В ожидании Годо. Пьесы

СЭМЮЭЛЬ БЕККЕТ. В ОЖИДАНИИ ГОДО
"Ниточка дней все не кончается,
Мы бусы на ней, мы бьемся как рыбы в стекло..."

Если бы Годо не было, его стоило бы выдумать. Такой вот каламбур получился.
Действительно, все вопросы сводятся к нему и их три: Кто он, придет - не придет и в конце концов существует ли вообще. Можно как угодно отвечать на эти вопросы и все ответы будут одновременно и верными и лживыми. Но есть маленькая ловушка в третьем из них, даже «нет» там будет означать «да». Если ты включился в эту игру, то какой бы абсурдной она ни была, ты вынужден соблюдать ее правила. А они таковы: если ты говоришь «нет», значит принимаешь «базовый выход из абсурдности», а те кто его принял рецензий уже не пишут.

Так что говорите «да», друзья. В любом случае это хорошее слово!

Одну из своих самых ранних рецензий я написал на пьесу Беккета «В ожидании Годо». Было увлекательно разгадывать загадку о том, кто же такой Годо и почему его так ждут, а он все откладывает свой приход или вовсе не существует.
Но в данном произведении уже никого не ждут. Играется последний акт в драме жизни. Произошел конец света.
Какие дела могут занять человека после конца света. Ведь делать уже нечего, все закончилось или даже обнулено. В пьесе всего 4 персонажа. Квартет состоит из двух калек, сидящих в больших мусорных урнах - родители одного из главных героев, который сам инвалид в кресле. И только четвертый все еще двигается и оказывает помощь остальным. Пребывания на месте, без активности, в пьесе уже становится символом конца. Всё, двигаться некуда.
Итак, наступил апокалипсис и есть спасенные. Беккет в своем абсурдистском стиле создает этакий образ вечности. Один из героев по имени Хамм ведет монолог и, и переходит в диалог с Кловом, в которых можно встретить интересные размышления и заметки. Герои пытаются поддержать огонек жизни от трения друг с другом, и отчасти это получается.
Вот она вожделенная для многих вечность. Оказывается, это не фантастические миры, а повторение ежедневной пьесы все с теми же персонажами, и в то же время желание ее завершить, воспоминания и построение планов, постоянное воспроизведение игровых словесных партий, заканчивающиеся эндшпилем.
И тут автор подает нам примечательное наблюдение, что Ад и Рай заключаются в других, в отношениях с этими другими, которые даже могут в действительности не существовать, а быть лишь частью самого себя. Для Беккета человек не монолитное целое, а композиция из многих перенятых и, в том числе, созданных в уме образов, воззрений, мыслей, желаний и т.д.
Собственно, от трения с этими Другими и можно получить райское тепло или «гореть» в адском костре.
По Беккету мы сами все выдумываем и создаем для себя, мир по отношению к нам является достаточно безразличным. И даже когда внешние обстоятельства меняются, во внутреннем пространстве всякий ум имеет свой Рай и свой Ад, и даже конец света не меняет такой порядок вещей.
И как тут не вспомнить евангельское: по вере вашей да будет вам.
Пьеса ставится в театрах по сей день и однажды экранизирована.

Клов для Хамма не только глаза в мир и движение, но и эмоциональная подпитка.
Мне видеться, что для Клова эти отношения обременения и долга. Возможно единство их в том, что у них общее одиночество. Нуждаются друг в друге. На мой взгляд, со стороны Клова прослеживается протест пусть даже хилое, но сопротивление.
Мусорные ящики, мне думается это метафора на родителей или прошлое, которое старательно выброшено на свалку и там умирает. Пустота, которая заполняет все пространство, как безысходность. Получается, что все закончилось изначально, только они сами удерживали себя и цеплялись друг за друга
Почему Клов в конце пьесы уходит? Если отношения абсурдные, то и надо привести их в пик абсурдности. Получается для него конец игры в очередном уходе за дверь, через определенный отрезок времени он возвращается и все повторяется.