Западня. Жерминаль

И даже неудержимо стремясь вверх, чтобы сделать желанный глоток кислорода и погреться в лучах солнца, прилагая при этом максимум усилий, так легко быть захваченным волной отчаяния и безнадёжности, которая опускает на самое дно... тёмное, холодное и без просвета.

Эмиль Золя показал это на примере жизни одной женщины, наделённой трудолюбием, красотой, терпением и неимоверным желанием изменить свою жизнь к лучшему... У неё даже получилось это... Но не надолго. Цепь злополучных событий, коварство общества и неспособность противостоять порокам заставляет её не только снова опуститься на дно нищеты, но и утратить своё женское достоинство, счастье, испытуемое от материнства и в конце концов своё собственное "Я".

Помимо этого Золя с головой окунает читателя в повседневную жизнь парижских кварталов середины 18 века: дьявольская нищета, винные вакханалии, культ денег и добротного обеда, унижение женщин как норма повседневности... Для теста человеческих пороков - жадности, зависти, чревоугодия, похоти - такие условия могут служить только в качестве дрожжей, что читатель и наблюдает на протяжении всего романа. И то что мы зачастую наблюдаем и в наше время...

Я не прочитала эту книгу, я её "прожила" вместе с Жервезой - Жервезой сильной и слабой, Жервезой полной вдохновения и отчаяния, Жервезой в достатке и Жервезой в нищете, Жервезой-матерью и Жервезой-любовницей... Хочешь не хочешь, а косвенно приходилось примерять все эти роли на саму себя... Рекомендую книгу особенно женщинам... Загляните внутрь себя, может быть книга поможет вам переосмыслить определённые аспекты вашей жизни...

Ну и... браво Золя, прочтение мной его первой книги удалось!

Ну что здесь можно сказать? Тяжелое повествование... Очень тяжелое и мощное. Голод, нищета, непосильный труд, дети не видящие детства, женщины, вынужденные чуть ли не с младенцами на руках спускаться в шахту...
Произведение с самых первых страниц напомнило мне роман А. Кронина "Звезды смотрят вниз" - те же проблемы, та же казалось бы бесполезная борьба. Читать было порой тяжело из-за нудных описаний одного и того же, хотя понимаю, что таким образом автор хотел показать всю безвыходность ситуации, в которой оказались измучанные люди.
Эту книгу прочитать бы современным подросткам, чтобы они сравнили свою жизнь с жизнью детей того времени. Но не уверена, что подростки ее осилят, все-таки книга довольно объемная (ну и местами нудная).
Финал ожидаемо тяжелый, хотя и не без искорки надежды, которая дает право верить, что рано или поздно наступит другое время, в котором у людей будет свобода и новая жизнь.

“Западня”
Эмиль Золя.

Французский реализм стал тем механизмом, благодаря которому появились Генри Миллер, Буковски, Ричард Форд, Кормак МаКкарти и другие. Основоположниками жанра были величайшие имена, ставшие давно частью истории: Бальзак, Золя, Флобер, Стендаль, Мопассан, Диккенс.

И было немного странно, что я все еще не познакомилась с творчеством Золя, которое довольно обширно, учитывая его 20-томный цикл “Ругон-Маккары”.
“Западня”, собственно, является частью упомянутого мною цикла.

Здесь нас ждет история, полная страданий и боли, когда человек поднимается до небес, а потом камнем падает вниз, разбиваясь об острые скалы, отточенные яростным морем. Читатель ясно видит бедность и тщетность жизни простых людей, живущих в 19 веке, когда о прогрессе им было только лишь мечтать.

Чего ждать от жизни, если с утра до вечера занимаешься стиркой, постоянно насилуя свою кожу рук и лица? У мужчин же судьба была не лучше: одни мастера, кровельщики и шапочники. Что уж удивляться, если в свои 25 они выглядели на все 55.

Эмиль Золя не зря стал тем, кто внес вклад в будущее грязного реализма, до которого еще оставалось довольно много времени. Уровень ужаса, грязи и грусти в романе превышает вообще все. Появляется чувство, что весь мир утонул в чем-то сером, злом, бессмысленном.

Самое грустное осознавать, что по сути ничего не поменялось, миллионы людей живут на грани нищеты, когда им буквально приходится голодать неделями. Мне кажется дикостью, что 21 век далеко не ушел от 19-го. Мы покупаем смартфоны за 1000+ долларов, а кто-то мечтает о куске хлеба, о стакане воды.

Печально, что в романе мы видим насколько людям безразличны они сами, нет никакой надежды увидеть помощь от родственника, от соседа или прохожего. Упадешь, но никто не подойдет. Лишь будучи богатым и щедрым, человек мог получить охапку друзей, которые целыми днями и ночами готовы находиться рядом. Но стоит лишь попасть в беду, то все. Отвернутся даже самые “близкие” друзья.

Первое знакомство с творчеством Золя оказалось откровенно неудачным. Я и так настороженно отношусь к французским писателям, а этот опыт еще больше разочаровал меня.
Возможно, что я не доросла до понимания классики, но эта книга заставила меня недоумевать. Не было ни одного персонажа, который вызывал бы у меня симпатию. Сочувствовать шахтерам у меня не получается. С одной стороны, понятно, что при таких условиях работы и существования говорить о каком-либо личном развитии и вообще каких-то интересах невозможно. А с другой складывается ощущение, что Золя специально изображает их настолько примитивными существами. И плюс акцентированный надрыв во всем, который гасит возникающие эмоции. С борьбой за свои права у них вообще все как-то нелепо. Да, пожалуй, и не нужна им. Вот и заканчивается так бессмысленно.
Этьен тоже ни капли не симпатичен мне. Перекати-поле, который появился фактически ниоткуда, а потом ушел в никуда, в промежутке устроив большую и безрезультатную смуту. Попытка добавить во все это немного любви нелепа так же, как и все остальные попытки эмоций.
Основным же разочарованием стало огромное количество политики, которым наполнена книга. Вот этого я совсем не ожидала. Политические лозунги чаще всего не украшают для меня ни жизнь, ни литературу. Вместо производственного романа я получила хорошую порцию лекций по социализму. Не совсем то, чего бы хотелось от книги. С другой стороны это дало мне повод заглянуть в биографию Золя и развеять некоторые неверные представления об авторе, которые существовали в моем сознании.
Несмотря на разочарование, я хочу все-таки еще раз попробовать почитать Золя, есть один роман, который меня до сих пор привлекает. Но, пожалуй, не в самое ближайшее время.

Разве рабочий человек, который трудится на благо аристократов и буржуа, не может позволить себе отдохнуть? Разве можно считать, что он, отдающий свои силы и молодость на благо отечества, поступает плохо, пропуская стакан вина в хорошей компании? Стакан, не больше.

Да и что такое вино, если разобраться? Всякий трудяга знает, что бутылочка вина в день идёт на пользу уставшему, изношенному организму. Без этого в нашем деле никак. И будьте добры, не приравнивайте вино, этот благородный напиток, к водке, которую пьют только пропащие, скатившиеся на самое дно люди, готовые вложить последние двадцать су в руку дядюшки Коломба, чтобы он нацедил им очередную рюмку обжигающей желудок отравы.

Отчего же не выпить с друзьями? Разумеется, нельзя поощрять их увлечение крепкими напитками, но прослыть скаредом, который отказался угостить товарищей рюмочкой сивухи, и того хуже. Они напиваются вдрызг, но рабочего человека, каждый день унижающегося за несколько франков, понять можно. К тому же они такие весёлые. А за здоровье друга можно выпить чего-нибудь покрепче. Хуже от этого уж точно не будет.

Проклятые аристократы! Разве знают они хоть что-нибудь о жизни рабочего класса? Мы надрываем спины, рискуем своими жизнями, и всё это ради разжиревшей братии, которая побрезгует пройтись с нами по одной улице. В сущности, мы глубоко несчастны, и не затыкайте нам рот! Мы имеем право сказать вам всё в лицо, грязные свиньи! Я угощаю, ребята! Дядя Колобм, налей нам ещё своего пойла.

Мы, рабочие, создаём этот мир, застраиваем пустынные улицы растущими семиэтажными гигантами, стираем ваше грязное бельё, чистим вашу обувь, и не смейте говорить нам, что мы не имеем право на счастье, хотя бы такое, какое дарит нам сонное, беспросветное забытье. По правде говоря, нам глубоко плевать на вас и на ваши подачки.

С каких это пор мне, честному рабочему, говорят, что я потерял человеческий вид, и в лицо называют грязной свиньёй? Какое вам дело до того, куда уплывают мои денежки, заработанные честным трудом?

Погружение во тьму, в мир, который уже не отличается от смерти, капля за каплей убивающей организм, сознание, чувства. Нет больше ничего, кроме страха, отчаяния и бутылки водки, которая даёт временное облегчение. Исчезают свет и тепло, все желания фокусируются на одном, превращая жизнь в медленное, лишённое надежды движение вниз. Смерть, которая могла бы принести облегчение, уже давно позади, а мир по-прежнему не стал лучше. Неужели в кармане бренчат несколько су? Дядя Коломб!

Очень живая, жуткая, страшная и невероятно натуралистическая книга! Читаешь - и сама чувствуешь на себе всю эту бедность, грязь, безысходность и усталость от жизни.
Шахтерский поселок во Франции. Углекопы проводят большую часть своей жизни под землей, дыша угольной пылью, газами, отравляясь недостатком еды и воздуха. Дети их недоразвиты и слабы, мужчины бьют своих женщин, проявляя таким образом любовь. Все спят в одной спальне, все повязли в кредитах и, казалось бы, так и должно быть, ведь основной принцип жизни если не всех людей, то семьи Маэ - смирись и делай свою работу. Но появляется в городке некий Этьен, который ищет работу и то, с чем он сталкивается в Мансу повергает его в шок. Ему предстоит пройти нелегкий путь от жалости до презрения, его душа то наполняется возвышенным революционизмом, то алчностью и властолюбием. Именно ему предстоит кинуть семя революции в эту серую, угольную почву. Но так ли легка эта ответственность, повести людей к восстанию? И можно ли сделать что-то с этой безысходностью, в которой погрязли эти люди? Золя не дает однозначного ответа. Он просто показывает жизнь, без прикрас, грязную, гнусную, бедную и нищую жизнь маленьких людей-углекопов, который могут осмелиться встать на поиски справедливости. Но выводы о том, что говорит нам автор, каждый делает для себя сам.Для меня они такие: мало собраться духом и восстать, недостаточно даже хорошего лидера и желания победы. ( Ведь было же! было у них желание, они страстно желали победы и верили в то, что все получиться!). Нужно что-то еще.
Подобные картины жизни существуют и сегодня. Может, все изменило свою форму и обличье, но жизнь углекопов Золя ведут многие не только в моей стране. А как же мне напомнила революция в Мансу трагические события в моей стране! А, казалось бы, что может быть общего у таких отдаленных историй.
Книгу однозначно нужно читать, но будьте готовым к тому, что она действительно страшная, натуралистическая и реалистическая и читать ее сложно и легко одновременно. Сложно ибо здесь жизнь постает в самых сложных и безысходных ее формах. Легко, потому что Золя пишет так, что невозможно оторваться. Меня не утомляют ни описания, ни углубление в детали, нет. Даже наоборот - строчки летят перед глазами и страница за страницей я прожила жизнь в Мансу, болея их победами и поражениями и каждой потерянной жизнью.

Чем дальше Я читаю книги об этой семье, тем больше Я поражаюсь глубине таланта Золя. Он не просто описывает историю семьи, историю наследственности, он описывает все слои населения, самые разные виды деятельности, очень разные человеческие типы. Труд просто глобальный.
В этой книге он взял бедные слои, от работников, более менее крепко стоящих на ногах, до вообще нищеты.
Эта книга мне намного ближе, чем Проступок аббата Муре и Его превосходителъство Эжен Ругон. Тут описываются человеческие отношения, которые меня задевают больше, как-то они для меня живее, что ли. Очень жаль было Жервезу. И так хотелось ей счастья. Пусть маленького, но светлого.
Вообще поражаюсь Золя, сколько всего он вместил в этой книге, и вот это падение Жервезы, превращение ее из работящей женщины не понятно в кого... И то, что становится с человеком, когда он начинает пить. Очень много мыслей и эмоций вызывает книга. Вот как это происходит, что человек так может измениться? Где начало того конца? Как самой не начать опускаться, пусть не так, но все же?
Да, местами виновата она сама, но все-таки все, что ее окружало, очень этому способствовало. И так жаль, что эта добрая, отзывчивая женщина стала совсем другой.
И понимаю, что все больше и больше люблю Золя.

Эту книгу нельзя назвать приятной, но это мощная книга

Анатоль Франс

Мое мнение о произведении полностью совпадает с мнением Анатоля Франса. Здесь описан Париж, в котором вам точно не захочется оказаться. Даже если вам купят туда билет. Даже если еще и евриков дадут. «Увидеть Париж и умереть…от вони и смрада» - вот лозунг данного произведения. Да уж, Золя явно не поспособствовал развитию туризма в своей стране, сочинив данное произведение:

Мне кажется, главное действующее лицо в этом произведении – Париж и только Париж. С какой тщательностью и вниманием к деталям Золя выписал все закоулки рабочих кварталов города, все подворотни, вывески на магазинах, домовладельцев, мелких торговцев, завсегдаев кабаков! Великолепно и омерзительно!

Для описания тяжелой жизни рабочих в стремительно развивающемся и разрастающемся Париже 19 века Золя избрал историю Жервезы и двух ее мужчин-тунеяцев и пьяниц.

Жервезу бесконечно жалко. Она типичная представительница угнетенной женщины, которая вкалывает день и ночь в поте лица, в то время как на шее у нее сидят одновременно несколько мужчин. И самое-то главное, Жервеза вовсе не просит бриллиантов или дворцов, многого ей не надо:

Всего-то, кровать, стол и два стула, да умереть в своей постели! Боже мой! Бедная женщина, которая и этого не получила. А все почему? А все из-за мужчин!

Удивительно, как Золя удалось написать такой женский роман. Он меня поразил своем мужененавистничеством: автор нагреб столько грехов на все мужское население планеты, что не остается ничего иного, как прийти к одному единственному закономерному выводу, что во всем зле в этом мире виноваты одни они. Вот. Мое мнение о мужских характерах в этом произведении? Мне хотелось взять большую-пребольшую лопату и надавать им всем по голове: и Лантье, и Купо, и Гуже… и вообще всем французам. Я даже всплакнула, думая о горькой доле моей подруги, недавно вышедшей замуж за француза. Досталось и моему любимому мужу для профилактики: а вдруг он тоже втайне обдумывает план, как сесть мне на шею?

Итак, мужчины. Не знаю, зачем терпела Жервеза этих бездельников подле себя в то время, как была бизнесвумен и у нее водились деньги. По-моему, она прощала им слишком много:

Ни Лантье, ни Купо ни разу не задумались, как тяжело Жервезе, как она вкалывает в поте лица, как она старается изо всех сил иметь свой чистый уютный угол, свою собственную постель. Они с поразительным бесстыдством использовали эту простую французскую бабу, которая и коня на скаку остановит, как говорится, и в горящую избу войдет. Есть в этом произведении и своеобразный принц - Гуже, но его тоже хотелось пристукнуть. Персонаж этот выглядел блеклым, а главное, искусственно введенным в текст повествования. Этакая белая ворона, за которой, вполне возможно, другие, тайные грехи водились.

Самое омерзительное описание Парижа из всех, которые я встречала, поучительная книга о том, к чему приводит чрезмерное злоупотребление алкоголем, захватывающая история распада одной семьи, история падения и крушения всех планов, желаний и надежд. Это было здорово, захватывающе, неповторимо, но в Париж поехать не захотелось.

P.S. Пошла мириться с мужем, вдохновленная примерами благородных английских аристократов, описанных Джейн Остин. Может, не все так плохо на белом свете? Все-таки зима, а с мужем рядышком теплее…

У Золя можно читать всё. Смело браться за любой роман, благо в серии «Ругон-Маккары» их двадцать. «Западня» (L'Assommoir), седьмой по счету, один из самых интересных. Париж середины XIX века выглядит таким же современным городом, как наш. Улица Гут-д'Ор ничем не отличается от всех остальных обычных улиц, а лица жителей будто списаны с соседей по округе. Мастерство Золя - непревзойденно вспороть «жизнь изнутри» со всеми ее мерзостями и пороками на пути полного одичания. Его книги – художественные исследования писателя-экспериментатора, где человеческие и социальные явления взаимосвязаны с генетическими отклонениями и дурной наследственностью.
Любые зарисовки автор любит проводить сквозь аллегории, подкрепляя всевозможными деталями. Вот звучный поцелуй в губы Жервезы и Купо посреди зловонной кучи прачечного белья – первый шаг на пути их постепенного неотвратимого падения… Излишне-ненужное изобилие еды на одном из редких праздников – параллель будущих пустых полок в мрачной каморке под лестницей, где на подоконнике без солнца увядают цветы... Среди всей этой грязи мы видим, как безрадостная жизнь 38-летней Жервезы медленно угасает, миновав все стадии падения и внутреннего разложения. Теперь перед глазами бесцветное небо и жалкое безумие. А еще в книге часто идет снег, промозглый декабрь засыпает остатки немыслимого отчаяния, обглоданного нищетой, залитого сивухой и горькими слезами.

Книга действительно потрясает своей реалистичностью. Очень ярко показан контраст между жизнью рабочих и буржуа. Показан весь ужас жизни шахтеров, которые из поколения в поколение день за днем трудятся под землей не щадя себя, не видя света, во благо отъевшимся богачам. И самое трагичное, что, не смотря на невообразимую душевную стойкость и жажду справедливости, они проиграли эту битву. Проиграли только лишь по тому, что «Компания» обогатилась за их счет на столько, что даже несколько месяцев простоя были им нипочем. Никто (до поры) этот бунт всерьез не воспринял, вероятно, потому, что рабочих и за людей-то не считали: страшные, грязные уродцы, таким самое место под землей, чтобы приличных людей не пугали своим видом. И если для одних жажда справедливости стала смыслом жизни, ради которого они дошли до крайности, до окончательной нищеты, голодали месяцами и приносили в жертву жизни самых близких людей, то для вторых это восстание стало неким развлечением, забавой, интересным приключением, увлекательной экскурсией, но причины конфликта так поняты и не были. Воистину «сытый голодного не разумеет»! Впрочем и в наши дни немногое с тех пор поменялось.