Иуда Искариот

Хоть в аннотации и призывают подумать об истинном и мнимом, подумать не было ли ошибкой столько веков считать Иуду предателем и приписывать ему злой умысел, но то в какой текст автор заключил этот призыв отбивает любое желание к подобным размышлениям, так как больше хочется осуждать автора за подачу.
Соглашусь с тем, что Иуде создали репутацию надменного, корыстного человека, для которого ничего ценного в жизни нет, готового учителя, пророка продать за цену обычного раба. Но Андреев вообще изобразил его баламутом, чего только стоит эпизод когда тот пытался продать Христа расписывая его достоинства Анне, а тот ещё и цену сбивал. Но да, у Искариоты точно были достоинства, так как Иисус не выбирал абы кого в ученики и про всех 12 он в своё время страстно молился.
Мне жутко не понравилось что апостолов изобразили мальчишками, играющие, ругающиеся (не отрицаю, что даже в Евангелии есть упоминание о спорах кто из апостолов лучше), но здесь ситуация с соперничеством изуродована и не несёт никакого смысла.

Это одна из тех книг, которые невозможно читать равнодушно. Андреев берется за, пожалуй, самую спорную фигуру христианской традиции - Иуду - и делает из него не символ, не штамп и не карикатуру, а человека. Живого, сложного, внутренне надломленного, который жаждет любви и признания, но раз за разом остается вне поощрения Учителя.

Чем сильнее вникаешь в текст, тем очевиднее становится: автор вовсе не пытается «оправдать» Иуду, но и не намерен превращать его в однозначного злодея. Он проводит читателя через его сомнения, страх, отчаяние и попытку найти свое место рядом с человеком, которого никто не мог до конца понять - Христом.

Стиль у Андреева характерный - резкий, обнаженный, местами почти болезненно честный. Я наслаждалась Леонид Андреев - Рассказ о семи повешенных , а "Иуда..." в свою очередь укрепил мое восприятие текстов Андреева, как великолепного примера уникального авторского слога. В "Иуде..." он особенно точен: каждая фраза работает на атмосферу, каждая эмоция кажется нарочно оголенной, давящей на внутренние боли. Чувствуется напряжение между земным и возвышенным, между человеческим и божественным, между верой и сомнением - и это напряжение и делает текст таким насыщенным.

Пожалуй, главное здесь - ощущение внутренней трагедии. Андреев показывает Иуду как человека, который всю жизнь жил на разломе, и этот разлом стал причиной его гибели. Не из злобы, не из корысти - а из невозможности справиться с тем, что он чувствует: несправедливость обделенности.

Это тяжелая книга. Не по объему, а по эмоциональному содержанию. Она лишает иллюзий, заставляет видеть не миф, а ломку человеческого духа. И в этом, кажется, ее подлинная сила. Для меня «Иуда Искариот» - не попытка заново рассказать известную историю, а попытка переосмыслить и осознать, что делает человека предателем, и всегда ли у предательства есть только один мотив.

ссылка на текст песни

Любимая книга у Андреева.
Потрясающая трактовка роли Иуды, как главного ученика Христа.
Ярко описан типаж – ищущий, мечущийся, мерзкий, ревнующий, но твердый в Любви и Вере.
Противопоставлен Петру, который совсем не так тверд, как предписывает его имя.
Остальные апостолы нейтральны или даже негативны.
Интересна и второстепенная роль, выделенная самому Иисусу. У меня он ассоциировался со змеем-исскусителем (да простит меня Бог), коварно и упорно ведущего свою невинную жертву на богоугодное дело.

Кто кого предал?

Я не знаю, читал ли Уильям Фолкнер Леонида Андреева, но в 10-й главе "Жизни Василия Фивейского" явственно слышится первая часть написанного через двадцать лет романа "Шум и ярость".
Читать это творение г-на Андреева рекомендуется исключительно ночью. Впрочем, как и большинство его рассказов и пьес. Потому как жуть у этого автора несусветная. И совсем не хочется верить, что жизнь на самом деле - такая..
Андреев обладал удивительной способностью видеть настоящее, недетское и злое лицо этого мира. В некоторых рассказах он явно перегибает палку, но "Жизнь Василия Фивейского", по-моему, совершенная повесть. Самый ищущий Бога персонаж в русской литературе после Ивана Карамазова, наверное. И не находящий.
Тем не менее причислить это произведение к антирелигиозной или атеистической литературе у меня лично язык не поворачивается. Мой неразвитый мозг не способен осмыслить этот рассказ в полной мере, но что-то подсказывает мне, что он гораздо глубже поверхностного отрицания Бога. И это даже не "Бог умер". Что-то очень личное, андреевское и пока никем не сформулированное.
Чуть не забыл. В этом произведении, на первый взгляд таком реалистическом, очень много мистики и ещё больше чувства тяготеющей надо всем власти рока.
Что-то подобное есть, конечно, и у Фолкнера.

По силе воздействия, по способности изображения Леонид Андреев может дать фору многим и более современным писателям. Перипетии его героев ужасающи в своей реалистичности.

И все же в его произведениях часто встречается то, что можно назвать переигрыванием, избыточным драматизмом.

У Андреева нет надежды. Всегда какое-то лихорадочное ожидание страшного и последнего. Спорить об окружающем зле не приходится, но разве только оно присутствует в жизни? Разве нет ничего светлого вокруг? Скептицизм и пессимизм Андреева доходят до высшей точки обреченности. Как сказал о нем Александр Блок: всегда обращен лицом в провал черного окна.

В какой-то момент хочется крикнуть: Остановись! Его нарочитость вызывает сожаление, растет утрата доверия к тому, о чем читаешь.
Вот и здесь. Возьмем ребенка-идиота. Идиот и идиот, но почему зверь?! Эта гипербола показалась излишней. Произведение и без нее ничего бы не потеряло, а с ней ничего не приобрело.

И все же, несмотря на мое брюзжание, Андреев автор стоящий, способный коснуться извечных вопросов, удивительно ярко описать ощущения человека, - потому и возвращаюсь к нему раз за разом.

Это очень странная книга, во всяком случае для меня - лишь отдаленно погружённой в религиозную тематику в формате выбора лучшего рецепта для кулича. В чём-то это даже богохульства, хотя Христос выступает лишь фоном событиям. Но самое странное, что она заставляет задумываться не то чтобы о вещах, о которых раньше не задумывался, а, скорее, переворачивает сам процесс. Не что, а как? Не могу выразить словами, очень косноязычно получается.

Если на примере текущего карантина, то большинство из нас не представляли, чтO, насколько эффективно и как быстро можно делать дистанционно. И если закрыть рестораны и молы, жизнь не останавливается. На уровне мозга осознание этого присутствовало, но реальные ощущения меня, например, обескуражили своей обыденностью. Драмы нет!

Возвращаясь к книге, она заставила меня пересмотреть то, о чем я позволяю себе задумываться, какие шоры раздвигаю, а каких не замечаю. Я не знаю какая композиция факторов привела к такому сочетанию, но эффект получился ошеломительный. Хотя приём сродни простому доказательству от противного. Можно и нужно оспаривать, осматривать, обдумывать ВСЁ, и привычный ход вещей может оказаться не тем, что кажется. Опять не совсем так! Пора заканчивать поток графомании и вернуться к книге.

Она по сути как раз показалась мне достаточно простой. Предатель - предавший себя! Иуда - предатель? Несомненно. Но он же избрал себя орудием, разоблачающим предательство, таким образом спасая Христа? Парадоксальные мысли, вызов библейским истинам, но мне это открыло глаза на способность или неспособность моего мозга попытаться наковырять что-то новое в том, что считается очевидным.

Буду еще переваривать и примерять эти новые ощущения. Пока это первая и единственная книга, которая оставила меня с таким чувством.

Когда я только собиралась читать эту пьесу, мне представлялось нечто очень пафосное - достаточно было только взглянуть на название. Да и аннотация намекала на нечто очень-очень возвышенное.

Пафос в "Жизни Человека", действительно, есть, но он сродни пафосу греческой трагедии - несмотря на маски, котурны, эффектные позы, "громы и молнии" и многочисленные намеки на божественное влияние, изображенные в них события все-таки захватывают даже современного зрителя настолько, что он начинает сопереживать героям как своим близким.

В пьесе Андреева тоже есть маски - метафорические, не буквальные. Ни один из персонажей не получил личного имени, даже главный герой назван просто Человеком. Кроме него на сцене появляются Жена Человека, Друзья Человека, Враги Человека, Гости, Соседи, Пьяницы, Наследники, Музыканты и, наконец, самая загадочная фигура из всех действующих лиц - Некто в сером. Зрителям (и читателям) предлагается самим решить, что или кого Он олицетворяет - Бога, Судьбу, Рок, просто безучастного наблюдателя?

Отдельного упоминания заслуживают описания декораций в начале каждой новой сцены, связанной с тем или иным критическим периодом в жизни Человека - их очень легко представить даже при чтении, и они наверняка выглядят очень эффектно при реализации на сцене. При этом очень большое внимание уделяется свету и теням.

У пьесы две версии финала - первая, в кабаке с Пьяницами, и более поздняя, в доме Человека с Наследниками. Второй финал зацепил меня больше - в нем больше трагедии, и она воспринимается ближе и ярче.

Иуда Искариот - символ предательства уже многие века. Всего лишь за 30 серебренников продал своего учителя, сына Бога - Иисуса Христа. Что тут говорить? Подло поступил и заработал себе проклятия на века.

Ан нет. Говорить можно многое. И посмотреть на историю с другой стороны, что и попытался сделать Леонид Андреев. И ему получилось.

Историю можно разделить на три этапа: до предательства, само предательство, и после. Что мы видим до предательства? Безобразного трикстера, мошенника и просто отвратительного человека, который проник в группу доверенных самого Иисуса Христа. И первое время был даже близок к учителю. Но что-то пошло не так. И оказалось, что сам Иуда не такой однозначный злодей. Он задает вполне резонные вопросы благоверным ученикам и самому учителю, которые хоть и звучат грубо, но несут в себе истину.

Он использует свой “плохой” талант мошенника и злоустца, чтобы помочь своей группе. Мечется его беспокойная душа то в одну сторону, то в другую. Любовь и признание - лекарство, которое проповедует его учитель и вторят бездумно ученики. Любовь и признание - особенно для самых падших. Но не для Иуды.

А потом произошло предательство. Зачем он продал Христа всего лишь за 30 серебренников? Была ли это месть? Или метание души? А может во всем этом был тайный смысл, эгоизм, стать ближе к учителю? Или урок всем - ученикам, последователям, учителю? Этакая проверка на вшивость. Можно долго задаваться этими вопросами. Одного ответа точно нет, поскольку Иуда - крайне странный и, скорее всего, многогранный персонаж. Но в какой-то момент понимаешь, что причины предательства не настолько важны, как то, что произошло после.

Один ли Иуда заслуживает символа предательства? Нет. Почему ученики, которые так обожали своего учителя, убежали и не стали защищать своего учителя? Почему после смерти его нашли тысячи оправданий своим действий? Как могли судьи осудить на смерть совершенно невиновного, и более того, святого человека? Где была толпа обожателей, что только вчера рукоплескала, а сегодня искупалась в крови?

Все это ведет к более громоздким вопросам.
Что есть любовь? Что есть вера? Что есть предательство? Всегда ли виноват один в страшном преступлении или это череда “маленьких предательств”, которые можно легко обелить и забыть? И, наконец, кто же человек и где он?