Catch-22

Ещё одна необычная книга о войне, рассказывающая о службе летчиков ВВС США на фронте в Италии. Первоначально я пыталась провести параллели с "Бойней №5" Воннегута, где также показана немного абсурдный взгляд на военные действия от лица простого солдата. Но, чем больше я читала, тем больше я видела сатиру на армию и общество того периода, что отсылало меня к циклу "Билл - герой галактики" Гаррисона, высмеивающего войну во Вьетнаме. В "Поправке-22" очень много разных колоритных персонажей, вроде майора которого зовут Майор Майор, или лётчика, который является одновременно главой огромного подпольного синдиката по перевозке контрабандных продуктов питания. Здесь лётчики вынуждены летать, потому что есть только два способа демобилизоваться - быть признанным сумасшедшим, но если человек попросит, чтобы его освободили по этой причине, его тут же признают здоровым и обяжут летать, потому что для здорового организма вполне нормально избегать ситуаций, угрожающих его жизни (в этом смысл той самой "Поправки 22"), и... отлетать норму вылетов, что тоже сделать невозможно, поскольку план вылетов постоянно увеличивается.
Интересный факт - после выхода романа в английском языке термин "Поправка 22" стал фразеологизмом для обозначения абсурдной, безвыходной ситуации.

Пусть в некой деревне живёт брадобрей, который бреет всех жителей деревни, которые не бреются сами, и только их. Бреет ли брадобрей сам себя?

Бертран Рассел

Культовый роман Джозефа Хеллера неизменно входит во все известные топы антивоенной литературы. Очевидно — в нём изложена критика войны. Не такая, как у Хемингуэя или Ремарка со всей их депрессивностью. Книга Хеллера поначалу полна иронии, что создает впечатление, что читаешь что-то наподобие « Похождения бравого солдата Швейка » Гашека. Но, в отличие от аналогичной сатиры времён Первой мировой войны, «Поправка-22» изрядно приправлена соусом сюрреализма, таким же, как и у Рабле в знаменитом « Гаргантюа и Пантагрюэль ». Поначалу книга полна юмора, и сложно не гоготать над тупостью высших военных чинов, вывихами ригидной армейской системы, карикатурными ценностями гордой капиталистической цивилизации.

По мере прочтения романа смеяться хочется всё меньше. Забавные персонажи вдруг начинают умирать. Иногда смерть героев так же комична, как и жизнь, а иногда трагична и кровава. Иронию сменяет чернушный юмор, злой и настолько неотвратимый, что перестать смеяться становится равносильно сумасшествию. Чтобы окончательно не свихнуться от ужаса нарисованных автором картин, остается только трескуче и ядовито похохатывать.

Чувство нереальности происходящего постепенно уступает место жестокой реальности. Сознание постепенно перестаёт сопротивляться невозможности описываемых событий, и то, что в начале романа казалось совершенным безумием, к концу становится более чем реальным. Так работает наше сознание — мы вынуждены принимать то, что даже допустить невозможно, в чем нет ни толики смысла. Остаться в адеквате и адаптироваться к новым условиям, изначально немыслимым, или же сойти с ума?

Так что же плохого в этой новой нормальности? А то, что у любой толерантности должен быть свой собственный предел. Свыкаясь с жутью, мы делаем её чем-то обыденным, приемлемым. Проблема в том, что отсутствие морально-этических границ и нравственных принципов неизбежно приводит к расчеловечиванию. Достижения цивилизации попираются ногами тиранов и злодеев. Гляди, а вон они снова поднимают голову — пороки человеческие. Из-за горизонта выползают призраки убийств, рабства, расизма, открытого садизма, каннибализма. Сначала прозрачные и еле-еле ощутимые, в конце концов они становятся приемлемой нормой, а потом и ценностными ориентирами «общества». Просто где-то должна быть красная черта, за которую переступать нельзя..., но вот только практика манипулирования общественным сознанием показывает, что, узаконивая новую нормальность, можно всё.

В общем, вся нелепость системы, вся её нереальность выражена в заголовке книги, кстати, в переводе М. Виленского и В. Титова — «Уловка-22». По поводу того, как правильно, можно рассуждать долго и нудно, потому пропущу эту тему, оставив в стороне дискуссии о том, как же следует называть тщеславного полковника — Кэткарт или Кошкарт? Важно другое. Благодаря Хеллеру, выражение «уловка-22» стало своего рода идиомой. Она подразумевает под собой логическую коллизию, состоящую в том, что попытка соблюдения некоторого правила сама по себе означает его нарушение. Как ни крутись, как ни старайся, всё равно ты в матрице, ты — лишь средство производства, несущееся по социальному конвейеру к известному одному мифическому Форду или Рокфеллеру финалу.

Про персонажей «Поправки-22» можно говорить бесконечно. В основном главы романа названы по имени того или иного действующего лица, а значит, логично полагать, что из переплетений личностей и их судеб соткано повествование книги. Можно легко заметить, правда, что персонаж, чьё имя расквартировано в заголовке, не особо-то и представлен в главе. Точнее он там как бы есть, но глава не о нём. По большому счёту, можно даже сказать, что персонаж, чьим именем названа глава книги, вытеснен в фон — то есть он как бы оттеняет происходящие события.

Например, под заголовком «Кроха Сэмпсон» описываются события первой бомбардировки Болоньи, когда Йоссариан решает симулировать техническую неисправность и развернуть самолёт. Что делает кроха Сэмпсон? Сначала он спорит с Йо-Йо, но потом без особого уже сопротивления разворачивает бомбардировщик.

Но главной фигурой всё же остаётся Йоссариан. Именно он придумывает, как «отмазаться» от самоубийственного налёта на Болонью, и именно его переживаниям посвящена вторая часть главы. И так почти вся книга. С одной стороны, тактика Хеллера писать не про того персонажа, что в заголовке, добавляет сюрреализма, а с другой она очень последовательна и логична. Вот как начинается глава «Поправка-22», где подполковник Корн и полковник Кошкарт заключают сделку с Йо-Йо:

Больше про саму поправку ни слова. Тем не менее она остается в фоне, ведь именно из-за злосчастной логической коллизии и развивается трансформация капитана Йоссариана и двух его угнетателей в Йо-Йо, Блеки и Чака — друзей, чей тройственный пакт скреплен противоречием, с которого началась глава.

Будучи ветераном Второй мировой войны (автор служил наводчиком бомбардира на Корсике в 1944 году), Хеллер знал точно, что американская армия, гордая и славная, насквозь пропитана духом рынка. Потребление, конкуренция, борьба за статус здесь приобретают тот же размах, что и в мирное время. Просто ресурсы другие, условия не те. Зато куда более отчетливо военная служба проявляет характеры. Вспомнить хоть Мило Миндербиндера, организовавшего торговый международный синдикат, куда платили взносы воюющие между собой стороны. Вот она — всеобщая уравниловка. Деньги — мощный анестетик от идеологий, моральных принципов, патриотизма. Но кошелек не ограничивается этим. Возникнув, капитал вынужден умножать самого себя. Мамона требует всё новых жертвоприношений. А тут уже, как известно, все средства хороши. Умиротворяя одну войну, капитал сеет семена новой. Сначала Мило добывает в распоряжение Синдиката несколько «Мессершмиттов», а потом в целях увеличения прибыли и во благо Синдиката и его членов, руководит операцией по бомбардировке своей же авиабазы. Ну и кто после этого фашист?

Тема безумия войны — то, что выступает концептуальным фундаментом для всей системы, искажающей здравый смысл обычного человека. Весь абсурд выражен в негодовании Йоссариана, единственного, по-видимому, сохранившего рассудок. Точнее, единственного, кто, по словам психиатра, майора Сэндерсона «не сумел адаптироваться к войне», т. е. не смог смириться с явным искажением здравого смысла.

Йоссариан получает вполне качественный анамнез своей «болезни» и соответствующий диагноз от госпитального врача. В дело и тут вмешивается хеллеровская сюрреалистичность, создавая эффект зазеркалья. Зеркало искажает реальность, и псих оказывается здоровым, а нормальный человек — совершенно чокнутым.

Конечно же, нельзя не сказать и о традиционной твердолобости военного начальства, обильно умасленной жаждой славы. Репутация военной верхушки становится чуть ли не самой главной стратегической целью ведения войны. Полковник Шайскопф желает провести идеальный парад, в общем, в строевой подготовке он только и видит смысл вооруженных сил. Генерал Долбинг бредит идеей кучного бомбометания. Хоть оно совершенно неэффективно с точки зрения военной тактики, зато красиво на аэрофотоснимках. Полковник Кошкарт хочет попасть на страницы журнала «The Saturday Evening Post». Для этого он даже просит капеллана внедрить уже зарекомендовавшую себя практику молитв перед боевыми вылетами. Военный священник даже рад такой возможности, но, конечно, у твердолобого Кошкарта свой взгляд на каноны.

Такого откровенного идиотизма — хоть отчерпывай. Паранойя обэпэшников, головокружительная карьера майора Майора Майора, бюрократическая смерть доктора Дэйники, незримая власть «серого кардинала» — рядового экс-первого класса Уинтергрина, забавы майора де Каверли, награждение голого Йоссариана, карта бомбардировки Болоньи с последующими телефонными звонками, одичавший офицер и так далее и так далее. Перечислять можно долго, но лучше прочитать.

Перед нами парадоксальная военная система, выстроенная на пресловутой поправке-22. В этой системе нет возможности выжить, играя по её правилам. Даже добившись статуса и определённых привилегий, невозможно исключить риск пасть жертвой логических парадоксов, правовых искажений. Высокое положение, кроме того, означает работу, направленную на укрепление и обслуживание той же Системы. Но тогда ты предаёшь себя, свою свободу и своих друзей, обречённых на то чтобы стать топливом для жизнеспособности режима авиабазы Пьяносы. Единственный способ — выйти, отказаться от игры по навязанным правилам.

Изначально язык книги показался мне очень странным. В частности диалоги. Но постепенно я привыкла к повествованию. Понравилось, что книга разительно отличается от большинства произведений о войне. Нет здесь героев, которые самоотверженно пускаются на смерть во имя своей родины. Персонажи настоящие люди, со своими страхами и недостатками. Они хотят жить и больше ничего. Ну, все, кроме Кошкарта. Он очень хочет попасть в газеты) К сожалению, таких персонажей и в реальной жизни немало. Очень понравился капеллан. Такой застенчивый и ранимый) Ну и Майор Майор, которому очень не повезло с именем) У автора потрясающий юмор. Часто хохотала в голос. Но очень не понравились постоянные скачки во времени и возвращения сюжета в один и тот же момент.

Такая вот поправочка. Так что служи на благо великой Америки, солдат.
⠀
1944 год, о. Пьяноса, база ВВС США.
Капитан Йоссариан мечтает о возвращении домой, периодически скрываясь в госпитале от радостей жизни американского пилота в военное время. Йоссариан знает, что его хотят убить. То есть, не вообще любого врага, а именно его, капитана Йоссариана. А ещё с ним делит палатку мертвец, в существование которого отказываются верить как сослуживцы пацифистичного главного героя, так и все бумаги о назначении/прибытии на базу.
⠀
Казалось бы, наш капитан псих. Ну, того. Крыша - фьють, прямо как его истребитель. Ан нет. Несуществующая на бумаге (прямо как сосед-мертвец) поправка подтверждает, что Йоссариан психически здоров. Ну а если какой-нибудь псих рвётся в бой под зенитные снаряды ПВО хоть каждый день - так он же домой не просится. Значит, тоже нормальный. Нормальная армия нормальных людей.
⠀
Абсурдная поправка и абсурдные диалоги. Потому что любая война полна абсурда. Одно большое противоречие, построенное на коллизии права. И смерти. И права смерти.
⠀
Книга вызывала припадки безудержного смеха, содрогания от ужасов военного времени, нервные подёргивания от мировоззрения отдельных персонажей. И вре́менную миграцию глаз на мокрое место. Это было чудесно. Ещё один роман, ради которого хочется выборочно стереть память, чтобы прочитать как первый раз.
5 ДЛ из 5.

Полный черного юмора роман Джозефа Хеллера "Поправка-22", в то же время еще и предельно серьёзное произведение о войне.
⠀
Сумбурная в начале, но постепенно проясняющаяся и обрастающая подробностями история рассказывает об абсурдных событиях на американской военной базе на Пьяносе в 1944 году.
Воевать тут особенно никто не хочет и персонажи заняты кто чем — кто-то проводит сомнительные сделки и богатеет, кто-то пытается прославиться и попасть в газеты, кто-то занят соперничеством с сослуживцами, наплевав на подчиненных, а вот капитан Йоссариан пытается не сойти с ума и выжить.
⠀
Хеллер замечательно сочетает смешное и жуткое, складывая поначалу разрозненные кусочки в единую историю. Вот ты улыбаешься от идиотизма происходящего, а через мгновение уже холодеешь от прочитанного.
⠀
Кому-то может не понравиться такая нетипичная книга о войне, но на мой взгляд, это сильное и важное произведение, предлагающее иной взгляд на тему, особенно весомый, если учесть что сам Джозеф Хеллер совершил 60 боевых вылетов на авиабазе в Италии во время военных действий.
⠀
Очень давно хотел прочитать и не разочаровался.
⠀
⠀
— Вы готовы сражаться за свою страну? — спросил Йоссариана подполковник Корн, умело подражая брюзгливо самодовольному, всегда уверенному в собственной правоте полковнику Кошкарту. — Готовы отдать жизнь за меня и командира полка?
— Что-что? — настороженно воскликнул Йоссариан. — А вы-то с полковником Кошкартом тут при чем? Моя страна и вы — это вовсе не одно и то же.

Книга для меня абсолютно не читабельна, даже не смотря на то, что у меня была аудиокнига.
Я послушала начало и почти сразу почувствовала сильнейшее раздражение, как во время чтения "Процесса" Кафки, когда у меня немели конечности от бессильной ярости.
Заглянула в середину произведения и проверила финал, чтобы окончательно убедиться -это совершенно не моя книга, она вызывает крайнее отторжение.
Не могу я читать то, чего не понимаю(не могу оправдать) и не принимаю.
Бросила книгу по причине индивидуальной непереносимости абсурда.

Возьмите добрую чашку простых парней, смешайте в огромной миске Второй мировой с ложкой уставного идиотизма, щедро приправьте смесь черной сатирой и абсурдом - и вы получите "Поправку-22".
⠀
Сначала вам не понравится вкус этого блюда. Вы не сможете понять, что происходит и кто все эти странные люди. Молодые выпускники летной академии ВВС США дислоцируются на острове Пьяноса где-то в Италии. Но вы сначала не поймете, почему Йоссариан вычеркивает из писем все определения, а Орра туфлей по голове бьёт проститутка из Рима. Сюжет Поправки-22 идет то ли по спирали, то ли по неизвестным науке фигурам. Это будет подогревать интерес и иногда давать так-вот-что-это-было эффект. Если вам хватит терпения (на что я очень надеюсь), у вас получится распробовать книгу на вкус.
⠀
И вы будете смеяться. И это будет и фырканье, и прысканье в кулак, и ор в голосинушку. Я бы хотела в качестве аргумента вставить цитату, но не смогу выбрать одну. Их так много, что у меня закончились стикеры где-то на 50-й странице, и я бросила это дело и наслаждалась.
⠀
Вы почувствуете гнев. И вместе с тем - неловкость и стыд за свой смех. В один и тот же момент происходят совершенно разные вещи: генерал оценивает воскресный марш по количеству упавших в обморок, а где-то под Римом в зенитном огне умирают молодые парни. Хеллер бьёт тебя этим контрастом по мозгам (и по сердцу), но в то же время доводит события до такого абсурда, что ты снова начинаешь хохотать.
⠀
Вы почувствуете резкое узнавание. Полвека прошло с первой публикации, но ничего не изменилось. Нигде. И даже если вы далеки от армии и военной тематики, вы будете ловить себя на мысли: "Бл*, да это же такая жиза!".
⠀
Вы будете душой болеть за Йоссариана. За Орра, Капеллана и Нетли. Вы почувствуете их жажду жить, злость, безысходность, безумие и надежду. Вы прикипите к ним настолько, что будете бояться перевернуть страницу. Но не сможете остановиться.
⠀
Вы поймете, почему эта книга гениальна. Не только своим языком, переводом, стилем, сюжетом и еще черт пойми чем.
⠀
И я гарантирую, перевернув последнюю страницу, вы почувствуете такие сильные эмоции, что не сможете промолчать.
⠀
Я не смогла.