Логотип LiveLibbetaК основной версии
Обложка
User AvatarВаша оценка
4
(618)

Le Morte Darthur

21
1,1K
  • Аватар пользователя
    Lucretia3 июня 2015 г.

    Ну и черт меня дернул за мышь в Открытой книге взять такой толстенный роман о средневековых, таких глубоко средневековых приключениях.
    Но читать было не то чтобы неинтересно, просто долго. И запутано, немного, там этих рыцарей до черта, даже в конце есть алфавитный указатель, кто где упомянут.
    И не то, что бы все эти рыцари такие женоненавистники, но их дамы те еще штучки, как впрочем и сами герои.
    Иногда мне казалось, что сэр Томас апокрифов начитался, слишком чудесато все, хотя не всегда, есть какая-то логика в персонажах. Хотя логика средневековья от современной отличается
    Да и пара-тройка персонажей оказалась знакомыми, и очень приятно было узнать иную версию Тристана и Изольды и короля Лира
    Несколько иллюстраций: Мерлин и Нинева, Артура Рэкхема

    То же самое Берн-Джонса
    Тристан и Изольда

    Читать далее
    21
    557
  • Аватар пользователя
    Ruecambojers21 мая 2025 г.

    Впервые к Смерти Артура я подступилась году в 2019 и, если мне не изменяет память, закрыла после первых страниц 5-6ти… Хорошо помню , что меня вывела из себя куча упоминаний христианских праздников и святых на квадратный сантиметр , что рассинхронизировалось с моим представлением о том, что вообще то мы находимся Британии века примерно 6го и вообще у нас тут кельтское волшебство вокруг и Мерлин бегает, учиняя свою магию. Но в этом месяце, в мои 30 годков со мной впервые случился просмотр сериала Мерлин, так что я решила , что чтение фанфиков для слабаков (нет), а вот то, что навертел сэр Томас Мэлори по Вселенной Артурианы сидя в тюрьме в 1469 году, очень даже подойдет.
    Стоит сказать, что последнее время меня жестоко одолевает низкая концентрация на тексте и невозможность читать более получаса, а то и меньше , без отвлечения внимания. Поэтому, тот факт, что текст 15го века в 650 страниц я одолела ровно за неделю достойно упоминания. По началу это было «ничего не понятно, но очень интересно». Потом это было - Боже мой, почему я сразу не рисовала генеалогического древа , они же тут все друг друг родственники и все королевичи и я даже примерно не могу определить сколько кому лет, а между тем, они друг друга дядьки, тетьки, деды, племянники и братья и сестры, отцы и сыновья, а ощущение, что им всем как будто примерно одинаково лет) Ну а финал меня размотал в такие сопли , что не приведи господь мне прочитать современной постмодернистской интерпретации всех этих замечательных людей , которые с удовольствием били друг друга по башке плашмя мечами и все как на подбор были святыми (да-да, Бернард Корнуэл, я так понимаю, что ты обосрал сэра Ланселота в своем цикле, поэтому мы не подружимся и я ничего не хочу об этом слышать, хоть и я тоже многострадальное дитя постмодернизма). Я испытала целую гамму эмоций, которых никак не ожидала на такой старый довольно специфический текст. И так мне пришлась по душе эта предсказуемость - все постоянно берут неведомые волшебные предметы и погибают, и все постоянно сначала с пят до ушей закупоренные в свои доспехи друг друга почти убивают, а потом решают выяснить , с кем они дерутся и говорят - «Но знай хоть один из нас, с кем он бьется, не было бы этого поединка, не было бы нанесено ни одного удара», и никак все эти рыцари круглого стола не могут уяснить, что не нужно подъезжать к незнакомым чувакам , спрашивать почему те грустят и вписываться за них, потому что все передОхнут к чертям после этого.

    Отдельно меня повеселила история о том, что Мэрлин втюрился в одну из девиц Владычицы Озера и настолько ее достал своим желанием лишить ее девственности , что она его забурила под каменную плиту в пещере , где он и помер, а сама пошла вместо него помогать своим волшебством королю Артуру. Самый великий волшебник, маг и чародей в истории фэнтези, ага.

    Для меня в тексте оказалось довольно много всякого веселого , скорее всего в тех местах где не особо то предполагалось, что читатель должен развеселиться. Но каждый раз чувствовалось такое огромное счастье автора , описывающего рыцарские турниры или просто славную бойню , особенно многочисленные удары по голове каждый раз с припиской - «… так что диво было смотреть». Ну кто я такая чтобы тоже не радоваться отличной драке, представляя человек 150 самых лучших в мире мужиков.
    Ну и отдельный повод для моего веселья был сэр Гавейн, который из всех лучших в мире мужиков был «самый козел» и самый харизматик. Вообще, к финалу приятно поразило то, насколько (лично для меня )показались объемно выписаными характеры Гавейна и Ланселота, так что развязку драмы случившейся между ними я читала просто с выпученными глазами. Кстати, не знаю , откуда пошла история про Ланселота как идеального рыцаря без страха и упрека, если в тексте Мэлори то, что Ланселот очень -очень не прост, лежит на поверхности. Думаю, мне стоит еще приобщиться к тексту Кретьена де Труа , Кретьен де Труа - Ланселот, или Рыцарь телеги Ланселот -то был француз, вернее скажем галл, то есть кельт, а так-то они там все должны быть кельты, так что мы опять попадаем в несостыковки и временной рассинхрон между предполагаемым 5-6м и имеющимся 15м веком, что немного смазывает и сбивает атмосферу) Мне немного не хватило самого короля Артура , но даже то, как он был вписан в этот злосчастный треугольник Ланселот- Артур - Гавейн, было очень и очень драматично ( Гвиневра ясное дело тоже была вписана сюда к ним, но хочу чтоб треугольник был чисто мужской :)

    По итогу , сэр Томас Мэлори меня приятно удивил и доставил большое удовольствие, несмотря на то, что писать такие маленькие главы и постоянно перескакивать с одного десятка героев на другой десяток героев , должно быть наказуемо, так как это сбивает читательский мозг нахрен и не дает нормально уложиться информации. Конечно, множественные религиозные приколы в средневековом тексте надо принять как данность , хотя часть про Святой Грааль была для меня самой скучной, как бы мне ни нравились сэр Персиваль и сэр Галахад , которые участвовали в этом приключении . Думаю, про них стоит приобщиться еще к одному тексту Кретьена де Труа , Кретьен де Труа - Персеваль, или Повесть о Граале потому что интересные задатки их характеров хорошо намечены , но до конца не раскручены.
    (А вас же тоже веселит тот факт , что французы (в частности Кретьен де Труа) послали нахрен короля Артура и Британию в целом , набрали себе в литературные герои интересных рыцарей из Артурианы и стали клепать про их приключения свои сочинения?)
    Ну и почитать пару книг с разборами всех этим великих мифологических отсылок и смыслов тоже будет не лишним.

    Читать далее
    20
    332
  • Аватар пользователя
    Lindabrida26 июня 2018 г.

    Конечно, приступая к чтению, я заранее примерно знала, о чем пойдет речь. Да и все в курсе. Артуриана за века обросла таким количеством пересказов, перетолкований и перепевов, что основные сюжеты известны каждому интересующемуся.

    А все равно сюрпризов было немало. Мэлори нашел, чем удивить, точнее, нашлись детали, не характерные для более современных артуриан. Так, король Марк Корнуэльский и сэр Тристрам поссорились вовсе не из-за Изольды. Артур, вытащив Экскалибур из камня, сумел убедить в своем королевском предназначении только Эктора и Кея. Последующие регулярные повторения того же чуда (несчастный Артур вынужден вытаскивать меч из камня несколько раз подряд, вместо утренней зарядки) эффекта тоже не дали. А главный злодей всея артурианы (если судить по частоте появления) — некий сэр Брюс Безжалостный, регулярно пытающийся истребить положительных героев.

    Но больше всего поразило то, как Мэлори обращается с теми самыми средневековыми легендами, которые с таким удовольствием пересказывают самые разные авторы — скажем, с историей Тристана (Тристрама) и Изольды. Мэлори удивительно быстро отвлекается от романтической истории и с облегчением возвращается к тому, что для него всего интереснее — к повествованию о том, как сэр Тристрам преломил копье об сэра Бламура, сэра Саграмура или еще кого-нибудь. Эпизодов соответствующих много. Частенько за ними просто теряется нить — обычная участь читателя рыцарских романов. Мэлори, видимо, был преданным фанатом турниров. С каким знанием дела он рассуждает о том, что у Тристрама были мощнее мышцы, зато у Ланселота лучше дыхание.

    Понятно, почему этот нереальный мир небывалых подвигов так бесил Сервантеса и смешил Марка Твена! Вообще, прочитав Мэлори, я стала понимать Рыцаря Печального Образа гораздо лучше, ведь я увидела, что именно пытался перенести в реальность бедный Алонсо Кихана.

    У меня возникло впечатление стилизации. Как рыцарский турнир — куртуазная игра в войну, так и «Смерть Артура» показалась мне куртуазной игрой в эпос. Или утопией, противопоставленной современному Мэлори миру, где ни рыцарей таких, ни благородства такого, ни любви. В романе же не бывает зимы. Герои неизменно ступают по шелковым травам и говорят лишь о высоком. Им прислуживают карлики, их призывают на помощь прекрасные дамы. А для восстановления справедливости в целом регионе вполне достаточно убить одного какого-нибудь великана. Из чего вовсе не следует, что этот утопический мир безмятежен. Напротив, некоторые эпизоды еще дадут фору Джорджу Мартину своей жестокостью. У замка Лионессы на высоких деревьях повешено сорок рыцарей сразу. Гавейн вешает себе на шею голову убитой им дамы и в таком виде едет в Камелот. Не говоря уже о реках крови, льющихся в бесконечных рыцарских поединках. Гуманизм во времена Мэлори еще не придумали. Средневековые идеалы, они такие средневековые...

    И еще «Смерть Артура» — удивительно постмодернистский текст. Ибо все в нем зыбко, парадоксально и ненадежно. Мотивировка действий персонажей часто вообще отсутствует. Утер приказывает отдать своего первенца «первому встречному нищему» — не самое обычное обращение с новорожденными принцами. Понятно, что первым встречным нищим оказывается Мерлин, но это мотивировка вне текста, а внутри его событие просто происходит. Такой магический реализм в Средние века. Зачем Гарет притворяется мужиком? Зачем Пелинор преследует Зверя Рыкающего? А низачем, потому что. События двоятся, троятся и закольцовываются. Поначалу к атмосфере тайн немало прибавляет Мерлин — то ли бог из машины, то ли чертик из табакерки. Оборотень, трикстер, способный менять обличья по желанию, раскрывать тайное или предсказывать скрытое в будущем. Там, где Мерлин, все не так, как представляется. Впрочем, он рано исчез из повествования.

    Знакомство со столь грандиозным и разноплановым романом — здесь и полуанекдотическая, полусказочная история Рыцаря в Худой Одежке, и высокая мистика Грааля — наверное, и не могло быть простым и гладким. И все же некие чары текста я ощутила — очарование мечты, пусть и чуждой современным людям, и одновременно обреченности. События пронизаны ожиданием краха почти с самого начала. Артур сам порождает Мордреда, который станет погибелью и для него самого, и для всего артуровского мира. И Мерлин, со всей своей мудростью, не может избежать уготованной ему бесславной смерти. Под конец уже и не понять, что именно стало концом Круглого стола — Грааль? любовь Ланселота к Гвиневере? властолюбие Мордреда? Но конец неизбежен. В оптимистический финал Мэлори не верит. У него вообще мало счастливых концов. Его Артур не вернется, магия Авалона бессильна. Но, может быть, именно поэтому созданный Мэлори мир вдохновляет и будет еще вдохновлять самых разных авторов, пытающихся воссоздать ту же притягательность подвигов и трагического накала повествования.

    Закончить хочу словами издателя XV века: «Смиренно умоляю всех благородных лордов и дам и все другие сословия, каких бы состояний и степеней ни были они, кто увидит и прочитает труд сей, сию книгу, пусть воспримут и сохранят в памяти добрые и честные дела и следуют им сами, ибо здесь найдут они много веселых и приятных историй и славных возвышенных подвигов человеколюбия, любезности и благородства. Ибо истинно здесь можно видеть рыцарское благородство, галантность, человеколюбие, дружество, храбрость, любовь, доброжелательность, трусость, убийства, ненависть, добродетель и грех».

    Читать далее
    20
    1,8K