Трамвай "Желание"

Эмоционально горячо и возмутимо страстно о том, что волновало автора и американское общество конца 50-х гг.
Наверное, мало изменилось за 60 с лишним лет. Душевные болезни сложнее переносятся, чем физические. Кто-то ждёт смерти как выхода, а кто-то в надежде убеждает себя в отстутствии серьёзной болезни. Кроме этого, семейная драма дополнена желанием поделить шкуру не убитого медведя, деньги, богатство,наследство - во главе всего.
В целом пьеса не может не понравится. Чувства и эмоции героев зашкаливают, даже не нужно ходить в театр - и скудное воображение читателя сумеет воспроизвести тот накал страстей, поднятый героямт Уильямсом. Единственное, мне показалось, что автор ужасный пессимист, выхода из сложившейся жизненной ситуации нет. Американский писатель не даёт и ниточки надежды на изменения в жизни молодой пары.
...
А я все пытаюсь представить кошку на раскаленной крыше. Почему такое название? Откуда такой символ, образ и сравнение, сделанное одной из героинь пьесы? Кажется, что на раскаленной крыше любой подпрыгнет, вскачет, закричит, убежит....

Еще одна пьеса Уильямса, позволившая мне скоротать приятный вечерок и подумать.

Бланш. Героиня держащаяся за то время и то место; отказывающаяся принимать настоящее таким, каким оно стало. Конечно, все это из-за трудностей (в виде смерти мужа) выпавших на ее долю; из-за глубокой привязанности к "Мечте", к своим былым влиянию и успеху. Таким образом, изнеженная изысками прошлой жизни, она оказывается просто не приспособленной к среде, в которой оказалась. У сломленной Бланш хватает сил просто плыть по течению и делать вид, что ничего не изменилось. Убогими смотрятся ее попытки спастись: постоянные приемы ванны, выпивка и бесконечная бессмысленная ложь. Да и сама она выглядит жалкой, как рыба, на дне пересохшего озера.

Ее сестра, Стелла. Разве Вы поймете с первого взгляда, что женщина когда-то знала достаток и роскошь? Конечно нет. Не будучи никогда по-настоящему счастлива в "Мечте", она не привязана ни к ней самой, ни к деньгам. Жизнь, для поисков которой она покинула дом, по-видимому, ее устраивает. Она любит своего мужа, и готова прощать ему то, что приводит Бланш в шок. Но позже сцена между Стивом и Юнис показывает, что подобные отношения между мужчиной и женщиной вроде бы и нормальны. Тут уж каждый решает сам.

Стэнли, муж Стеллы, настоящее животное, для которого женщина, лишь жертва. Бланш не упускает возможности и пофлиртовать с ним, и нагрубить. Тут и разворачивается самый драматический момент пьесы. В предпоследней картине отношения между двумя героями приходят к логическому исходу. Бланш, играющая с огнем на протяжении всей пьесы, оказывается обесчестенной жертвой, которая сама стремилась оказаться в силках, а Стэнли поступает примитивно, согласно инстинктам. Уважать его не за что.

Митч. Хороший и несчастный парень, правда доверчивый. Довольно распространенный второстепенный персонаж.

Последняя картина расставляет акценты: на сколько жалка Бланш, на сколько несчастна Стелла и на сколько все равно Стэнли. Все логично и понятно.

Давным-давно в одной девичьей тетрадке нашла такие строки:

Как-то они всплыли в памяти, когда я закончила читать «Трамвай «Желание»».
Жутко одинокая, никем не понятая, изломанная Бланш, для которой нет утешения. До чтения пьесы смотрела спектакль и фильм. И тогда, и сейчас такая боль где-то там, внутри. Конечно, «сама виновата», конечно, «видели глазки, что брали». Но так жаль эту хрупкую, раненную, измученную жизнью и алкоголем стареющую женщину.
Атмосфера в книге такая, что кажется, кругом все разговаривают только на повышенных, всё в вечном напряжении, ты сжимаешься от ожидания удара. Грубая сила Ковальского давит даже на читателя. Страшно и неуютно в двухкомнатной квартирке с картонными стенами. Точно так же, как сквозь стены долетает грубый смех соседей, их скандалы и звуки побоев, так же врывается в чужую душу и Стен Ковальский. За словами признания:

фактически скрывается заявление, о том, что он сломал её, девушку из другого мира, подмял под себя. Это любовь? Какая-то жестокая любовь.
Но всё-таки отношение к Ковальскому неоднозначно. Да, сволочь и хам, да, простить насилие невозможно. Но есть, есть моменты, когда его становится жалко. Понимаешь, что стервенеет он при виде Бланш лишь потому, что боится потерять Стеллу. Любит, как умеет. Бьёт и любит.
Стелла тоже фигура неоднозначная. Выбор между сестрой и мужем очень тяжёл. Никому такого не пожелаешь. И тысячи женщин поступили так же. Но такой осадок в душе.
И Митч… Не знаю, он ещё хуже Ковальского. Трусость, прикрытая грубостью. И здесь стремление к насилию. И здесь вместе с толпой.
Такая маленькая пьеса и такая сила. И вот всё думаю: а может и лучше для Бланш такой конец? Может, под таблетками и за мягкими стенами боль притупится?

Великолепная пьеса.
В ней столько разнообразных идей, что трудно решить, с которой начать. Видимо, с самой главной: она только на первый взгляд выглядит тривиальной. Любите своих любимых прямо сейчас! Не дожидайтесь, пока они заорут на вас с раскалённой крыши или, хуже того, умрут, не раскрыв своих тайн. Ни для кого это не Откровение, а между тем, когда доходит до дела, мы всё время отвлекаемся на ерунду. Даже если дать себе слово целый вечер посвятить близкому человеку, всё равно ловишь себя на... чтении, проверке счетов, переписке с посторонними людьми, пустом разговоре... на чём угодно, кроме настоящего внимания к любимому. "Смешно", - говорит по такому поводу Брик. Не потеряна ли навсегда способность быть честным и чутким по отношению к самым главным нашим людям?
А может, пьеса совсем и не об этом.
Может, Уильямс хотел предостеречь нас от лжи, друг другу и самим себе. От неготовности человека посмотреть в глаза правде, привычки к повседневному "отвращению".

По ходу действия у меня не раз возникало ощущение, что лучше бы всем героям немедленно повернуться спинами друг к другу, разбежаться в разные стороны и не встречаться больше никогда. Но к финалу становится ясно: во-первых, момент поступить так упущен давным-давно, и разрыв счастья никому не принесёт. А во-вторых, вся семья странным болезненным образом любит друг друга, в особенности супружеские пары. "Смешно, если это действительно так". Кстати, я поймала себя на забавной мысли: интересно, только я читаю книги с мыслью о том, как можно было бы помочь героям разрешить конфликт? Как будто бы события, действие, записанное автором до последней буквы, было пластичной массой, из которой читатель формирует собственное сюжетное пространство... Вероятно, многие делают так. Вам тоже кажется смешным собственный азарт, с которым мы пытаемся спасти выдуманных персонажей? Невольно вспоминаю «Шесть персонажей в поисках автора» Луиджи Пиранделло . Ау, герои, мы здесь!
Гениально получилась Grandma. Такая живая и понятная, что всё ещё всхипывает у меня за стеной!
Написано чрезвычайно динамично и ярко: когда всё заканчивается, продолжаешь ещё некоторое время сидеть вместе с героиней "на раскалённой крыше". Надеюсь, её мечта сбудется, и думаю, если этот план не сработает, значит, не поможет уже ничто.

О сюжете: семья Поллитов собирается на день рождения Большого Па — хозяина дома и многих тысяч акров плантаций вокруг. Большой Па болен, его обследуют в лучшей клинике, однако стервятники-наследнички уже слетелись в дом и щебечут-щебечут своими страшными глотками словно нежные соловьи. Только Брик — любимый сын Большого Па, — не такой. Но не потому что в нём нет ничегошеньки от стервятника (вообще-то, нет), а потому что все три акта планомерно спивается. Впрочем, у всего есть своя причина — в них автор и предлагает разобраться, причём, не логически, а на эмоциональном уровне, создавая для зрителя и даже для читателя (что как раз удивительно для пьесы, но ремарки Уильямса были столько подробны, что я не могла всего этого себе не представить) яркую эмоциональную пытку.
Короткая пьеса полна таких страстей, которые только и могут разгореться на пороге смерти, в предвкушении большого куша или перед отвратительным лицом правды. Или из-за невероятной любви, но её единственной как раз в пьесе и нет (остальное, стало быть, есть). Любовь как таковая встречается, но вполне вероятная, я бы даже сказала, обыденная: когда жена всё ещё любит мужа, который её ненавидит, когда мать любит одного ребёнка, совсем не уделяя внимание другому, или когда люди любят деньги. Обилие персонажей порождает обилие конфликтов, поэтому никто от Уильямса не уйдёт необиженным. («А что вы хотели, это же Теннесси Уильямс!», хотела бы воскликнуть я, но пока не прочитаю все-все его пьесы, не имею на это морального права, так что оставлю этот комментарий в скобочках).

Из всех героев (даже нельзя сказать, является ли кто-то из них главным) мне больше всего понравилась Маргарет. Но это потому что она кошка. В большей степени о ней, чем о ком-либо из остальных (хотя и о них тоже), говорит название пьесы — «Кошка на раскалённой крыше». Это кошка, которая вот-вот спрыгнет, но пока может, она будет держаться из последних кошачьих сил. Маргарет свойственно и это, и типичные повадки этого семейства. Я люблю кошек, поэтому эта героиня мне импонировала с первой до последней строчки, хотя она и не является образцом добродетели, невинности и доброты. Даже её любовь к мужу скорее эгоистична, как у кошки. Другому читателю с другими ценностями и предпочтениями может понравиться кто-то другой. Например, отстранённый и убитый горем Брик (муж Маргарет, между прочим), кому-то — отец, желающий достучаться до своего сына. Впрочем, мне сложно представить, что за человек должен быть тот читатель, которому понравятся Гумер и Мэй. Но это и не важно. Пьеса не была бы столь хороша без любого из них.
А ещё мне думается, что в зависимости от того, кто читает текст (или смотрит спектакль), от того, какие у этого человека ценности и предпочтения, зависит, что в пьесе покажется главным, ключевой проблемой. Только дочитав книгу, я сразу же для себя решила, что ключевая проблема — проблема истинности. Большого Па все обманывают. Большая Ма обманывается сама. Брик сам себе не может признаться в той правде (или признать перед самим собой, наконец, что это не правда), о которой судачат все вокруг. Маргарет пользуется ложью, чтобы добиться желаемого. Гупер и Мэй с той же целью используют правду. И только дети, словно мягкая, податливая глина, не имеют собственного мнения и только повторяют за взрослыми. Это преподносится очень увлекательно и тонко. Но когда я начала писать этот отзыв и структурировать в голове прочитанное, разбирая каждую сценку, каждую эмоцию «по косточкам» и с наслаждением заново открывая для себя текст, — я вдруг подумала, что Большая Ма могла оказаться куда прозорливее меня, когда говорила: «Любить надо друг друга, любить, теснее собраться вместе, особенно сейчас, когда черная беда пришла к нам в дом». Фраза меткая, вот только все три акта наглядно демонстрируют, что для Большой Ма значило слово «любовь», и я бы от такой любви трижды открестилась, а потом ещё и поплевала через плечо — на всякий случай, от греха подальше. Но то — я, кто-то другой сочтёт всё более чем красивым и ясным. Эта пьеса и сюжетом, и производимым впечатлением показывает, что каждому — своё. Тем она и прекрасна. (А как иначе? Это же Уильямс).

Драматическая пьеса полноправно заслужила премию Пулитцера.
Объектом для наблюдения становится семья, в которой каждый член представляет собой комок нервов. Ситуацию усугубляют последние события, подорвавшие прежний уклад.
Сначала я прослушала радиоспектакль, а потом познакомилась с голливудской экранизацией. Советским актёрам нет равных во всём мире, что бы не говорили.
Не буду пересказывать сюжет, потому что нужно читать, слушать или смотреть самому.
Хочется сказать одно: дорогие девочки, девушки и женщины, пожалуйста, не выходите замуж за гомосексуалов, какими бы бедными вы не были бы! Личное счастье не купишь ни за какие деньги!

Пожалуй, одна из самых знаменитых пьес американского драматурга Теннесси Уильямса, и его любимых. Познакомившись с самой пьесой, становится понятно – почему. В небольшом, в сущности, произведении автору удалось высказать сразу множество человеческих проблем – по большей части их взаимоотношений друг с другом. На что готов пойти человек ради наживы? Как далеко простираются границы людской подлости и лицемерия? Что, наконец, главнее: душевное спокойствие или судьба тех, кто тебе действительно не безразличен?

Обычная богатая американская семья: умирающий, но не ведающий про это Большой Па; его сыновья Гупер и Брик – с такой разной судьбой и характерами. Один – отец многодетного семейства со скряжистой женой, что вечно охотится за богатством и шантажирует всех своим огромным потомством. Другой – бывший популярный спортсмен, а ныне – беспробудный пьяница, что застукал собственную жену со своим лучшим другом. Банально? Да только та его по-прежнему любит, хочет вернуть былое, а заодно – также побороться за наследство умирающего Большого Па. Только вот детей у них нет и, похоже, никогда не будет. Но это не беда, всегда ведь можно заготовить второй план… Только Брику, кажется, ничего этого не нужно. И Тёмная лошадка готова разрушить клубок лицемерия.

В произведении хоть и затронуто очень много актуальных, к сожалению, и поныне тем, однако прописаны они как-то слишком топорно, прямолинейно. Теннесси Уильямс из страницы к странице повторяет про них, будто боится, что непонятливый читатель потеряет главную нить, тогда как лучше было бы вложить эти идеи в поведение самих героев, заставить их действовать, а не по-пустому разглагольствовать, довольно часто заставляя читателя попросту просматривать страницы пьесы. По крайней мере, именно такое впечатление оставило для меня это произведение.

Пока это моя самая любимая пьеса Теннесси Уильямса, доведшая до белого каления, взорвавшая и спустившая обратно за каких-то полчаса.

Действие пьесы проходит в герметичном пространстве одной комнаты с небольшим количеством участников, составляющих одну большую американскую семью с Юга. Здесь все очень по-американски: Большой Па, который смог устроиться в жизни, Большая Ма, которая удачно выскочила за него замуж, сын Гуперт, цепкий мужчина, но нелюбимый сын, его жена Мэй, которая не упустит своего, плодя одного шумного отпрыска за другим, другой сын Брик, алкоголик, ушедший в отрицание своей гомосексуальной натуры, и его жена Маргарет, нервозная особа, пытающаяся заставить своего мужа выполнить супружеские обязанности.

Сначала нам подается Маргарет, которая сама себя характеризует - "кошка, сидящая на раскаленной крыше". И как-то жако ее становится, вот де бедненькая, живет с мужем-алкоголиком, которые ее почему-то не хочет, а она ведь так старается. Однако Теннесси Уильямс не был бы самим собой, если бы потом портрет Маргарет не стал более полным, показавшим нам другие стороны ее характера, ее прошлые поступки. И оказывается, что эта кошка сама забралась на эту крышу, сделала все от нее зависящее, чтобы ее раскалить, а теперь сидит и терпит.

Однако в ситуации, в которой оказались персонажи пьесы, кошками на раскаленной крыше в той или иной степени являются все - умирающий Большой Па, который пытается морализаторствовать, преодолевая упорное сопротивление сына, Большая Ма, почувствовавшая близость конца мужа и начавшая брать власть в свои руки, спивающийся Брик, пытающийся грязно предъявить права на все состояние сын Гуперт... В этой ситуации они сидят на крыше, у всех н обозрении, их пятые точки горят.

За каждым героем скрывается своя драма. Легкомысленная Ма, сующая во все свой нос и появляющаяся в самые неподходящие моменты, буквально через пару фраз становится не такой плоской, глупой, поверхностной. Это не значит, что она становится хорошей. Таких героев у Теннесси Уильямса нет. Они просто становятся правдоподобнее.

Самое отличное здесь - это диалоги. Точнее, диалоги, переходящие в монологи, потому что герои пьесы разговаривают друг с другом, находясь на тех прямых, которые не пересекаются. У каждого из них своя позиция, свое видение жизни, которое они пытаются показать или донести. Но все идет в пустоту, они не находят точек пересечения.

Всю пьесу внутри меня нарастало раздражение, пищащее, как комар, звук которого усиливается с каждой новой фразой, с каждым поворотом разговора. Неспособность людей найти точки пересечения, до конца понять друг друга как раз и доводит меня до той точки кипения, когда я уже превращаюсь в пар.

Под конец не могу не вспомнить строчку из Зинаиды Гиппиус:

В этом, наверное, кроется причина многих проблем между людьми.

Если я на минуту встану в позицию черствого человека, то скажу, что это пьеса об экспрессивной неврастеничке, которая не имеет твердой почвы под ногами, крепкой головы на плечах и желания вообще выкарабкаться из западни лжи, пьянства, апатии и самолюбования. К тому же без зазрения совести влезшей в семью беременной сестры.
Если же я "включу" романтическую барышню, то конечно смогу сказать, что мне жалко Бланш Дюбуа, травмированную в юности страшным самоубийством мужа, не приспособленную к суровым реалиям жизни и склонную заменять действительность фантазиями. Да собственно и сестрицу ее жаль, мало того что муж не ее уровня, так еще и черствый пьющий грубиян, способный поднять на нее руку.
Если же посмотреть на все со стороны скептика, то встает вопрос, отчего этот грубиян так долго еще терпел явную неврастеничку в их квартире? А способна ли Стелла на самостоятельные решения, если она постоянно подпадает под влияние то мужа, то сестры? А что "высиживала" Бланш, если дни увядания неумолимо приближаются?
Понимаю, что сужу поверхностно, и тут много можно рассуждать о подоплеке поступков всех героев ( а тут действительно все хороши и друг друга стоят), но история, рассказанная автором вызывает очень противоречивые чувства, и это явно не лирические или идиллические переживания, тут проявляется горечь и метания не понимающих друг друга людей буквально с разных орбит, однако готовых навешать друг на друга ярлыки ( и что страшно- следовать этим ярлыкам и соответствовать им). Знаю, что есть старый фильм, где Бланш сыграла Вивиен Ли, надо бы посмотреть эту экранизированную интерпретацию.