Брисбен

Водолазкин у меня идёт по нисходящей. В момент выхода «Авиатора» я узнал об авторе, и спустя какое-то время прикупил себе «Лавр». С него и начал читать. Читал долго, но отношения с этой книгой были исключительно полюбовные. Я был в восторге почти от каждого слова, и только концовка для меня немного смазалась, хоть и была предельно логичной. В моём литературном сознании на небосвод современной русскоязычной литературы, расталкивая локтями Сорокина и Пелевина, пробрался Евгений Водолазкин.

Если «Лавра» я смаковал на протяжении всей книги и особо не торопился, то с «Авиатором» такого не получилось. Под конец я хотел, чтобы это всё закончилось. Начало было очень обнадёживающее с чистым листом памяти и постепенным его заполнением. Текстовые описания познания мира с нуля — это круто. Главный сюжетный поворот в «Авиаторе» тоже знатно потряс, злоключения Платонова в революционное время погружают во фрустрацию, но вот последняя треть книги настолько топкая и болотистая, что даже я, человек крайне терпеливый, еле добрался до конца.

Ожидания от «Брисбена» были. И название странное, и литература от автора, как правило, качественная, и описание интригующее — всё, в общем, что нужно для добротной книги. Но по итогу не сложилось у меня с ней. Прям с самого начала не заладилось. Описание детских лет, ровно до метафизических переживаний Глеба по поводу девушки на берегу Днепра, было захватывающим, это хотелось прочитывать и поглощать. Университетская жизнь, знакомство с Катариной и всё жизнеописание до переезда в Германию тоже было любопытным. Но вот современная жизнь Глеба, то как он к этой современной жизни пришёл, линия с больной девочкой и её психически больной матерью — через всё это продираться тяжело.

Очень скупо написано, как Яновский в итоге пришёл к всемирной славе. Сцена на Майдане — вообще из ряда вон выходящая (просто откровенный бред, и полотно текста после этого начинает выглядеть как монстр Франкенштейна). Ощущение взаимосвязанности двух временных линий есть, но натянутое, неискреннее и даже вымученное.

Подкупает красота украинского языка. Эту книгу, наверное, гораздо лучше слушать, чем читать. Украинский певуч, хоть и рассыпается при взаимодействии с русским языком. Это книга о музыке, которую легче и, наверное, правильнее передавать вербально. Есть подозрение, что в аудиоформате она будет восприниматься лучше.

Книга частично о гештальт-терапии. Отсутствие детей закрывается уходом за больной девочкой, имя которой очень быстро выветривается из памяти, потому что глубины особой в персонажах нет (хотя ту же Настю и Иннокентия из «Авиатора» помню и героев «Лавра» тоже). Смерть матери закрывается в начале метафорическим Раем-Брисбеном где-то на другом конце мира, а потом запоздалым расследованием и непринятием его результатов.

За музыкальные термины, прекрасный украинский язык и обновлённый плейлист — спасибо. Это хоть как-то сглаживает горечь от потраченного почти впустую времени и потраченных (хоть и небольших) денег. А вообще, после «Брисбена» буду крепко задумываться перед покупкой новых романов Водолазкина. Он, конечно, глыба, но и Акелла, случалось, промахивался.

Сложные и противоречивые ощущения от книги.
После "Авиатора" мне казалось, что это мой автор, но "Лавр" меня остановил от быстрых выводов. Думала, что на "Брисбене" я снова вернусь к автору, но, видимо, не прям вернулась.

Первая половина книги до появления Веры ощущается затянутой и суть повествования кажется копией "Авиатора". Постоянное чувство, что я это уже читала.
Но меня цепляет слог автора и его умение художественно подчеркивать детали. Эти детали меня покорили, поэтому я продолжила читать книгу.

К самой истории есть много вопросов.

1. Политическая часть. У меня сложилось впечатление, что история написана однобоко, с четким перекосом в конкретную сторону, отсюда появилось чувство, что мне пытаются продвинуть какую-то мысль. При этом главный герой, который остаётся "чистым" и "светлым" и якобы сторону не выбирает, кажется ненастоящим. Потому что хоть он и говорит слова, которые облекают его в белое пальто, но его глазами мы видим, как он воспринимает происходящее. Ведь от лица героя мы и получаем этот перекос в одну сторону.

2. Эгоизм и трусость героя. Не знаю, хотел ли автор показать Глеба таким, потому что трусость и эгоизм не выделяются глобально в тексте. Как будто Глеб задумывался хорошим персонажем в тексте, но я его таким не увидела.

Меня удивляло, как герой избегал практически всех сложных разговоров и ситуаций, в которых ему надо было проявить взрослую равную позицию.

- Происходит ругань и спор на семейных посиделках? Глеб сразу же молча уходит курить на балкон, пока жена разбирается.
- Жена кричит о своей боли и, казалось бы, настал момент, чтобы честно поговорить об измене? Глеб идёт смотреть на белок и философствовать.
- Тяжело жить с родителями жены, которые издеваются над ним и унижают его жену? Глеб мужественно смиряется с обстоятельствами, пока жена не психует и не начинает уезжать, разруливая обстоятельства сама.

Получается, герой проявляет регулярно свою инфантильность и трусость, но при этом он самый крутой, глубоко философствующий и тонко чувствующий, ищущий истину персонаж. Конечно, его философствование очень привлекательно, много мыслей можно забрать себе, но для меня это про потерянность, которая выставляется чем-то хорошим. Даже какой-то отголосок Служкина поймала из "Географ глобус пропил".

Не люблю романтизацию таких героев, мне кажется, это может негативно влиять на читателя, давать ему не те установки, которые полезны в жизни. А то, что так жить чревато последствиями, не всегда понятно с первого прочтения. Ведь герой не видит повода расти, меняться, значит, и не пытается делать этого в книге.

3. Вера. Ветка с Верой мне действительно понравилась. Меня тронула сама история Веры, ее отношения с Глебом и Катей, и драматическая часть с её мамой. И тут для меня раскрылась книга со стороны того, что главный герой, который всю жизнь был инфантилен и безответственен, стал заботиться о другом человеке, хоть немного двигая свой эгоизм.

Наверное, не зря говорят, что дети учат служению, учат любить по-настоящему, отодвигая своё эго. Мне кажется, это частично было показано, так как Глеб понимал девочку, как никто другой, выслушивал её боль и не сбегал от сложных разговоров с ней, как с остальными. То есть какие-то изменения в герое произошли и это радовало. Но это не на поверхности, а под слоем размышлений о жизни, смерти и будущем.

4. Любовные отношения. Это моя третья книга у автора, и у меня сложилось впечатление, что автор вообще не ценитель спокойных любящих пар. Каждый раз похожая история про любовь с первого взгляда, которая на самом деле не про любовь, а про секс. Не вижу вообще дружбы, разговоров и понимания между персонажами, вижу только секс и ссоры из-за отсутствия диалога в паре. Меня это расстраивает, потому что хочется читать уже о хорошем, добром и любящем.

Очень много книг, где любовь основана на драме, и думаю, что это печально, потому что учит тому, что любовь выглядит именно так. Я только с возрастом поняла, что в книжках черпала не те истории отношений, которые надо воплощать в жизнь, соответственно, печалюсь, что в современной литературе этот тренд на романтизацию спорных отношений сохраняется.

Итог

Книге ставлю 4, потому что несмотря на мои претензии, мне нравится язык автора, меня зацепили размышления про будущее и Брисбен, и тронула история с Верой.

А что касается моих недовольств, я отчасти рада, что они были, потому что это давало повод задуматься и понять, как я к этому всему отношусь. Поэтому буду утешать себя и думать, что автор так планировал и хотел.