Петербургские трущобы. Книга первая

Не могу однозначно ответить " мне понравилось" или "не понравилось", но советовать эту книгу никому не решусь. Снова аргументы "по полочкам":

1. Если вы мало-мальски знакомы с экранизацией романа 90х годов, следует иметь в виду, что сериал снят сильно "по мотивам" и приобрел окраску "коварные злодеи, благородные дворяне, любовь", из чего в книге только в злодеях нет недостатка. Хорошо и приятно, что в восприятии мелькают лица замечательных советских актеров, иных из которых уже нет, а другие сильно постарели, но уклон совершенно другой. Подзаголовок "книга о сытых и голодных" и этим многое сказано.

2. Книга многословна. Автор злоупотребляет подробностями. В книге десятки историй второстепенных и третьестепенных персонажей, публицистические отступления. Сказки, истории, которых хватило бы на десяток других книг. Мне представляется это так: Всеволод Крестовский набросал план с немалым числом пунктов - тюрьма, голод, злачные места, юродивые, проститутки, ночлежки и многое-многое другое и подробно по каждому пункту пишет страшные (без иронии) истории. Середина, на мой взгляд, совершенно уплыла в сторону.

3. А вот, пожалуй, главное сомнение "читать-не читать": беспросветный ужас, нагнетание обстановки, грязь, мерзость, разврат. Степень пороков такова, что волосы дыбом. Не могла в один подход закончить книгу, ждала, чтобы поскорее она закончилась. С депрессией даже не подходите к ней. Очень тяжело.

Ещё есть наблюдения в отношении  сюжета, непонятного поведения героев. Женщины в книге поступают как-то нелогично, Маша, хлебнув уже горя и испытав голод, хочет сбежать из приюта, где чисто и сыто, потому что устала от проповедей, и она, и Анна идут на панель, руководствуясь каким-то порывами - назло себе и другим, их облапошивают сутенерши - они верят. Самосохранение и здравый смысл вчистую проигрывают безысходности и всплескам гордости.  Автор нагнетает отрицательные эмоции, смачно описывает мерзавцев и как-то совсем мельком касается хорошего - перекрывая кислород героям по всем статьям. Даже природа не описана нигде с ласковым солнышком, цветущими деревьями - их нет ни в романе, ни в городе. Другой момент - то, как называет автор героев. Я заметила, что Юлию Бероеву автор лишь изредка упоминает по имени, а то всё по фамилии, а мнимого юродивого не иначе как ласкательным именем - Фомушка.

Словом, автор мастерски передал гнетущую трущобную атмосферу, а распределение сюжета во времени выполнено не вполне гармонично.

Слушала аудиокнигу Валерии Лебедевой 67,5 часов. Оценка не максимальная, потому что было много ошибок на простых словах, но труд, конечно гигантский - огромное спасибо создателям, представляю, каково было вариться в этом тексте так долго. 

Существует мнение, что историю России XIX века нужно изучать не по учебникам и монографиям, а по художественной литературе. Конечно, с оговоркой, что подразумевается не история государства Российского, а картина общественно-политической жизни: быт, нравы и повседневная жизнь, в данном случае - С.-Петербурга середины позапрошлого века. Впрочем, быть может, и не было никакой истории России, а одна только литература.

В этом смысле весьма любопытно начало романа, то, как Всеволод Крестовский подготавливает читателя.

Странная реакция на художественное произведение. Но Крестовский посчитал нужным ответить: истинная правда, я сам видел и вам покажу. И показал – исподнее имперской столицы, грязненькое такое, поношенное, прохудившееся. И стыдно и жалко, и как-то противно. А на самом деле, не столько «правда», сколько «социальная теория», картина болезни от доктора-писателя.

Однако существенная особенность «Петербургских трущоб» (почему и звездочки всё-таки зеленые) заключается в том, что в отличие, допустим, от Л.Толстого, заботящегося о нравственном облике читателя, автор романа – писатель честный. Не допускающий в своем произведении «чудесных спасений», «внезапного раскаяния» или «счастливого» deus ex machina («несчастливый» - встречается), он даже «весёлый дом» описывает без обычных умолчаний и лакировки. Ну, почти. (Правда, сам эпизод очень напоминает заказной газетный репортаж).

В предисловии автор утверждает, что для него нет «ни аристократов, ни плебеев, ни бар, ни мещан», а только люди. На самом деле в романе функционируют именно представители классов и сословий: князья, купцы, чиновники, один золотопромышленник даже есть, а также бесчисленные представители социального «дна» - нищие-попрошайки, шулеры, воры, убийцы, проститутки. Но страшнее всех те, кто оказался между классами. Сытые, но голодные. Два с половиной положительных героя удручающе беспомощны и при этом болезненно самолюбивы, а многочисленные злодеи, хотя иногда и дают надежду читателю – «и мошенник может быть честным человеком», - злы по-настоящему. Поневоле воскликнешь: да неужели все это так, все это правда?

В этом году мне везет на "долгоиграющие" книги, знакомство с которыми занимает не менее пары недель. Так и путешествие по петербургским трущобам далекого прошлого получилось очень сложным, эмоционально напряженным. Иногда хотелось просто бросить книгу, чтобы не погружаться в этот реальный кошмар. Автор очень достоверно описывает все происходящее, при этом явного морализаторства тут нет.
Зато тут есть много людской злобы, низости и жестокости. Чего стоит сцена "изъязвления младенца"? Тут не то что сердце кровью обливается, тут желание кого-нибудь прибить бьет фонтаном. Но у автора свой взгляд на воздаяние по делам человеческим. Не опускаясь до описания минимальных подробностей (чем грешит большинство современных авторов, которые никак не могут обойтись без подробного описания физиологии), он умудряется передать всю мерзость происходящего.
Вообще, я бы не рекомендовала впечатлительным людям читать эту книгу, так как она очень откликается эмоционально. Лично я не уверена, что смогу когда-нибудь вернуться к этой истории.

Очень объёмная, но крайне увлекательная книга. Вопреки моим предположениям, тут не только жизнь жителей трущоб описывается, а вовсе даже про разных людей речь идёт, как бедных, так и знатных и богатых. Иногда посещало чувство, будто все происходит в какой-то параллельной реальности, трудно было представить, что возможно такое скопление мерзости и людских пороков в отдельно взятом месте.

Чаще всего в произведении один отрицательный герой, ну максимум двое-трое. Здесь же целое сборище отвратительных личностей, начиная от просто непорядочных до различных подлецов, аферистов и прочих сволочей, концентрация которых на страницах книги такова, что более-менее симпатичного персонажа днём с огнём надо искать. Да и то не факт, что показавшийся изначально симпатичным герой не станет потом творить лютую дичь - подобное тут тоже встречается. Однако действующие лица необычайно выразительны, и чем больше отвратен герой, тем более он выразителен.

Такое ощущение, что автор постарался собрать все отрицательные характеры и явления в своей книге, посвятить её именно тёмной стороне жизни, показать самое дно. Побочные отданные на сторону дети, нищие, проститутки, воры и мошенники, отъявленные мерзавцы, месть и ненависть, подлость и бессердечие. И что самое интересное, установка "добро побеждает зло" здесь не работает, а все совсем наоборот, судьба большинства из очень немногих положительных героев крайне незавидна.
Напрашивается вывод, что в те времена творился ад кромешный, и хороших людей можно было в музеях выставлять как величайшую редкость, что, конечно же, совсем не так (ну, мне так хочется думать).

Люди, читавшие книгу ранее, в ответ на моё "чокак?" сетовали на тяжёлый слог автора. Чесслово, ничего тяжёлого так и не увидела, видимо восприятие у всех разное. Да, слог несовременный и это заметно, в тексте встречаются слова и выражения, канувшие в Лету, в некоторых местах - обилие сленга, но именно все это и придает ему атмосферность, привлекательность и особый колорит. Правда, с различными описаниями всего подряд вышел небольшой перебор, но не настолько, чтобы отвратить такого любителя описаний, как я.

Бесспорно, это очень впечатляющее произведение, и мне уже хочется его перечитать. Я считаю, стоит внимания, несмотря на некоторые огрехи в виде несколько неравномерного повествования, прыгающего от одних героев к другим, да так, что иногда теряются некоторые моменты, про которые хотелось бы узнать чуть больше.
Во всяком случае, понравится или нет, но не забудется через день-другой и мимо бесследно не пройдёт.

Иду один я Невским, потому, что не с кем.
Потому, что вечер. Потому, что дождь.
А на Невском — людно. А на Невском — шумно.
И можно затеряться… Да так, что пропадешь!
Как иголка, в стогу сена. Как во дворике кот серый.
В отраженьях витрин все мы, так похожи на манекенов.
Нет на Невском отдельных судеб. Нет подследственных, нет их судей.
Получили мы свыше ссуду, и теряем ее повсюду.
(с) "Невский проспект", Александр Иванов

И, конечно, при упоминании Петербурга, моего родного города и постоянного места пребывания, не могу удержаться от цитаты из культового фильма...

Хм, город!.. Город — страшная сила. А чем больше город, тем он сильнее. Он засасывает. Только сильный может… выкарабкаться.
(с) "Брат"

Я не смотрела экранизаций романа по причине глубоких предубеждений относительно кинематографии девяностых годов в частности и российской в общем. Но от книги, вопреки всем своим ожиданиям, я осталась в полнейшем восторге. Воистину говорят, чем меньше ожиданий, тем больше сюрпризов.

Было очень много претензий по поводу объема данного романа, но ничего лишнего так и не увидела, учитывая тот факт, что я нашла издание с вырезанными главами, а это таки существенно увеличило общий прочитанный объем. Все очень гармонично, складно и красиво ложилось в общую канву с краткими историческими справками, объясняющими во многом дальнейшее происходящее в романе. Яркий пример - справка про Вяземскую лавру, где подробно описан быт живущих в этом трущобном квартале, включая полицейские облавы. И тут же, возвращаясь к нашим основным героям, автор описывает одну из таких облав. Если бы не предшествующая справка, можно бы возмутиться, мол, с каких таких полицаи приперлись нежданно? Нынче таких претензий не имеем. Однако ж, нужность таковых вводных мы понимаем лишь опосля, наткнувшись на подобные сцены, в момент же справочной информации праведно возмущаясь на предмет их существования.

А еще за две недели усиленного чтения сиего талмуда я сильно заприметила за собой изменение речи - и не токмо устной, но и умственной - там и тут стали мелькать старорусские слова, канцелярит и якобы тяжелые обороты XIX века. "Интересные факты" данного произведения предостерегают читателя на сей предмет - мол, канцелярский язык, блатной жаргон... Может и не делает мне это чести, но 90% арго я понимала беспроблемно, останавливаясь на ссылках и пояснениях лишь иноязычных изречений, преимущественно французских, ибо латынь была мной изучаема в свое время и в пределах, представленных в книга(х).

Поначалу я недоумевала, почему трущобы, если нам тут про князей да бояр глаголят... Но развитие и концовка книги дала свой ответ на все, буквально все мои вопросы. Автор очень хорошо показал, что ни единая душа не вольна зарекаться от судьбы, от сумы да от тюрьмы... Поговорка из грязи в князи тоже весьма неплохо иллюстрирована в данном романе, но, конечно, трущобы таковы, что из своих сетей флигельных да кабацких просто так не отпустят...

Более всего меня покоробили сцены не нравственного падения, или даже убийства, а извращения над детьми, называемые воспитанием. В частности, сдача их в аренду нищим, да поощрение водкой мальчишек десяти-двенадцати лет за усвоенный урок воровства... В описании тюремных отношений более удивила женская половина. Уж не ждала я такой поддержки да милосердия. В наше время данный раздел общества считается чуть ли суровее мужской части.

Максимальное число закрытых линий делают автору честь, никаких вопросов по завершению чтения не осталось, и даже маленького отпрыска Бероевой и Шадурского не забыли (печальная сцена весьма случилась...). Зато по части интриг да подковерных игр двулогия переплюнет даже "Игру престолов", настолько там все подзапутано да хитроделанно. Не интригуют да не обманывают персонажи, которых на руках одной руки посчитать можно (тут можно было б ввернуть шутку про старого токаря с тремя пальцами, но тьфу-тьфу-тьфу меня, чур-чур). Несмотря на обилие линий, которые дали бы честь любому бразильскому сериалу, это совершенно не смотрится вынужденно, а неизменно вызывает интерес. А в новых героях нет-нет да узнаются старые и забытые - и писатель не обманывает нас в ожиданиях, предоставляя всё новые выверты.

В книге нет хэппи-энда, и на него можно не рассчитывать - если, конечно, не считать текущую ситуацию хэппи - отмучились... По всем признакам явственно видно, что писатель писал не из головы, а на реальном, изученном материале. Как я понимаю, у Крестовского первоначальная задача стояла отнюдь не написать развлекательный криминальный романчик на потребу публике, а показать истинную жизнь трущоб, и не только трущоб падших, по Сенной да Садовой, но и княжеских... Это ему удалось на все сто сорок шесть процентов.

Про сто сорок шесть процентов сейчас вот была не просто отсылочка к популярному мемчику, а скорее отсылкой к совместной песне групп "Порнофильмы" и "Элизиум", на концерт последних я уже опаздываююююююю...........

Но я совсем не могу уйти, если не скажу - уж на сколько в середине 19 века Петербург был маленький, и насколько он сейчас большой - и то переплетение судеб порой удивляет безмерно... Живя на разных ветках метро, на совершенно третьей столкнуться в одной двери вагона метро со старым другом своим - раз плюнуть! А познакомиться в интернетах с парнем (с другого города!), опосля узнав, что у нас примерно 80% общих друзей - херня вопрос! И так далее, и всё это из моей жизни...

Лучшего совета нельзя дать человеку, который берет в руки эту книгу. Она, действительно, не для всех. Русский тлен во всей своей красе притаился на ее страницах. Его здесь столько, что ближе к концу хочется крикнуть автору "горшочек, не вари".

Так пишет о себе сам автор, и это так. Наверное, здесь нет ни одного счастливого персонажа. Крестовский сталкивает два мира: богемный петербургский мир и мир его трущоб, нищеты, грязи. И еще неизвестно, какой лучше..

Это просто колоссальное полотно! Настоящая "энциклопедия русской жизни". Куда бы не зашел читатель вслед за автором, он подробно узнает, как выглядела тюрьма, бордель, больница, комната дворника, квартира содержанки, ночлежка, полицейский участок и ещё огромное количество локаций. Да, возможно, эти моменты читать немного скучновато, но как точно воспроизведена эпоха! Если вы хотите знать, как выглядел Петербург XIX века, то вам к Крестовскому.

Если же вы думаете, что русская классика скучная, а тут еще и 1300 страниц, то зря вы так думаете. Крестовский - мастер неожиданных поворотов сюжета, действие развивается так стремительно, что только и успевай за ним следить! Вот ты сидишь и думаешь, как плохо будет герою. Пф, Крестовский сделает в сто раз хуже и все равно в очередной раз удивит тебя.

Видела, что Крестовского ругают за слог. Но, как по мне, а я, на минуточку, тоже филолог, прекрасный слог. Читать его легко и увлекательно. Крестовский, конечно, не профессиональный литератор, а эту невероятную книгу он написал... в 26 лет. Но это не то что нисколько не умаляет его заслуг, а даже наоборот! Чувствуется только, что он хотел уместить на страницах своего романа просто всё, и в этом тоже нет ничего удивительного.

Автор провел большое количество времени, изучая петербургское дно, всё, что он описывает, он видел своими глазами. И от этого порой возникало такое удушающее чувство, что хотелось выбросить книгу. Но я рада, что не сделала этого и дошла до конца.

Автор ставит своих героев в сложные жизненные ситуации и прослеживает, как будут меняться их характеры, сломаются они или нет, смогут ли выкарабкаться.. При этом Крестовский может написать о чем-то в первой части книги, закинуть крючок читателю и "вспомнить" про это только в пятой части. А ты сидишь и всю книгу переживаешь за героя.

Один "недостаток" у таких эпических полотен. Ты настолько прикипаешь к героям, что первое время не понимаешь, как жить дальше без них. Считаю, что книга незаслуженно забыта. Даже на филфаке нам не говорили о ней ни слова.

Буквально в предыдущей своей рецензии я уговаривала судей не давать нам больше тягомотины. Еще одного «шыдевра» как от мистера Сэя я бы точно не выдержала. Что ж, в августе судьи меня услышали и положили в «черный ящик» книгу, которой я бы присудила приз в номинации «самый динамичный роман года», не будь он написан аж 150 лет назад.
Бойся желаний своих, Дзера, сказала я себе первый раз, когда увидела размер «ящичка». Предчувствие меня не обмануло. Перед нами полторы тыщи страниц графомании. Причем графоманьячит (точнее, графоманьячил) господин Крестовский в двух направлениях. Первое из них – описания. Сто тыщ описаний. С завидным упоением описывает автор нам жизнь обитателей трущоб, черпая какое-то свое (уж точно не понятное мне) удовольствие в смаковании всех этих отвратительных деталей. И хотя автор настойчиво повторяет, что перед нами люди несчастные, пострадавшие от других (и часто без вины), и что мы должны их пожалеть, жалеть их (по крайней мере у меня) не получается.
Мы видим перед собой разнообразных личностей, которые опустились в этой жизни на самое дно. Это всевозможные нищие, воры и проститутки. День за днем влачат они свое бессмысленное существование. Бессмысленное – потому что такое количество относительно здоровых мужчин и женщин уж точно могло бы приносить пользу обществу, вместо того чтобы беспробудно пить. Да-да, у десятков, а то и сотен, тысяч индивидуумов пьянство – любимое (а зачастую и единственное) развлечение. Повторюсь, что автор настаивает на жалости ко всем этим людям, но сам себе противоречит, указывая причинами их несчастий преимущественно пьянство и лень. Так какого ж вы их описываете, господин Крестовский? Исключительно из любви к искусству?
Бойся желаний своих, Дзера, сказала я себе второй раз, и здесь я о динамичности. Хоть в романе целых полторы тыщи страниц, событий в нем хватит на все пять. Огромное количество второстепенных персонажей, да и немалое количество персонажей главных, мельтешило по повествованию, создавая адскую движуху. Запомнить их всех нет никакой возможности (а у меня и желания), но некоторые привлекли мое внимание высшей степенью идиотизма своих действий.
Начнем с двух главных героинь романа – княжны Анны Чечевинской и ее незаконнорожденной дочери Маши. Эти две дамы – типичные представительницы тп. Их поступки не поддаются логике. Вместо того, чтобы пойти на содержание к какому-нибудь состоятельному купцу, эти идиотки выбирают панель или публичный дом. Первая руководствуется местью (ага, назло маме отморожу уши), а вторая – нравственностью. Шта!!?? То есть жить с мужиком за деньги – это плохо, а давать все подряд за деньги – это ок?
Затем перейдем к одному из главных героев – Ивану Вересову, связанному с вышеописанными дамами невероятными хитросплетениями великосветских интриг. Что ж, он им под стать. Всю свою жизнь он жил в голоде и холоде, терпел от отца только тычки и попреки, но как папаша помер, расчувствовался и давай выполнять клятву, данную ему на смертном одре. А так как клятву выполнить не удалось, то он стал наказывать себя голодом и холодом. Шта??!! Вместо того, чтобы порадоваться свалившемуся на него состоянию, он бездарно просрал свою жизнь. И вот к таким героям я должна преисполниться сочувствия???
И так практически со всеми хоть мало-мальски положительными (не могу сказать симпатичными, тк они жутко муторные) персонажами. Но и относительно отрицательные герои тоже «радуют»: например, граф Каллаш, которые отправился на ночную прогулку по подземным тоннелям с людьми, которых только что шантажировал, и с деньгами, которые они ему отдали. Идиот, ну чистой воды идиот.
Есть ли у этой книги положительные стороны? Наверное, к ним можно отнести живой слог и легкость, с которой переворачиваются страницы. Для меня из плюсов – это всё. Ужасно, что после полутора тыщ страниц и почти месяца мучений хочется забыть всех этих князей Шадурских и Чечевинских и иже с ними, как страшный сон!

Мне понравилось. И пусть здесь нет почти ни одного добродетельного героя,  пусть на каждой страничке присутствует изображение человеческого горя, нищеты и страдания, порока и разврата.
Здесь отказываются от детей, продают их для разных целей, а трёхмесячного младенца поливают кипятком, ведь с таким подадут больше милостыни.
Здесь молодых девушек и женщин обманом завлекают в сети порока. Порядочную женщину, верную жену и мать двоих детей, опаивают и отдают на развлечение молодому князьку.
Ему же в любовницы продают молоденькую невинную девушку.
Здесь отец люто ненавидит сына, но души не чает в попугае и безносом голубе.
Здесь осуждённые за жестокие преступления, подготавливая побег, стараются, чтобы пришелся он на злую смену охраны, дабы не подставлять людей хороших. А самые зачерствелые преступники с искренним удовольствием предаются уходу за цветами в тюремном саду.
Кстати, хочу отметить размышления автора о тюрьмах и арестантах, их быте. Тюрьма в романе – целый мир со своей историей, со своим фольклором и даже искусством. Автор даёт подробные сноски, которые очень кстати, поскольку некоторые главы представляют собой практически словарь воровского жаргона.
Мучает меня один вопрос. Все мы много читали о трущобах Парижа или Лондона. И Гюго, и Диккенс весьма популярны у русского читателя. Но вот почему-то русский читатель не особо жалует романы о трущобах отечественных. Да и вообще предпочитает русской классике зарубежную, мол, русская-то слишком беспросветна и депрессивна.
Крестовский пишет, что целью его романа было устроить "обществу более близкое знакомство с его собственными сокрытыми язвами и злокачественными наростами".
А общество очень не любит, когда ему указывают на его пороки. Общество глухо, общество жестоко. Общество пожирает себя изнутри.
Актуален ли роман сейчас? Несомненно! И сейчас полно у нас шадурских, фомушек, морденок, хлебонасущенских и др. И мир нищих и попрошаек так же процветает, и проституция, и мошенничество.

Вообще я люблю русских писателей 19 века. Есть некая составляющая в их книгах, литературоведы наверняка знают, как её обозвать, которая и есть "19 век, Санкт-Петербург, русский писатель пишет о жизни". Поэтому и только поэтому 5/10, не совсем уж всё плохо, атмосфера выдержана, условная аристократичность повествования присутствует даже при описании дна, так что уже жить можно.

А теперь о минусах.
Во-первых, в предисловии автор рассказывает о неких господах, которые до публикации романа восклицали "Да неужели всё правда так плохо?!". И автор, скорбно качая главою, говорит, мол, писал как есть, не обессудьте... Мне, честно говоря, хотелось задать тот же вопрос. Ну да, автор пишет о язвах общества, о дне, о не самых приятных людях, но... это ж повеситься хочется, если принять такую картину мира за основание. Куда ни глянь - везде подлецы и лицемеры, что в трущобах, что в светских салонах, что в церквях... Люди, есть ли вы? хочется воскликнуть. Не особо есть, по мнению писателя.

Во-вторых, крайне немногочисленные положительные персонажи огребают от автора по полной. И в какой-то момент уже устаешь им сочувствовать. И начинается раздражение на явные смакования страданий героинь...

В-третьих, огромное количество историй и отсутствие главной. Две сюжетные линии (с князьями Чечевинскими и Шадурскими) чутка попространней и логичнее, но остальные - начинаются, пропадают, возникают снова, а главное, все мошенничают, страдают, лгут и так далее.

В-четвертых, обилие сленга в отдельных главах. Набрать за две страницы 60 сносок (за которыми в моей читалке приходится бегать в конец книги) - это слишком. И самое интересное, что на создание образа этакого воровского притона оно не работает!

В-пятых... а господину Крестовскому легко жилось на свете? Показать с максимальными деталями язвы социальной верхушки и социального дна, смаковать это всё, усиливать трагизм, окутать читателя мраком, безысходностью и ненавистью к человечеству, которое гнилое всё, до последней особи... И да, нарисовать Петербург такими красками, чтобы захотелось его снести с лица земли и всех в нем живущих уничтожить. Ну так мы не будем, обойдется. Люди разные есть, и нет, подлецы и сволочи не составляют 99.9% населения. Действительно великие писатели это понимали.

Как хорошо, что это закончилось.

На этом отзыв можно и считать завершённым.

Есть книги, которые хочется восхвалять, воспевая им оды. Есть книги, на которые хочется вылить ушат коричневой жижи. А есть "Петербургские трущобы".

Начинается повествование довольно бодренько: все живы, здоровы, в достатке, розовощёки, мир, благодать и 19 век. Господа знаются с другими господами, челядь проживает как умеет. И тут как гром среди ясного неба: хорошенькая княжна, двадцати пяти годиков от роду, возьми да забеременей от женатого мужчины. И всё пошло по пи под откос.

Худшее тут даже не то, какими путями рушились судьбы и запятнывались честные и не очень имена людей, не то, как князья и графы (пол не важен) в мгновение ока могли оказаться на самом дне петербургского общества или даже на каторге, а прислуга оказаться на вершине волны (но каким путём), а то, что нет буквально ни одной живой души, про которую можно сказать, что она целиком и полностью (или хотя бы максимально) положительна. Даже условно положительные герои не без греха.

А что уж говорить о тех, кто очевидно с грехом. Какими отвратительными путями доставляют одни герои несчастья другим, на мгновение обретая счастье. Поначалу мне было безумно жаль внебрачных детей, кинутых на содержание кормилицам, подкинутым в чужие дома, подвергнутым с самого рождения на муки и испытания. Но, повзрослевшие они (скорее их выбор) вызывают презрение, а порой даже омерзение.

Я очень ждала, когда уже вся эта вакханалия закончится, и на 75% была уверена, что не смогу дочитать книгу (не до дедлайна, а вообще). Очень-очень-очень депрессивно. Не хочу верить, что в людей настолько нельзя верить. Неужели в Петербургских трущобах 19 века царило такое ужасающее мракобесие? Похоже, что да, и я счастлива от того, что мы не в 19 веке.

Отзыв даётся крайне тяжело, потому что во время осмысления прочитанного на глаза наворачиваются слёзы. Особенно тяжела концовка, в которой переплетаются судьбы всех главных героев, если нарисовать схему их отношений, запутаешься похлеще, чем во всех Буэндиа. Хэппи энда не случается, но развязка всё же происходит. Хотя если счесть смерть за счастливый исход, то всё же да. Это же не спойлер? Я вообще не назвала ни одного имени.

В здравом уме и трезвой памяти я бы не выбрала эту книгу для самостоятельного прочтения. Для любителей Достоевского она, пожалуй, должна быть хороша (я скорее не любитель, а мимопроходитель, иногда почитыватель). И для любителей резко окунуть лицо в ведро каках неукрашенной реальности.

P.S. А вообще это та книга, на которую отзыв нужно писать не сразу после прочтения (как я сейчас), а основательно порефлексировав над ней. Этим я и займусь в ближайшие дни, возможно, даже повышу оценку, но это не точно.