Отцы и дети

Иван Сергеевич ТУРГЕНЕВ – «Отцы и дети» (роман, 1862 г.)

1.
Роман Ивана Сергеевича Тургенева «Отцы и дети» увидел свет в 1862 году, когда автору было 43 года.
То есть, писал книгу человек и писатель ЗРЕЛЫЙ, - и это сразу видно.
Книга обрела огромную популярность.
Но это не значит, что все были в восторге. Наоборот, было много негодующих возгласов, много споров и раздоров, много недопонимания и идеологических «боёв». Но равнодушным книга не оставила никого. А ведь это как раз и значит «быть популярной», верно?
Чтобы лучше понять, о чём идёт речь в произведении, надо погрузиться в ту эпоху. Для «Отцов и детей» это важно.
Итак, 1862 год. Вспоминаем школьные уроки истории.
В 1855 году умирает Император Николай Павлович, которого некоторые называли «Николаем Палкиным». Заканчивается значимая и непростая эпоха, длившаяся почти 30 лет.
Год спустя (в феврале 1856 года) мы проигрываем Крымскую войну и лишаемся флота на Чёрном море. Национальный позор, разочарование и крики профессиональных крикунов о том, что надо проводить либеральные реформы.
И Александр II «Освободитель» начинает давать свободы – одну за другой. Сначала отменяет военные поселения, а в 1861 году отменяет КРЕПОСТНОЕ ПРАВО. Готовится реформа высшего образования.
И в такие-то дни в журнале «Русский вестник» Тургенев печатает свой роман «Отцы и дети». (Вспомним заодно, что Чернышевский в этом же, 1862-м году, будет арестован и сядет в Алексеевский равелин писать свой знаменитый роман «Что делать?», который выйдет годом позже).
Словом, страна БУРЛИТ.
И Тургенев, не будь дурак, НЕ СПЕШИТ бросаться в этот бурлящий поток. С одной стороны, он берёт очень СОВРЕМЕННУЮ тему – проблему взаимоотношений отцов-романтиков с детьми-нигилистами. С другой стороны, действие романа он начинает в относительно спокойное время – 20 мая 1859 года. Именно в этот день Кирсанов-старший ждёт в гости своего милого Аркашу.
То есть, Герцен уже звонит в это время в свой «Колокол» (журнал начал издаваться в 1857 году), но Пётр Заичневский ещё не организовал свой знаменитый кружок (1861 г.), никто ещё не написал листовку «За топоры!» (1862 г.) и Каракозов ещё не стал всемирно известен (1966 г.).
То есть, Тургенев показывает своего современного героя в тот самый отрезок времени, когда все идеалы (и свои и чужие) он уже разбил и оплевал, но за пистолет и кинжал ещё не взялся.
Герой этот – молодой студент-естественник Евгений Васильевич Базаров.

2.
При всей моей любви к советской системе образования, должен сказать, что «Отцов и детей» трактовали на уроках литературы совершенно неверно. Пожалуй, в духе понимания их таким же, как Базаров, нигилистом-критиком Дмитрием Ивановичем Писаревым. А сам текст романа и объяснения, которые давал по поводу этого текста г. Тургенев, как-то упускали. Или, вернее, игнорировали.
Если выкинуть из головы школьную трактовку и сесть за роман спокойно и непредвзято, то увидишь совсем не то, о чём трактует учебник.
Надо сказать ещё, что Тургенев не был почвенником, как Достоевский, который, конечно, сразу осудил бы Базарова. Не был он и славянофилом, как Аксаковы, Хомяков и Киреевский, которые тоже отвергли бы Базарова в мгновение ока.
Тургенев был ЗАПАДНИКОМ. Он учился философии Гегеля, слушал лекции лучших заграничных профессоров и считал, что Европа превосходит Россию и должна являться для неё ОРИЕНТИРОМ. Поэтому Базарова он описал объективно, спокойно, со знанием и пониманием дела. Но и ПРИ ТАКОМ подходе мы не увидели у автора ни идеализации персонажа, ни, тем более, преклонения перед ним. Тургенев НЕ считал, что Базаров более прогрессивен, чем поколение отцов. НАОБОРОТ, он ПРОВЁЛ перед нами Базарова через ОБЫЧНОЕ общество, показав не только героя-нигилиста, но и тот СОЦИУМ, на фоне которого Евгений (простите за вульгаризм) ВЫПЕНДРИВАЛСЯ. Показал это талантливо, а главное, ТОЧНО.
И мы смогли увидеть из этого показа, что отцы вовсе не выжившие из ума старички. Что и Николай Петрович, и Павел Петрович позицию Базарова поняли мгновенно и почти мгновенно же дали этой позиции оценку – такую, как и следует оценивать юношеские «заскоки».
И мир, который был ДО Базарова, от базаровских «откровений» не исчез и не сломался, не погнулся и не заржавел. Даже НЕ ПОЧУВСТВОВАЛ базаровского «пришествия».
А вот Базаров – УМЕР.
Базаров умер вовсе не случайно – он сошёл со сцены, как явление ВРЕМЕННОЕ, сиюминутное. К 1862 году Евгений Васильевич (скорей всего) либо ПОНЯЛ бы, что до сих пор он был глуп в силу возраста и недостатка жизненного опыта, либо (что маловероятно) стал бы таким же «обалдуем», как Заичневский, а впоследствии Нечаев. И про него Достоевский писал бы своих «Бесов».
Но вечным оппонентом Павла Петровича и постоянным резателем лягушек он бы точно не остался.

3.
Любопытно то, что СЕЙЧАС таких Базаровых пруд пруди. «Бога нет. Добро и зло относительны, а значит, и морали абсолютной нет. Эстетика – ерунда. Пушкин – бесполезен. Печной горшок дороже Пушкина. Естествознание – это да, это и правда ЗНАНИЕ, а литература, музыка – это барахло! Любовь? Никакой любви нет! Есть только половая потребность. Семейное счастье? Мещанство! Всё кругом плохо! Изменить мы ничего не можем. Почему? Потому что не можем. Слишком мало нас, УМНЫХ. А дураков много. Поэтому мы будет РУГАТЬСЯ и обличать. А кто не будет вместе с нами ругать царя, Пушкина, православие и эстетов, тот либо дурак, либо подлец. А скорей всего, и дурак и подлец одновременно». – ВОТ базаровщина в чистом виде, как она представлена в романе. И разве мало сейчас таких «мыслителей»? Всяких там «популяризаторов науки», для которых вся наука сводится к безбожию и к лобызанию стоп Ричарда Докинза? Да сколько угодно!
Достали с полки запылённый том Тургенева и сделали из себя Базаровых.
Но только Базаров-то БЫЛ таким в силу определённых обстоятельств. Определённое время, определённый характер, всё это наложилось друг на друга, переплелось, - и вышел такой вот ТИП. И появился он, повторюсь, НА ВРЕМЯ. Автор показал лишь ЭТАП в развитии одного интересного человека. В крайнем случае, одного определённого ТИПА людей. А вовсе не ступеньку (тем более, высшую) в эволюции развития человеческой культуры.
Лучшим доказательством этого утверждения являются события книги.
Мы с первых страниц начинаем видеть, что Аркадий Кирсанов («ученик» Базарова) не столько понимает его, сколько считает его «крутым». Что Аркадий часто ВЫНУЖДАЕТ себя быть «базаровцем», на деле таковым НЕ являясь. Видит это, кстати, и сам Базаров.
А уж когда Аркадий влюбляется, то вся нигилистская галиматья вылетает у него из головы. Он всё ещё «питает уважение» к ней, но в жизни он этими «идеями» больше не руководствуется.
А уж от таких «учеников» Базарова, как Ситников и Кукшина, тошнит даже самого «основателя нигилизма».
Но неудавшиеся ученики не беда – даже Христовы ученики разбежались, когда их учителя казнили. Даже Пётр, которого сам Иисус назвал «камнем», отрёкся от него в первую же ночь после ареста учителя. Что делать? Бывает…
А беда в том, что, столкнувшись с Одинцовой, начинает «разваливаться» и сам Базаров. Он вдруг увидел, что любовь – это не просто половое влечение, а что-то большее. Бедняга! Не зря говорят «Любовь зла» - любого «козла» заставит на себя работать!
А от признания любви, далеко ли до признания Бога?
Что было бы с несчастным Евгением Васильевичем лет через 5, останься он в живых?
Да, автор НЕ ЗРЯ показывает нам, что мировоззрение Базарова умирает ещё РАНЬШЕ, чем его создатель, хотя создатель этот не прожил и тридцати лет.
В школе нам твердили, что Базаров победил «гнилую» аристократию, «двинул прогресс», спихнув старичков-отцов с «парохода современности». Но АВТОР ни о чём подобном НЕ писал. Перечтите роман ещё раз – и вы это увидите.

4.
Собственно, крах базаровщины заключён в ней самой.
Чтобы понять, что эта система взглядов рухнет, не надо даже читать книгу до конца – достаточно лишь хорошенько проштудировать пятую главу романа.
« - Что такое Базаров? – Аркадий усмехнулся. – Хотите, дядюшка, я вам скажу, что он собственно такое? Он нигилист».
« - Нигилист, - проговорил Николай Петрович. – Это от латинского nihil, НИЧЕГО, сколько я могу судить; стало быть, это слово означает человека, который… который ничего не признаёт?

• Скажи: который ничего не уважает, - подхватил Павел Петрович.
• Который ко всему относится с критической точки зрения, - заметил Аркадий. – Нигилист это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружён этот принцип». (стр. 331)

Вот знаете, я вчера весь вечер ходила по квартире и жаловалась ребенку с мужем: "Ну что за манера так измываться над читателями?! Ну зачем нужно, чтобы люди страдали? Ужасный Тургенев. Ужасные произведения! Не буду больше читать его!". Ну действительно. Сплошной тлен и беспросветный мрак...Но зато как всё это красиво, не смотря на трагичность...

Любовь, любовь...
Что касается героев произведения, то хочется в первую очередь сказать о малодушии Лаврецкого. Он мне показался очень слабым человеком. Человеком, не способным к серьезным действиям. Он живет всё с оглядкой на общество - что подумают о нем люди, что скажут?
Лизу же, с одной стороны, жаль, ведь она очень спокойная, положительная и умная девушка, способная любить всем сердцем, но полюбившая совсем не того человека. А с другой стороны, хочется надеяться, что религия - это её любовь, её предназначение, а не способ уйти, спрятаться от своей личной трагедии.
Ну и какой же красивый у Тургенева стиль повествования! Какие чудесные обороты! Думаю, об этом можно и не говорить.

Ах..
P.S. Открыла для себя нового чудесного чтеца - Владимира Самойлова. Очень неплохо!

Школа давно закончена, многое из классики упущено, поэтому решила наверстывать. Тургенева люблю за "Отцы и дети" и "Бежин луг", все остальное прошло мимо меня. Но вот это произведение совсем не понравилось и не оставило послевкусия. Даже мыслей для размышления и то не оставило. События начинаются с возвращения на родину Фёдора Лаврецкого, что побудило его вернуться и что с ним произошло заграницей, мы узнаем чуть позже. Тургенев знакомит нас с героями. Единственная, кто тронул и местами повеселил - это Марфа Тимофеевна. Только благодаря её присутствию, роман наполнился красками и колкими перлами, которые меня вытягивали из скуки. Язык Тургенева ласкает и уносит, но описания в данном случае как то не осели в воображении. Быт того времени описан отлично, уютные вечера, музыка и романсы, карты и обсуждения последних новостей погружают в атмосферу, но вот герои какие-то слишком простые. Лаврецкий настоящий тюфяк, Лиза - мила, но скучна до чёртиков, Варвара - красива, умна, хитра и изворотлива, но не о ней трагедия. Хотелось эмоций, переживаний, волнений за героев и их судьбы, но чувство, что все высосано из пальца. Трагедия совсем не трагедия, жизнь пошла дальше, не коснувшись ни героев, ни моего сердца.

Павел Петрович Кирсанов и Евгений Базаров...две стороны одной медали. У них больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Для меня центром романа были два этих героя. Все остальное было взаимосвязано с ними. Идеи о неравенстве сословий, поколений, взглядов на жизнь, о неуместности и невозможности существования нигилизма в данном отрезке времени и пространства...все это многообразие смыслов и значений нашло свое отражение в противостоянии Павла Петровича и Базарова...каждый отвергает и презирает в другом то, что присуще ему самому...главная проблема героев в том, что они сами себя не понимают/не принимают и даже в какой-то степени отвергают сами себя. Но самое интересное заключается в том, что оба отвергнуты в лучших своих порывах, их дар не принят и они повержены. Острое недовольство, неудовлетворенность превращаются в скуку и пустоту, в духовную и физическую смерть... Одному еще нет места в этом мире, другому уже нет места.

Именно этот роман мне почему-то не пошел, особенно в начале, когда автор кратко выкладывает предысторию главного персонажа, чтобы показать в какой среде он вырос и воспитан. Сплошное скучное, почти газетное описание - родился, женился, умер, завел интрижку и т.п. Никак не получалось проникнуться эмоциями.

Когда же пошло настоящее действие и жизнь Федора, я долго не мог пробиться через этот настрой как бы стороннего повествования. Его трагедия с женитьбой на весьма ветреной, как оказалось, Варваре. Его душевные метания и отдушина в Лизе, когда забрезжил луч надежды на счастье. Проникся я только при внезапном появлении жены Лаврецкого и реакции Лизы на это.
Тут как обухом огрели, и наконец я проник внутрь романа испытав весь спектр эмоций сразу за всю книгу. Вопросы "как так" и "почему"... до сих пор не выходят из головы. Хотя, в то время Лиза, наверное, сделала правильный шаг.

Тоска и деревенская скука отчетливо проглядывает через строчки романа, а финал более чем печален. Вроде бы, никто не умер, а грустно как на поминках.

Когда в школе читали роман «Отцы и дети» я летала в облаках и грезила о герое своего романа, а на книжных героев в моей жизни места не осталось. И я даже рада, что впервые читаю это произведение после 30 лет, потому что в подростковом возрасте восприняла бы все совершенно иначе.

На протяжении всего романа мне много раз хотелось задать вопрос Базарову – счастлив ли он, выбрав путь «свободы» от привязанностей. Отрицая всех и вся, можно ли жить гармоничную и наполненную жизнь? И каким бы автор не описывал его зрелым и с собственными убеждениями, для меня он так и остался бунтующим подростком, который не умеет любить и ценить то, что у него есть. Но, как оказалось ничто человеческое ему не чуждо и в конце это хорошо показано, только порой осознание приходит поздно…

Порадовала линия с семьей Кирсановых, что Аркадий осознал, что для него на самом деле важно.

И вечная тема отцов и детей, противопоставление их жизней и взглядов. Попытка нового поколения доказать, что они более продвинутые и значимые. Но ведь смысл не в том, чтобы переучивать старшее поколение, не доказывать свою правоту, а уметь принять и иную точку зрения, иное восприятие любой темы, но остаться верным себе. Ведь у каждого свой путь. А еще можно просто быть добрее…

Прочитала с удовольствием, нравится мне творчество Тургенева и его размышления, всегда есть над чем подумать.

Прекрасный роман!
В отличие от других произведений Тургенева, своим стилем повествования он напоминает пьесу: действия происходят в настоящем времени, одна сцена сменяет другую, много разных действующих героев. Но в то же время, в отличие от пьесы, здесь в большом количестве присутствуют описания - природы, обстановки в комнатах, жизни как таковой всех мало-мальски важных персонажей, всей предыстории этих персонажей, т.е. своего рода контекста.
Благодаря всему этому, читатель может полностью погрузиться в эпоху 19 века, понять мотивы и причины поступков, увидеть в полную силу характеры каждого персонажа.
Особую симпатию и сожаление у меня вызвалa судьба Лаврецкого. Все могло бы сложиться иначе, но ради истинной любви ему пришлось пожертвовать своим счастьем... впрочем от этого никому не стало легче (кроме Варвары, конечно).

Ох, как же меня пленила атмосфера этой книги. Ленивое обаяние русской усадьбы с чаем на террасе, старым садом, тихими летними вечерами, пением соловья. И так хочется остаться в этой уютной неге подольше... Огромные липы, запах травы, фырканье лошадей, звездное небо — всё это такое знакомое, родное, как бабушкин дом, оно почему-то живет в уголке твоей души и дарит умиротворение в самые тяжелые минуты. Наверное, вот это для меня и было главным в книге. И как же грустно, невероятно грустно было видеть это дворянское гнездо через восемь лет... Нет, молодежь — это прекрасно, но всё-таки именно старшее поколение придаёт семейной усадьбе какую-то устойчивость, надёжность, именно они - мамы, тетушки, няни - хранительницы семейных традиций и реликвий и зачастую — связующее звено между молодыми членами семьи... Они уходят — и частичка чего-то важного теряется вместе с ними.

По непонятной причине всё, что касается героев и их отношений, меня оставило абсолютно равнодушной. Ни расположения, ни неприязни никто не вызвал, их чувствами я не прониклась. Просто восприняла как факт — вот, случилось такое. И что? И ничего. Даже странно! И написано ведь прекрасно, слог живой и лёгкий, и читать вроде интересно — а не греет, в отличие от Достоевского или Толстого. Доктор, что со мной? Обязательно буду читать другие произведения, надеюсь, будет другой эффект.

Что же вы, Иван Сергеевич, с душами людскими делаете?
Легкий, музыкальный слог завораживает, переносит в тишину деревни, и вот я уже чувствую запахи травы, дерева, слышу ночные трели соловья, а вечерний свежий ветерок как будто касается моего собственного лица.
Нам рассказана безусловно трагическая история очередного (в русской литературе) лишнего человека. Всё пошло не так с самого начала: воспитание, незнание, что есть любовь и неспособность испытывать чувства по молодости лет. Изменившая красавица-жена как следствие. И только в возрасте тридцати пяти в душе Лаврецкого поселилось То Самое Чувство. И виной этому - Лиза Калитина, настоящая тургеневская девушка, воплощение всех добродетелей, несовершенная, может, не писанная красавица, не виртуозный музыкант, но в этом тоже ее прелесть. А вот жена Лаврецкого, Варвара Петровна, та и красавица, и изящная, и на фортепиано умеет, и поговорить, а вот чувствуется в ней что-то такое... злобно-хитрая червоточинка, и она не вызывает и десятой доли той симпатии, что Лиза.
До самого конца я надеялась, что всё получится, что любовь окажется сильнее жизненных преград, но нет... Душа вывернулась наизнанку, но не осталось никаких негативных эмоций, только светлая грусть, пение соловья, легкий запах ладана и еле слышный перестук четок в сжатых пальцах.