
Ваша оценкаРецензии
agalk2926 февраля 2017 г.⠀⠀⠀⠀⠀В голове моей настолько пусто, насколько пусто в этой книге.
⠀⠀⠀⠀⠀Нет здесь ни обещанной истории любви, ни захватывающего сюжета ( ни, собственно, незахватывающего сюжета тоже), ни красивых ландшафтных описаний, ни ярких персонажей, ничего. Упоминаний о шелковичных червях и то больше.
⠀⠀⠀⠀⠀Искренне советую не тратить время.15154
FrankyX21 января 2013 г."Ты запустишь в нее птиц, сколько сможешь, а когда в один прекрасный день почувствуешь себя счастливой,Читать далее
откроешь вольеру - и будешь смотреть, как они улетают"Девушки, читавшие этот роман, незаслуженно оценивают его на кол или двойку. Аннотация и обложка безбожно заверяет их, что это одна из самых красивых историй любви. Тут они попадают в капкан иллюзий. И воображение рисует перед их глазами непременно счастливую лавстори во всех мудрейших-примудрейших шаблонах жанра. А в романе все оказывается совершенно иначе, серьезней и по иным лекалам. Надо думать и вдумчиво переосмысливать, потому что контекст и культурный пласт весьма глубокий. За что автора непременно хочется хвалить, хвалить и еще раз хвалить, а книгой не переставать восхищаться.
Повествование проникнуто эфемерным чувством ветра, лёгкостью, порывистостью, нежностью и грустью. Слог живой, приятный, не косноязычный, живописный, лиричный. Читается быстро и легко.
Баррикко рисует перед нашими глазами героя, который совершает ошибку, и поздно понимает, что жизнь и любовь у него была, да не там где он её искал. Была она у кроткой жены, а не у чарующей японки за семью морями. Описываемый контраст между Францией и Японией подчеркивает не только культурные различия этих стран в девятнадцатом веке, но и нечто присущее только у них обеих по отдельности. А вообще после прочтения хочется посидеть и подумать над прочитанным, а это разве не признак хорошей книги, а?
1533
Ruadhnait19 ноября 2012 г.Никогда еще дом не казался Эрве Жонкуру таким большим. А его судьба такой бессвязной.Читать далее
У него получилось жить иначе. Где-то над всеми нами, ибо его душа всегда была не там где его тело. Он вроде есть, и тут же его нет. Ему удалось испытать чувство неопределенности, чувство щемящее сердце, не дающее жить как прежде. И не нужно избавляться от этого чувства. Ведь оно одновременно и делает тебя счастливым и несчастным. Не нужно пытаться определить его, дать ему название.Потому что когда ты его поймешь, станет только тяжелее. От того, что ты не можешь ничего поменять, да и не хочешь. Ведь знаешь, что лучше, чем тебе сейчас не будет. В твоих фантазиях, в твоем одиночестве.
Флэшмоб 2012 10/20
1518
Nimue10 апреля 2011 г.Читать далееЭто было сексуально, нежно, трогательно.
Барикко мастерски цепляет не только словами, порождая визуальные образы. Он задевает все чувствf. В "Легенде о пианисте" мне казалось, что я слышу чарующую музыку Новеченто, в Шелке я ощущала на своей коже нежную прохладу материала, изменившего жизнь Эрве. "Шизофрения!" - скажет кто-то. Нет, только мастерство Барикко.
Его прекрасно читать вслух, а еще лучше налить бокал крепкого вина и наслаждаться. Наслаждаться любовью, страстью, недоступностью, длинным путешествием. Сложно описать словами, что я чувствую, как сложно описать сами эмоции.
Последняя страница. Да, мастер, спасибо за такой конец.
Оценка: 10 из 10.
П.С. Морально готовлюсь к просмотру фильма, чувствую буду плакать.1539
Eugenia_Kokone25 мая 2013 г.«Шел 1861. Флобер заканчивал «Саламбо», электрическое освещение значилось в числе догадок, а по ту сторону Океана Авраам Линкольн вел войну, конца которой он так и не увидит.»Читать далее
Алессандро Барикко создал тонкое полотно произведения, заключив события в особый круговорот: цикл жизни и смерти, любви и войны, Востока и Европы, Японии и Франции.
Именно этот тайный узор соединяет воедино и разницу культур, и такой диссонанс манеры повествования - от телеграфичности до упоительной разлогости метафор, сравнений и образов; от реалистичности, математической точности до неподдающемуся человеческой логике вихрю чувств.
В какой-то момент мне вспомнился Зюскинд с его яркими тактильными, зрительными, слуховыми образами. Данный текст напоен ими, увенчан и окольцован.
Мастер чувствительной прозы, ибо не заинтересовала история страсти, но поглотила манера, образы и их осязательность.
«— А вообще, где она, эта Япония?
Бальдабью поднял палку, направив ее поверх церкви Святого Огюста.
— Прямо, не сворачивая.
Сказал он.
— И так до самого конца света.»P. S. Запрещено к прочтению любителям:
- розового;
- стройного сюжета;
- реалистичности повествования;
- любовной прозы (это не лучшая книга о любви);
- прозы о Японии ( этого там мало, на один зуб).
Читать всем, кто любит наслаждаться слогом, особым стилем и образами.
P. S.2. За P. S. меня не бить.
P. S. 3. Знаю, кошмарная обложка.1436
Igreina2 июля 2012 г.Читать далее«Шелк» Алекссандро Барикко. Какой маленький роман, и сколько эмоций плещется вокруг него – от восторженного поклонения до недоумения и возмущения… Погружаешься, чтобы составить свое впечатление – и вот тебя уже затягивает череда ярких картин-глав. Некоторые совсем короткие, другие чуть длиннее – они сменяют друг друга как яркая красочная роспись, вытканная на невесомом шелковом платке. Такие дары в волшебных сказках привозят отцы своим дочерям. «Привези мне, батюшка, платок красоты невиданной» - и вот уже спешит купец в края неведомые - заморские страны. Так и Эрве Жонкур начинает свои почти сказочные путешествия, описания которых все повторяются и повторяются …
Он пересек границу возле Меца, проехал Вюртемберг и Баварию, въехал в Австрию, поездом добрался до Вены и Будапешта, а затем напрямую до Киева. Отмахал на перекладных две тысячи верст по русской равнине, перевалил через Уральский хребет, углубился в просторы Сибири, сорок дней колесил по ней до озера Байкал, которое в тех краях называют «морем». Прошел Амур вниз по течению вдоль китайской границы до самого Океана. Дойдя до Океана, просидел в порту Сабирк одиннадцать дней, покуда корабль голландских контрабандистов не доставил его до мыса Тэрая на западном побережье Японии.
Великий шелковый путь Эрве становится настоящим испытанием, реальность истончается, и в какие-то моменты уже непонятно, действительно ли существует эта женщина с лицом девочки или это какое-то наваждение героя.
— В Японии не бывает белых женщин. В Японии нет ни одной белой женщины.
Реальна ли возлюбленная Хара Кэя, которой он дарит редких восхитительных птиц – или она сама волшебная девушка-птица, заточенная в клетке-паланкине, занавешенном с четырех сторон пестрой тканью? Одни главы романа почти переносят нас в сказку, другие мгновенно опускают на землю.
С 1869, после открытия Суэцкого канала, весь путь до Японии займет не больше двадцати дней. И чуть меньше двадцати дней — возвращение.
Искусственный шелк будет запатентован в 1884 французом по фамилии Шардонне.
Вся притягательность маленького романа Барикко не просто в сюжете, который кто-то попытается пересказать и недоуменно пожмет плечами - она в песнях птиц, струящихся одеяниях, легких прикосновениях шелковой вуали, крохотных голубых цветах.. «Шелк» нужно слушать, чувствовать, ощущать всей кожей, впитывать полностью – до затихающего последнего аккорда.1462
SomSom1 апреля 2012 г.Читать далееТакие книги, как "Шелк" надо читать, тщательно придушив внутреннего циника (и скептика заодно). Читать, открыв душу до самой нежной глубинной сердцевинки, и воспринимать внимательно, чувствительно каждое слово, проникаясь атмосферой по самое донышко.
Это книга - настроение, книга - рисунок расплывающейся под кистью акварелью. Ее есть за что ругать, есть за что любить: за специфический ритм, за недосканность и даже схематичность. Для кого-то это недостатки, а для меня, ну что поделать, достоинства. Это книга - волна, в которую надо очень четко, аккуратно попасть, влиться в том самом настроении открытого сердца.
Я читала "Шелк" чуть дольше часа, читала и вспоминала самые романтичные моменты своей жизни. Придушенный внутренний циник пытался сопротивляться, но был повержен. Возможно, утром он воспрянет и заставит меня взглянуть и на книгу, и на мой отзыв о ней более трезвым, сухим, критическом взглядом. Но пока он молчит, я скажу - этот час был прекрасен.1449
tatelise25 марта 2012 г.Читать далееЭто небольшое произведение написано красивым языком-но письмо на мой взгляд все портит.Красивое,завораживающее описание жизни героя-казалось-вот -вот будет что-то потрясающее...но вместо этого разочарование.Письмо все рушит,получается все зря.Но тронула любовь как и главного героя к незнакомке,так и любовь его жены к нему.И задумываешься-а у кого настоящая любовь?Ценить человека нужно пока он рядом,чем потом терзать сердце ,мучиться от того ,что не было сказано ,сделано.Ставлю 4 -за красивый тягучий язык..который смог заворожить-но к сожалению было все испорчено замыслом автора.
1445
Chekarevochka8 марта 2012 г.Читать далееКнига, действительно, как шелк. Легкая, невесомая, и...... неглубокая. У меня сложилось впечатление, будто я прошла по кромке льда над водой шириной не более метра. А многокилометровый айсберг (как в глубину, так и в ширину) остался под поверхностью воды. Копни чуть глубже - и дух захватило бы от восторга. И не оторваться бы было от сюжета, и поразмышлять бы над вечным и невозможным, и потосковать от поступков человеческих. Ан нет. Всего то подошвы замочило. Не то что в атмосферу произведения окунули, а так, издалека показали в приоткрытую дверь.
14856
violet_retro12 января 2012 г.Читать далееПервые несколько минут было сложно отделаться от чувства, что я читаю какую-то сомнительную сказку. Повествование и правда шло в странном стиле à la жил-был француз и его жена, а детей у них и не было. Потом это чувство немного прошло, но сюжет так и не перестал быть каким-то куцым. Вся история поделена на множество крошечных глав, и возникают подозрения, что их надо было бы порасписать поподробнее, но автор подумал, что и так неплохо, новаторский подход - книга на полчаса.
Не знаю, может быть, все дело в том, что в метро по пути на работу тяжело быть романтичной, но я совсем не прониклась. Совсем невнятные герои - Элен вообще так и осталась в тени, Эрве какой-то среднестатистический человек, а его таиственная любимая из Японии описывается из главы в главу только одним предложением. И это не единственный повтор. Причем случаются они не только в виде одного и того же предложения на протяжении всей книги, но и в совершенно волшебном виде:Эрве Жонкур продолжал рассказывать о своей жизни, чего еще не делал никогда в жизни.
Может, ошибка вызвана тяготами переводческой жизни, но впервые в жизни я читала такое о жизни, да. Хотя, зато меня очень развеселил резкий переход от скучного такого повествования к порнографическому письму. Не спорю, что читать про гениталии может быть вполне даже и интересно, но в этом случае какой-то полнейший диссонанс с героями, всей историей, японскими и не японскими женщинами и здравым смыслом. Фи!
Все-таки, хаотичный подход к выбору книг иногда меня подводит. Что поделать, всех книг все равно не полюбишь, и для общего развития потраченного времени совсем не жаль. Тем более, что его было совсем немного, спасибо и на том.1457