Пустые сосуды для жизни взаймы
Мои впечатления от латиноамериканцев, в последнее время, в расхристанном стиле;) Нет возможности привести в стройный ряд образы, для последующего логичного анализа и конкретных рекомендаций. Их так тяжело советовать. О них так трудно рассудочно написать. Эмоциональное, порывистое, чувственное, трагичное, депрессивное, аффектированное...пафосное. Выбирайте все оттенки единого и страстного. Единого в лоскутности. Страстного в воображаемом.
Стала бы я возвращаться ко всем этим знаменитым аргентинцам, колумбийцам, чилийцам если бы не Пуиг и его совершенный по синтезу роман ? Знаете, есть вина выдержанные, традиционные...предсказуемые.... скучные. А есть дерзкие, молодые, рисковые, как раз к ним и относятся Летельер , Льоса и мое отдельное открытие дон Мануэль. Их предвкушаешь и остерегаешься одновременно. Они такие физиологичные и закомплексованный. Как чёрно-белое кино, повествующее о ярком танце. Как цветок в волосах партнёрши, об оттенке которого ты точно знаешь.
Наверное, все дело в загадочности и виртуозности. Когда главам предшествует диалог из фильма, а рассказ о жизни героев подробен до болезненности. Все смешивается в единый характер - комплексы, желания, сутулость и одиночество за столиком в воскресном спортивном клубе. Несбывшиеся встречи и головная боль от преследующей бессонницы. Нервические взгляды через плечо и связи, оправданные причинами, мелочными и одновременно значимыми. Одиночество, неуверенность, жадный и стыдливый взгляд в чужое существование.
В отрывочных описаниях этой книги можно запутаться. Все эти Фрэнки, каменщики-натурщики, разведённые мужчины, с суеверной осторожностью подумывающие о несчастьях, которые приносят одноглазые женщины, и жена ветеринара, отвлекшаяся от партии в бридж...спуститесь по сноске вниз и, возможно, вам станет легче отсортировать настоящую бессонницу Глории, от воспоминаний о пляже в Акапулько. Подобное напряжение вчитываемости вас ожидает и от Лео, первая встреча с которым как съёмка с разных ракурсов, актерская проба для полотенца, всё ещё влажного после душа.
И грохот захлопываемой двери лифта, и ручка двери, начинающая свой разворот... В этом повествовании даже паркетный пол и овечья шкура, тщательно отмытая и вычесанная, имеют свое осязание. Странный набор из воспоминаний и ощущений, прошлого и эфемерного, вряд ли осуществимого, будущего. С различимыми звуками, запахами, шершавостью под ладонью и дребезжанием нити накаливания тусклой лампочки. Странно. Притягательно. Раздражающе.
Все это о "Любви..." и, боюсь, все это правда. Запретное, стыдное и такое естественное. Нетривиальное и неоднозначное, сподвигающее читателя разбираться в закоулках человеческого сердца и души.
72 понравилось
