Свечка, т. 2

Я так долго читала эту книгу (между томами был перерыв почти в год!), что теперь чувствую себя обязанной высказаться, подвести итог, хотя самым честным итогом стало то, что я с облегчением закрыла последнюю страницу и наконец живу дальше. Завершила дело! Стала ли я духовно богаче? почувствовала ли я, что обрела новый опыт, расширила читательские горизонты, прикоснулась к чему-то оригинальному, самобытному? Да нет. При этом ругаться мне тоже вроде как не на что: если бы книга мне катастрофически не понравилась, я бы не стала терпеть дофигильон страниц в двух томах. :)) Для меня самой странно в конце такого грандиозного произведения не испытывать... ничего.

Мне понятны и видны критерии, которые позволили включить этот роман в премию "Большая книга" (который давно уже не является для меня мерилом достоинств современной литературы): книга большая, книгу читать непросто (а кто сказал, что литература должна развлекать читателя или отвечать его эстетическим предпочтениям? Мы тут собрались страдать и трудиться :) ), в книге обманчиво запутанная структура (которая сама по себе может вызвать чьё-то восхищение), книга вроде как о поиске Бога (не буду цитировать то, что все и без меня по сто раз процитировали) и о нашей многострадальной Родине в период "лихих" девяностых и далее; тут многое — развал страны, бандитизм, коррупция, невежество масс, пресса, свещенники — и такие, и сякие, и много-много подробностей (больше, чем некоторый читатель хотел бы знать) бытописания из мест не столь отдалённых. И можно говорить про книгу Иова в современном исполнении (Бог отнимает у человека всё и смотрит, как тот будет выкручиваться, проверяет, так сказать, человека на человечность, проверяет и закаляет веру), можно говорить о том, какой замечательный (да только он совсем не замечательный) герой романа — маленький человек современности, несправедливо осуждённый за зверские убийства безропотный и безобидный ветеринар Золоторотов, можно говорить про символизм названия и про то, что человек — свечка перед Богом, и так далее; на самом деле, про эту книгу действительно можно говорить много, но мне почему-то совсем не хочется.

Я как будто не читала книгу — я наблюдала со стороны, как её читаю, и оценивала свои переживания: вот тут я должна удивиться, вот тут, наверное, катарсис.. или нет? Нет, катарсис попозже. :) Вот тут мне просто как-то неуютно, а тут зато хорошо, тут обидно, а тут неловко. Но дело в том, что я не испытывала этих эмоций на самом деле. После того, как я закончила читать,я не подумала "сколько времени потрачено зря", но в то же время я нашла в себе чувство "я ничего не приобрела". Казалось бы, одно противоречит другому, но иначе сформулировать я не могу, увы.

Что-то я всё о себе и о своих эмоциях, а писать должна о "Свечке". Попробую хоть тезисно (итоги, так сказать, по двум томам сразу).

1) Язык. Я бы сказала, что он есть и что он не мешает читать книгу. То есть он попросту никакой; я не назову язык выдающимся или плохим, я не увидела оборотов, которые зацепили бы моё внимание именно сами по себе, я не увидела самоценности авторского слога.

2). Сюжет. Закручен, на самом деле, очень хорошо: вначале лично я вообще не могла понять, что творится, кто все эти люди (и поток сознания героя завораживал на стадии "ничего не понятно, но очень интересно"), потом сюжет начинает разворачиваться, пазл начинает складываться, потом тебя бьет под дух неизбежностью и вроде бы бесспорностью гибели героя, а потом ты понимаешь, что всё не так, потом тебе долгое время показывают сцену без героя (когда фокус смещается с судьбы Золоторотова на "Ветерок", и приходится заново вникать в судьбы и характеры персонажей), и потом, только потом на сцену снова выходит герой, и сюжет закручивается в спираль: ты уже был здесь, но смотрел другими глазами, видел другие детали, смотрел в ту сторону, в которую тебе велели, а сейчас — сейчас ты будешь смотреть иначе и видеть другое. Да, часть повествования во втором лице — это типа тоже должно быть крутым авторским приёмом, это довольно непросто, и это тоже может служить критерием для отбора книги в премиальную литературу. Я не хочу сказать, что это плохо, но и не восторгаюсь тем, что это хорошо, я снова просто констатирую факт, не оценивая и ничего не испытывая.

И достоинств сюжета отмечу, что он есть, и он, на самом деле, линеен, несмотря на кажущуюся сумбурность текста; у истории есть и начало, и конец, и конце этот вполне удовлетворит читателя; здесь нет мрака и безысходности, читатель получает свою свечку, надёжно защищённую пластиковым колпачком от ветра, во время пасхального крёстного хода, это задумано и исполнено как вполне себе хорошее начало отличного финала, не спорю.

Но насколько же избыточен этот текст! Я читала, читала и читала, и всякий раз задавалась вопросом: а насколько необходимо обилие деталей? А насколько необходимы подробности жизни этого персонажа? А этого? А этого? Я читатель, который любит детали и подробности, который требует, чтобы люди в тексте были живыми людьми, еда имела вкус и запах, и так далее; но тут меня просто убивало погружение, погружение, погружение в зыбучие пески того, что наверчено поверх истории. Много событий, много людей, много подробностей, за которым теряется главное, ускользает (а было ли оно?).

3). Персонажи. Я их не полюбила. Некоторых разглядела. Многих и не разглядела вовсе. По тем, кого разглядела, скользнула взглядом. Автор не убедил меня в том, что эти люди почему-то должны стать для меня интересными и важными.

Книга большая, трудная, советовать не могу и не буду даже с позиции "почитайте, чтобы иметь своё мнение"

Когда в сети стали появляться восторженные отзывы на роман «Свечка» — и не от кого-нибудь, а от Быкова и Битова — я, конечно, заинтересовалась и попристальней вгляделась в эту книгу. Называется «Свечка» — из интервью Валерия Залотухи явственно следует, что человек он верующий и воцерковленный — 2 тома по 800 с лишним страниц каждый, на первом изображён улыбчивый зек с портретом (не профиль, три четверти!) Сталина на груди, на втором — икона, как я позже выяснила, староверческая — неканоническое изображение святого Христофора. И аннотация обещает хождения по мукам для ветеринара Золоторотова, который однажды поставил в храме свечку без задней мысли, горячей веры, простодушно — и заверте…
Могла ли я ожидать, что этот роман будет не о богоискательстве и церкви? 1700 страниц о церкви — нет, пожалуй, как-нибудь в другой раз…
Что-то подобное, как выяснилось, думал и горячо любимый мной писатель Андрей Дмитриев — то есть не только меня обманули название с аннотацией.
Нет, пожалуй, «обманули» — не то слово, «упростили» — да. Я первая кину камень в того, кто скажет, что «Свечка» — это не о богоискательстве и церкви. И кину второй в того, кто станет утверждать, что только о них.
Когда с восторгами выступил ещё и Алексей Слаповский, я уже не выдержала, плюнула и пошла читать — по-детски надеясь утереть нос всем этим взрослым дядям и тётям, заранее готовясь продираться сквозь тонны неинтересного мне и трудночитаемого текста.
Я даже знала, что Залотуха — сценарист, как и Дмитриев со Слаповским, кстати, прекрасных фильмов, но такого, конечно, не ожидала. Прочитала десять страниц — и пропала с головой, как в юности, а то и в отрочестве последний раз бывало.
О чём роман «Свечка»? Пересказывать сюжет не тянет — потому, в частности, что сюжет в книге важен, что он захватывает и оказывает немалое влияние на впечатление. Выражаясь более современно и развязно, боюсь проспойлерить — здесь из спойлеров неожиданно вылезает первичный смысл слова spoil.
Проспойлерить «Свечку» можно — и читать как приключенческий роман о 90-х, которые мы помним, но которых не знаем, тоже. На самом же деле «Свечка» — это действительно, как сказал Лев Данилкин, «окончательный роман обо всём» и обо всех с небольшим уточнением: это всё — Россия, эти все — мы, русские — в широком смысле слова, — и роман у Валерия Залотухи вышел очень русским. Очень большим. Очень толстым. И просто потрясающим. Таким, к которому даже не стыдно приписывать все эти громкие эпитеты с прописных букв.
«Свечка» — это роман о вечном, с тем на «вечное» взглядом, который мог появиться только у советского человека, пережившего девяностые и нулевые. Это, с удивлением констатирую я, готовая классика — именно по «Свечке» когда-нибудь наши потомки будут судить о 90-х так, как мы сейчас во многом судим об Отечественной войне 1812 года по «Войне и миру». С той лишь разницей, что Валерий Залотуха видел своими глазами, о чём писал.
Для кого эта книга? О, после того, как моё невинное и скорее полу-, чем серьёзное замечание о явной премиальности одной книги вызвало бурю чувств у барышни из жюри престижной литературной премии и даже вывело меня на чистую воду как даму средних лет и низких запросов, я уже побаиваюсь высказывать дерзкие суждения. Тем более что у «Свечки» действительно есть некоторый ценз.
Роман очень объёмен — для современного читателя с его дефицитом времени это может стать проблемой — многословен, реалистичен, неэкспериментален, неконцептуален и вообще удручающе — для кого-то — мало уделяет внимания сиюминутным проблемам современности. Я прекрасно представляю себе людей, которых испугает эта «обращённость к вечности». Или тех, кому язык романа покажется безыскусным — на мой взгляд, он чрезвычайно богат и многогранен, но безо всякого новаторства, что также может оттолкнуть иных читателей. Кого-то не устроит композиция, кого-то — попытка автора поработать сразу в нескольких жанрах в рамках одного произведения. Кого-то — слишком топорные отсылки. Длинные монологи и лирические отступления, коих ой немало в «Свечке», тоже могут кого-нибудь отвратить. Современную молодёжь в состоянии покоробить утверждение, что интеллигентным человеком может считаться лишь тот, кто читал «Войну и мир» Льва Николаевича — а погружение во внутренний мир советского интеллигента вообще способно шокировать, это я вам как интеллигент несоветский говорю. Есть, в конце концов, читатели, коим длинные предложения не милы, а есть те, кого автор-персонаж, причём персонаж весьма деятельный, раздражает — для них стандарт 1967 года незыблем, а автор в любом своём состоянии мёртв.

Валерий Залотуха скончался 9 февраля сего года, но в «Свечке» он живее всех нас, вместе взятых.
И останется таким ещё надолго, если не навсегда, потому что самое прекрасное, что живость эта заразна — она передаётся от человека к человеку, как пламя от свечи к свече.

P. S. Вот ещё хорошая большая рецензия (осторожно, наличествуют спойлеры, советую читать после ознакомления с романом, для сверки часов), а вот — очень ёмкий, эмоциональный, но вполне справедливый отзыв.

"Свечка" была найдена мной в шорт-листе "Большой книги"-2015. Удивительно, что из всех претендентов я чисто интуитивно прочитала только троих - тех, кто и занял призовые места.

"Свечка" - очень объёмный роман. Четырёхтомник (точнее, "четырёхчастник" в двух томах), как и упомянутый уже "Война и мир" Толстого - любимое произведение главного героя, кстати.

Для меня "Свечка" Валерия Залотухи стала книгой, которую я всегда буду рекомендовать, которую я обязана была поставить на полку в бумажном варианте, которая временами бесила, но и завораживала, не отпускала.

Четыре части романа написаны абсолютно по-разному - от разных лиц, различными стилями, и как в основном и бывает в жизни, в каждой из них мы получаем освещение ситуации только с одной стороны. Это гложет, это заставляет глотать страницу за страницей, бешено пытаясь найти ответ на постоянно звучащий в голове вопрос: "Да что же там такое происходит?!"

Первая часть - это рассказ, некая исповедь (только не так высокопарно) главного героя о событиях, произошедших несколько дней назад. Попробуйте взять и рассказать максимально подробно о том, как вы провели прошлую субботу - если не халтурить, если собеседник будет готов слушать, то вас неизбежно понесёт на все четыре стороны, ведь рассказывая об одном, никак нельзя не приплести к этому разговор о том, "с чего всё началось", а говоря о, например, лучшем друге - не пересказать историю вашего знакомства и особо значимые в вашем совместном прошлом эпизоды. В общем, первая часть - это идеально переданный рассказ живого, доброго, немного наивного и реального человека. Тут нет выглаженных или нарочито примитивных фраз - живая, дышащая речь. А так как слушать (и читать) такую речь подолгу нелегко - периодически возникает усталость и нетерпение: так хочется уже вставить реплику в непрерывный монолог засидевшегося приятеля, и это ещё одно свидетельство того, насколько натурален и сам персонаж, и способ передачи его чувств и мыслей.

Вторая часть - казённый язык правовой системы. Здесь становится видна уже не внутренняя, но внешняя сторона всех событий, однако за этим кондовым языком мы совершенно теряемся в причинах происходящего. Здесь я начала скучать по монологу героя, я хотела объяснений, мотивов, оправданий - но всё, что у меня было: мысленный крик "ДА ЧТО ТАМ? ЗАЧЕМ ОНИ ЭТО ДЕЛАЮТ?!" и скупые юридические отписки.

Третья часть вдруг становится обычным художественным повествованием о жизни совершенно других людей. Опять-таки живых и выпуклых, страшных и добрых, жалких и высоких в своих убеждениях. Не успев справиться с эмоциями от отсутствия главного персонажа (его зовут Евгений Золоторотов - так, между прочим), в чьей жизни так и не успела разобраться, я получила новые поводы к размышлению, состраданию, недоумению.

Четвёртая часть возвращает нам Золоторотова и вот здесь мы узнаём, наконец, и причины, и мотивы, и долгожданные подробности этой такой обыденной и в то же время страшной истории.

Обязателен к прочтению эпилог. Но это и необязательно говорить - тот, кто втянул в себя четыре части "Свечки", ни за что не расстанется с ней раньше времени.

Автор книги, к сожалению, покинул нас почти сразу по её завершении. Надеюсь, что его последняя монументальная работа станет классикой русской литературы 2010-х годов.

Я часто не люблю читать современные книги, предпочитаю, чтобы улеглась поднятая пыль шумиха вокруг. Жаль терять время на простенькие книжки, которые забываются через месяц после прочтения. А ведь они рекламируются не только по прихоти менеджеров, но иной раз и самими читателями, которым кажется, что это потрясающее произведение. Иной раз эта излишняя хвалебность вызывает только разочарование. Взять хотя бы "Зулейху ..." Яхиной. По сути дела неплохая книжка, но не шедевр. Хорошо описано начало, особенности татарской семьи, а вся остальная часть, со ссылкой, излишне беллетризирована и откровенно слабее. И лишь для людей, с лагерной прозой ранее не сталкивающихся, она могла показаться откровением, новой страницей в жизни. Впрочем, если расценивать ее с этой точки зрения, заставить новых молодых читателей оглянуться назад, познакомиться с историей своей страны, то она, несомненно, полезна. Но когда она перестанет быть новинкой, то и интерес к ней заметно спадет, и на первый план законно выйдут книги других классиков советских лагерей.
Время лечит, время изменяет взгляды, со временем всякая шелуха отпадает, а действительно стоящие вещи оказываются на поверхности. Впрочем, в таком подходе есть и свой минус, потому что новые имена проходят мимо, и иногда находишь талантливого автора уже слишком поздно. Так и сейчас, читая современную книгу, автор которой привел меня в восторг и своим слогом, и образом мысли, я решила заглянуть в его биографию и увидела, что это было последнее его творение, и больше ему уже ничего не написать. Очень жаль. Пока что это лучшее произведение о наших смутных перестроечных временах, когда рядом была нищета и золотые цепи, свобода и надежда на будущее и беззастенчивый грабеж и рэкет в масштабах всей страны.
Нет, ничего хорошего не ожидала я от толстенного двухтомника современного автора, написанного про лихие девяностые (опять беспредел и бандиты), с приплетением сюда религии (сразу в аннотации про свечку в храме предупредили) и начинающуюся сразу с тюремной камеры. Тоскливо было при одной мысли об этом дамокловом мече. Ну, кого там подсунут в главные герои? Опять современного российского интеллигента? Как в Географе, да? И будет он хлестать водку ведрами, оправдываясь, что не мы такие, а жизнь такая, и исключительно рефлексировать на всех страницах, что ему изменяют поголовно все: жена, любовница, друзья. А он как истинный всепрощающий христианин в душе всех только на это благословляет. И мы должны ему сочувствовать, потому что в душе он очень-очень хороший, а вовсе не мечтать взять за шиворот и хорошенько встряхнуть. Впрочем, одна встряска тут ничего бы и не решила. Поболтался бы в воздухе как макаронина и сел бы дальше сидеть с умильным видом. Для кого-то он - герой, а по мне так просто еще не повзрослевший ребенок.
И вот перед нами Золоторотов. Вроде бы похож, да не тот. И к герою я сразу проникаюсь симпатией. Да, он наивен, оглушительно наивен для безбашенных 90-х, но у него есть свой стержень. Он не заливает каждое огорчение водкой (он вообще трезвенник и почти не пьет, алкоголь появляется только в эпилоге, да и то в приложении к автору, а не герою), он живет сам по своим законам, никому их не навязывая, не мешая другим людям жить по их воле. Нет, в самом деле, а как мог этот герой не заворожить читающих людей, когда сам он книгами вскормлен, на книгах вырос, все деньги матери уходили на книги, и для него лучший подарок - книга, как была, так и осталась. И время свободное на эти же книги тратится. И, несмотря на довольно строгую мать учительницу и советское детство, вырос он не на лауреатах премии Сталина, а на обычной русской классике. И теперь ему, уже взрослому человеку, приходится сталкиваться с отрицанием этих первооснов, со всякими Веничками, которые пытаются отрицанием сплеча вознести собственную фамилию выше великих писателей России. Фигура матери, правда, совсем неоднозначна, но однозначной в этом романе вряд ли можно назвать хоть одного персонажа, так что не будем забегать вперёд.
Очень многое в романе построено на контрасте, многое идет не то, чтобы недомолвками, просто не разжевывается. Кто знал те года, тот поймет. Взять хотя бы этого националиста-одиночку. Как он вынюхивает, как нападает на след и ... короткая заметка в газете: был найден, такой-то ... Не старается автор живописать рэкет, разборки, избиения, нет, они остаются за кадром. В книге нет чернухи, хотя из каждой щелки, из каждой фразы это проглядывает: подставил, выслужился, взял деньги, посадили, потому что мешал, пиарится. Огромная стена лжи, замазанная смесью страха и выгоды, строится вокруг героя. А самое страшное, когда пытаешься сказать себе, глупости, быть не могло ничего подобного и близко (ведь до эпилога ещё далеко), и начинаешь вспоминать реальные истории, и понимаешь, могло и было. Как сам начальник зоны сказал: треть сидит ни за что, треть - можно было и не брать, а последнюю треть - и сажать было не надо, а сразу расстреливать.
Да, мы все-таки попадем на зону, хотя в это совершенно не верится в начале книги, и проведем там много времени и без нашего героя. Как заметил позже автор, он просто не мог его там себе представить. Вот и получилась картина как у Карлсона "Портрет петуха", которого не видно, потому что его унесла лиса. Но, что удивительно, книгу это не портит, хотя и несколько шокирует читателя. А на зоне мы столкнулись не только с жизнью зеков, но и с конфликтом прежнего атеистичного Хозяина и новых времен с повсеместно насаждаемой религией. И два представителя этих противоборствующих кланов, Хозяин и о. Мартирий, сойдутся в единоборстве, за женщину, за власть, за свои убеждения. Я была почти уверена, что знаю, за кем останется победа, и это меня заранее печалило. Но автор и тут переплюнул мои элементарные прогнозы, он вообще ни разу не стал действовать по шаблону, каждый раз он был оригинален, неподражаем, все его неожиданные приемы, переключения, отступления, намеки, уверяющие тебя в одном, а потом в прямо противоположном. Да, автор умеет держать свою интригу. Конец этой дуэли был неожидан для меня, и в то же время казался отличным решением. Правда, я опять не смогла разгадать на этом этапе замысел автора, что же хотел он сказать, в чем заключается его мысль, его отношение к этой проблеме?
Вообще автор не переставал меня удивлять всю книгу, он очень много говорит о религии, а меня это совершенно не раздражает. Он будто бы пытается осознать этот приход (или возвращение) к богу. Причем отметает все наносное, лишнее, отсеивает проплаченных попов и бандитских патриархов, отгоняет толпы, которые побежали в церковь просто из-за веяния моды, из-за смены режима. Тех, кто не изменился при этом духовно, для кого по-прежнему важно не прийти к богу, а поцеловать руку вот-вот того, знаменитого епископа Иоанна, который был в Кремле на приеме, и надо ж как повезло, встретили и благословил. Это та же самая модная гламурная тусовка, только с другими действующими лицами. А герой ищет совсем не того. Вернее, даже не ищет, просто сталкивается неоднократно, сталкивается и задумывается, над случайностями, над совпадениями. А их много, очень много в этой книге, одинаковых фамилий, встречающихся нам в разные моменты жизни героя, иногда в сочетании с уже другими именами. Герой ищет свой путь к вере и даже не к вере, к знанию, и пока он его не найдет, он будет отрицать, отказываться от нее, но не будет лицемерить как толпы тех, кто отрицал бога месяц назад и вдруг так же неожиданно и оглашенно поверил вдруг в его существование и стал убеждать в этом остальных, как ранее истово убеждал их в обратном. для него вера - слишком зыбкое понятие, сегодня есть, завтра нет. И только знание имеет твердый фундамент, оно вечно.
После прочтения этой книги меня, конечно, заинтересовала личность автора, хотелось немного узнать о нем, узнать его поближе. И тут мне очень повезло с эпилогом. Автор оказался верующим православным человеком, и это я угадала уже в процессе чтения романа. Правда свой путь к вере он не описывал, так что ограничимся этим путём у его героя. А вот описанием своего прототипа он меня поразил, я не ожидала, что столько мелких чёрточек и крупных поворотов сюжета окажется списанными с натуры. Да, фантазия природы превосходит человеческую!
А автор постарался, не зря он творил в течение десяти лет. Все неясные места, все противоречия, все расставленные ловушки раскроет он нам в конце. Вплоть до самых мелочей, о которых только успеваешь подумать, ах, это второстепенная деталь, но как бы хотелось знать, что там произошло дальше? А автор уже понял, уловил настроение своего читателя и спешит дать ему ответ.
Несомненно, это слишком глубокая книга, чтобы сразу одним махом уловить все мысли автора. Но мне будет приятно ещё, может быть, и не раз, вернуться к ней и перечитать.

Странное дело: прочитав страниц сто этой книги, я решил ее дальше не читать, но это стало бы большой ошибкой, ведь, продравшись через хрустящую и слегка суховатую корочку первых глав романа, я окунулся в нечто нереальное.
Что можно сказать, когда перевернута последняя страница "Свечки"? Это самая лучшая книга из прочитанного за последние лет десять! Это лучшее из лучшего! И это невероятное событие в мировой литературе! Я всегда критически отношусь к современной литературе - и отечественной, и зарубежной. Да, есть немало хороших книжных образцов и десяток приличных деятелей пера как мужского, так и женского пола. Но роман Валерия Залотухи - образец НАСТОЯЩЕЙ, качественной литературы.

О чём книга? О человеке, который по ложному обвинению оказался в заточении. "Бог ты мой, -скажете вы мне,- да этот сюжет игран-переигран неимоверное количество раз!" Да, пожалуй, вы будете правы. Но взяв за первооснову сию историю, автор с киркой в руках погружается в ТАКИЕ глубокие пласты тем, сюжетов, характеров, обстоятельств и игры ума, что несколько раз за время прочтения я ловил себя на мысли: "Сейчас ТАК не пишут... Это, вообще, не-ре-аль-но!.."

Однажды человек пошёл защищать демократию и встретил Бога, и Бог его чуть не изувечил... Так писатель определяет главную тему "Свечки". Ведь вот как бывает: живёт-поживает хороший, добрый человек, ветеринар по профессии, и вот однажды он решает зайти в церковь, в которой к тому же венчалось со своей невестой "Солнце русской поэзии" и ставит там маленькую, копеечную свечку. В принципе, он - человек неверующий, и чего это он туда зашёл, а вот, зашёл - и всё... С того момента жизнь его переворачивается с ног на голову, и мы, завороженные читатели, становимся свидетелями сонма грустных и смешных, лирических и откровенно-грязных, чудовищных и ностальгических событий в его нелёгкой, новой жизни.

С кем только Судьба и авторская фантазия не сталкивает Башмачкина XXI века! Униженные и обездоленные, сумасшедшие и генеральные прокуроры, милые собачки и котики и отнюдь не милые зэки и паханы, чудные монахи с ветхозаветными именами Мардарий и Мартирий, добродушные старички и продажные журналисты. Ярая коммунистка, посадившая на кол сорок монахов и добрая учительница соседствуют на страницах, перемежаются между собой и не дают оторваться от строк, просто не дают...

"Да это же сказка!" - понял я. Страшная, современная сказка о пресловутых, затертых многочисленными мнениями и оценками "лихих 90-х". Со своими коварными злодеями в лице опального олигарха и своим Иваном-царевичем, то бишь Иваном-дураком в лице главного героя, Евгения Золоторотова, "псевдопредков" которого брали в XIX веке в церковные хоры из-за их чистых и ангельских голосов и которых нарекали такой говорящей фамилией.

Дух, душа, место книги в обществе, семья и дети, анатомия предательства, рассуждения о любви животных к людям, вера и место церкви в человеческом сообществе, пресловутые преступление и наказание, истинная и ложная любовь, правосудие и Божье наказание, сатира на властьимущих... Ой-ой-ой... Сколько же в этой глыбе этих самых тем, этих тонов и полутонов, сколько иронии и самоиронии. Да уж, писатель работал над ней больше десяти лет - и КАК работал! Дай Бог хоть десятой доли такого труда современным "словотворителям". Язык романа - это вообще отдельная тема. Я не помню, когда я читал книгу и по много раз возвращался назад, любуясь филигранными оборотами речи, яркими и точными загогулинами авторского письма. Опять же - не-ве-ро-ят-но!

Советую ли я читать эту книгу? Вопрос интересненький... Да, безусловно, но если вы не боитесь громадного количества страниц, которые, по-моему, превышают объем "Войны и мира" (кстати, о творении Льва Николаевича не один раз идёт речь в "Свечке"). Безусловно, если вы любите серьёзную и не очень простую, а иногда и не очень лицеприятную прозу. И конечно, "да", если вас интересует глубооокое погружение в мир человеческой души и у вас есть добротный батискаф (шутка!)

И ещё я желаю мира душе недавно ушедшего от нас автора Валерия Залотухи, которому кровью и потом (я уверен!) далась эта книга. А также хочу пожелать этому лучшему роману начала века хорошей читательской судьбы. Несколько рецензий и вяленькие упоминания о нём совершенно не дают этому роману того, чего он заслуживает на самом деле. Я боюсь, что он может затеряться в книжной массе. Но ведь, не одним фэнтези и любовными историями жива литература?! Я всё-таки верю, что свечка, заажженная Талантом и Любовью автора обогреет и согреет не одно поколение читателей. Верю и надеюсь, милостивые государи и государыни, как называет своих визави главный герой "Свечки"...

Мысль о том, что же ты скажешь автору по прочтении,
стала донимать тебя уже на десятой странице книги,
к пятидесятой она стала навязчивой, ты возвращался
к ней после двух-трех прочитанных абзацев.

Валерий Залотуха «Свечка»

Осилил-таки я этот огромнющщий роман из двух томов в четырёх книгах с эпилогом. А думал не удастся, ан нет, удалось, удивительно самому. Давно так книги не читал запоем. Очень хорошая книга вышла у В. Залотухи. А сразу и не скажешь. В рецензиях и аннотации есть намек на хорошесть, вот и Быков в своем интервью говорил, еще автор живой наверно был, недолго пожил правда. В рецензиях не увидел про символику "Свечки", а ведь она глубоко символична, просто пропитана символами. И свечка главный из этих символических составляющих книги. Вот мол смысл книги - зашел в церковь, поставил свечку и полетела жизнь кувырком... Так, да не так (никак, как сказал бы о. Мартирий) есть ведь в книге про это, главный смысл, - человек - это Божья свечка, и куда Бог захочет, туда ее и поставит. Захочет перед иконой поставит, а захочет в задницу засунет. Ну и так как весь роман таким смыслом не объять, как объять десять лет труда писателя, как прожить его жизнь? Ведь этот роман - это его ребенок, если считать, что все правда, что он написал, ведь не было у него других детей, поэтому и любил он так собак, поэтому и героем стал ветеринар, поэтому и на иконе св. Христофор с собачьим лицом. И как человеку Бога любить? Тоже по собачьи, не ожидая ничего взамен, любить человека, который бьет, отдавать ему все вплоть до жизни своей, а что взамен? Собаке достаточно еды и внимания, а человеку нужно много еще чего, не согласен он, скотина такая, на малое...
Ну вот еще про свечку, почему типа жизнь-то кувырком после свечки полетела? Я так считаю, жил человек в земле Уц, добрый был, зла избегал, безгрешен практически, но вот в Бога не верил, жил сам по себе, Плейшнер такой, не зря же его автор Евгением назвал, в честь Евстигнеева наверно, да и Евтушенко тоже... Так вот человек этот лежал себе в коробочке пока его не подожгли и не поставили гореть у иконы, а икона та была Голгофа, все небось в курсе, чего там было. Как там свечка себя чувствует, когда горит, не знаю, а человеку гореть было очень больно, но пока свечка горит, она равна Богу, приближается к его подобию, по которому он нас и создал. Не зря же ему в КПЗ про овечьи глаза говорили, агнец он на заклании. А кто агнец-то у нас был? То-то же!
А про композицию и сюжет сказать можно, конечно, Композиция интересная, сначала дали нам его крупным планом, потом как-бы издалека, языком заметок, писем, статей, докладных записок и прочих мелких документов. Затем герой пропал совсем и появились новые герои Мардарий и Мартирий, которые тянут на себе вторую книгу так, что получше первой читается и все в общем кончается хорошо, ну и потом возвращаемся к нашему герою в виде такого флэшбэка, и смотрим на те же события под другим углом, правильным, а потом уже видим героя глазами автора и автора глазами героя. И вот все.
Се человек...
Отлично
P.S. Читать не советую, для чтения нужна определенная сила, которая есть не у всех, но если уж любите литературу, то почему бы и нет.