Куросиво

Романом заинтересовалась в первую очередь из-за заявленного в аннотации временного промежутка, в котором происходят описываемые события. Много читала про революцию Мэйдзи и то, что ей предшествовало, а вот что наступило после попадалось мне несколько реже. А ведь какое интересное время! Слом эпох, да ещё и такой глобальный: пало многовековое правление сёгуната, власть вернулась к императору, страна стала открытой для запада и стремилась максимально наверстать упущенное, чтобы не превратиться в условную колонию для стран сильных мира того.

Так что читала с большим интересом, тем более, что люблю именно художественные исторические романы, когда на примере судеб отдельных личностей перед нами предстаёт картина целой эпохи, таким образам добавляются многие интересные детали, в том числе и общепознавательного характера. Например, я, конечно же, знала, что тогда массово отправляли школьников и студентов учиться заграницей, чтобы затем они привезли эти знания на историческую родину, но я была не в курсе, что всё это оплачивалось из государственной казны, вот что значит правильное распределение госбюджета.

Но не всё было так радужно, как может показаться с первого быстрого взгляда, на страницах романа мы видим, что новые люди, дорвавшиеся до власти, страдают всё теми же пороками, которыми чаще всего и грешать власть имущие, вне зависимости от страны или времени: наживание собственного богатства, проталкивание на высокие посты родственников и друзей, активная личная жизнь, полная удовольствий и разврата, интерес к судьбам народа больше на словах, во время очередного светского мероприятия, чем на деле.

И вот этим новоявленным князьям, баронам и графьям автор противопоставляет старого (больше умом, чем возрастом) Хигаси. Преданный сторонник сёгуната он никак не может смириться с тем, что такие вот люди оказались нынче у власти. Хотя и при сёгунате хватало подобного, но он из тех для кого прошлое всегда будет окрашено романтическим ореолом, он не готов признавать плюсы изменений, везде видит только плохое. Чисто по-человечески мне его жалко, он не из приспособленцев, которые способны в любом возрасте переобуться и не из молодёжи, что всегда с радостью приветствует перемены и всё новое, он обречён умереть, как истинный самурай, поверженный, но не побеждённый.

Как уже и сказала, мне его жалко, но однако же мне такие люди не близки, традиции, обычаи и прочая это дело хорошее, которое не стоит одним взмахом руки отбрасывать в сторону в угоду новому времени, но и вариться только в них, застряв в прошлом и ругая всё непривычное, это тупиковая дорога. Общество должно развиваться и меняться, просто какие-то глобальные изменения всегда чреваты не только плюсами, но и минусами, но так мир и не делится на чёрное и белое, правильно и неправильное. Тут, хотя сюжетная линия не блещет экшеном, мне было интересно читать за счёт того, что есть о чём подумать.

Вторая же сюжетная линия вызвала у меня бурю эмоций и хоть бы одну положительную. Графиня Садако Китагава, хотя ещё и довольна молода, тоже устарела в современном обществе, но, имхо, меня это только радует, опять же её чисто по-человечески жалко, но и бесила она меня изрядно. Воспитанная в лучших традициях японской женской покорности и добродетели, она никогда не была хозяйкой своей судьбы, и даже высокое положение тут не спасает, если человек не готов за себя бороться, да хотя бы рот открыть и сказать: "Нет! Мне это не нравится! Так нельзя!".

Гуляка муж быстро охладел к ней и начал таскаться по женщинам всех мастей, в итоге не придумав ничего лучше, чем притащить в дом деревенскую девку и сделать её неофициально новой женой и хозяйкой. Садако же воплощение смирения, доброты и покорности, тьфу просто, мало того, что себя этим сгубила, так ещё и единственному ребёнку, горячо любимой дочке, жизнь сломала. Я понимаю, что на её примере показано и бесправное положение женщин тех времён, довольно триггерная для меня тема, и то, как пороки побеждают чистоту и искренность, но я всё равно не могу стать на её сторону.

Очень многое тут зависит и от самого человека, например, её подруга, воспитанная в таких же традициях, довольно быстро смекнула к чему приведёт беспрекословное подчинение и потакание мужу и вполне нормально смогла организовать свою семейную жизнь, где её ценят и уважают, так что не надо во всём винить только воспитание и традиции, просто Садако типичная курица и жертва, такие и сейчас умудряются только страдать с несчастным благородным видом, когда вариантов действий стало гораааздо больше.

Я уже привыкла к японскому стилю в литературе, особенно в классической, когда нам предлагают просто картину жизни без особого начала и конца. Именно поэтому многие второстепенные сюжетные линии выглядят оборванными, да и каких-то кульминаций в основных я особо не ждала, хотя они вроде как и были, но по сути это история не о старом самурае Хигаси и не о благонравной Садако, скорее это просто картина того времени, показывающая читателя, что тогда происходило, как и чем жили люди.

И с этой точки зрения мне роман очень понравился, да и прочитался живенько, местами эмоции прям били ключом, но в этот раз во мне проснулся человек западный, который требовал от героев не героической красивой смерти, а каких-то более вразумительных действий, чтобы хоть немножко, но справедливость восторжествовала, но увы, тут всё довольно реалистично и печально, так что выше всё же оценить не смогла. Хотелось чтобы хотя бы граф Китагава сифилис поймал что ли! Было бы хоть какое-то утешение бомбящей мне.

Роман классика японской литературы повествует о времени эпохи Мейдзи. Действие романа происходит в конце XIX века, а точнее в 1887 году, в период действия правительства Сацума – Тёсю.

В стране происходят глобальные перемены. Япония, бывшая длительное время закрытой страной, вынуждена была принять новые условия сосуществования с другими странами, которые не всегда были ей лично выгодны.

Но перемены коснулись не только экономики, но и в политике, образовании, культуре происходило заимствование чужого образа жизни в ущерб собственному национальному. Такое положение вещей не могло устраивать все слои населения, но тем не менее всем приходилось как-то приноравливаться.

В центре повествования здесь оказываются два главных героя: бывший самурай Сабуро Хигаси и молодая женщина Садако Китагава. Обе эти истории будут идти параллельными сюжетами, но рассказывая о судьбе каждого из них, писатель дискутирует с читателем о всевозможных плюсах и минусах как перемен, слепого подражания чужому образу жизни, заимствованию не всегда самого лучшего, так и о приверженности традициям, обычаям, возможности двигаться по собственном пути.

По сути, вывод напрашивается сам собой. Всё хорошо в меру, как говорится, а сама история стара как мир. Поэтому читать местами было скучно, так как понятно, что сколько не пережёвывай одно и то-же, но невозможно оставаться на месте.
Поэтому рекомендую только истинным любителям японской прозы.

Очень давно хотел прочитать эту книгу. Слышал хвалебные отзывы от нечастых любителей азиатской литературы, что собственно и подкупало.  Тем более интересно взглянуть на переходную эпоху глазами тех, кто в эту эпоху жил, да и можно взглянуть на последующие события. Начал изначально слушать в аудио, но из-за всех этих отвлечений на озвучивание сносок, о чем более или менее информирован из-за своей любви к изучению истории Японии, и понял, что мне нужен голимый текст со сносками отдельно. Да и был уверен,  что в издательстве "Гиперион" будет как минимум статья про автора, перевод. Вариант не разочаровал. Сразу был спойлер на Льва Николаевича Толстого, встречу с ним автора в Ясной Поляне, "Толстовство" автора уже на Родине. В общем, Токутоми Рока — "Наш слон!".

Роман повествует об эпохе японской перестройки - Реставрации Мэйдзи. Последний сёгун Токугава Ёсинобу ( 徳川 慶喜) на фоне угроз США, Великобритании, Российской империи, после внутреннего восстания провинций Тёсю (長州藩) и Сацума (薩摩藩), поддержанных западным оружием, передал власть императору Муцухито (睦仁), который сменил лозунг правления с Кэйо (慶応 радостное согласие, 1867—1868) на Мэйдзи (明治 просвещённое правление, 1868—1912). Страна встала на путь активного взаимодействия с Западом. От Сёгунского правления полнота власти перешла к Императору с дальнейшим построением Конституционной монархии. Подняли голову проимператорские кланы, мятежные кланы, кланы, потерпевшие поражение при Сэкигахара в 1600 году. Даже в современной Японии XXI века Правительство возглавляют потомки кланов-пораженцев, которые ведут ревизионистскую пропаганду относительно событий битвы при Сэкигахара, как об этом говорится в монографии Либермана.

Эту ситуацию спустя 20 лет в новой официальной столице Токио наблюдает самурай Хигаси Сабуро, который участвовал в подавлении мятежа провинций Тёсю и Сацума. У власти стоят бывшие мятежники. Ему предлагают место в правительстве под крылом бывших вассалов и мятежников, но он горд и отказывается. Получился этакий японский "Левин, но не Константин, а Николай", который не вписался в новый порядок, пытался держать свою школу, но её закрыли из-за несоответствия методичкам новой власти. У него есть жена и сын Сусуму, есть и брат (как раз больше похожий на Константина Левина) с лечебной практикой, вписавшийся в Токийское общество. Сабуро выступает против преклонения перед западом, выступает за сохранение традиций, но и чёткой программы "Что делать?" у него нет, кроме косметических мер. Но зря беспокоится, как мне кажется: скоро новая власть возьмёт удобные Токугавские симулякры и использует их в своей империалистической политике, т.е. попробует сыграть спектакль его инструментами.  А у главного героя, возможно, сын встроится в систему.

Другими важными персонажами является семейство Китагава Карениных, которое происходит из Даймё западных областей. Глава семейства граф — гуляка, который взял в жёны молодую знатную Садако (типа Анна) из обедневшего рода невоенных аристократов, отец которой не дожил до реставрации и вынуждена страдать. У неё есть дочь Митико, которая не любит отца. У Садако есть брат виконт Умэдзу (этакий "Стива"). Как и муженёк своеобразный гуляка, сигма-бой, за которого Садако просит у представителя клана Фудзисава, чем вызывает гнев. Она тоже представитель старого мира.

Помимо этого ещё куча всяких мерзких политиков, которые под хруст уже явно не китайского крекера, а французской булки крутят вальсы Шуберта. В итоге получилась карикатура на правительство, которое поменялось по большей части по персоналиям и допустив иностранный капитал в страну. В принципе можно провести параллели с реформами в разных странах. Можно посочувствовать представителям старого мира вроде Сабуро без чёткой программы, но при Мэйдзи они потерпели поражение. Попутно пострадала и "Анна", которая тоже оказалась в заложниках властного клана. В целом такое положение женщин будет продолжаться ещё полвека как минимум. Даже в "Столице в огне" Кага Отохико и "Снежном пейзаже" Дзюньитиро Танидзаки, относящимся к события уже ближе концу первой половины XX века чувствуются отголоски во многом консервативной семейной политики. Эмансипация ещё впереди.

В целом получилась "Анна Каренина" с японской спецификой эпохи Мэйдзи. Опять нашёл конспирологию и это таки не Гэндзи!

И пару слов про название. Куросиво, как течение южных морей, которое символизирует неумолимый исторический процесс, который смывает отложения отживших эпох.

Для меня роман оставил необычные впечатления и,думаю, запомню я его надолго. Он поразил меня своей глубиной и тем, что сложно поверить, что книга была написана больше ста лет назад японцем. Множество сюжетных линий, жизненных переплетений, политика, обучение японцев в Европе, смена политического строя, прошлое борется с настоящим, даже будущим, отцы и дети, интриги, измены и самоубийство....истинно исторический роман, многогранный, хорошо проработанный писателем-классиком. Не ожидала, что открою для себя жемчужину японской прозы, в которой так много места уделено быту японцев, их отношению к жизни и людям, их страданиям и надеждам. Для меня было открытием, как автор, так умело, смог создать своих героев, дать точную характеристику каждому, что не возникает даже мысли-догадки о том, что что-то недосказано о них. И это все Япония, и это все начало XX века. Этим меня роман и зацепил. Пожалуй, книга обязательно будет высоко оценена ценителями Японии и Азии.

Признаюсь, это было непростое книжное путешествие. Мне приходилось буквально продираться сквозь густой текст, наполненный сносками (их количество было столь велико, что чтец постоянный прерывал повествовние, чтобы объяснить то или иное слово/действие), именами и событиями. Я постонно ловила себя на мысли, что сюжет ускользает от меня и я никак не могла его поймать.

Некоторые скажут, что чем больше персонажей в книге, тем лучше — можно рассмотреть историю с разных сторон, глубже понять суть и, отчасти, не привыкнуть к кому-то одному персонажу и увидеть события его глазами. Мне же это, наоборот, это только мешает восприятию. Все мысли, эмоции, выводы сливались в одну угрожающе большую горку. Но даже среди этого хаоса я смогла выделить основную идею книги. Или я так предполагаю...

Я совсем не разбираюсь в истории Японии, но благодаря этой книге мне удалось узнать что-то новое. В ней описывается период после революции, когда наступило новое время, новая эпоха, но не все были готовы к переменам. Среди таких были старый самурай Сабуро Хигаси и Садако Китагава. Они не хотели жить в новом мире, но были слабы и физически, и морально, чтобы сопротивляться. А что они могли сделать? Их было слишком мало. Один — старый и немощный, другая — одинокая и подавленная.

Роман красивый, глубокий и насыщенный, но для меня он не до конца раскрылся из-за большого количества политических и философских размышлений. Да и некоторые моменты казались затянутыми.

«Куросиво» — это проникновенный роман, являющийся своеобразной попыткой сохранить лицо, честь, внутренний ориентир на фоне бурных перемен. Роман затрагивает рубеж XIX–XX веков, умудряясь заглядывать в душу человека, застигнутого на границе старого и нового мира. Это книга о внутренней стойкости, бессилии высоких чувств в мире низких поступков — и о том, что делает человека человеком, даже если ему не осталось ничего.

Под обложкой скрывается две истории, идущие параллельно, но не сливающиеся воедино: пожилой самурай, отказавшийся приспособиться к новой власти, живёт вдали от света, словно тень ушедшего века. С другой стороны — графиня, пленённая золотой клеткой брака, где внешняя респектабельность прикрывает эмоциональное насилие и одиночество. Их судьбы пересекаются лишь мимолётно, но этого достаточно, чтобы почувствовать: они — из одного мира, который стремительно исчезает.

Авторский слог неспешный и красивый, философский и местами насыщенно-непростой, но увлекательный. Мне нравится, как автор разворачивает событие и показывает тонкую грань, ломающегося мира и крах человеческой души, вынужденной вместе с переменами претерпевать изломы и перестройки.

Атмосфера романа насыщенно-политическая, эмоциональная и богатая на философию жизни в тяжёлые времена. Автор тонко и гармонично вплетает человеческие судьбы в нить романа, рождённого на костях старого мира.

Оформление книги изящное и грациозное, как сама культура Японии. Необычная обложка с гравюрой и выпуклыми узорами, однотонный тёмно-зелёный фон на форзаце и нахзаце, белая плотная бумага, хороший шрифт и перевод, эстетичное внутреннее оформление.

Плюсы:

I Атмосферно-тонкий и проникновенный роман о переменах и изломе человеческой души,

II Повествование ведётся от третьего лица и следует по нескольким линиям сюжета,

III Богатый язык, включающий в себя культурные особенности,

IV В конце книги есть примечания,

V Качественное оформление книги,

VI Необычные и живые персонажи,

VII Хорошо прописанный и продуманный мир,

VIII Читается достаточно быстро, несмотря на некоторую сложность,

IX Красивый и неспешный авторский слог,

X Яркие образы и характеры персонажей,

XI Поднимаются важные темы: падение идеалов и кризис ценностей, человек против времени и перемен, сексизм и бесправие женщин, протест, который ничего не меняет, настоящие ценности и подделка идеалов, изломанные судьбы, поиск себя в новом мире...,

XII Непредсказуемо,

XIII Сильный финал.

Минусы/Предупреждения:

Только предупреждения:

I Все примечания и пояснения находятся только в конце книги,

II Сюжет раскачивается довольно медленно,

III Много персонажей, но здесь можно запомнить самых основных, а остальных походе повествования.

Эмоционально-многослойный и непростой роман о достоинстве и чести, когда от человека уже ничего не зависит. О боли, которая не на виду, и о красоте, которую не замечают. Роман по-своему трудный и неспешный, но он точно не оставит никого равнодушным.

Тонко, многогранно и жизненно...

Книга будет по душе тем, кто не боится сложных историй, насыщенных эмоциональными изломами и поисками себя, а также любителям сильных романов, заставляющих задуматься о жизни, судьбе, изломах эпох и человечности.

А я, пожалуй, однажды перечитаю.

Прекрасный исторический роман о смене эпох в Японии конца XIX-начала XX века. Это практически нон-фикшн, но читается очень душевно, потому что Токутоми Рока создал очень живых персонажей, которым сопереживаешь. Любая глобальная перемена общества оставляет шрамы в жизни страны, а для главного героя романа — самурая Сабуро Хигаси — эта перемена была особенно трагичной, потому что постепенно уходили в прошлое близкие его сердцу ценности. После двадцати лет, проведённых практически в изоляции в далёкой деревне, он решил приехать в Токио, чтобы дать знать новым законодателям о недостатках эпохи Мэйдзи с её стремительной модернизацией. Однако никто не поддерживает его взгляды и считает Хигаси пережитком. Неспроста автор говорит о своём герое "старый Хигаси", хотя ему еще нет и шестидесяти. Старый в данном случае, скорее всего, указывает на его преданное следование самурайскому прошлому, которое пошло вразрез с новой эрой. Его убеждениям можно только позавидовать, так же как и легко представить его душевную боль от того, что будущее будет весьма болезненным для таких, как он.

С другой стороны, невозможно стране оставаться без движения. Теперь-то с высоты прошедшего времени мы знаем, что отчаянный крик Хигаси «Япония погибнет» не стал пророческим. Япония не погибла, она просто стала другой.

Сабуро Хигаси — довольно сложный персонаж. Следуя за ним в его борьбе с неизбежным, я была уверена, что автор хотел показать именно желание сохранить традиции. Чиновники, с которыми столкнулся "старый Хигаси" погрязли в коррупции, они ищут выгоду лишь для себя и своих семей, гоняются за должностями и наградами. Естественно, такая "философия" была неприемлема для несгибаемого самурая. В этом плане название романа становится интересным. Пришлось немного покопаться, чтобы во всём разобраться, но в конечном итоге символизм произведения стал более прозрачным. Куросиво — это название тёплого морского течения в Тихом океане, омывающего берега Японии. То есть, с одной стороны, "Куросиво" Токутоми Рока — это неукротимое течение, которое может быть интерпретировано как метафора бурных политических и социальных перемен эпохи Мэйдзи. Но это также и мрачные, разрушительные аспекты этого процесса, включая алчность, утрату чести и коррупцию, которые автор критикует через образы своих героев, прежде всего Сабуро Хигаси и графини Садако Китагава ("куро" означает "чёрный" на японском).

Исторические изменения неизбежны, подобно течению, которое невозможно остановить, именно поэтому концовка романа, так же как его название, символичны. Токутоми Рока удалось вложить в своё произведение глубокие нравственные и философские вопросы, в которых отразились как природная мощь, так и внутренняя борьба общества, но при этом сделать его очень человечным.

Я ничуть не удивлена, что именно этот роман именно этого автора когда-то перевели и напечатали в советском издательстве. Ведь это практически программное заявление партии, с порицанием людей, прибившихся к кормилу власти и осуждением бесправного положения женщин. В описываемую в романе эпоху Мэйдзи, чье название переводится как "просвещенное правление", к власти пришли люди, выставлявшие напоказ свою прогрессивность, но ведущие себя ничуть не лучше средневековых феодалов. Если перейти на язык понятных аналогий - на ассамблеи, устроенные на заграничный манер, они наезжают, и бороды стригут по иноземной моде, но продолжают вести себя как скучающие помещики, вволю самодурствующие у себя в поместьях. Сабуро Хигаси и Садако Китагава - оба потерпели поражение в новое время. Ни чинов, ни привилегий не получил старик Хигаси, не пожелавший склониться перед новыми хозяевами жизни. Ни уважения, ни любви не заслужила графиня, вышедшая замуж за пресыщенного вертопраха. Честь, преданность, благородные помыслы оказались пустым звуком для людей нового времени, для тех, кто сумел вовремя подсуетиться и заполучить лакомый кусок от жизни. Два персонажа, два отзвука безвозвратно ушедшего времени никогда не встретятся на страницах этого романа. Лишь дочь графини, "маленькая леди" Митико, на благотворительном вечере, описываемом в самом начале книги, столкнется взглядом со стариком, от лишений и дум выглядящим старше своих лет. А потом эти два осколка канувшей в прошлое эпохи навсегда затеряются в гуще событий нового времени.

Мэйдзи - в переводе "просвещенное правление". Но каким бы просвещенным оно ни было, а герои романа Токутоми Рока живут на сломе эпох, и для них вовсе не очевидно, что, собственно, происходит: рождается великая держава или безвозвратно гибнет.
Кстати, я и не знала, что эпоха с довольно мирным обозначением "реставрация Мэйдзи" начиналась так драматично, с яростными баталиями и крестьянскими восстаниями. Сцены словно из средневековой повести-моногатари: несгибаемый самурай Хигаси размахивает прадедовским мечом "Ночной демон", взбунтовавшиеся крестьяне вооружаются бамбуковыми копьями... и все это в 1868 году!
Основное действие романа начинается через двадцать лет после этих героических событий.
В нем два полюса, к которым тяготеет действие, и по каждому из них прошла трещина эпохального перелома. Да мы по собственной своей истории знаем, как это бывает, когда император в пылу реформ ломает традиции через колено. Кто-то охотно облачается в европейское платье и учится танцевать на ассамблеях, а кто-то держится за ветхозаветную бороду, точно за главный символ национальной идентичности.
Итак, полюс первый: семья графа Китагава. Сам граф - типичное порождение времени перемен. Демократ в политике, ярый сторонник конституции и парламента, он же в частной жизни оказывается отвратительным садистом. Он настолько потерял берега, что автор реалистического романа, христианин и толстовец Токутоми Рока несколько растерянно ссылается на лисьи чары (пусть даже и в виде метафоры). Если взглянуть на главную жертву графа - графиню Китагава, то становится ясно, что лисы-оборотни тут, пожалуй, ни при чем.
Графиня, несмотря на свой западный титул, - воплощение традиционных японских добродетелей. Она сознательно уничтожает собственную личность, стараясь в современном мире воплотиться в героиню старинных сказаний - что-то вроде терпеливой Гризельды на японский образец: "Садако была убеждена, что трижды покоряться и семь раз уступать - первый долг женщины; это убеждение она унаследовала вместе с кровью своих прабабок". Увы, в жизни, в отличие от сказаний, такие героини своей запредельной виктимностью скорее поощряют насилие по отношению к себе. Графиня и сама по мере развития повествования это понимает.
Ну, а граф не только не испытывает к жене благодарности за ее жертвы, он рад ее мучить, а не ее - так еще кого-нибудь. Например, свою дочь Митико.
Полюс второй: уже упоминавшийся Хигаси, идеальное воплощение самурайского духа. Единственное, что он сделал не по старинным заветам, - упустил свой шанс совершить харакири. Нужно ли уточнять, что сражался он на стороне проигравших? И вот живет в новой эпохе, страстно мечтая сокрушить правительство Мэйдзи со всеми его реформами, в которых ничего не видит, кроме падения нравов и погибели родной страны. Иронично, что его собственный сын учится в Кембридже. Опять же, мы-то знаем, что прав не Хигаси, а отвратительный министр Фудзисава, как бы он ни был порочен в личной жизни. Когда Фудзисава говорит, что Япония за двадцать дет ушла вперед на тысячелетие, что "от затворничества в условиях феодального государства наша страна перенеслась теперь на большие дороги мира", это действительно правда.
Так что роман Токутоми Рока не может не быть печальным: автор симпатизирует таким обломкам старины, как Хигаси или графиня Китагава, но он слишком честный писатель и знает их обреченность.

Несмотря на набирающую рост популярность японской литературы, эту книгу, похоже, практически не знают. Не так много людей ее читали, всего пара рецензий по ней оставлена. Но, что удивительно, этот роман был напечатан у нас в СССР еще в 1957 году (и, похоже, с тех пор не переиздавался). Читая эту книгу, несложно догадаться, чем она привлекла внимание руководства нашей страны. В ней же подняты те же политические проблемы! Был в стране какой-то переворот, который увел Японию от феодализма и повел ее, видимо, в капитализм. Как результат, у власти образовалась некая клика, которая тратит деньги исключительно на развлечения и свое удовольствие, а выжимает эти гроши из крестьян, которые вконец разорились от поборов.
Клика, правда, оправдывается, что она делает и полезные дела. На что ей наш главный герой гордо заявляет, что она присваивает себе заслуги других политических деятелей, их начинания. Базируясь на них, теперь они могут развернуться, и "забыть" о тех, кто первый начал работу в этом направлении.
С другой стороны, наш герой, старик, из прежней феодальной партии, он не может предложить никакой новой программы. А полный возврат к старине, естественно, невозможен. Присоединиться к оппозиционной партии он тоже не хочет. Потому как совершенно уверен, что и эти оппозиционеры, стоит им дорваться до власти, будут делать все тоже самое. Он застрял в безвременьи, всеми покинутый, утянувший семью в нищету, и безмерно страдающий от этого, но не готовый поступиться своими принципами.
Начало книги может показаться очень тяжелым для неподготовленного читателя, из-за огромного количества сносок. Постоянно упоминаются незнакомые имена, даты, эпохи, отсылки к классической японской литературе. Но после преодоления этого барьера, книга читается легко, как обычный роман.
Чего мне не хватило в этой книге - это красивого языка, великолепных японских сравнений, их необычности. Я не знаю. кого в этом упрекнуть, автора, переводчика, или же само время, которое избавило японцев от витиеватого стиля и позволило говорить вещи "в лоб", напрямую, не пользуясь игрой слов и изысканными сравнениями.
В целом роман довольно пессимистичен, нет для старика подходящей политической опоры, нет защиты и для женщин от своеволия мужчин, ни для жен, ни для дочерей. Если у них мягкий покорный характер, то они сломаются под гнетом обстоятельств, если же он жесток и неуступчив, они могут лишь одним способом выразить нежелание подчиняться мужчинам - уйти в монастырь. И, несмотря на это, автор пытается дать читателю надежду. И спасение своей страны он видит в лице молодого поколения, в том человеке, который получил свое образование на Западе, но вернулся домой, и теперь здесь будет внедрять свои новые идеи.