Петербургские трущобы. Книга первая

У меня никогда не вызывали никакого диссонанса книги, написанные в каком-нибудь 19 веке. Есть, конечно, пара исключений, в т.ч. в жанре фантастики, которые катастрофически устарели в наши дни, но их все равно любопытно читать с точки зрения представлений предков о том, что же будет дальше с этим миром. С "Петербургскими трущобами" случилось странное - я четко осознала, что при всей неизменности людей и жизни в общем (что очень хорошо, не жизнь, конечно, а актуальность), с точки зрения наличия литературной ценности, что ли, этот труд совершенно неконкурентен, на мой взгляд. Не посчитайте меня снобом или дофига литературным критиком, однако из 2019 года для меня Крестовский кажется немного графоманом, немного автором, который не справился со своей задумкой, а точнее - разбавил ее водой настолько, что изначальная затея совершенно потерялась, немного человеком с несколько извращенным восприятием этого мира, потому, что видится мне на страницах этой книги какой-то кайф от описаний мерзостей и гадостей, и наравне с этим полное равнодушие автора к чему-то хоть немного более светлому и чистому (или не настолько грязному, хотя бы).

"Петербургские трущобы" долго и упорно рассказывают нам о жизни богатых и бедных, сытых и голодных в 19 веке в Петербурге. Поначалу совершенно не ясно, о каких трущобах идет речь - живут себе обеспеченные люди, кто на широкую ногу, а кто скуп до смерти, однако обитателями трущоб их не назовешь. Кажется, что героев только что достали из коробки с маленьким настольным театром, расставили их на сценке, раздвинули занавес и кукольное представление началось, ведь мы не знаем никакой предыстории, не знаем, что было до того, как мы встретили персонажей. Но кого это волнует, мы же в театре, итак, Анна Чечевинская, князь и княгиня Шадурские да Морденко в первом действии, прошу любить и жаловать. Вот только выходит так, что летние интрижки не проходят даром, 19 век - это вам не курортный роман в сегодняшних реалиях, а посему происходит сбой системы и все катится в направлении дна. Правда поезд маршрута "Петербург - Дно" будет катиться долгие годы, но автор нам поможет - промотает 20 лет да закончит некоторые сюжетные линии, коим ранее отдавались целые главы, парой фраз. Но рано об этом, пока поезд только начинает свое движение, а на театральные подмостки выходят новые герои и, кажется, незаконно проносят в своих карманах, корсетах, вшитыми в замызганную одежду и за пазухой по горсти стечения обстоятельств да по щепотке случайных совпадений, без которых представление, задуманное Крестовским, никак не состоится.

Но не только об обеспеченных князьях да графах поведает нам автор, ведь и роман-то, судя по всему, задумывался ради настоящих трущоб, с нищими, попрошайками да падшими женщинами, а никак не с власть и денежку имущими. В настоящее дно, в котором люди рождаются и умирают, не зная имен и не ведая, как это - жить, чтобы хватало денег на еду, автор погрузит нас по самую маковку, хотели мы того или нет. Воры, которые растят себе новое поколение таких же, как они, по своей авторской воспитательной методе, нищие - кто во что горазд: тут вам и ребеночка в аренду взять, так, глядишь, поболее получится денежек насобирать, али младенчика себе купить, да пострашнее, с язвами-то больше дадут, чем чистенькому, а еще можно поблажить да челом побить, молитовки поверещать, глядишь - раздобрится какая барышня да поучаствует в судьбе сирого да убогого. Но эти хоть пристроены, а есть же и те, которым некуда совершенно идти, ни на что они не годные, никому они не нужные, а если еще и расписочку от них кто выудил да удостоверение сему факту от них письменное получили, то и сделают они как миленькие то, что потребуется, и будут делать столько, сколько скажут, система беспощадна и перемалывает все. Обманы да махинации, человек человеку волк, а что делать - жизнь такая, каждый по себе да за себя. Отдельной историей проходит тюрьма - здесь, конечно, свои законы, у мужчин и женщин разные, однако всем известные, а если нет - то научат и покажут, за этим не заржавеет.

Но, конечно, не было бы столько нищих да попавших в затруднительное положение, если бы не было генеральш да Сашенек - матушек, кои и рады стараться, лишь бы денежек заполучить да в накладе не остаться. А если получится дельце какое, спланированное на долгие годы вперед провернуть, дак это еще и моральное удовлетворение получишь. Да и князьки молодцы, поматросил и бросил, конечно, стандартная история, но уж чтоб женщина в тюрьму или на панель - это уж слишком, на мой взгляд. Хотя сложно судить - времена все же другие, там о равенстве полов и не слыхали.

Как я уже говорила, мне кажется, автор тотально кайфует от всего того мерзкого, что вложено в роман. В нем в целом не так много положительных моментов, в основном уже понятное и знакомое днище, но они все же есть, а описаны так, будто собака шелудивая привязалась некстати. Зато любая интрига, подстава, страдание или смерть смачно и многостранично обсасываются со всех сторон и ракурсов. Что это - желание показать, что хорошее в этом болоте - это исключение из правила, поэтому пренебречь? Очень мне от этого досадно, та же самая линия Бероевых могла быть до слез душераздирающей, особенно если осознать, что долгое время любящие люди провели в полной неизвестности относительно судеб и жизней друг-друга и детей. Но нет, тюремные страдания Юлии, метания ее мужа и попытки что-то доказать - этого от души навалили, а потом куколок Юлию и Егора просто взяли и положили в коробку рядом со сценой, отлеживаться до той поры, пока автора вновь не накроет вдохновением поговорить про них. Не накрыло, скудные итоги и хватит с них, еще чего - о хорошем говорить, книжка-то про трущобы, вот и брысь отсюда под своими алыми парусами с обязательными слезами на глазах. Кстати, вот такое отлеживание фигурок в коробке - это вообще большой авторский недочет. Возможно не получилось собрать это в общую канву повествования, но это уж совсем как-то не честно - сто лет назад она ушла вникуда, а спустя тысячу страниц я вам все ж расскажу, где она была эти 20 лет. С тем же успехом можно было закончить вводную часть на моменте отдачи детей, добавить пару фраз о Бероевой и Морденке, потом сразу в финал, где рассказать чем все закончилось, а потом по главам о том, что же было с каждым до этого. И что-то начинала фразу как сарказм, а закончила мыслью, что это было бы гораздо более симпатично. Лично я на последней части извелась и каждую главу думала о том, расскажет автор о Юлии или нет вообще. Спасибо, рассказал.

Еще мое имхо - это то, что автором сначала затевался именно воровской тюремный роман, со всеми вытекающими и сопутствующими, и эти части максимально прекрасно проработаны в итоговом варианте, а уж потом появилась идея навешать знати да маскарадов, с чем уже получилось не так замечательно, ибо, кажется, Крестовский совершенно не знаком с жизнью богатых и знаменитых, а посему слишком много фантазировал и получилось неуверенно. Хотя ладно, старший Шадурский получился недурным, в смысле, мерзким, но живым и настоящим, все остальные же - слишком размыто, в сравнении с той же Наташей или Вересовым. И очень интересно, почему же так - погоня за объемом? Ведь и так хватает провисающих моментов, ту же Шадурскую слили просто вникуда, хотя она один из важных ключевых персонажей. Не было бы хуже, если бы были бы хозяева ноунейм. Глядишь, и объем романа сократился бы, ибо он большой. Слишком большой. Совершенно необоснованно большой.

Ужасную вещь скажу, но даже атмосферой Петербурга того времени я не прониклась, ни в хорошем, ни в плохом смысле этого слова. Автор ужасно много времени уделяет всяческим описаниям, но они настолько пресные и неинтересные для меня, что больше похоже на пытку, чем на атмосферу. Хотя ладно, единственное с пейзажем города, что я прочувствовала, стала финальная сцена с графом Каллашем, но это, кажется, виновата моя нелюбовь к подземке.

Немного резюмируя, хотя мыслей еще много, но я весь отпуск потратила на эту вариацию "Парижских тайн" (у них даже первые буквы одинаковые, Карл! ПТ, Карл! Кажется, это еще одно потрясающее совпадение!) и больше не хочу тратить ни минуты. Слишком затянутый роман о жизни знати и не знати, и не важно, что между ними пропасть, все они - это одни трущобы, просто одни могут чуть больше других. Я бы, в целом, ничего не потеряла, если бы не прочла этот опус, кроме пары долгопрогулочных баллов.

Что тут сказать, занимательное это было чтение. Объемное, местами затянутое, местами откровенно нудное, но все-таки занимательное. Возможно, во мне говорит моя извечная любовь к таким вот романам о судьбах людских, да еще в нескольких поколениях, да еще так чтобы герои все были связаны/перевязаны тонкими ниточками, но до поры до времени и не подозревали об этом. Это ж так интересно. Да, большая часть событий тут отдает самой настоящей чернухой, каждые пару страниц тот или иной герой либо задумывает преступление (разной степени тяжести), либо оказывается его жертвой. Врут и лицемерят тут вообще абсолютно все кроме самых тепличных людей, притом тепличные эти существа показаны у Крестовского такими наивными и дурными, что даже сочувствовать им как-то особо не получается.

Хоть и обещалось во вступлении поднять всю грязь петербургскую, я бы не сказала, что это такая уж прям мерзость. Читала я и похуже. Но это наверное особенность современности, тяжело нас удивить внебрачными детьми, убийствами, ограблениями да финансовыми махинациями. Но, как ни странно, никто из этих злодеев и пакостников меня не раздражал. Ни мерзопакостные Шадурские, ни блаженный Фомушка, ни даже тот сумасшедший, который изображал псину за выпивку, ни Морденко. Зато тупенькие кисейные барышни подбешивали. Что Бероева, что Маша, что княжна Анна - просто невероятные тупицы. Притом я сейчас говорю даже не о том, как они позволили мужикам себя окрутить (в случае с Бероевой все было немного иначе, но сейчас не об этом речь), а скорее о том, как они пытались справиться с тем, что на них свалилось. Каждая из них совершает максимально неправильные и даже для того времени дико нелогичные поступки, что только ухудшает и без того непростую ситуацию. Я бы еще к ним записала и малохольного Вересова, хоть он и не барышня, вот уж не человек, а недоразумение.

Еще одна характерная особенность это абсолютная гегемония зла. Везет здесь только плохим людям. Да, многие из них живут в нищете, голоде и холоде, но все равно умудряются выживать, а хорошие люди страдают и не справляются с тяготами жизни. Даже Морденко, который превратившись в плохиша после пощечин князя, теряет все свою удачу как только решает помириться с сыном. Сразу за этим следует быстрая смерть, а сын лопух теряет все векселя, обманутый княгиней. Мораль на лицо, как только Морденко сделал хоть что-то хорошее, удача сразу отвернулась от него. Муж Бероевой тоже страдает из-за своей доброты. Пытаясь вытащит жену из тюрьмы, он находит свидетеля и, обрадованный тем, что ему это удалось, дает свидетелю денег на выпивку. Пьяница-дворник разумеется напивается в хлам и выбалтывает все плохишам. И план Бероева проваливается.

Роман полон социальной несправедливости. Если ты богат, то ты всемогущ, бедным же людям не приходится рассчитывать ни на нормальную медицину, ни на правосудие. Сцены в больнице одни из самых жутких на мой взгляд. Вероятно потому что они до сих пор максимально актуальны. Надо отметить правда, что для меня книга заметно проседала в моментах, когда автор отставлял героев в сторону и пускался в длинные пространные рассуждения, на таких страницах я практически засыпала, хорошо, что их было не так много. Все-таки наблюдать за метаниями всех этих несчастных героев поинтереснее. Понятно, что хэппи-эндом при таком раскладе ни для кого и не пахнет, это было очевидно с самых первых страниц. Никому из героев Крестовский не позволит избежать своей незавидной участи. И по идее роман этот должен быть поучительным, вот только непонятно, чему он должен учить. Но лично я прочитала с удовольствием. Я бы даже сказала, что "Петербургские трущобы" помогли мне побороть тотальный нечитун.

Это был долгий путь в 1300 страниц. Это был мучительный путь по самым тёмным, грязным и злачным местам Петербурга середины XIX века, о котором я, впрочем, ни минуты не жалею.

Книга тяжела не только в плане физического веса (издание в серии «Большие книги» от «Азбуки» весит 1 кг 361 гр.), но и морально. В первую очередь, морально. И не последнюю роль тут играет талант Крестовского описывать всё и вся очень ярко и сочно. Я бы сказала «вкусно», но нет. Учитывая темы, раскрытые в «Петербургских трущобах», это слишком явно отдавало бы извращёнными наклонностями. :) Так вот, Крестовский настолько талантливый рассказчик, что перед глазами невольно встают нарисованные им сцены — до такой степени живые и объёмные, что мурашки бегут по коже. И это как минимум.

В романе было несколько моментов, после которых мне захотелось пойти помыться. Я не раз слышала подобные слова от других читателей в адрес других книг, но на себе такой эффект испытала впервые, потому как не являюсь «нежной фиалкой», и грязью с мерзостью меня не смутить. По крайней мере, так я считала до знакомства с творчеством Крестовского. Но господину Крестовскому и этого показалось мало: он написал две главы, идущие одна за другой, после которых мне физически стало плохо. И это не преувеличение. Прочитав эти главы, я захлопнула книгу и отложила её в сторону на несколько часов. На какое-то время в голову даже закралась крамольная мыслишка не дочитывать роман. Но потом руки сами собой снова потянулись к книге — остановиться невозможно.

Ближе к финалу Крестовский признаётся:

На что так и хочется ему ответить: «Да ла-а-адно?! А мы, читатели, и не заметили!» :))

Но если отбросить в сторону сарказм, то в этих словах Крестовского и заключается вся суть «Петербургских трущоб». Он красочно (даром что краски все мрачные, серые) рассказывает о петербургском дне, об отбросах общества. Здесь и нищие, и бродяги, и воры, и мошенники, и проститутки, и тюремные заключённые, и попрошайки — автор не пропустил ни один из слоёв грязного илистого дна, на котором обитают все «отверженные», «униженные и оскорблённые» жители города. Однако и про сливки общества Крестовский не забыл. Только в их случае речь идёт уже о моральном дне, которого достигают многие представители высшего света, драпируя свои пороки внешними приличиями.

По сути, «Петербургские трущобы» — достоверная социальная панорама Петербурга XIX столетия, для составления которой Крестовский проделал колоссальную работу. Думаю, это и было основной целью романа, а сюжет и главные герои в первую очередь служат для этого фундаментом и соединительным цементом. Что, впрочем, не делает сюжет менее интригующим, а героев — менее яркими и интересными. Особенно замечательно Крестовскому удались злодеи.

Немного о минусах романа.

Во-первых, на мой вкус, моментами Крестовский излишне многословен. Одну, вполне понятную мысль, он может расписывать целую страницу. У него красивейший слог, от которого получаешь читательское наслаждение, но всё же…

Во-вторых, роман перегружен. Тут масса мелькающих — скажем так, случайных — персонажей, не связанных с сюжетом. Зато являющихся иллюстрацией того или иного слоя петербургского дна. Видимо, собрав огромное количество информации для своей книги, он не нашёл в себе сил отбросить в сторону хотя бы её часть. Где-то треть романа совсем не про сюжет и не про главных героев. Из-за этого в какой-то момент чтения начинаешь испытывать усталость.

В-третьих, для такого объёмного, детально написанного романа финал вышел слишком быстрым и скомканным. То есть развязка, к которой мы все так долго шли, заняла что-то около десятка страниц. Заметьте: я ни слова не говорю о том, что судьба далеко не всех героев меня удовлетворила. О таких вещах с автором не спорят, ибо, как известно, автору виднее.

Это были три основные причины, по которым я решила снизить свою оценку, даже несмотря на восхищение и уважение, вызванные во мне Крестовским.

«Петербургские трущобы» — точно не та книга, которую будешь рекомендовать всем и каждому. Но если вам нравится тлен русской классики, если вы хотите достоверно узнать, как жил и чем дышал Петербург тех времён, то проходить мимо этого монументального романа никак нельзя. Да, это морально непростая, но нужная, важная книга. И даже по-своему прекрасная.

Ну а завершить свой отзыв я хочу замечательным стихотворением Аполлона Григорьева, которое приводит в романе сам Крестовский. И делает это не случайно: в стихотворении Григорьева, будто в водах Невы, отражаются «Петербургские трущобы».

P. S. Теперь у меня в планах посмотреть сериал «Петербургские тайны», снятый по мотивам романа Крестовского.

Как ни странно, эту рецензию я могла бы начать точно так же, как и предыдущую, на Гумилева. Эти книги тоже были у нас в семье и стояли в том же шкафу в комнате, где я жила - только то издание называлось "Петербургские тайны" и было с кинообложкой - в 90-е эта тенденция только начиналась. Более того, я долго не знала, что "Петербургские трущобы" - это реальное название, думала, что это шутка. Получился такой сплав "Трущоб" и "Парижских тайн".

Вполне возможно, что, создавая свою книгу, Крестовский ориентировался на вышедшие за 20 лет до этого "Парижские тайны". Но, что удивительнее, русскому писателю, которому было чуть за 20, удалось написать гораздо более, на мой взгляд, удачное произведение, чем его французскому предшественнику. В рамках "Долгой прогулки" я читала и книгу Эжена Сю, и хотя тому прошло уже несколько лет - помню картонных персонажей, льющуюся изо всех дыр навязчивую мораль и главного героя в сияющих доспехах. Да, многое Крестовский у него перенял - он тоже создал множество героев, переплел их судьбы между собой, закрутил разные сюжетные повороты, но у него все получилось как-то... реалистичнее. Во-первых, с самого начала весьма понятные характеры и мотивации персонажей. В принципе, у него тоже есть четкое разделение на плохих и хороших, но при этом это происходит не "просто потому что". Крестовский раскрывает душевные движения своих героев - будь то низкие и мелочные или возвышенные и чистые. Причем не отказывает отрицательным героям в редких добрых делах, а положительных не делает сияющими ангелами. А главное, у него нет нудных назидательных комментариев после каждой сцены - вот видите, как это вот плохо, так нельзя. (Ну, почти нет, если и есть, то гораздо в меньшем объеме, чем у Сю). По большей части он просто предъявляет какую-нибудь сцену, предоставляя читателю самому прочувствовать все эмоции и осознать, что он об этом думает. В наше время это точно работает гораздо лучше, чем разжевывание смысла каждого эпизода.
Следует отметить, что при этом объем книги все равно очень большой. Причем, как мне показалось, сюжет занимает в ней едва ли половину, еще столько же занимает бытописание. Причем, насколько я знаю из других источников, это описание довольно точное. Я не считая его излишним, учитывая, что в то время, когда Крестовский писал "Петербургские трущобы", многие его читатели из высшего света вряд ли точно представляли, как живут другие слои населения - мещане, бедняки, нищие, заключенные, проститутки, а уж тем более преступники. И еще менее это представляем мы, нынешние читатели, ведь в мире всё очень сильно поменялось. Хотя все еще есть и нищие, и тюрьмы, и публичные дома, но так или иначе - мало кто знает в таких подробностях быт позапрошлого века. И по высшему свету, впрочем, автор тоже проехался отличненько, думаю, с ним потом многие перестали общаться.
Но все же мне кажется, объем можно было бы и подурезать. Также из минусов книги отмечу, что персонажи теряются надолго, а также смену стиля автора - с жестко-реалистичного он иногда сбивается на ярко-сатирический, а иногда на гражданский пафос. Наверное, это проблема произведения, публиковавшегося по частям.

Вы когда-нибудь думали о том, что нам в школе подают классическую литературу как нечто невероятно чистое, ведущее нас к нравственным идеалам, и ничего не говорят о том, что в ней огромное количество секса? Просто это никак не комментируют, и мы сначала офигеваем, когда сталкиваемся, потому что привыкли, что там в основном собачек топят или что-то такое. А ведь, если подумать, у Достоевского чуть ли не в каждом романе один из краеугольных камней - то проституция ("Преступление и наказание"), то изнасилование ("Братья Карамазовы"), то педофилия ("Идиот"), у Толстого - тоже вагон всех этих тем, да даже если в самое начало забежать, к "Бедной Лизе", которую едва ли не в 7 классе проходят, то и там все крутится вокруг того, что Лиза переспала с Эрастом, а он ее бросил. Но мы изучаем все время что-то другое - то образ города, то мотив денег, то герой и толпа... Как будто этого всего нет. Поэтому с одной стороны, количество секса и насилия в "Трущобах", написанных в 1860-е, сначала шокирует, потому что думаешь - ну как же! это же 19 век! Потом вспоминаешь всю вышеперечисленную классику и понимаешь, что нормально всё, это опять восприятие классики как возвышенной литературы вмешалось.
Много всего здесь - и насилия, и жестокости, и несправедливости, и печальных историй, и любви, и поддержки, и обмана, и честности. Понравилась откровенность этой книги в том, что чистая душа не выживает в жестоком мире, нет высших сил, которые ее спасут и вытащат. Хотя одно чудесное спасение в книге все же есть, но тем не менее, жертва достаточно натерпелась до этого. И страшно от этого, потому что понимаешь, что это реально так и до сих пор. Хотя что-то и кануло в прошлое, но некоторые ситуации я вполне представляла себе и в наше время.

Захотелось посмотреть экранизацию, но меня пугают 60 серий, не понимаю, что там наснимали на такой объем - ведь если чисто сюжет из книги вычленить, ну серий на 5 хватило бы, ну 10 максимум.

Действие романа разворачивается в 1830-1850 годы. Молодая, толком не видевшая жизни княжна Анна Чечевинская влюбляется в галантного, но бездушного князя Дмитрия Шадурского. Любовь эта длится недолго, как и любое увлечение прожженного столичного ловеласа, к тому же еще и женатого. Князь уезжает в Петербург, начисто позабыв о девушке, а несчастная Анна узнает, что беременна. Ее и дитя, девочку Машу, ждет тяжелая, страшная жизнь...

Эта книга для меня - книга года. Самая тяжелая, самая мрачная, самая болезненная. Берясь за нее, я ожидала увлекательного авантюрного романа типа "Парижских тайн", но столкнулась с совсем иным, пусть и отдаленно похожим, произведением. Это бомба замедленного действия, разрывающая душу. Это крик отчаяния и одиночества. Это агония страшной смерти. Это слезы и боль, что пытается разогнать блеклый призрак авантюризма.

Автор развернул перед читателем мир, лишенный надежды. Здесь вопиющая нищета, когда человек борется за крохи наравне с животным. Здесь порок, где он опускается ниже любого из животных. Здесь разврат. Не тот, который выбрал для себя зажравшийся обыватель века нынешнего, а вынужденный, нездоровый, ведущий лишь на тот свет. Здесь отчаяние и неприятие такой страшной жизни. И зло, что бнзнаказанно пляшет на костях мучеников.

Это великое произведение. Как мне кажется, недооцененное, в отличии, например, от трудов Достоевского. Возможно, его тяжеловесность тому и причиной. Потому что катарсиса не наступает. Наступает лишь вымученный выдох: все, финал, я пережил это.

Книгу рекомендую читать тем, кто любит серьезную сложную литературу, особенно классическую.

Насквозь петербургская проза. Я подобную литературу очень люблю, поэтому, забегая вперед, могу сказать, что мне очень понравился роман!

Не смотря на то, что определяющим местом действия в название вынесены именно трущобы, этот роман не только о питерских задворках и подворотнях, ночлежках для нищих и тюрьмах, где обитает человеческий балласт – пьяницы, юродивые и калеки, малолетние проститутки, воры и каторжники. Этот роман также о ярко освещенных городских площадях, богато украшенных светских гостиных, где ведут беседы великосветские развратники и распутные дамы, готовые ради сиюминутных удовольствий на любые подлости и предательства, уповаясь безнаказанностью, обозначенной связями и толщиной кошелька.

Автор показывает разложение человеческого общества, одни представители которого, хоть и высоки по происхождению, но жалки и низки, как люди. Мать, проклинающая свою дочь за испорченную репутацию фамилии, отец, ненавидящий своего сына, за обиду, нанесенную ему его матерью, брат, бросающий сестру ради денег, и позволивший ей опуститься на самое дно...

Или другие – бедные и отчаявшиеся родители, идущие на крайний шаг ради своих детей, отдавая в заклад последнюю ценную вещь, а у кого не осталось оной – продавая себя, чтобы заработать на кусок хлеба для них.

Или преступники и каторжники – кои по призванию, кои по несправедливой случайности то ли судьбы, то ли правосудия.
Профессиональные нищие, не гнушающиеся брать в прокат или покупать чужих детей, сознательно уродуя их, дабы вызвать большую жалость страждущих.

Героев много, но образы прописанные великолепно. И это касается не только главных и второстепенных героев, но и порой незначительных, но таких колоритных личностей.
Драмы и повороты судеб героев – всё это захватывает и погружает в ту эпоху целиком.
А еще есть Петербург тех времён - его переулки и набережные, проспекты и мосты, злачные места и вертепы «питерского дна».
Еще одно интересное наблюдение. Подобную и подробную изнанку непарадного Петербурга я встречала в романе Эдуарда Кочергина «Ангелова кукла», действия которого разворачиваются более чем спустя 100 лет. И знаете, там - на «дне» за это время ничего не изменилось. И очень стало интересно, а может и сегодня там всё по-прежнему?

Внимание вопрос! Что объединяет эти картинки?

Ответ будет в рецензии)
Наши страдания закончились. Говорю наши, ибо с героями проживаешь все их беды. Потому что кроме бед, страданий, боли, предательства, обвинений и нет ничего. Хотя нет, есть описания города и жителей. Наверно, это половина книги.
Сюжет - это бразильский сериал. Очень грустный сериал. Пропавшие дети, мошенники, интриги, пересечение судеб, слезы, разбитые сердца. Но свои особенности есть.
Начнем с имперского национализма. То что было нормой, сейчас режет глаз. Евреи, хохлы, немцы. Одно склонение фамилии Морденко чего стоит! Хотя личность специфическая... Но как будет видно из дальнейшего повествования, автор любит использовать метод индукции. Я надеюсь не ошиблась. То есть, если ему встретился немец, который спал с женой своего подчиненного, что будут делать все немцы? Правильно, они создадут систему взаимопомощи, где ты получаешь повышение за счет жены. Остальные нации в основном обвинены в хитрости и жадности. По русским тоже прошлись, но они в основном просто жизнью обиженны.
Стереотипы 19 века. Мое любимое - лихие поляки. В зависимости от писателя эти лихачи либо рыцари, либо разбойники. У Крестовского второй вариант. И восстания, и фальшивомонетчики, и один из главных злодеев. Хотя я не сказала бы, что он злодей, но подлец точно.
Я была удивлена, как мало завязок на современность. Лишь ближе к концу, было нечто похожее. Вспомнили студенческие беспорядки, отмену телесных наказаний (как с этим связали освобождение Бероева мне даже понравилось!). Но! Сколько на истфаке говорили о шоке после Крымской войны. Как в обществе случился настоящий переворот сознания от поражения! Одно упоминание. Одно упоминание за все это многостраничное страдание!!! Да о наводнениях больше было написано...
Автор пытался открыть глаза на пороки общества. Оказывается на улицах Петербурга живут фальшивые нищие, девочки-проститутки, бедные рабочие, воровские шайки. И все на фоне бессердечного высшего света. Где женщины либо играют роль матрон и следят за нравственностью. Либо представляют собой Диан-охотниц, красивых, но гулящих. Около их мужчин крутятся камелии-содержанки, от которых избавляются без особых сожалений. На отшибе живут совы, которые в ханжестве своем достигли небывалых высот.
Два основных страдальца - Маша и Вересов (автор его редко называл Иваном, я тоже не буду). Вся их сюжетная линия - это страдания. Но как сказала моя мама, которой пришлось слушать аудиокнигу вместе со мной: да их жалко, но они никчемные. Не имеющие каких-либо навыков для выживания в городе. Хотя оба в нем родились и выросли! Не имеющие социальных связей. Неужели за 17 лет своей жизни Маша не видела никого кроме приемных родителей? Неужели Вересов не приобрел ни одного приятеля-друга? Да он в тюрьме больше знакомых приобрел чем за всю свою жизнь! Не говорю уже о знаниях. Но в итоге, автор жизнь дает им возможность начать с чистого листа. И оба талантливо все про... потеряли. Ладно, у Вересова денег было больше, дольше и на свете проживет, но итог чувствую будет такой же.
Вот кто автору удался - это злодеи. В отличии от положительных героев у них есть мотивация. Они ДЕЙСТВУЮТ! Хочешь отомстить? Стань ростовщиком, скупи векселя своего обидчика, обмани его, и обанкроть! Хочешь поиметь чужую жену? Заплати. Не ей, она честная. Нужно выполнить заказ по соблазнению чужой жены? Внедри своего человека в ее дом, он снюхается с прислугой, замани к себе, опои наркотиком. Там еще куча преступных схем. На сколько мерзок был блаженный Фомушка, но даже он такие схемы проворачивал! Его план с иконой и тьмой египетской! Да я уверена, что и сейчас найдутся, кто на это купится.
Кстати, на счет героев. Их много. Просто много. Но вы никогда их не перепутаете. Просто можете забыть их фамилии, и будете несколько минут думать: кто такой Проф Викулыч? Где я уже его встречала? Ах да, он был трактирщиком в "Ершах", в которых Бодлевский покупал фальшивый паспорт для горничной Наташи, сбежавшей с деньгами княгини Чечевинской! Но просто старайтесь не делать перерывов, и все эти колоритные персонажи будут как на ладони.
Крестовский много раз напомнит нам, что все это правда. Верю. Но надеюсь что не все девушки становились проститутками.

Я очень редко плaчу, когда читаю книги, как-то всегда получается абстрагироватьcя от гeроев, они же все-таки выдуманные, но в «Петербyргских трущобaх» Крестовский просто не оставил шанcа не расчувствоваться всей дyшой. К тому же и многие геpои его книги списаны с реaльных людей, с которыми он встретился, когда, собирая материaл для книги, погрузился в этот страшный мир трyщоб Петербурга.

В романе очень много гeроев, чьи судьбы сплелись и перемешались: здесь и всевозможные представители престyпного мира, начиная от голодных бpодяг и заканчивая аpистократами-авантюристaми, а также здесь и жеpтвы некоторых из этих престyплений. Но все же главным геpоем романа является мир тpущоб, нищеты, рaзврата и пpеступления, во всех проявлениях. И для того, чтобы как можно лучше познакомить читателя со всеми страшными подробностями этого мира, автор нещaдно вплетает в него судьбы своих геpоев. Именно нeщадно, потому что часто происходящее шокиpовало, хотя и не заставляло сомневаться в доcтоверности. Ужaс.. ужаc. Знаешь, что это все жизнь, бывает всякое, но все равно не можешь в дyше пpимириться с пониманием подобного, с вообще возможностью такого кошмaра, беcчеловечности, равнодyшия, или такой безыcходности, с какой приходится столкнуться кому-то из людей.

В свое время «Петербургские трyщобы» был беcтселлером. Крестовcкий написал его для того, чтобы раскрыть глаза многим, кто и понятия не имел, что бок о бок с ними, в пышном и величествeнном Петербурге заморeнный бpодяга воpует кусок хлеба, чтобы не yмереть с голоду, а 12-13лeтние дeвочки пpодают себя, чтобы выжить. Что те же бpодяги, не зная куда податься, ночyют зимой, забившиcь к какой-нибудь зaтхлый yголок - лишь бы переждать ночь и дождаться утренней обeдни, когда в цеpкви у пeчки можно будет отогреться. Что попpошайки yродуют, а часто этим и yбивают, младенцeв для того, чтобы вызвать побольше жaлости у подaтелей милоcтыни. Что трyщобный Петербург выживает как может, тонeт и cтонет в стрaданиях или в рaзврате, все больше и больше погрyжаясь на днo. Написал Крестовский этот роман и для того, чтобы показать, что нередко за личинoй какого-нибудь аpистократа или высокопоставлeнного вeльможи скрывается бeссердечный нe-чeловек, который, живя в роcкоши, даже и не подозрeвает, сколько жизней он сломал, чтобы ему только жилось пpиятно.

Тяжелая книга, но читать рекомендую обязательно. И оцeнка только самая высокая.

«Кабы люди с гоpя все топилиcь да резaлись, так и половины людей не жило бы на cвете.»

«Оно только сначала, с непривычки кажется, будто и невеcть как cтрашно... А потом ничего - можно... Живут же люди. Ты думаешь, только и гоpя, что у тебя у одной? Нет, милая, много есть гоpя у белого cвета... всякого гоpя - не одно твое, да живем вот, пока cмерть не взялa...»

«.. от голодy стал он плaкать; но это были не женcтвенные и не рeбячьи слeзы - это был какой-то нeвыносимо надсаживaющий дuшу, тихий, сдержанный и в то же время отчaянный вoй голоднoго пcа. Именно вoй - другого названия нет этому глухому, хриплому звуку. Он шел, шaтаючись от сильной усталости, а слезы ручьем текли по щекам, и из глoтки вырывались эти сиплыe, cобачьи вoпли.»

«Ещё и украсть не успел, а уж люди добрые за мазурика считают!.. Голодного-то за мазурика!.. А все потому - зачем голоден! Не надо голодным быть - нехорошо!.. За мазурика!.. Видно, и в самом деле, что голодный, что вор - одна собака. Вор - стало быть, человек голодный…»

Наконец-то я собралась мыслями написать отзыв о книге. Этот роман оказался самым тяжелым для меня за последние несколько лет. Сериал снятый по мотивам романа я не смотрела, он как раз пришелся на мое детство, и тогда, в силу возраста был просто не интересен. Если честно, я не ожидала, что содержание окажется настолько тяжелым для меня. Да, я читала описание, но все равно не оказалась готова к погружению на самое дно жизни.

Уже дослушав роман до конца, я решила почитать о самом авторе. Мне почему-то казалось, что написать такой роман мог только взрослый, зрелый человек, не мало повидавший на своем веку. И была очень удивлена, когда узнала, что на момент написания романа Всеволоду Крестовскому было всего 20 лет...
Собирая материал для романа, автор почти год бродяжничал. Именно нищая и голодная сторона, самое дно общество особенно удались Крестовскому.

Для меня этот роман сплошные боль и страдание, такое ощущение, что по мнению автора люди вообще в принципе не заслуживают счастья и радости. Только у кого то из героев хоть как-то начинает налаживаться жизнь, как автор его "добивает", человек должен страдать. Я понимаю, что в злачных местах нет ничего радостного и счастливого, но даже у их обитателей должны же быть какие-то радостные моменты в жизни. Не смотря на множество персонажей, они больше носят такой собирательный характер. Во все времена есть такие князья Шадурские, которые просто одним движением руки, одной своей прихотью способны искалечить жизни многим людям.

Рыба гниет с головы, так и тут показано падение нравов общества, вседозволенность аристократии. И хотя здесь в самых мрачных красках расписано самое дно общества, но берет начало оно как раз в роскошных княжеских гостиных . Почему-то ни один из героев не вызывает каких-то определенных эмоций, ни симпатий, ни сочувствия. Некоторые поступки героев вызывали у меня явное не понимание, например та же самая Маша , которая пережила не мало горя, голодала, но при этом собирается сбежать из приюта, где она живет хотя бы в тепле и накормлена. А все потому что ей надоело слушать отповеди. И ничего лучше чем уйти работать на панель она не придумывает...

Мораль всего романа-не осуждай, не зная всех причин и обстоятельств.
Вряд ли я когда-то стану повторять опыт и читать что-то подобное, да и особо впечатлительным людям читать эту книгу не стоит

Автор как бы в названии заявил, что хочет рассмотреть проблемы петербургских трущоб. Но сама жизнь и его собственный роман подтолкнули автора к более широкому взгляду на петербургское общество второй половины 19 века. И я вместе с автором окунулась в эпическую картину жизни целого города и его жителей : жизни нищих и арестантов, мещан и купцов, жандармов и сыщиков, юродивых и представителей высшего общества…
Автор познакомил нас с подробными зарисовками тяжелых картин нищенства. Такое очень тяжело читать . Например, такое жалкое мошенничество : протягивать две руки, вместо одной, чтоб в обе что-нибудь положили. Я их, конечно, жалела, а они в большинстве оказались просто мошенниками… Главу про язвление младенца обсуждать не буду. Не хочу и всё.
Безразличие и бессердечие царствуют в больницах для простых людей. Это захлестывает нас, переполняет горечью душу и сердце.
Сцена в воровском притоне, когда обучают мальчишек воровству, конечно, навеяно Чарльзом Диккенсом.
А какой захватывающий , практически, очерк про Вяземскую Лавру, криминальную ночлежку Петербурга. Это просто корежащий ужас! Тюрьмы, наказание преступников, прилюдное наказание Бероевой, работа палачей…
В романе просто неимоверное количество персонажей, но они такие разные, что перепутать их невозможно.
Очень интересные персонажи: горничная Наташа со своим любовником поляком Бодлевским , семейство Бероевых, ростовщик Морденко, княгиня и князь Шадурские, Сергей Антонович Бодров, семейство Чечевинских, генеральша Амалия Потаповна фон Шпильце, граф Каллаш…
Жаль Машу, попавшую в паутину фон Шпильце и Владимира Шадурского. И очень жалко княжну Анну, которая превращается в падшую женщину – в Чуху. Кто сильно раздражал, так это Иван Вересов. Такой инфантильный, такой некудышний, болтающийся в жизни , как цветок в проруби. Главы , посвященные тюрьме напоминают Достоевского, а история Рамзи - «Очарованного странника» Лескова. Во многих местах автор не может удержаться и начинает в открытую поучать своих читателей.
Содержание иногда кажется кусочным, но потом все соединяется в один монолит этого масштабного романа, который рекомендую прочитать всем, кто любит исторические, детективные, мелодраматические ,захватывающие , ,головокружительные романы.