В ожидании Годо. Пьесы

Как полезно бывает перечесть пьесу. Шесть лет назад она безмуно сильно на меня повлияла, запутала меня и почти стала любимой. А теперь!
Всё время думаю, как бы она выглядела на сцене, как бы это всё работало. Работало ли?

Свобода как отказ от поисков смысла, причин и целей.
И Стекольщик здесь как зеркало Виктора - ищет обоснования, оправдания, причны, мотивы... Я недавно услышал в эфире Оперного клуба:
"- Я, честно признаться, люблю старорежимного Моцарта.

• Почему? Объяснитесь. Легко сказать люблю/не люблю. Но каждая позиция должна быть обоснована"

Стекольщик. Но почему именно стекольщик, а не другая работа? Зритель - это зритель. Жак - это Жак. Отец - и тут всё ясно. Но почему Стекольщик, а не, скажем, Водопроводчик? Как должен был выглядеть тот на сцене, как говорить?

Ведь почти весь литературно продвинутый театр первых послевоенных лет на материальном уровне - декорации, костюмы, мебель, задники, освещение, манера игры - был страшно старомоден, излишне, на современный глаз, подробен.

Тогдашний Стекольщик не оставлял бы вопросов.

Действие фильма "Триумф" режиссёра Эммануэля Курколя разворачивается вокруг этой пьесы Беккета: как незадачливый актёр решил перевоспитать заключённых с помощью Беккета и что из этого вышло.
В одной из сцен фильма, обращаясь к зрительному залу, герой произносит:
Но на этом месте, в этот момент, человечество – это мы, нравится нам это или нет.
И в пустой зимней электричке на перегоне Жеребцово - Сокур, и в маленьком домике, и там, где бываю один я часто думаю, что человечество здесь и сейчас - это я.
Вот уже 5 лет я живу в ожидании Годо, не хочу брать ответственность, хочу вспоминать о былых славных временах, а сейчас... Сейчас когда-нибудь придёт Годо и тогда - я спасён, а то в компании Поццо и Лаки находиться не слишком приятно.
Но Годо не приходит. А я продолжаю ждать.
И придумываю всякие глупости в его ожидании.

Например, пишу рецензии, ха

Абсурдизм – это одно из самых увлекательных и интересных направлений современного театра. Название этого течения происходит от лат. absurdum – нелепость, бессмыслица. «Абсурдизм» и «Театр Абсурда» впервые как термины были введены американским критиком Мартином Эсслином для обозначения этого особого жанра, особой драмы, которая предлагает экзистенциальный взгляд на внешний мир, заставляет задуматься о смысле существования в мире, где нет никакого порядка, никакой осмысленности, где нет даже самого мира как такового.
Многие критики считают истоками Театра Абсурда и самыми первыми примерами гротескные пьесы Альфреда Жарри «Король Убю», «Убю на холме» и «Укрощенный Убю». Так же предпосылки к абсурдному многие критики усматривают и в пьесах Шекспира, особенно в связи с влиянием комедии дель арте (Commedia dell'arte).

Однако для становления этого жанра людям нужно было пережить социальные потрясения первой половины 20 века, чтобы темы экзистенциального одиночества, смысла жизни, смерти и отчужденности проявились в полной мере.
Так, современный Театр Абсурда возник во Франции после Второй мировой войны, хотя одними из самых ярких представителей жанра стали ирландец Сэмюэль Беккет и румын Эжен Ионеско, писавшие пьесы на французском языке. Так как для обоих авторов французский – это не родной язык, то многие сочли бы это настоящим препятствием в изложении мысли. Однако Жан-Поль Сартр заметил, что только человек, для которого этот язык чужой, может рассматривать и анализировать его конструкции отстраненно, складывать и сочетать несочетаемое, чтобы довести лексические построения до абсурда. Именно в этом жанре лексика и язык служат не средством достижение понимания, а наоборот, препятствием в общении. Абсурдные конструкции не только не облегчают понимание, но и усложняют его, пряча глубокий экзистенциальный смысл за бессмысленностью реплик героев.

Для лучшего понимания Театра Абсурда, стоит выделить три основные составляющие пьес данного направления:

• Как правило, пьеса лишена линейного и понятного сюжета. Вместо него обычно используются яркие и ключевые образы, состояние которых влияет на отношение публики к происходящему.

• В центре внимания находятся не столько главные персонажи, сколько непостижимость всего мира, одиночество и попытки найти смысл, упорядочить иррациональное происходящее.

• Язык пьесы выступает как препятствие общению, а не средство взаимопонимания. Таким образом, герой становится еще более изолированным и отчужденным, а речь – бесполезной.

Впервые о новом жанре громко заговорили после парижских премьер «Лысой певицы» Ионеско и «В ожидании Годо» Беккета. Характерно то, что в «Певице» сама она так и не появляется, а вместо этого на сцене находятся две пары, диалоги между которыми наполнены клише и бессмысленностью. В пьесе «В ожидании Годо» такой персонаж как «Годо» так же не появляется от начала и до конца, чем отчасти оправдывает название произведения.
Пьеса в Театре Абсурда создает свою особую среду, в которую погружаются герои и оказываются заброшенными и одинокими. Их скитания напоминают бессмысленную клоунаду, а ожидание – отчаяние, потому что они не знают, что еще делать. Часто герои держатся парами, но не потому, что им вместе хочется быть, а от страха перед одиночеством в огромном и непонятном мире. Так «В ожидании Годо» вечно странствуют двое бродяг Эстрагон и Владимир, в ожидании Годо. Не менее яркая пара – это Поццо и Лаки, которые обречены на болезненную и бессмысленную связь. Ролан Барт о монологе Лаки сказал, что он оставляет «головокружительное ощущение разладившейся системы», не это ли высшая похвала для языка пьесы Театра Абсурда.

С точки зрения структуры «Годо» - это классическая цикличная двухактовая пьеса, которая начинается с того, что двое бродяг на дороге ждут кого-то по имени Годо, и заканчивается точно так же. Владимир и Эстрагон на протяжении двух актов ожидают Годо. Они повторяют одни и те же реплики, затрагивают одни и те же темы, производят одинаковые действия. Зритель понимает, что эти двое могут прождать вечность, а Годо может, как прийти, так и не появится вовсе.

Достаточно скудные декорации пьесы, проселочная дорога и старое дерево практически без листьев, ограниченное количество персонажей – все это создает свой собственный изолированный мир, в котором скитания героев бессмысленны, а ожидание бесконечно. Эта пьеса призывает зрителей откинуть логические суждение и старые принципы, чтобы попытаться найти смысл, который нельзя постичь.

Таким образом, эта пьеса структурирована так, что зритель находится в том же положении, что и Эстрагон с Владимиром. Публика не знает, придет ли Годо, кто это, существует ли он. «В ожидании Годо» призывает нас принять бессмысленность жизни, как и любая из пьес Тетра Абсурда.
Однако повергнуть зрителя в глубокую депрессию – не основная цель данного направления. Абсурдизм пытается приблизить нас к осознанию жизни, к осознанию отсутствия вселенского смысла.

Основой пьесы является тема выдержки, попытки дожить до завтрашнего дня, чтобы снова погрузиться в ожидание.
Двое бродяг бесконечно разговаривают о своем прошлом, о своих отношениях, которые ни одному из них не нравятся. Но их расставание невозможно именно из-за неудовлетворенности и неуверенности, пока они ожидают Годо, пока они ищут смысл своего существования. Каждый из них хочет этого и одновременно испытывает ужас остаться покинутым в этом мире. Эстрагон и Владимир даже рассматривают самоубийство как способ избавления, способ выйти из этого замкнутого круга.

Еще одна пара, которая находится в плену своей связи и бессмысленности окружающего мира – Поццо и Лаки. Эти отношения раба и хозяина диктуют им готовые модели жизни, готовый смысл и место внутри этого незнакомого мира. Таким образом, каждый из них остается заложником другого, а отказ от этих ролей равен признанию бессмысленности их жизней. Они находятся в этой нездоровой связке для того, чтобы не испытывать экзистенциальный ужас существования, не задавать себе слишком сложных вопросов, потому что ответов на них не существует.

Сэмюэль Беккет переосмысливает театральное искусство, говоря о том, что оно не должно дублировать реальность. Ведь любая попытка воспроизведения реального мира – это всего лишь ограниченный взгляд на происходящее, воспроизведение какой-то малой части жизни. Беккет стремился к тому, чтобы добиться желаемого эффекта путем создания подходящей атмосферы. Этим он пытался достичь «тотальности» и глубинного восприятия зрителем основной идеи, а не логической и наглядной демонстрацией.

Само представление Беккета об этой философии лучше всего отвечает на вопрос, как мы должны воспринимать наше существование: «Нет ничего более реального, чем Ничто».
Беккет особое внимание уделяет значению времени. Это ощущается в самой теме бесконечного ожидания, когда главные герои кажутся подвешенными в пространстве, которое никак не изменяется. И в теме поиска занятий, чтобы провести время, пока придет Годо. Так же особенное отношение ко времени проявляется в лексике этой пьесы.
Беккет говорит нам, что мы проводим время, ожидая смысла, который спас бы нас — спас от боли, уродства, пустоты существования. Возможно, что смысл — Бог, но мы не знаем Его. Таким образом, наша жизнь — постоянное ожидание, всегда по существу одно, до тех пор, пока само время не теряет значение или реальность.

Во многом похожие на героев, мы застряли в мире, где наши действия определяют существование. Мы можем искать ответы или смысл жизни, но, скорее всего, мы их не найдем. Так же, как Годо никогда не придет, чтобы закончить ожидание Эстрагона и Владимира.

Первоначально пьеса вызывала у зрителей озлобленность и раздражение. Английская версия, переведенная, как и почти все произведения Беккета, самим автором, появилась в Лондоне в 1955 году. И хотя публика и критики отзывались о ней холодно, очень скоро «В ожидании Годо» признали самой революционной и значимой пьесой ХХ века.

Самые значимые произведения

Прослушал аудио-вариант "самой значимой пьесы 20-го столетия на английском языке". Понравилось? Да. Назвал бы я ее самой чего-бы-там-ни-было? Ни в коем случае! Аналогичное отношение у меня сформировалось и ко всевозможным спискам - "десять самых выдающихся...", "сто произведений, которые каждый обязан..." и т.д. - включая списки номинантов на литературные премии.

Я не изучаю ни театр, ни литературу, я даже не знаток и не продвинутый любитель. Я могу понять почему так важны "Черный квадрат" Малевича или 4'33" Кейджа, но я не могу ими любоваться или слушать на досуге :) Все что мне надо - это сюжет, характеры, идеи, переживания, а не широкое поле для интерпретации лаконичных вбросов автора. Вот почему мне гораздо больше по душе Tom Stoppard, "Rosencrantz and Guildenstern Are Dead" , хотя я подозреваю, что здесь не обошлось без влияния героев Беккета, Владимира и Эстрагона.

Еще один пример - т. н. "список Бродского" - литература, которую необходимо прочитать, "просто чтобы с вами было о чем разговаривать". Мне этот список представляется своего рода Сопроматом и Термехом для гуманитариев - ориентироваться необходимо если ты профессионал :)

P.S. Теперь я думаю, что "В ожидании Годо" надо не читать, а смотреть в театре!

Диди и Гого,Эстрагон и Владимир,где вы?
Вне времени и пространства,застрявшие,как бы привинченные к одному месту, вы в ожидании старика Годо.А старик ли он?Человек ли он?Возможно,он ваша Смерть ?А может Бог?Каждый истолковывает по своему,но одно ясно точно Годо - это спасение,это спаситель.Вас интересует:чего? Их бессмысленного существования,существования в этом абсурдном хаотичном мире.
Это ощущение,неистовое желание найти хоть какой то смысл ,даже в твоем приходе.Годо Годо.А появишься ли ты?А стоит ли ждать?

Эстрагон- Когда ждешь, ничего не происходит.
Ничего не происходит, никто не приходит, никто не уходит — ужасно.

И вот уже ожидание становиться неистово тяжелым ,а что поделаешь.Всегда есть ботинки,которые жмут.
И благо есть дерево на котором можно повеситься,была бы веревка.

В- Пошли отсюда?
Э - Пошли.

оба не двигаются с места

Пьеса однозначно понравилась.

Сэмюэль Беккет. Театр абсурда. Книга соткана из одной большой аллегории - главные герои Владимир и Эстрагон ждут Годо, с им связывают свои мечты, желания, но он так и не приходит. Герои пьесы поддерживают в друг друге надежду: они каждый раз останавливают другого, если кто-то из них начинает сомневаться в приходе Годо, либо просто забывает об этом.

• Давай махнем на него рукой?
• Нельзя... Мы не можем идти, мы ждем Годо.

Беспросветный мир? Да, если вы сами делаете такой выбор.
Эзотерическая книга. Многие из нас продолжают топтаться под этим деревом, изо дня в день, из года в год, из жизни в жизнь, - кому как нравится. И ждать, ждать, ждать...
Ждать кого, - Годо? Что с его приходом мы будем счастливы, всё встанет на свои места, а до этой поры ничто не может заполнить наш вакуум. Для нас всё одинаково ничтожно, даже преображение мёртвого сухого ствола в покрывшееся зелёными листочками живое дерево нас не трогает. А Годо никогда не придёт к нам. Больно мы ему такие сдались. Так что не надо иллюзий. Надо уметь жить без Годо. Самим. И тогда, быть может, дорога когда-нибудь сама нас выведет к нему. Потому что это он нас ждёт, а мы никак не двигаемся с места.

Интерес с Беккету появился несколько лет назад после моноспектакля Александра Калягина «Последняя запись Крэппа" в театре Et-Cetera. Смотреть Беккета было легче, чем читать. В театре тебе всё "разжевали", акценты расставили. Тот же Ижэн Ионеско с его "Король умирает" в постановке драматического театра пришёлся по душе. Но чтение абсурдных пьес Беккета оказалось делом сложным. Пробираясь сквозь раздражение, постигала суть прочитанного. Бродяги , застрявшие в пространстве безвременья и ждущие Годо, который придёт и решит всех их проблемы. "Ничего не происходит, никто не приходит, никто не уходит, ужасно!". Главное самим ничего не делать, просто ждать. А жизнь то проходит, а они всё ждут "Godo” Годо ("God" по английски Бог). Помните анекдот о просящем у Бога выигрыша в лотерею : "...да пусть он хотя бы лотерейный билет купит!". А ещё мне кажется Беккет озвучил мысль, что мы одиноки во вселенной, никто не придёт и не решит наши проблемы, ни сделает этот мир лучше, ни накажет зло, ни воздаст за добро. Всё сами!
Пьесу оценила только когда после первого прочтения тут же начала читать второй раз. Получилось как в шутке про парусник , который все на картине видят, а ты нет. О, теперь увидела!

Мой вывод: при чтении абсурда ты получаешь удовольствие ни от чтения и текста, а от мысли которая в нём заложена..И удовольствие когда ты её нашёл. Не исключено, что и на спектакль схожу.

Беккетівщина! Красота, нічого не скажеш. Прикольно було постфактум почитати про тлумачення «В ожидании Годо». Іспісалі тонни бумаги, а висновок з цієї гори навколонаукової макулатури можна зробити один: не лізь інтепретувати автора. Треба або вивчати автора, як прискіпливий біограф чи навіть домашній психіатр, вишукувати в ньому невисловлені бажання і комплекси, або займатися літературною статистикою – підраховувати кількість слів і фіксувати авторські улюблені образи, або – що продуктивніше – ділитися власними суб'єктивними враження від твору. Цим ми і займаємося на буквормі. А то напишуть кандидатську про те, що під Годо Беккет, звісно, мав на увазі Бога (God), а потім сам Беккет втомлено каже – та який Бог? Я писав п'єсу французькою, чого б це я викручував англійське слово.

На прикладе Беккета стає зрозуміліше, що таке творчість взагалі. Це коли ти пишеш так і те, що і як тобі на думку спадає. Інколи, звісно, у влучний, як тобі здається момент, вставляючи свідомо певні ідейні речі. Але марно шукати, де саме ідеї, а де просто автору захотілося пошаліть. Інша справа – поділитися, де саме ТИ побачив якусь глибоку ідею, про яку автор, скоріше за все, і не здогадувався. Книжка – це не філософська робота, чорт забирай. Це запрошення подумати і попереживати.