощущение тайны, которую читателю предстоит разгадать самостоятельно.

Я всё никак не могла написать эту рецензию. Ходила кругами, обдумывала что значит доверие для меня. Что приходит в голову мне, когда я произношу это слово. Для меня название книги не равно сюжету, а сюжет не приравнивается к каким-то отдельным фактам, это все вместе – разные истории и разные голоса – просто попытка посмотреть на вопрос доверия с разных сторон.
Я доверяю тебе.
Я тебе не доверяю.
Я хочу тебе доверять.
Я не могу тебе доверять.

И каждый раз смысл меняется, история обретает новые грани, герои снимают свои маски, но за ними обнаруживаются новые. Доверие делает человека максимально уязвимым. Доверие – всегда риск. То еще казино, оправдается ваше доверие или нет… А может быть, оно вовсе никому не нужно. В конце концов, это вопрос ценности одного человека в жизни другого. Вот и всё.

***
Эрнан Диаз современный американский писатель с аргентинскими корнями и европейским образованием рассказывает три истории. Каждая предлагает читателю новую версию событий. Каждая своего роди литературный эксперимент, новая форма, новый способ донести чувства и эмоции. Каждая ставит вопрос доверия ребром.

Первая. Пожалуй, очень странная история… Это биография. Красивая, правильная, изложенная таким правильным классическим языком, будто прямиком из XIX века. Заканчивается там все некрасиво и неправильно, кстати. Поэтому-то и имеет место быть история вторая.

Писательница вспоминает начало своей карьеры. Когда-то она получила очень странную работу, ей нужно было написать биографию известного человека, очень богатого и очень властного, человека который хочет рассказать свою версию событий и который не потерпит никаких возражений… Только вот дописать историю у нее не получилось, и вопросов осталось больше, чем ответов. Поэтому…

Есть третья история. От лица той, о ком пытаются рассказать в первой, и из-за которой произошла вторая. Той, кто никак не мог не подтвердить, не опровергнуть чужие домыслы. Той, которая даже не собиралась рассказывать кому-то что-то. Просто вела личный дневник. Зашифровывала записи, чтобы их никто не прочел. Превратила свои заметки в ад для тех, кто пытается что-то там понять. Совершенно сознательно, причины для такой осторожности у нее были, поверьте.

Вроде бы такой простой ход, не правда ли? Не сомневаюсь, вы встречали книги, где излагаются разные версии событий. Но здесь немного не то. Во-первых, истории не дублируются полностью. Каждый рассказчик фиксируется на своем, например, писательница из второй части очень много пишет о своем отце, рассказывает о его молодости и политических взглядах. Это в принципе никак не касается истории «главной героини», но помогает понять контекст. Во-вторых, говорить о трех версия вообще не корректно. Потому что в первом случае речь идет о художественном произведении. Роман в романе. Здесь реальность трансформируется так, как это угодно писателю. Он что-то хочет сообщить читателю, но делает это косвенно, ищет окольные пути, прибегает к неочевидным метафорам. А во втором случае это уже мемуары, в третьем дневники. Ощущения, что перед вами избитый писательский ход нет совершенно. Поэтому читать было интересно.

Мне понравилась эта книга, после первой части, я настолько втянулась, что оторваться было невозможно. Мне понравился язык, слог, темп и ритм изложения. Мне понравился замысел. И даже финал без подробного окончательного разжеванного итога тоже понравился, ведь главное стало понятным. И самые большие кусочки пазла легли на место. Эта книга понравится вам, если вы любите современную прозу, вам интересны истории с какой-то загадкой, вам нравится игра с формой, нравится, когда писатель не дает прямых ответов, когда, дочитав книгу, вы смотрите на обложку, на название и задумываетесь – а что значит доверие для вас?