Snakes & Earrings

Прочитай я эту книгу лет 10 назад, уверена, оценка была бы максимальна. Потому что тогда мир, описываемый в этой книге, был передо мной на расстоянии вытянутой руки.

Перейдя за середину книги, все удивлялась, как это произведение попало в контркультуру, уж больно все легко было. Цветущий пышным цветом подростковый период, дети-одиночки, формально имеющие семью, но живущие так, будто давно независимы, беспорядочные половые связи. Здоровье, жизнь, собственное будущее, все ничто перед сияющим желанием первой татуировки, необычного пирсинга, экстравагантного образа жизни. Присущий книге элемент абсурдного садизма и кровавого трэша может показаться тут преувеличением в жизни неформальной молодежи, но редкий случай, когда аннотация задает тон к верному восприятию книги:

Сто процентов, этим все сказано.

До самого конца книги не могла понять, что мне напоминает атмосфера этой книги. Такая знакомая и давно забытая, как бывает, когда проходя по улице улавливаешь знакомый аромат и стараешься вспомнить, где уже чувствовал его раньше. Но узнав детали получения этой книгой премии им. Акутагавы, что решение вынес именно Рю Мураками... все стало на свои места. Эта книга явно с одной полки с его произведениями (хотя конечно, уровнем послабее).

Как есть что-то дикарское в томящейся жажде нанести на свое тело диковинный рисунок, наиболее ярко выражающий своего обладателя, так и было что-то дикое, близкое к животному инстинкту в характере главных героев. Луи, обычная самка, выбравшая самца по впечатляющему окрасу, уступающая другому самцу, потому что он явно сильнее и не менее эффектен. Ама любит Луи, в этом не приходится сомневаться, но его любовь становится его слабостью. Дракон становится ручным и ласковым, словно кот.
Шиба-сан другой, чувство к Луи у него имеет другую природу, он скрытен и осторожен. Как он чувствовал в себе власть Сына Бога, так он слился с образом Кирина, так любимого им. И Кирин непременно потребует кровавой жертвы за достигнутую власть над самкой.

Казалось бы, это падение на самое дно, переход за черту, откуда нет возврата. И дальше только жизнь по наклонной, так как даже если вывести произошедшую историю с души, как надоевшую татуировку, должны остаться безобразные шрамы - уж больно она глубока. Но оказывается, будет достаточно нарисовать Дракону и Кирину глаза... как бы я хотела, чтобы все и в самом деле было вот так просто.

Подобную литературу всегда сложно как-либо комментировать, когда не особо разбираешься что в контркультуре вообще, что в японской контркультуре в частности. С одной стороны, мало кому не знакомы желания сотворить что-нибудь со своим телом, набить татуировку, сделать пирсинг, как-то выделиться из толпы, пойти наперекор "Системе", окунуться с головой в какую-то совсем другую жизнь, лишенную лоска, но пропитанную духом иллюзорной (а может, и истинной) свободы? Кому не хотелось иногда плюнуть на все и погрузиться с головой в самоуничтожение? Алкоголизм, нездоровые отношения, поиск приключений на пятую точку, сомнительные заведения, сомнительные знакомства...

Сразу признаюсь, для меня это все осталось не более, чем заманчивой картинкой, которую я наблюдала разве что с экрана или книжных страниц. Фантазия, имеющая очень мало общего с той реальностью, в которой мне довелось "вариться". Что-то нереальное, идеализированное в своем уродстве. Отшлифованное, полированное, сбрызнутое терпким одеколоном и пропитанное едким табачным дымом.

И вот именно таким натертым до блеска уродливым комком мне представляется это произведение. Автор как будто хотел показать скрытую от взглядов широкой публики грязь, но показал ее излишне романтизированной, выхолощенной, постарался чтобы читателю она понравилась, показалась привлекательной. И именно поэтому картина вышла у него стерильной. Неправдоподобной, нереальной. Это больше похоже на нелепую карикатуру. А раз приходится иметь дело с пародией, то и смысл сюжета размывается. И становится непонятно, на что автор хочет обратить внимание читателя. На простую историю о любовном треугольнике, сервированную на контркультурном блюде? На саму эту альтернативную культуру? На людские метания, разочарования, боль и поиски? Все как-то слабенько. Неубедительно.

Но написано бодро. Если не особо вчитываться, то можно сносно провести время с этой книжкой в руках.

Прочесть - и забыть.

P.S.: аннотацию писал небольшого ума человек, который вряд ли сам читал саму книгу. Даже близко не попадает.

Книга привлекла фразой из аннотации:

Только вот ни одного слова про джей-рок в самой книге нет.
Зато есть неформальный вид главных героев, пирсинг в немереных количествах, татуировки по всему телу, желание модифицировать свой язык, сделать его как у змеи, жесточайшее насилие и садистический секс. Ну и всё. Я больше ничего назвать не могу.
Пожалуй, и в литературе такого рода есть своё очарование. Но смысла совсем нет.

Краткое содержание для наглядности и спойлеры:
Луи знакомится с Амой в ночном клубе, и паренёк привлекает её раздвоенным языком. Она загорается идеей сделать себе тоже самое. На сцену выходит Шива-сан, работник тату-салона. Луи делает у него пирсинг языка, набивает татуировку, а заодно занимается с ним сексом в качестве оплаты за работу. А Шива-сан любитель садизма, если его партнёрша не страдает, у него ничего не получается. Всё идёт тихо и мирно, пока Аму не находят убитым. Но мир воцаряется, когда Луи понимает что убийца Шива-сан, собственной персоной. Теперь-то у них будет тишь да благодать! Ведь это проявление любви! Куда там конфетам и цветочкам. Лучшее средство доказать любовь, это убийство!

Образчик "другой" японской литературы. Не той, которая Харуки Мураками, а той, что Рю.
Встреча конченного садиста и юной мазохистки; панк с красным ирокезом, пропирсингованный по самое не могу, скрывающий за брутальной внешностью детскую ранимую душу и плюшевый характер; извращенный секс, извращенная любовь (?), боль, кровь, слезы, пытки, убийство, пустота. Все это призвано шокировать читателя, потому что внешнее всегда бросается в глаза.
А что внутри книги?
Задумывались ли вы когда-нибудь о том, как мало знаете о людях, с которыми живете рядом? Задумывались ли о том, что не ценим их настолько, насколько они этого заслуживают? Как часто врем? Как заключаем сделки с собственной совестью, количество которых доводят до полнейшей пустоты внутри и ненависти самого себя?
Задумайтесь над тем, что человек, который рядом с вами, к которому вы так привыкли, что вас больше интересуют бутерброды с сыром в микроволновке, чем он, так вот этот человек однажды просто не вернется домой с работы. И не потому что нашел другую/другого, а потому что его переехал автобус, убил маньяк, или умер от инфаркта. Что последнее он услышал от вас перед смертью? Какой из ваших взглядов унес с собой?
А вы?

Хоть ханжой, хоть занудой, хоть слюнтяем в розовых очках, боящимся взглянуть жизни в глаза назовите меня, но вот не люблю я всю эту «чернуху» в любом её проявлении, без которой, правда, серия «оранжевых книг» вообще не живёт. Да и вообще моё изящное величество испытывает стойкий позыв к блевоте от любого соприкосновения с постмодернизмом. Я при этом вовсе не отрицаю того, что в реальной жизни полно всякой грязи, но зачем ей меня кормят в литературе, если я и так прекрасно о ней знаю без всякой там контркультуры, без всяких там Буковски, Генри Миллеров энд компани.
Одним словом начал я читать «Серьги и Змеи» по той причине, что книга получила премию Акутагавы. И по-началу всё удивлялся, как же она её получила? Ибо знаю Акутагаву как писателя принципиально не «ширпотребного». А когда узнал, что премия книге была дана с легкой руки Рю Мураками, то удивляться перестал.
Текст, конечно, по своим литературным достоинствам, принципиально ласкает плинтус. Но идейно - книга «неопределенная» от первой и до последней страницы. Сложно сказать о чём она: о любви? О поколении без ценностей и авторитетов? О жизни девочки «не мажорки»? безумной жизни? А может о чём-то еще? ДА НИ О ЧЁМ! ЧЕГО Я ВАМ ЛАПШУ НА УШИ ВЕШАЮ? Я, к тому же, как обычно, не смог понять всех этих зажравшихся подростков с их иллюзорными проблемами и бесцельными жизнями.
Думаю, это история о людях, которые одновременно ценят и презирают себя, свои чувства, да и всех вокруг. О жизни за чертой, за чертой морали, правил, где собственные желания, – этот вечный человеческий идол, - настолько противоречивы, что найти на свою жизнь ответ, обрести твёрдую почву под ногами, практически невозможно. ХА-ХА, МНЕ ТОЛЬКО АННОТАЦИИ ПИСАТЬ.
Под стать и сами персонажи. Их одновременно хочется и побить, и пожалеть. Но к концу книги последнее желание угасает прямопропорционально увеличению первого.

Мне еще ни разу не попадалась книга серии "Альтернатива" с нормальной аннотацией, соответствующей содержанию. Правдивой на обложке оказалась лишь цитата Мураками.
Действительно, эта история (я бы сказала, повесть, до романа не дотягивает) не более, чем исповедь главной героини. Исповедь, по сути, подростка-аутсайдера, живущего самостоятельно, сама по себе. Юношеский максимализм, саморазрушение, депрессия, мысли - бывают в жизни подобные переломные моменты. И в конце концов, заканчивается этот виток, находятся силы и желание жить дальше - "Я поворачиваюсь к солнцу и... щурюсь от его беспощадного света".
Лично мне книга понравилась. А вот экранизация нет.
Немного разочаровал тот факт, что переводилась она с английского. И перевод, надо сказать, так себе.

Луи – девочка-мажорка – знакомится в клубе с Амой – панком с раздвоенным языком – и тут же загорается идеей сделать себе такой же. Сплит языка становится для Луи навязчивой идеей. После первого прокола, девушка встаёт на панковую дорожку и хочет набить татуировку дракона и Кирина – священного животного – во всю спину. Но Ама, который только внешне выглядит как панк, на деле оказывается романтичным «домашним котиком», а вовсе не фриком. То ли дело тату-мастер с садистскими наклонностями, к которому Луи с радостью ходит на сеансы. Девушка оказывается впутана в любовный треугольник, который приводит героев к полному саморазрушению и кровавой развязке.

Хитоми Канехара написала «Змеи и серьги» в двадцать один год, и скоро книга разошлась миллионным тиражом, получила премию Акутагавы (не без помощи Рю Мураками) и легла в основу одноимённой экранизации.
Но «Змеи и серьги» сложно назвать книгой. Это новелла на сто пятьдесят страниц с огромным шрифтом. В этом и плюс, и минус книги. Плюс в том, что читается быстро и увлекательно. Минус – герои сжаты в рамки новеллы, отчего им не хватает глубины.

Не удивлён, что Рю Мураками высоко оценил роман. В этой маленькой книжке собралось всё, за что я так люблю дедушку Рю – садизм, мазохизм, животный секс, бессмысленная жестокость и доведение героев до края. Импульсивная героиня Канехары, как и все подростки, горит желанием выделиться из толпы. Её идея с раздвоенным языком и изображением существ на спине становится навязчивой, так что, когда и тату, и язык она получила, ей не остаётся ничего, кроме как медленно спиваться, потому что смысл в жизни потерян. Луи ищет утешение в алкоголе, боли и мазохизме.

Коктейль из трёх неадекватных героев получился прекрасным. Тут и панк с пирсингом на лице, который дома становится милым и заботливым, но в одночасье может избить человека до смерти, забрав зубы в качестве сувенира. И Шиба-сан – тату мастер с синдромом Бога, получающий удовольствие только тогда, когда приносит боль другим. И девочка-мажорка, свернувшая с проторенной тропинки порядочной гражданки Японии и оказавшаяся между двух огней. Никто из персонажей не видит будущего и медленно разрушает как свою жизнь, так и жизни окружающих.

Изначально на татуировке Луи ни у дракона, ни у Кирина нет глаз, потому что, согласно легенде, если нарисовать существ с глазами, они улетят. Но девушка хочет, чтобы они принадлежали только ей – так же, как и двое панков, в которых можно разглядеть образы священных животных. И, как существа на её спине открывают глаза, так и Луи в один момент становится зрячей, находя смысл в существовании.

Образ жизни персонажей и их взгляды на мир мне уже давно не близки, и, может из-за маленького объёма, не получилось проникнуться проблемами и болью героев, но книга мне однозначно понравилась. Всем фанатам Рю Мураками и мрачной Японии советую прочитать – займёт часа три вашей жизни. Одноимённый фильм 2008-ого года тоже неплохой, почти точь-в-точь копирующий сцены из книги. Но я нашёл только в плохом качестве и с субтитрами.

Альтернатива, ты такая Альтернатива...

На самом деле, весьма забавное произведение, которое, наверное, еще сильнее бы меня впечатлило, прочитай я его лет 8-10 назад. Пирсинг, татуировки, секс и выпивка - вот ценности, прославляемые в "Змеях и серьгах", и они дороги сердцу любого подростка - что японского, что русского. Помним мы эти странные самоистязания - проколы иголкой в тайне от родителей, шрамирование, первые убогие татуировки, и дрянное бухлишко на скамейках в скверах, и волосы всех цветов радуги, уверенность, что до совершеннолетия не доживешь и при этом ощущение собственной избранности, мудрости и правильности выбранного пути. Безграничное желание улечься на самое дно и следить за симптомами саморазложения. Пожалуй, стоит мне радоваться, что я прочла эту книгу сейчас, т.к. она просто доставила мне удовольствие своей ностальгической атмосферой свободы и вседозволенности, а не раньше, т.к. скорее всего подхлестнула бы меня для дальнейших экспериментов.

Еще, надо сказать, мне понравились герои этого произведения - и Луи, и Ама, и Шиба-сан, несмотря на особенности менталитета и своеобразные наклонности, до определенного момента остаются понятными и какими-то близкими, будто с соседнего двора. Именно этим меня оттолкнул Рю Мураками с его "Все оттенки голубого", с которым часто сравнивают и Х.Канехара. У Мураками весь трэш свален в единую кучу, герои теряются на фоне постоянного дикого пьяного буйства, количество извращений и омерзительных подробностей скорее утомляет читателя, вместо того, чтобы играть на его утонченных чувствах и щекотать нервишки. В "Змеях и серьгах" таких сцен меньше, но лично мне они врезались в память лучше, особенно эти выбитые Амой зубы. Единственное, я не очень поняла, почему Луи решила отпустить ситуацию и не вдаваться в дальнейшие подробности убийства ее друга, почему именно эта точка стала моментом ее исцеления. Ну и черт с ней, в жизни и так мало логики, зачем мне ее еще и в книгах искать.

Вспомнила бабка, як дивкой була. А потом все выжившие бунтовщики в один прекрасный день просыпаются рядовыми ответственными гражданами и спешат в ближайший супермаркет за макаронами по акции. Или не все...

Ох уж эти японцы…

Начиная читать эту книгу, я прекрасно знал, что ни о поколении джей-рока, ни о культуре «анимэ» на страницах «Змей и серёг» речи вестись не будет. Хотя аннотация убеждала в обратном. Все, что есть – немного о пирсинге и тату. Но познания автора в этих сферах удручают, так как ни о чем интересном он нам не рассказывает. Остальное – тривиальные мысли героини, секс в стиле БДСМ, алкоголь, дружки и подружки. Как кульминация – смерть одного из бой-френдов и неадекватное (с налетом нелогичности) поведение героини (видать, автор утомился писать).

Не знаю, уж каким образом творение юной писательницы разошлось тиражом в миллион экземпляров (по заявлению во все той же аннотации) и стало национальным бестселлером. Но издатели могли бы уменьшить размер шрифта и междустрочный интервал, тем самым существенно сократив количество страниц, и поместить работу в каком-нибудь тематическом сборнике, потому что в виде книги «Змеи и серьги» ничего не стоят.

О переводе умолчу.

Эту книгу я прочитала более полугода назад, и тогда мне было, что написать, но я заленилась, а потому буду краткой.
Для начала отмечу, что считаю аннотацию несоответствующей книге, очень поверхностной. Дело не в татуировках, аниме и субкультурах. Книга про людей.
Насколько я поняла эту историю, хотя, конечно, возможно что-то из этого мои фантазии на тему: произведение про двух юных людей, девушки и мальчика, внешне крутых и независимых, но не способных самостоятельно переносить собственные деструктивные импульсы и парня, тату-мастера, имеющего садистическую перверсию, которую они все дружно взвинтили до края. Я так предполагаю, что Ама изначально "разгружался" с Шибой-саном, а потом, когда встретил и влюбился в Луи, привел к нему и ее, то ли похвастаться своему мастеру, то ли невольно понимая, что сам не справится. Потому что несмотря на все старания парочки Луи и Ама удержать друг друга, они только подкрепляли напряжение друг друга и неслись к пропасти с головокружительной скоростью. Шиба-сан, очевидно, неспособный справиться с двумя, сам закрутился в этот чертов треугольник, уровень напряжения достиг максимума, и все закончилось печально. И трагедия, как мне кажется, обусловлена не тем, что у них там какая-то субкультура, или тем, что они имели психические проблемы, а тем, что ребята по факту были еще слишком юными и решили проблему максималистски. Будь это взрослые люди, то есть вероятность, что нашли бы способы выдерживать свой треугольник без принесений одного в жертву.