Geschichte für einen Augenblick

К этой книге я примеривался ещё весной, когда решил разнообразить свою библиотеку из отечественных, британских, французских и других авторов рассказами, романами и повестями японских, корейских и китайских писателей.

Прочитав несколько книг, я оставил столько же на потом, чтобы когда-нибудь добраться до всех разом или до каждой по отдельности, перемежая восток западом, севером или югом. И вот сейчас, после романа о молодых американцах перед одним британским детективом Рут Озеки оказалась как раз кстати.

О чём же может быть книга с таким странным названием? О том, как всё сложно и в тоже время очень просто. Так просто, как только может быть вообще. Да, замечательное описание! Прочтешь такую строчку и сразу понятно то, что ничего не понятно. Что к этому добавить, чтобы привлечь внимание и заинтересовать? Боюсь, я могу сказать только то, что это книгу лучше бы прочитать будучи уже не молодым, но и не на склоне лет.

Хотели когда-нибудь жить не в большом, шумном, полном суеты и пыли мегаполисе, а на маленьком острове, о берега которого бьётся океан? Нет, я не о тропическом раю с тёплым, мягким песочком и пальмами, а о гораздо менее заманчивых и даже суровых, но по своему прекрасных широтах у берегов Британской Колумбии на западе Канады, где растут вековые кедры.

Клочок суши, который в стародавние времена взяли, да назвали в честь проливавшего реки крови испанского конкистадора, а потом и вовсе обозвали островом Мёртвых. Ярлык закрепился, но травы и леса по-прежнему зеленели, наполняя жизнью то ли отрезанную, то ли спасённую от цивилизации глушь. Глушь, до которой еле-еле добираются посланные большим миром волны мобильной связи. И уж, если они добираются, все, кому угораздило здесь жить, разом начинают названивать во внешний мир и забивать интернет-канал запросами.

Да, этот островок не лучшее место, чтобы сидеть в Facebook, не говоря уж о просмотре HD видео на YouTube. Зато здесь рай для ботаников, садоводов, экологов и тех, кто хочет жить так, чтобы в любой момент можно было уйти из дома и побродить по лесу, а затем побыть на каменистом пляже, наполняя душу покоем. Именно здесь, покинув бурлящий жизнью Нью Йорк, поселилась, успевшая к тому времени стать известным писателем, американка японского происхождения Рут Озеки со своим мужем Оливером, который горел мечтой воссоздать на острове флору эпохи эоцена.

Двое нашли друг друга и наслаждались мирным течением дней до тех пор, пока Рут не нашла на берегу самое настоящее послание в бутылке. Вот как же всё хорошо начиналось и тут такой ход конём из дурацких пиратских историй! Но не всё так просто, потому что послание было не в бутылке, а в пластиковом пакете для заморозки продуктов и внутри была не карта сокровищ или записка о кораблекрушении, а дневник японской школьницы под обложкой от монументального труда Марселя Пруста «В поисках утраченного времени / la recherche du temps perdu», исписанная от руки французским тетрадь и старые часы с гравировкой из двух иероглифов.

Барахло, которому прямая дорога в мусорку, а оттуда на свалку или послание судьбы? Что, если между автором и читателем может быть протянута невидимая нить непостижимой связи, благодаря которой последний сможет изменить жизнь первого? И как, наконец, человеку прийти в согласие с самим собой, догнать себя в потоке времени, в череде молниеносно сменяющих друг друга мгновений?

О чем я там, с самого начала говорил? Всё сложно и в тоже время до невозможности просто. Как это так? Подождите и мы обязательно во всём разберёмся. Главное — это то, что в этом парадоксе вся книга. Если бы тот же самый пакет на том же берегу нашёл какой-нибудь Джон Доу, ничего бы не случилось. Но вышло так, что нить из далёкой Японии протянулась именно к Рут, которая сначала посчитала находку отвратительным мусором, а затем стала попросту одержимой и учинила самое настоящее расследование.

Каким образом пакет приплыл к острову Мёртвых? А был ли вообще в стране Восходящего Солнца мальчик, то есть, простите, девочка Наоко Ясутани? Жива ли она до сих пор или погибла, сметённая цунами 2011 года? И кому принадлежали часы со странной гравировкой? Вопросов, загадок и тайн становится всё больше и больше, к делу привлекаются местные знатоки и, в конце концов, книга начинается казаться бессвязным, хаотичным нагромождением из маленьких лекций по самым разным областям науки и демагогических рассуждений. Иногда автор улетает так далеко, словно забывает о завязке с находками в пакете и начинает творить какую-то другую книгу. Потом, правда, все возвращается на круги своя, но только для того, чтобы снова улететь в дальние края. Из-за этого не раз и не два кажется, что роман стал жертвой спешной склейки нескольких, никак между собой не связанных, больших и малых черновиков.

Именно так. Стоит только поймать волну, как из хаоса сразу же рождается система, а книга станет не только интересной, но и познавательной. Пусть даже вы и промчитесь галопом по европам, но всё равно узнаете кое-что о круговых течениях и прискорбном факте загрязнения Мирового океана пластиком. Потом автор попросит вас обратить внимание на труды европейских философов о сути времени, жизни и смерти, чтобы сравнить их взгляды с пониманием тех же явлений мастерами дзен-буддизма. Всё? Нет, мы с автором вас ещё помучаем :) И прежде всего проведём нить от буддизма к квантовой запутанности, которая в своё время нашла отражение в знаменитом мысленном эксперименте с котом Шрёдингера.

Теперь уже не кванты, а вы сами запутались? Прекрасно вас понимаю! Давайте тогда перейдём от высоких материй и переднего края физики к мировой истории, чтобы узнать изнанку подготовки Японией из совершенно не готовых к войне мальчишек летящих к гибели пилотов-камикадзе. Из залитого кровью прошлого вернёмся в настоящее к жестоким последствиям катастрофического цунами и аварии на атомной станции Фукусима. И поскольку книга всё-таки не о глобальном и масштабном, а о личном, не побрезгуйте рассказом о том, на какие ухищрения могут пойти японцы, чтобы покончить с собой, после увольнения и как самые обыкновенные японские мальчишки и девчонки превращаются в малолетних садистов, участвуя в коллективной школьной травле неугодного ученика или ученицы.

Да, наворочено здесь столько, что многим наверняка захочется покрутить Озеки пальцем у виска, поморщиться и записать книгу в чёрный список, чтобы не прикасаться к ней никогда и ни за что. Но, если выше я говорил, что за видимостью бардака в этом романе скрывается заслуживающий внимания смысл, да ещё и очень простой, что тогда, чёрт подери, автор хотела донести?

Что происходит с человеком после тридцати? Детство давно уже закончилось. Молодость ушла. Бывшие когда-то полными сил родители одряхлели, а, может быть, и вовсе отправились в мир иной, но, если никакой гром не грянет, до своих седин и своего конца ещё десятки лет. И всё вроде бы хорошо, потому что и жизненный опыт на ус намотали, и работа есть, и семья, но сердце почему-то не на месте.

Что-то не так. Всё вроде бы схвачено, всё так, как надо, но в этом и проблема! Что-то упущено, чего-то не хватает! То ли мелочи какой, то ли чего-то большего. Может быть, вся жизнь до этого дня — это одна сплошная ошибка, с которой срочно надо что-то делать? Но вот что делать, как быть, чего добиваться? Нутром чувствуешь, что всё должно быть проще пареной репы, но где ж тот добрый человек, который понял бы всё без слов и разложил бы на пальцах, как малому дитя?

По паспорту уже тридцатник стукнуло, а то и все сорок или даже полтинник, а чувствуешь себя крохой, которая внезапно осознала себя одной из бесконечного множество мельчайших пылинок в бесконечной и почти непостижимой вселенной. Вот только вселенной уже миллиарды лет и ещё столько же в запасе, а человек в этих масштабах почти ничто. Вчера родился, сегодня попытался жить, а завтра умер, ушел с концами в никуда.

Осознаёшь такое и сразу сжимаешься в комочек, оглядываясь по сторонам в поисках того, кто бы помог, направил и дал сил. И это в лучшем случае, а в худшем сжимаешь голову руками и давишь в себе крик, потому что всё, во что верил, рухнуло, превратив прекрасный мир в кошмарную тюрьму. И надо вроде бы собраться, взять себя в руки, стать взрослым не только по паспорту, но нет сил и никакого смысла нет.

А, когда теряется смысл в жизни, он возникает в смерти. В смерти по своему собственному выбору и от своей собственной руки. Потому что выбора нет и быть не может. Или выбор всё-таки есть? И вместо того, чтобы ставить точку, спасая свою честь, можно, нужно и необходимо найти в себе сил и обрести второе дыхание, чтобы спасти уже не достоинство, а другого человека, готового вот-вот сорваться с края пропасти в бездну небытия. Глупое нытьё, да ещё сваленное в кучу с предрассудками? Может быть, но только не для японцев.

Возможно, я здорово ошибаюсь, но не могу отделаться от мысли, что ставшая одновременно автором и персонажем Рут Озеки написала роман не ради абстрактной идеи, а, чтобы помочь самой себе справиться уже не с вымышленным, а самым настоящим личным кризисом среднего возраста. Не знаю загорелась она такой идеей самостоятельно или ей подарил идею психолог, но так или иначе она справилась со своей хандрой, как может только писатель, превратив диалог с собой в книгу. Книгу, на страницах которой зрелость пытается спасти себя от множества сомнений, вспоминая юность, которая в свою очередь творит самое настоящее чудо, пронзая время, целую сотню лет, чтобы спросить совета у пережившей многое и многих старости.

Да, книга посвящена истории двух семей, разделённых временем и пространством. Они не связаны кровным родством и страдают по причинам, между которыми нет никакой связи. Но, если посмотреть между строк, здесь нет никого и ничего, кроме трёх, дополненных вымыслом, ипостасей родившейся в штате Коннектикут, жившей в Японии, вернувшейся в штаты и посвящённой в 2010 году в буддийский сан самой что ни на есть всамделишной миссис Рут Озеки. Девочка, взрослая женщина и старая монахиня беседуют между собой, учатся у друг друга и черпают силы в своём союзе, чтобы расстаться навсегда, слившись воедино. Потому что, когда верх смотрит вверх, верх — это низ также, как настоящее превращается в будущее, посмотрев в прошлое, а затем и само становится прошлым, посмотрев в будущее. Если что, это не мой выверт, а дополненная мной цитата из книги :)

Какой в итоге получается книга? Совершенно фантастическая, уходящая в магический реализм и в тоже время очень и очень жизненная. Способная взорвать мозг по пути к решению самых что ни на есть банальных проблем, от которые тем не менее страдают миллионы мужчин, женщин и подростков по всему миру. А ещё «Моя рыба будет жить» — это книга, которой смело можно пополнить библиотеку пацифиста, потому что персонажи Рут Озеки даже не протестуют, а восстают против обагряющих планету кровью войн и жестокости, что разрушает жизни, когда вокруг мир.

Самоубийство - это нормально! По крайней мере, я имею право распоряжаться своим телом и своей жизнью! Именно эта особенность японского народа меня всегда привлекала! Японцам повезло, на них не оказывалось влияние авраамических религий. Отсюда и нейтральное отношение к сексу... самоубийствам и т.д.
Стиль повествования мне крайне понравился! Автор шикарно передал переживания девушки! Можно кушать их без десерта и чая! Будешь сытым и довольным.
Гораздо меньше мне понравились "приключения" Рут. Понимаю, что без этого было бы пресно, но местами хотелось пролистать, что бы быстрей вернуться к Нао!
Короче, книга хороша! Познавательных моментов, кроме сюжета, в ней тоже хватает. Чего стоит быт современных японских школьников или отношение японцев к второй мировой войне! Рекомендую.

Рут была писателем, а писатели, уверял Оливер, просто обязаны держать кошек и книги.

Читалась она у меня долго — неделю — почти рекорд.
Истории меня зацепили, вас — не знаю.

А как вы думаете? Японско-канадская сага: на одном маленьком острове, где много устриц и двустворчатых моллюсков писательница (герой автобиографичен) находит дневник японской школьницы Нао, часы и письма японского летчика Мураками.

С тех пор история делится на две с половиной: жизнь писательницы Рут и ее мужа Оливера, который сажает доисторические деревья в канадскую почву, их кота, который воевал с енотами. Эта линия мне больше по душе. Я хочу на этот остров, к океану, домику с камином, книгами уюту. Но тут есть свои минусы и проблемы: от интернета до самореализации.

Жизнь японской школьницы Наоко — как будто фантастическое описание несуществующего мира. Конечно, практически в каждой школе и стране есть издевательства над школьниками, но чтобы так... Читать жутко. Но, именно благодаря классике, а не нон-фикшину я теперь знаю о монахах, японских самоубийцах, отличиях Америки от Японии, войнах, цунами и взрыве на Фукусиме. Невероятно, сколько тем можно затронуть в одной книге под 700 страниц.

Третья полуистория — о бабушке Нао, буддийской монахине, которая поселилась в храме на горе после самоубийства Мураками. Думаете, все так просто? Нет. Он был летчиком-самоубийцей во время Второй Мировой, но не хотел убивать американцев, поэтому направил свой самолет в волны. От него осталось два дневника — явный и тайный - и письма.

Еще тут будут родительско-детские сложные отношения, несколько бурь, много чая, кот Шредингера и много-много размышлений о том, что такое время и как почувствовать его НАО.

Ну и маленький секрет обретения супапавы.

Я вдохновилась, впечатлилась, образовалась, расщепилась на атомы, но не советую
Так что — как хотите.
Но лучше — прочтите.

Время - это не то, что можно растянуть, как жвачку, и смерть не собирается стоять в сторонке и ждать, когда ты закончишь делать, что ты там делаешь, прежде чем прибрать тебя. В том-то и шутка, и она смеется потому, что знает это.

Когда-то, очень давно я путешествовал по Японии и уже благополучно об этом забыл.... И вот уж не думал, что для меня эта книга станет своеобразной машиной времени, даже немного японский вспомнил.... Но не только..... Ведь в романе Озеки читателю открываются два самодостаточных мира, двух героинь, которые, как оказывается в финале, начинают влиять друг на друга... через дневник. Одна его пишет, другая читает. Обе сомневаются в существовании друг друга, но это не мешает их общению. Девушка и женщина, японская школьница и американская писательница. Между ними океан, время, а может они и вовсе из разных миров. Как это возможно? Автор предлагает квантовое объяснение этого парадокса. Впервые читал книгу, автор которой использовал принципы квантовой механики для создания литературного, смыслового и информационного пространства. И этим роман необычен. Не буду вдаваться в принципы квантовой физики, не уверен, что понял все в полной мере. Но обе героини, согласно идее суперпозиции существуют потому, что наблюдают друг друга и сразу во всех точках пространства. Поэтому между ними стирается временная граница. А читатель это наблюдатель номер три, который из своего мира наблюдает, а значит меняет мир двух героинь книги тоже (ну как то так). И это, согласно теории множественности миров, делает повествование романа постоянно меняющимся. Каждый новый абзац рождает новый мир и бесконечное число его альтернатив. Вот так квантовой теория просочилась из чистой физики в область информационных и гуманитарных отношений. Может быть (это ирония конечно) пройдёт немного времени и классическую литературу сменит квантовая литература)). Может даже так будет называться предмет в школе)))....
Я заметил, что само чтение этой книги, было похоже на медитацию под японской сакурой, неторопливым, как бы замедляющим время. Я и сейчас не ощущаю, что долго читал эту книгу (а читал я её медленно, более месяца, чтобы моё время совпало со временем героинь), иногда открывая её для равновесия, параллельно читая что-то ещё. Но и теперь когда повествование закончилось и "Моя рыба будет жить" остаётся чувство сопричастности к этим мирам, ведь я стал их наблюдателем, а согласно квантовой механики их существование зависит и от меня.....

Книга совершенно потрясающая, в которую ныряешь с головой. Про такие книги сложно писать рецензии. Слишком много вопросов внутри тебя они поднимают, и вопросы, на которые не получится ответить быстро.

Книга очень-очень нужна подросткам, которые задумываются про смысл жизни, которые не понимают, зачем живут, я жалею, что ее не прочла и не дала дочке три года назад. Это одно из "течений" в книге, а таких вопросов Рут поднимает очень немало.

В общем, рекомендую практически всем, это не хорошая подростковая литература, а гораздо глубже.

Новогодний флешмоб подарил мне столько потрясающих книг, на сколько я и рассчитывать не могла. И книга Рут Озеки "Моя рыба будет жить" хоть и была прочитала мной несколько месяцев назад, но не отпускает до сих пор. Стоило мне начать и не получилось выпустить книгу из рук, пока не была перевернута последняя страница. И книга эта больше всего лично меня зацепила не рассуждениями о времени и каким-то философским подтекстом, но именно земными проблемами главных героев.
Нао - школьница на грани самоубийства. Именно ее дневник попадает в руки писательнице Рут, что живет на отдаленном острове. Читая ее записи, Рут открывает ля себя все нелицеприятные подробности школьной жизни в Японии. Еще до того, как начать саму книгу, читала рецензии, где писали, что дескать такого ужаса в школах твориться не может, куда смотрят учителя, как-то все это слишком. Но увы, в Японии издевательства в школах - это национальная проблема, с которой никак не могут справиться. Находила недавно статью. что в начальной школе стали делать стеклянные стены в классах в надежде, что если ученики будут понимать, что их увидят, то они не будут издеваться. Есть прекрасный фильм "Признания", в котором в несколько преувеличенной форме, но тоже раскрывается эта проблема. Ученик не подходит под стандарты красоты, слишком беден, только переехал - с очень высокой вероятностью над ним будут издеваться. Продажа поношенного белья, свидания за деньги, секс за деньги - это все имеет место быть, к сожалению. Процент самоубийств в Азии всегда был огромен. Другой менталитет, другое мировоззрение. Самоубийство - не грех, это способ спасти себя и семью от позора. И эта сторона культуры также прекрасно раскрывается в книге.

Я давно и нежно люблю японских авторов, у них неповторимый стиль, другой менталитет сквозит в каждой книге, в каждой строчке, даже если человек давно уже уехал из Японии. Но только в этой книге на данный момент я нашла четкое, подробное и пугающее описание именно этой стороны жизни. Мост самоубийц в Сеуле, на котором сейчас размещаются поддерживающие надписи, утес самоубийц в Пусане, где стоит памятник матери - чтобы самоубийца подумал о том, какую боль причиняет родным, лес самоубийц в Японии - все это часть культуры, которая складывалась веками.

Действительно тяжелая книга не только про сплетение времени и связь людей, через время и пространство, но и про преодоление, про непонимание, про ситуации, когда, кажется, выход один. Про то, как погружаясь в описание чужой жизни, задумываешься о своей. Про то, что часто за поступками людей скрывается совсем не то, что кажется на первый взгляд. Про то, что люди намного глубже, чем кажется.
Про то, что порой нужно просто поговорить, выговориться, выразить себя.

Но не без ложки дегтя. Я была готова к любому концу книги, к любой развязке, но не к тому, как решила закончить книгу автор. Честно, последние страниц тридцать мне хотелось вырвать и сжечь. Поэтому 4/5

Эта книга для меня состоит из трёх неравнозначных частей.
История Наоко производит сильное впечатление. Написано таким слогом, что веришь в то, что читаешь записи 16-летней школьницы. Жалко саму девушку, которой пришлось столкнуться со столькими трудностями и жестокостями со стороны одноклассников. И эта ситуация в школе производит очень удручающее впечатление.
Отдельно стоить сказать о родителях. И здесь у меня настолько противоречивые мысли. С одной стороны это ужасно, что Нао оказалась в тот момент никому не нужна, что родители были заняты своими проблемами, а то, что происходит с дочерью почти не замечали, а когда замечали, то были далеки от понимания того, что надо делать.
Но всё-таки не могу сказать, что абсолютно не понимаю их. Если рассмотреть ситуацию не с точки зрения Наоко, то проблемы её родителей также воспринимаются очень серьёзными. И все эти межличностные кризисы умноженные на адаптацию к жизни в Японии очень сложно преодолеть. Но ведь о ребёнке-то забывать не надо. И несколько удивило то, что когда в конце Наоко с отцом нашли общий язык, то о матери не сказано вообще не слово.
Дзико - очень интересный персонаж. Именно она помогла в какой-то степени Наоко. И атмосфера буддийского храма впечатляет.
Повествование от лица Рут вообще в целом ни о чём. Сама героиня какая-то ограниченная. И вот занимается литературной деятельностью. Ну что же, если воспринимать как типичный образ, некоторых современных писателей, то почему бы и нет. Но я не понимаю, как Рут изначально не поняла, что прошло слишком много времени после событий, описанных в дневнике Нао? Да и если Рут был так интересен дневник, что же она его так медленно читала. По-моему, вполне логично сначала прочитать всё, а потом уже делать какие-то выводы и предположения. Да и неужели Рут не понимала на самом деле, почему Дзико молчала о том, что случилось Харуки? Это чем надо думать, чтобы такого не понимать?
А вот третья часть, связанная с квантовой физикой, вообще ни к чему. К чему подобные объяснения? К чему к такой сложной и трагической истории Наоко приплетать научные объяснения. Мне кажется, что и без него история логично завершается так, как она описана в дневнике.