The Remains of the Day

Начиная говорить об этом романе, можно для затравки перечислить «титулы и звания»: безоговорочная Букеровская премия 1989 года, «самый английский роман XX века»… Но, конечно, эти громкие слова не передают и малой доли того, чем является «Остаток дня» британского писателя японского происхождения Кадзуо Исигуро. На ум приходят сплошные эпитеты: поэтичная, ностальгическая, медитативная книга, переполненная лёгкой грустью и тоской по мгновениям, ушедшим безвозвратно, возможностям, упущенным навсегда. Вместе с главным героем последние дни доживает и целая эпоха старой аристократичекой довоенной Англии, время веры в человеческое достоинство и лучшие моральные качества.

Как говорил персонаж одного фильма, «Неважно, когда наступит смерть. Важно, что это – навсегда». Поэтому на пороге старости время для человека начинает существовать по другим законам, поворачиваясь вспять, – к сожалению, только в воспоминаниях. Ими и пропитано повествование романа, затрагивающего шесть дней из жизни английского дворецкого мистера Стивенса, а на деле – главные линии его судьбы. По сути, читатель на протяжении всей книги находится только рядом со Стивенсом, через чьи память и сознание пропущены все эпизоды.

Мы встречаем дворецкого в 1956 году – он продолжает служить в Дарлингтон-холле, но времена, увы, изменились, так же, как и их хозяева, – теперь резиденцией управляет приезжий американец мистер Фаррадей. Естественно, его поведение не всегда соответствует привычному Стивенсу кодексу настоящего джентльмена – к примеру, порой тот позволяет себе подшучивать над прислугой! Но, однажды дав себе обещание быть «великим дворецким», Стивенс не уступит перед своими правилами и с таким хозяином имения. Дальнейшие его действия будут связаны с поездкой к ранее работавшей в Дарлингтон-холле мисс Кентин – путешествие по живописным английским предместьям вполне в традиции сентиментализма натолкнёт главного героя и рассказчика на размышления и воспоминания.

Однако стоит заметить, что с внешней стороны Стивенса достаточно сложно назвать сентиментальным. Его работа – не только обычные хозяйственные и управленческие функции дворецкого, это целый кодекс, система ценностей и даже маска. Маска холодного и сдержанного достоинства, с которой он и проходит через всю свою жизнь, почти ни на минуту не уступив эмоциям, не поставив знак различия между службой и личной жизнью, условностями профессии и чувствами. В этом и заключается его трагедия, которую он, словно утратив внутреннее зрение, отказывается признавать, видеть.

И именно здесь и прячется главная жемчужина прозы Исигуро. Писателю удаётся почти невероятное – штрихами и полутонами раскрыть перед читателем изначально вполне однозначного в своей чёрствости и сухости человека совсем с другой стороны, приблизить до такой степени сопереживания, когда сам уже ощутишь в себе частицу мистера Стивенса. Но обычному человеку до персонажа Исигуро, конечно, далеко — с ним случилось слишком явное и необратимое искажение личности.

Другая жемчужина – это рассуждения о времени и вообще то, как Исигуро манипулирует им в повествовании. Память позволяет нам погружаться в прошлое, которое может предстать в неожиданно новом свете. Фантазия отправит в бесчисленные образы возможного прошлого, заставит размышлять над сюжетами собственной жизни в духе «эффекта бабочки». Но, как говорит мисс Кентон-миссис Бенн:

И, несмотря на то, что роман сразу назвали «самым английским», что, безусловно, присутствует, есть в нём, на мой взгляд, и «японские» черты – какая-то размеренная меланхоличность, поэзия обычной, ничем не выдающейся жизни. И главная метафора и символ – должность главного героя — удачно вписывается в оба культурных контекста, хоть и внешне кажется типично британской. Однако, здесь можно вспомнить и самурайский кодекс чести и достоинства, его правила службы своему даймё или сюзерену — жёсткие и однозначные.

Как заявлял позже и сам Исигуро, дворецкий здесь в первую очередь – удачное воплощение не маленького человека, но, как бы сухо это ни звучало, среднестатистического. Слуга, дворецкий – это та роль, которую чаще всего исполняют люди на протяжении всей жизни. Порой мы не предполагаем, какой большой цели служит всё предприятие, а просто выполняем свои маленькие задачи, вносим свой, часто незаметный, вклад в дело. К закату дней, конечно, большим разочарованием может обернуться знание того, что ваш начальник очень глубоко заблуждался, а вы, следовательно, ему в этом слепо способствовали. Как уже можно догадаться, именно с такой ситуацией в том числе сталкивается и мистер Стивенс. И выходит он из неё — если это можно считать выходом — с привычным хладнокровием, которое однако, далеко от самурайского, где исход предполагался бы не в медленном угасании, а в немедленной смерти.

Как и всякая большая книга, «Остаток дня» – не только история частной жизни, но и картина ушедшей, растворившейся в новых реалиях, эпохе. Кардинально поворачивает направление истории Вторая мировая война, перед Стивенсом проходят даже некоторые крупные исторические лица. В этом контексте роман достоин находиться в одном ряду с тоже очень английским «Возвращением в Брайдсхед» Ивлина Во, например, при этом подмигивая «Стоунеру» Джона Уильямса. Свой «остаток дня» доживает и век аристократии, и прочно упрочившиеся когда-то традиции служения и этикета. Исигуро не понадобился жанр семейной саги и большой масштаб, но несколькими штрихами ему удалось передать и величие Дарлингтон-холла, и его обречённость.

Не будем же дальше дразнить бедного читателя и позволим ему самому насладиться изысканной прозой Кадзуо Исигуро, вставшего на кросс-культурный путь и при этом совсем не действующего по шаблону. История у него, как видите, получилась многогранная, глубокая и окутанная в светлую печаль.

Опять-таки рекомендую знакомиться с романом на английском – языке, для которого тоже совсем в незапамятные времена был важен аристократизм, правильный выговор и сдержанность. Так что «самой английской новелле» без этого языка никак не обойтись.

А в тему прощания с ушедшими мечтами и ностальгии по «тем» дням – стихотворение ирландца Йетса, по духу и мелодике очень созвучное прозе Исигуро. Японские хокку, кстати, тоже здесь неслучайно всплывают в памяти.

When you are old and gray and full of sleep,
And nodding by the fire, take down this book,
And slowly read, and dream of the soft look
Your eyes had once, and of their shadows deep;

How many loved your moments of glad grace,
And loved your beauty with love false or true,
But one man loved the pilgrim soul in you,
And loved the sorrows of your changing face;

And bending down beside the glowing bars,
Murmur, a little sadly, how Love fled
And paced upon the mountains overhead
And hid his face amid a crowd of stars.

(William Butler Yeats, The Collected Poems).

Книга, однозначно, не для чтения "на бегу", требующая сесть, успокоиться, а лучше еще выпить чашку чая с травками, чтобы совершенно настроиться на волну неторопливого танца мухи, попавшей в варенье. Текст плавный, убаюкивающий, с первых строк приводящий в состояние ёжика в тумане, плывущего по реке.
Мысли, по ходу чтения, формировались довольно неоднозначные: поначалу, книга, в которой упоминается "Ежеквартальник для джентльменов при джентльменах" (только вслушайтесь: Ежеквартальник для джентльменов при джентльменах! Я в восторге!), в наше время скользких формулировок, показалась не просто книгой, а путеводителем в области достоинства и чести. Потом закралась мысль, а нужно ли пользоваться таким путеводителем, если ведет он к одинокому, обращенному в прошлое "остатку дня". Перед нами воспоминания дворецкого, мистера Стивенсона, которому "выпала честь исполнять свои профессиональные обязанности там, где вершились великие дела". Воспоминания, где в один ряд важности поставлены закулисное вершение судеб Европы и революция в чистке столового серебра. Хотя, если подумать как настроение человека влияет на принятие решений, то вовсе не такой уж бредовой покажеться мысль, что доблеска начищенное серебро могло поднять настроение какого-нибудь политика и таким образом повлиять на ход истории:),
Конечно, мысль о том, что "невозможно в одно и то же время подметать трамвайные пути и устраивать судьбы каких-то испанских оборванцев..." донесена до нас ещё профессором Преображенским, но и мистер Стивенсон всей своей жизнью доказывает, что человек, чётко определивший своё место и досконально, на совесть делающий своё дело, может и не убережет мир от разрухи глобальной, но локальной разрухи избежит точно, чем и заслужит уважение.
Краеугольный камень всех размышлений по ходу текста - честь и достоинство дворецкого. А в итоге, за "стремлением увидеть в мире торжество справедливости и добра", мистер Стивенс бесстрастно выполненяет свои обязанности, пока в соседней комнате умирает его отец, а в другом случае, когда может состоятся кульминационный момент неявной, сдержанной любовной линии, он опять отдает все силы "наилучшему обслуживанию тех благородных джентльменов, от которых понастоящему зависят судьбы цивилизации". А стоило ли? И неужели классическое достоинство джентльмена в основе своей имеет искусство подавления эмоций, практически несовместимое с жизнью?

Ох, Исигуро, что ж ты делаешь. Не ожидал встретить столь британский роман из под пера японца.
Когда человек говорит о достоинствах и недостатках своей профессии, тем более с исключительно профессиональной точки зрения, делится своими переживаниями, сложно заподозрить его в какой-то некомпетентности. Ведь он говорит нам о своем призвании и ни о чем более, а такие речи всегда очень интересно слушать, ведь без вовлеченности в процесс никогда не узнаешь о нем изнутри, а это очень занимательный опыт. К тому же, до чего приятно пообщаться, хоть и через книгу, с настоящим джентльменом.
С другой же стороны не только об этом речь. Сама схема повествования достаточно занимательна и нелинейна. Изначально построенная как книга-путешествие по просторам британских ландшафтов, она больше рассказывает нам о человеке погрязшем в своем прошлом. Всеми своими флэшбэками напоминает нам о том, что наш рассказчик на закате жизни погряз в приступах меланхоличной ностальгии, вспоминает самые яркие акценты своих прошлых деяний в роли дворецкого. Но из-за этих акцентов мы можем углубиться в несвойственные для русского человека познания этой давней британской профессии, в то же время прекрасно понимая, что насколько компетентен может быть человек в своей профессии, настолько некомпетентен он может быть в банальных человеческих отношениях.

Вот, наконец-то я прочла книгу, где речь, которую использует автор, так идеально описывает героя. Простые, несложные фразы, очень правильный, но не изощренный язык. Стоит сказать, что читала книгу я в оригинале.
История дворецкого. Вернее отрывки из его жизни. Очень интересен его взгляд, со своего положения. Он, как я поняла, практически всю жизнь прожил в Дарлингтон-Холле. Вот его мир. Его хозяин - человек, которому мистер Стивенс (наш герой) полностью, безоговорочно доверяет. Удивительная история. Живо рекомендую читать именно в оригинале. Мне кажется, что даже с уровнем B1 книга может пойти.

Сию книгу уместнее прочесть лет эдак в 50, на склоне карьеры, в период подведения итогов. Ведь сюжет наполнен воспоминаниями и размышлениями. Достойный ли я человек? Правильно ли я поступил в той ситуации? Что есть достоинство? Что ждет меня впереди? В будущем, где всё сложнее безукоризненно исполнять свои обязанности, где годы берут своё и всё больше мешают быть идеальным. Как не потерять достоинство, не потерять смысл жизни, не упустить возможности быть счастливым, оставив время на родных и близких? Потери неизбежны и это нужно принять. Идеала не достичь, но стремится к нему необходимо. Достоинство может пошатнуться, потому что мы не роботы, а живые люди, со своими слабостями и недостатками. Понимать всё это, учитывать и действовать эффективно, вот кредо главного героя сей книги. Истинного джентльмена и просто хорошего человека.

Кому предан дворецкий - дому или хозяину? Каждому человеку самому решать как провести его собственный остаток дня, остаток недели или, если на то пошло, остаток жизни. Наш главный герой остается верен своему убеждению, и никто не может винить его за это. За рассуждении о прошлом ГГ поднимает не мало важных вопросов о жизни, достоинстве, преданности, профессионализме, а также о дружбе и даже о любви, хотя эта тема на мой взгляд не проговариваясь ни разу проходит красной линией через все повествование. Я думаю, что это произведение стоит прочитать, а возможно и не один раз!

Мистер Стивенс - манерный дворецкий, английский слуга, настоящий джентльмен. Главная черта характера для такого человека - это организованность, порядок в распределение обязанностей. Принципиальный и гордящийся своей профессией с достоинством подходит до занимаемого положения в доме лорда Дарлингтона.
Дворецкий может только в одном случае выйти со своей роли, только в полном одиночестве. Возникшая проблема от появления мисс Кентон в его покоях, застала Стивенса врасплох и изменила отношения к ней.
Мисс Кентон - экономка, заведующая горничными в Дарлингтоне. Воспоминания Стивенса о вечерах проведенных с мисс Кентон за чашкой какао, отношения всего лишь "товарищи по службе", которые обмениваются вечерами рабочими моментами.
Но предрассудки об этикете и достоинстве джентльмена которое совсем не поймешь, разрушают эти вечерние встречи и взаимоотношения товарищей по службе. Стивенс совершенно не понимает, что недостойного в эго позиции?!