Прочитавшему — смерть. Тройной риск

Очередное дело Ниро Вульфа. Согласно цикловой нумерации №29.

К сыщику обращается совладелец авторских прав серии популярных комиксов Гарри Ковен. Он просит одолжить ему карманный револьвер 32 калибра "Марлин" и Арчи Гудвина в придачу. Зачем? Чтобы найти свой пропавший. Обратиться в полицию он не может, так как  оружие не зарегистрировано.

Под подозрением пятеро: жена Гарри, другой совладелец авторских прав,  литературный агент и двое художников, рисующих комиксы. А ещё, возможно, и мартышка.  Клиент просит присутствовать Арчи на "спектакле". В ящик стола будет положен револьвер Гудвина. Ковин его извлечет, вор удивится и себя выдаст. Правда как распознать удивление мартышки...

Но события начинают развиваться по-другому. Возможно, кто-то написал иной сценарий... В результате у нас труп, а Арчи под подозрением...

Обратила внимание, что Ниро почему-то называют Неро. Подумала, перевели каждую букву отдельно что ли. (Nero). Стала разбираться. Оказывается, Nero правильнее было перевести как Неро (сокращение от Нерон), а не Ниро. А вот револьвер перевели неправильно, "Марли", вместо "Марлин"...

Что сказать, типичный для Стаута детектив, написанный в привычном для писателя ключе. Кто убийца догадаться можно. Что же касается мотивов, то здесь, сложнее, хотя Стаут и дает подсказку. Заметила, что вовлечённости читателя в расследование нет. Впрочем, это с лихвой восполняется динамикой.

Именно такую фразу небрежно бросил инспектору полиции, явившемуся к нему за помощью со странным списком из несуществующих имён, Ниро Вульф. Вот уж где образ сыщика разукрашен деталями, как новогодняя ёлка! Всем известно, что у сыщика должна быть страстишка или изъян - небольшой, но значимый, тогда он становится в один ряд с простыми смертными, кому не дано распутывать головокружительные преступления: смотрите, я - как вы, я живой, я - не идеал. Вульф уж точно не идеал. Чрезмерное пристрастие к изысканной кухне и пиву - вот, наверное, главная причина, по которой он почти не выходит из дому, - попробуй потаскай такую тушку. А времена в цикле такие, когда и полиция, и частные детективы всё больше ножками, ножками, а не волшебным образом извлекают всю нужную информацию из суперкомпьютеров. Но у Вульфа есть помощник - его ноги, а заодно руки и глаза, Арчи Гудвин, который старательно выполняет поручения, даже если иногда для этого приходится рисковать.

То обстоятельство, что Вулф никогда не покидает дом по делам, разве что побудительный мотив более важен, нежели перспектива получения гонорара, как, например, спасение собственной шкуры, во многом определяет мой стиль работы.

Суть дела: несколько месяцев назад погиб сотрудник юридического агентства. Именно ему принадлежал листок с именами. Теперь же к Вульфу обращается отец убитой девушки, которая работала в издательстве, и в последнем её письме домой упоминала, что собирается встретиться с человеком, написавшим роман. Имя его - одно из тех, с листка... Начинается поединок умов сыщика и преступника. Сыщик думает, преступник пытается заметать следы, при этом убивая ещё одну девушку - машинистку, перепечатывавшую рукопись. Что же за книга такая, что умирают все, кто её прочитал? Причина оказывается довольно банальной: роман, довольно плохо, кстати, написанный, раз его отвергли в издательстве, абсолютно документален. Имена, конечно, другие, но интрига, описанная в нём, стала бы тут же понятна любому, кто знал о реальном происшествии. По сути, главный вопрос, который должен решить для себя персонаж, а заодно и читатель: где граница допустимого? Поразительно, как легко человек начинает убивать, совершив это в первый раз...

Читал версию перевода с названием «Убийство из-за книги». Видимо, мои отношения с Ниро Вульфом не заладились с самого начала, с самых первых строчек. Начинается книга с диалога между Арчи Гудвином и инспектором Кремером. Сразу полился поток странных и загадочных шуточек, которые сами по себе, возможно, довольно остроумны, но в моих мозгах всё никак не могли слиться в связный диалог.

— Знаете, кого я не прочь порасспросить на ваш счёт? — осведомился он. — Дарвина. Чем вы занимались, пока обезьяна превращалась в человека?

Дальше — больше! Я вообще перестал понимать, что к чему. Видимо, это специальная стаутовская атмосфера, в которую надо влиться, что у меня так до конца книги и не получилось. Нелепые диалоги, сумасшедшие поступки, непонятные отношения между персонажами... Как я уже заметил в одном комментарии — такое чувство, что читаешь какого-то абсурдиста. То ли они там все психи, то ли я. Всё это пропитано весьма специфическим юмором, который, вроде бы, довольно неплох, но не всегда "в тему", как мне показалось. Эдакий, знаете, ситком/антинуар, «Я люблю Люси» feat. «Быстрей, кошечка! Убей, убей!». Ну или «Всех уродов надо убрать», только в разы страньше и чудесатей. Возможно, сказывается моя полнейшая дремучесть в детективах. Возможно. Всё возможно, чёрт побери. Но я скорее склонен считать, что просто книга рассчитана на "свою аудиторию". Своя атмосфера, все дела, нувыпонели. Половина шуток должна, видимо, вызывать вполне определённую реакцию зала ("Ууууу! Хахаха! Аплодисменты") на уровне рефлексов стаутопоклонника, который плавает в его творчестве, как дайвер из Нового Уренгоя у турецкого побережья. Однако, друзья мои, некоторые пассажи всё-таки вынудили меня поставить этой книге положительную оценку. Посмотрите, какая прелесть:

     Мы за это время успели сделать многое. Я, например, постригся, а заодно помыл голову. И провел несколько приятных часов с Лили Роуэн. Полчаса беседовал с нашим клиентом Уэлманом, который заехал к нам в офис сразу после прилета из Чикаго и остался в Нью-Йорке в ожидании дальнейших событий. Я как следует отоспался за два последних дня и прошелся до Баттери и обратно с остановкой в уголовном отделе полиции на Двадцатой улице, доставив им, как просил Кремер, наши показания. Я снял пять копий с той копии покаянного письма Корригана, которую, как мы договорились, нам прислал Кремер. Я ответил на три звонка Сола Пензера, переключив его на Вульфа и повесив по указанию Вульфа свою трубку. Ответил еще на тридцать-сорок телефонных звонков, ни один из которых вас не заинтересует. Выполнил кое-какие рутинные дела по офису и шесть раз поел.      Вульф тоже ни в коем случае не бездельничал. И тоже шесть раз поел.

Пусть я всю книгу почти ничего не мог понять, однако, закрыв её, я понял, что она мне скорее понравилась, чем нет. Мистика!