Полное собрание сочинений Кнута Гамсуна (в пяти томах)

Роман очень давно привлек мое внимание, но я все не решалась за него взяться. Знала, что чтение будет непростым.

● Главный герой пытается заработать на жизнь писательством, но это у него не слишком получается. Он перебивается от кроны до кроны, голодает и бродит по городу, стараясь нацарапать на бумаге хоть строчку.
Героя бросает из стороны в сторону - он то жалеет себя, то проклинает, то молит Бога, то отрекается от него. Бросается на прохожих, идет на сделки совестью, затем горько в этом расскаивается. И думает, думает, думает о еде.

● Мне жутко не хватало предыистории. Хотелось увидеть героя в его лучшие времена, а они несомненно были - герой не единожды об это вскользь упоминает.

По этой причине отношение к герою сложилось двойственное. С одной стороны жаль человека, что испытывает подобные страдания во имя своих литературных идей. С другой стороны дикие выходки героя ставили меня в тупик - врун, хвастун и безумец, срывающийся на всех и вся. Это его поведение вызвано муками голода, бедственным положением, в котором он оказался? Или же и до всех этих страданий он был таким человеком? И, признаюсь честно, безумно люблю тему падения в литературе /по классовой лестнице, морального, грехопадения/. Поэтому мне было бы интересно проследить весь этот путь героя до холодного чердака. Финал открытый, оставляет читателя гадать, удастся ли герою изменить свою жизнь .

● Уже позже узнала, что роман автобиографичен. В жизни писателя тоже был такой период, когда он писал для газет небольшие заметки, которые не слишком покупались. Кнут Гамсун в прямом смысле бедствовал, пока не нанялся матросом на судно и не отплыл в Америку. Открытость финала романа становится более понятной.

● Еще понятнее стал выбор репродукции для издания - автопортрет Эдварда Мунка (Автопортрет. Ночной странник, 1924). Сначала подумала, что только из-за жуткого вида мужчины на портрете - изможденный вид, черные провалы вместо глаз. Лично у меня картина вызывает лишь одно чувство - тревожность/гораздо больше, чем знаменитый "Крик"/. Потом вспомнила, что Эдвард Мунк - соотечественник Кнута Гамсуна. А позже, когда узнала, что роман автобиографичен, практически захлопала в ладоши - обе работы отражают создателей.

С прозой Гамсуна еще обязательно встретимся. В планах, как минимум, еще Трилогия об Августе.

Голодная душа

Книгу мне посоветовала jeff по флэшмобу "Трижды три". Мой запрос был: "Книга о том, как человек выбирается из внутренней тюрьмы".

Клянусь, до трех последних страниц было непонятно, каким образом это произойдет. Концовка с отплытием на корабле напомнила один из моих любимых фильмов - "Дом, который построил Свифт", где герой Абдулова спасается в конце точно так же: "Не томись, замахнись поскорей по канату, тебе выпал единственный шанс - и считай, что другого не будет!" (Юлий Ким)
Так о чем бишь я.
Уже отплывая, герой "Голода" (мы так и не узнаем, как его звали, и, на мой взгляд, это символично) оборачивается, чтобы попрощаться с городком Христианией, по которому скитался, по меньшей мере, несколько месяцев, кое-как перебиваясь статьями и добротой случайных людей. Когда вдохновения не случалось, а добрые люди гнали его взашей, герой, собственно, страдал от голода, что описано в книге очень живо, и пытался раздобыть денег нелитературными способами. Как правило, это означало одно: он отправлялся к ростовщику и что-нибудь закладывал. Но, как говорил Матроскин, чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет. Поскольку основной скарб героя перекочевал в ростовщический подвал еще до начала повествования, в конце книги он уже пытается вручить ростовщику срезанные пуговицы от пальто и одолженное у друга зеленое одеяло. В самом начале идея с одеялом, впрочем, тоже приходит герою в голову, но тогда совесть еще держит в узде его основной инстинкт.

Вообще, не вдаваясь в подробности, можно сказать, что в книге 5 основных действующих сил:

• голод;
• совесть;
• гордость;
• надежда;
• радость бытия.

Надежда героя носит идеалистический характер, это не просто надежда раздобыть себе хлеб насущный. Если героя настигает вдохновение, он тут же планирует сочинить всё, что угодно, - от разгромного философского трактата в 3 частях до пьесы из средневековой жизни. Его мысли пылают, перо дрожит, кажется, все ему удастся, но вскоре вдохновение практически неизменно идет на спад и герой разрывает рукопись (либо и вовсе не приступает к исполнению задумки), оставаясь тем самым у разбитого корыта. В "Голоде" много описаний писательских мук, но единственное удачное литературное начинание героя - некий трактат, написанный под влиянием момента, за который ему все-таки заплатили 10 крон. Остальные деньги перепадают ему от разных людей, пораженных его нищетой, - девушки, редактора, случайно встреченного знакомого. Читатель начинает ворчать: "устройся на другую работу, дурень" - герой пытается, но якобы из-за его непрезентабельной одежды, хилого телосложения и общей рассеянности его никуда не берут. По моему же скромному мнению, ему этого особо и не надо.

Удивительно, что, живя в таких, мягко говоря, стесненных условиях, герой искренне радуется жизни. Он встает утром в чердачной комнатенке, оклеенной старыми газетами, с ноющим от голода желудком, и задается вопросом:

Ей-ей, действительно так. Всю книгу, когда голод не затмевает рассудок, герой непосредственно, как ребенок, радуется жизни - солнышку, птичкам, прохожим, свежему ветерку. Наверное, это самая располагающая черта его личности. Поистине, начинаешь думать о том, насколько оправданно было бы променять такую непосредственность, неприкаянность и радость бытия на кусок хлеба на столе и стабильные серые будни. Для героя этой дилеммы, впрочем, не стоит. Почему-то мне кажется, устройся он таки счетоводом или солдатом, как пытался, его выгнали бы с работы в ближайшие же дни - или сам бы сбежал.

Вот такой у нас герой - житель замка в облаках, которого волны эмоций то поднимают к небу, то низвергают в бездну. Как справедливо отметили в одной из рецензий, у него психология семилетнего ребенка. Накладываем такую психологию на практичное капиталистическое общество и получаем то, что получаем, - книгу "Голод", герой которой больше смерти боится чего? Ареста. Полиции. Потери свободы.

Причем кроется за всем этим кое-что очень важное. На протяжении книги мне неоднократно казалось, что я читаю не о сугубо инфантильном и непрактичном человеке, но о голой человеческой душе, которая, как известно, не стареет, но, запертая в золотую клетку, хиреет и погибает. Здесь этой клетки нет, душа всецело свободна, нет у нее привязи - но нет и опоры. Душа не умеет ничего делать - делают все мозги и руки - а она просто поет, как птичка, когда может, когда озаряет ее божественным светом, дышит радостной искренностью, излучает непосредственность, не оглядываясь на мнение других людей.
Раз за разом, по мере чтения, мы убеждаемся снова - в таком виде она никому не нужна. Чувствуешь бессильное возмущение, вновь и вновь читая о том, как человеку, который объективно изможден так, что чуть не падает с ног, вновь и вновь спокойно отказывают в куске хлеба или маленькой монетке:

Есть, по счастью, среди героев несколько исключений, и самое яркое из них - девушка, которую герой зовет выдуманным именем Илаяли (характерно, что они обмениваются именами, но имен в тексте нет), - она влюбляется в него, несмотря на его изможденный вид и отрепье, в которое он одет, - за последнюю радость, горящую в гаснущих глазах, за трескотню веселой речи, на которую герой расходует последние силы. Но и эта девушка в конце удаляется с неизвестным господином, на прощание послав герою 10 крон. А когда он собирается, умирая от голода, просить денег у пастора, он узнает, что пастора нет дома, он уехал.

Так что ничего нашему герою не остается, кроме как отплыть из добродетельной Христиании. Впереди его ждет океан и, смею надеяться, много всего чудесного - потому что он в принципе не способен привязаться ни к чему, что этого чудесного может лишить. Да, он, конечно, может погибнуть - но, в конце концов, это не самое страшное.
Такая вот мрачная сказка-аллегория - поначалу не въезжаешь, потом затягивает. Теперь, думаю, надолго запомню.

P.S. А вообще странно рассуждать о голоде, наевшись в процессе написания сего опуса спелых слив.

Герой просыпался в поту, от голода
кусал губы, его трепала жесткая лихорадка. Находясь в полу-бреде он даже оторвал карман от куртки и начал жевать его, разговаривая сам с собой. Это состояние - Достоевщина.

"У меня было такое чувство, что жизнь почти покинула меня. Но это было мне, в сущности, безразлично, это нисколько меня не беспокоило."

За 220 страниц персонаж никак не раскрывается, но отлично передано состояние полу-безумия и голода.
Не могу сказать, что не понравилось, но и восторга нету. Читал два дня.
Финал, признаться, разочаровал, я не люблю открытые концовки.
Если бы на грани помешательства от голода персонаж устроил поножовщину, было бы интереснее, гм.

Но прочитать всё же стоит!

Эта история, она, она не как глоток воздуха, наоборот, как нечто душащее и сводящее с ума. Говорят, что путь человека проложен через тернии. Но не такие, но не настолько.… И ничего с этим нельзя поделать. Это уже не первая книга у автора, которую я читала, и если в «Виктории» сквозит отчаянное желание любви, желание быть всем для другого человека, то здесь, здесь отчаянное желание выжить. Настолько отчаянное, что сжимаешь руки до боли, кусаешь губы до крови, чтобы не закричать. Не закричать от обречённости, от невыносимого чувства бессмысленности.

Говорят, чтобы стать успешным человеком, нужно подняться из клоаки. И это правда, многие известные люди, начинали с борьбы за кусок хлеба. Одним из таких примеров был Клод Моне. И это действительно ужасно – жить одним лишь желанием внести в мир прекрасное и незабываемое искусство. И это тяжело, жить фактически на улице, с любимой и ребёнком. Жизнь ли это? Это зависит от того, принимает ли свою участь человек, или нет. Но не молодость, не здоровье – ничто не гарантирует человеку пропитание. И здесь, это уже агония человека, приговорённого к смерти. У него нет выхода, нет возможности выбраться из того омута, в который он попал. А ведь он может, он может всё, у него есть руки, ноги, здоровье, он талантлив. Но только никому это не нужно, ни у кого нет жалости, все двери для него закрыты и заперты. Нет ни шанса, ни надежды на спасение.

И здесь тебе и жаль героя книги, без имени, без роду, но одновременно он вызывает и отвращение. Почти не борясь, почти не ища выхода, бьясь, как мотылёк, попавший в огонь. Есть ли смысл всему этому, не проще ли взять и умереть, чтобы не ощущать это ноющее чувство голода. Сводящее с ума, доводящее до безумия и отчаянья чувство. Этого не понять тому, кто не был в таком же положении. Когда ты становишься безумным, одержимым, готов кидаться на любой кусок, теряя собственное достоинство. Никакой тебе поднятой головы, лишь вжатые плечи и тень, крадущаяся в ночи. Умереть бы, забыть бы всё. Не думать, не размышлять и не помнить, настолько это дико безумно и неистово. Даже любовь не спасает от голода, хотя бы крошку, вот так, вот чуток бы и всё, съесть, забыть, чтобы не сжималось внутри, чтобы не приходилось бороться за существование. Не знаю почему, но здесь у меня возникло даже чувство омерзения к герою. Я понимаю, что в то время, найти работу было очень сложно, но здесь, герой даже не пытался, не хотел ничего менять. Вот сегодня выпадет счастье, тебе повезёт и славно это. Но где цель, где потребность и жажда жизни, жажда перестать стоять на коленях? Господь даёт счастье, если за него ухватываются, если его трясут, если его приглашают. Но не здесь, здесь уже поздно. Долговая яма и бедность, как замкнутый круг, сегодня у тебя есть средства, ты идёшь и выкупаешь вещи, а завтра – снова закладываешь. И так изо дня в день, снова и снова.

А потом, финал в духе оперетты, герой бросает всё, топчет всё своё прошлое и начинает с нуля, вперёд, вперёд, в дальние дали, подальше от того места, где не пахнет спасением Господним, где никто не подаст руку и не утешит. Это настолько противоестественно, что хочется закричать, а где же кульминация, где же боль, унижение и отчаянье, чтобы до полной чаши. Но и этого вполне достаточно, даже более чем достаточно. Иногда, можно и сбежать от всего.

Вторая книга, прочитанная мной у Гамсуна, первой была "Плоды(Соки) земли". И я в полном восторге.

Кажется, именно здесь я увидела того Гамсуна, которого заподозрила в "Соках". И побродив по просторам интернета, выяснила, что Гамсун главного героя писал практически с себя, чем, собственно и объясняется такое моё узнавание автора.

Нужно сразу сделать акцент на том, что Гамсун активно разделял принципы национал-социализма и в некрологе на смерть Гитлера назвал того борцом за права народов. И главный герой "Мистерий" Нагель предстаёт перед читателем иллюстрацией мировоззрения автора, оторванной от стигматизированной идеологии фашизма.

Нагель приезжает в маленький городок и своим свежим чужим взглядом наблюдает привычную жизнь провинциальной буржуазии. И это бесподобно удачный приём. Можно бесконечно описывать жизни столиц, показывая, наверное, тем самым титульную сторону страны и народа. Но настоящая живая жизнь происходит именно в провинции. Именно здесь можно увидеть, как в действительности живёт народ, о чём думает, что его волнует и в чём он нуждается, насколько он образован и цивилизован.

Так что же встречает Нагель в маленьком провинциальном норвежском городке? Ограниченность и скудность, высокий градус зависимости от общественного мнения, огрубение нравов и склонность к сплетням, некоторую долю разврата, скрывающуюся за рамками соблюдения традиций и приличий.

Сам же главный герой выглядит в городке этаким нигилистом. Смесь Базарова со Ставрогиным. Мне очень понравились его рассуждения о Ницше, национал-социализме, учении Льва Толстова. Критика в острой, практически хейтовой форме Толстовского "христианства" и Ницшеанская логика права сильного нести ответственность за себя и свой выбор без оглядки на общественное мнение.

Однако, всё повествование главный герой своими рассуждениями отходит от мнения общественного самостоятельно определяя средства, к которым готов прибегнуть для достижения тех или иных целей, в конечном итоге сталкивается с непробиваемостью общественной стены. Как все, видимо, Базаровы и Ставрогины. Надо отметить, что и у Толстого с признанием обществом его учения были проблемки...

Отдельного внимания в романе заслуживает второй его главный герой - Минутка. Минутка местный житель, юродивый, над которым потешается всё местное население, некоторые позволяют себе даже издеваться. Образ юродивого очень любопытен, ибо именно по отношению к самым беззащитным слоям населения обычно и судится о зрелости и моральном облике всего общества.

Однако, в ходе повествования выясняется прелюбопытная деталь - Минутка не так уж безобиден, как кажется на первый взгляд. И его способ взаимодействия с обществом - выгода от позиции шута и жертвы и вместе с этим лютая злоба на общество за обе эти позиции.

Кроме того, одной из любопытных деталей романа является параллель, проведённая автором между Нагелем и Минуткой. Их даже зовут одинаково для того, чтобы уж совсем никаких сомнений у читателя не осталось.

Книга невероятно свежа для времени в которое была написана. Думаю ещё бы немного к постмодерну и Минутка выписался бы не просто альтер эго Нагеля, а именно им. А всё прибывание Нагеля в городке отдельно от личности Минутки - частью болезненного бреда Нагеля.

Читала эту книгу дважды: в январе 2009 и спустя 10 лет (в мае 2019)
Повесть во многом автобиографична, хотя без приукрашиваний не обошлось.
Перед нами некий молодой человек, под ним явно просвечивает сам Гамсун, скитается в Христиании (ныне Осло) в поисках работы и средств к существованию. Он уже заложил всё, что было можно, но нет постоянной работы, как впрочем и денег. Его ото всюду гонят, он часто голодает по 2-3 дня, один раз даже утащил немного денег в свечной лавке. Молодой человек пытается жить литературным трудом: пишет статьи для газет и журналов. Однако печатают его крайне не регулярно, да и работать над статьями часто негде, ведь и за жилье он уже задолжал. Так и мается. Спасение приходит от куда не возьмись - в виде корабля под русским флагом, куда он нанимается юнгой. Так он обеспечен едой и работой, скудным заработком.
как я считаю, эта повесть рассказывает не только о скитаниях талантливого молодого человека, но и своеобразная метафора поиска своего места в жизни

Казалось бы, перестань ты. Брось эту глупую затею. Работу найди нормальную. Вон например в булочной хлеб продавай, там хотя бы сыт будешь. Но нет, это не путь главного героя книги. Его путь - искусство. Несмотря на все трудности, он с грустью понимает, что другого пути для него не существует.

Лично мне очень трудно представить: как возможно в такой ситуации оставаться верным себе? Как можно оценить, что ты создаешь что-то ценное, а не второсортный товар? Книга во многом автобиографичная, отчего отдаю низкий поклон автору, который заставил меня задуматься над той пропастью которая отделяет творца и обывателя.

Очень любопытная история писателя, который находится на грани выживания. Но точно не стоит брать пример с безымянного главного героя, если жизнь припрёт, как говорится.

Герой перебивается небольшими статьями, да и то не особо у него получающимися. Он живёт не по средствам. Как только ему удаётся выручить какие-то деньги, он тратит их — раздаёт, чтобы не подумали, что он беден. Он врёт, что он написал четырёхтомник, который открыл новые горизонты. Собирается “разнести в пух и прах некоторые из Кантовых софизмов”. Но складывается впечатление, что герой сам себе вставляет палки в колёса. Не берётся за те тексты, которые, как он полагает, должны принести ему хорошие деньги. Да, он пишет статью, за которую получает гонорар, но в основном творчество идёт плохо. И не может прокормить героя. Как только он обдумывает очередной текст, то отвлекается на то, что нужно забрать карандаш из жилета, который он только что заложил. А деньги отдал.

Если творчество не приносит ничего (к слову, даже удовлетворения, так как ему везде отказывают), то можно ли было найти ещё какую-то работу? Где можно было бы проявить себя и уж точно не нужно было бы считать. У писателя была попытка устроиться счетоводом, но он умудрился запутаться в цифрах.

Благодаря тому, что мы “слышим” все мысли героя, создаётся впечатление, что перед нами человек, который гонится за какой-то неисполнимой мечтой. Человек, для которого вымысел и реальность размываются. Он просто не способен позаботиться о себе. Он взывает к Богу и судьбе, вопрошая, почему они так жестоки.

Но что привлекает в этом человеке — он не унывает. Еще недавно он был готов забиться под корягу и остаться там навсегда. Но вот наступает новый день и он вновь ему радуется.

Чем сильнее его бьёт судьба, чем беднее и голоднее он себя чувствует, тем усиливается в герое чувство собственного достоинства. Он не готов просить милостыню, в грубой форме возвращает деньги приказчику.

Постепенно отказавшись от квартиры, продав все свои вещи, он нанимается матросом на корабль.

Перед нами внутренний монолог. Чем дольше герой голодает, тем более бессвязны его мысли, а вместе с этим и повествование. Но это лишь позволяет лучше узнать героя, понять его мотивы, его внутренний мир, проследить за переменами в человеке и что к ним привело.

Поступки героя и их объяснения неоднозначны. Пока в своей голове он “право имеет”, в реальном мире герой всё больше становится “тварью дрожащей”. Однако он не идёт мстить обществу, как тот же Раскольников. Герою Гамсуна не приходит в голову мысль обвинять общество во всех его бедах. Хотя он и готов обвинять во всём судьбу и Бога.

Книга оказалась токсичной для моего сознания, мой мозг её выплюнул. Это было беспросветное чтение. Этот роман – апофеоз так называемой «психологической прозы» со всеми атрибутами: рефлексия и самоанализ главного героя, отсутствие нравственных ценностей как следствие текучести сознания, героем книги является не сам персонаж, а его сознание, события в книге вторичны, самым важным являются переживания и мысли главного героя. Со всеми поставленными перед собой задачами автор справляется превосходно. Кнут Гамсун в этом отношении молодец. Меня удивляет другое. Этой книгой Кнут Гамсун прославился. Т.е., если очень сильно постараюсь, я м.б. и смогу это понять – конец XIX века, демократические веяния, брожение умов, эмансипация всего что шевелится… Такое было востребованным. Это новая «демократическая» литература. Но где всё это – «человек – это звучит…»? А как звучит? По Гамсуну – горько. В его персонаже нет ничего симпатичного, того, что не смотря ни на какие обстоятельства, оставляет человека человеком. Поклон Гамсуну – он не злорадствует хотя бы, он сокрушается.

Итак, повествование. Мы не знаем даже имени главного героя. Повествование ведётся от первого лица, голоса автора не разобрать, он смешивается с голосом персонажа. Этот роман – исследование голода как социального явления, исследование скрупулёзное, погружение в голод. Читатель знакомится с главным героем в момент, когда тот не ел три дня. Описываются мытарства персонажа: его метания по Христиании (с 1925 г. - Осло) в поисках куска хлеба; почти всегда тщетные попытки заработать написанием статей; голодные фантазии и главное – рефлексия, самоанализ, выбор между быть и казаться. Главный герой постоянно лжёт, ведёт себя в крайней степени вызывающе и странно по отношению к нейтральным людям. Его ложь вызвана развитой фантазией, та ложь, в которую начинаешь сам верить после того как её озвучишь. Человек – существо иррациональное, но рационализирующее… Это – не про нашего героя. Он даже не пытается. Это просто какое-то броуновское движение, без попытки разобраться, сесть и попытаться решить. Моменты, в которые главный герой не голодает, выкинуты из текста. Роман заканчивается радикальным изменением в жизни героя, голод заканчивается и повествование естественным образом обрывается, естественным для автора образом.

Главный герой. Он странный. Мне сложно описать его личностные качества, я их не вижу. Поведенческие – да, сколько угодно. Та вилка, в которой главный герой себя оценивает – грешник – добродетельный человек, к нему неприменима, его нельзя оценить в этой системе ценностей. Интересно, что главный герой вне голода нам не показан вообще, мы его такого даже представить не можем, не хватает информации. Он постоянно выдаёт себя за другого, представляясь, называет вымышленные имена. Главный герой повязан голодом, не может вырваться из этого порочного круга, в нём самом такого органа просто нет. Ему были предоставлены три возможности вырваться – помощь «мира», от которой он брезгливо и целеустремлённо отказывался; его фантазия (я назвал это выдуманным героем книги словом «кубоа») и любовь к Илаяли, не без взаимности – здесь он сам всё старательно испортил. Невыносимый тип, сам создающий себе проблемы и мужественно их не решающий.

Гамсун однозначно опередил своё время. Он поторопился с этим романом. Самыми значимыми пересечениями с этой книгой мне кажутся: горькая пьеса Леонида Андреева «Царь-Голод» и своеобразные книги-переклички с «Голодом» - «Чужое лицо» Кобо Абэ и «Назову себя Гантенбайн» Макса Фриша. У Андреева такое же нелицеприятное исследование голода, как и у Гамсуна, а у Абэ и Фриша главные герои выдумывают себя заново, подменяют свою личность, что её размывает – это свойственно и персонажу «Голода». Буду читать Гамсуна дальше. Зачем? Я не знаю.

PS Мне показалось интересным… Значимыми в книге денежными суммами являются 10 эре – минимальная сумма чтобы решить локальную проблему прямо сейчас (поесть, купить свечку) и 10 крон – решить проблему на ближайшее будущее (снять жильё на 2 недели, питаться это время, позволять себе маленькие радости). Я попытался конвертировать эти суммы к нашей действительности, у меня получилось примерно 200 рублей и 20 тыс. рублей.

Удивительно тяжёлая, давившая обреченностью книга, которая при общей статичности повествования, сложенного из довольно мелких событий, повседневных и жутких, производит впечатление неких закольцованных американских горок — череды внезапных взлетов, дарующих надежду, и головокружительных падений в отчаяние и мысли о смерти. Главный герой одержим мыслями о писательстве, он пытается писать, мучаясь от постоянно растущего голода, мечется между насущными проблемами (еда, место для ночлега) и потребностью творить. Но его возможности с каждым разом уменьшаются, ему больше нечего продать. Голод возрастает, жизнь превращается в попытки балансировать на тонкой дощечке, простирающейся над бездной безумия. Физическое состояние, как и психическое, ухудшаются, герой едва бредет сквозь череду неудач, отчаянно пытаясь хоть как-то выжить.

Помимо голода физического его также мучает и голод духовный, удушливый кокон одиночества. Герой словно отрезан от социума, заключен в невидумую клетку, которая позволяет соприкасаться с миром. Но все эти контакты настолько неглубокие, что не дают настоящего ощущения тепла. Отсюда и странные разговоры лишь бы говорить, и внезапная симпатия к некой женщине, из которой он сотворил абстрактный идеализированный образ.

Все эти ощущения переданы так ярко, что невольно пробирает дрожь, страх. Всё это ощущение лихорадочной деятельности, выскальзывающая из объятых тремором пальцев реальность. Финал даёт некую надежду на то, что жизненные условия героя улучшатся, а, если физически ему станет легче, то тогда, карабкаясь вверх по системе потребностей, известной как пирамида Маслоу, он сможет реализовать и более сложные желания.

Снизила оценку, так как бездействие героя в самом начале, когда ещё были шансы найти любую работу, мне не было понятно. Конечно, если бы у героя было чуть больше здравого смысла и чуть меньше одержимости идеей написания статей, то этой книги и не было бы.