Könige der Finsternis

- Ну что, ребята, пошли наряжаться. Уж если предстоит играть в героев, то и выглядеть надо соответственно.

Он ещё не встречал злодея (или злодейку, как в данном случае), который не разбирался бы в винах, - судя по всему, без этого не заслужишь ни богатства, ни репутации злодея.

Часто говорят, что противоположности притягиваются, вот как лёд и пламя, но отношения Гэбриеля с Валерией, хоть и подстегиваемые разницей их мнений, больше напоминали битву совершенно одинаковых мечей. Охваченных пламенем. В ледяную бурю.

Джинни обучила Клэя умению отыскивать хорошее в самых поганых ситуациях: если дела шли худо, то всегда находился кто-нибудь, кому было ещё хуже. Клэй взглянул на согбенную спину Гэба, на его нервно подергивающиеся пальцы - и почувствовал себя самым счастливым человеком в этом доме.

А сейчас Клэй был совершенно уверен, что все вокруг, даже самое кошмарное, происходит именно так, как надо. Он был среди друзей, плечом к плечу с четырьмя верными товарищами, самыми лучшими людьми на свете.

<...> - О боги, какой же я болван!
"Богам это давно известно", - подумал Клэй.

Иногда решающей битвой оказывается совсем не та, которую именуют судьбоносной, и что порой судьбы мира определяет не что иное, как случайное везение.

Клэй уже лихорадочно обдумывал свой предсмертный вопль (что-нибудь пронзительное, нечто среднее между «А-а-а-а! Я падаю с огромной высоты!», «Ой, я обосрался!» и – для вящего эффекта – недовольным визгом избалованной девчонки), но тут сзади донеслось низкое, раскатистое рычание.

"Честная жизнь? Честно жить - скукотища, а спокойно жить - та ещё тягомотина".

Их вожак, козел с длинной, до самой земли, бородой громко заблеял, предупреждая остальных:" Эй, гляньте ка на этих мудаков".