Цитаты из книги Bloodsucking Fiends

— Мы обречены. А почему ты ей в этом месяце не позвонила? Она сказала, ты ей всегда звонишь. Джоди ходила взад-вперед по комнате, стараясь привести в порядок мысли. — Потому что мне не напомнили. — Кто не напомнил? — Месячные. Я всегда звоню ей, когда у меня месячные. Чтобы за раз покончить со всеми неприятностями.

— Она в отеле «Фэрмонт». У нас минут десять. — Так она не с нами поселится? — Смеешься, да? Моя мать — и под одной крышей с теми, кто живет во грехе? Только не в этой жизни, черепашонок. К черепашонку Томми отнесся философски. Сейчас все-таки аврал, не время для обид. — Твоя мама пользуется такими оборотами? «Жить во грехе»? — По-моему, у нее такая вышивка над телефоном висит — чтобы не забывала повторять раз в месяц, когда я ей звоню.

Разговаривал преимущественно Саймон. Томми его книга в руках у полицейского так шокировала, что он не мог подобрать ответы даже на простейшие вопросы. Однако ему удалось убедить следователя, что его ступор вызван трупом, найденным, считайте, на самом пороге квартиры. Иногда полезно разыгрывать образ «Я только что свалился с грузовика репы из Индианы».

Некогда Саймон Маккуин влез на спину тонне свирепой говядины по кличке Пирожок, и его оперативно растоптало в пюре на глазах изумленной толпы зрителей родео, но он все равно умудрился ущипнуть за попу санитарку, когда его уволакивали на носилках, и при этом не вполне разборчиво исполнял «У меня в друзьях подонки».

- Прошу прощения, Ваше Величество, - сказал Томми. - Но что это за херню вы несете?

Томми не стремился к совершенству — ему требовалась та, с кем уверенно можно себя чувствовать неуверенно.

She had lived with ten different men in five years. Serial monogamy.

Я подругу в морозильник засунул, но это, мне кажется, не преступление.

Очень портит романтическое настроение, если грохаешься на линолеум и раскалываешь себе череп.

Магия - это просто наука, которую мы пока не изучили.

Джоди завизжала - пронзительной, взрывной и неразборчивой волной чистого нечеловеческого раздражения. Эту протяжную ноту Хендрикса просэмплировал и спел миллиард страдающих душ из сводного хора самой преисподней. Витрина фотомагазина лопнула и осыпала весь тротуар осколками. В магазине взвыла сигнализация - жиденькая после вопля Джоди. Бродяга бежал оттуда, заткнув уши. - Клево, - сказала Джоди, вполне удовлетворенная собой.

...вчера вечером примерно в этом время, - он сверился с часами, - у меня в студии с балки на потолке свисала голая рыжая девушка и читала мне вслух Керуака. Если я даже умру на месте, жить ради этого стоило.

Такое ощущение, что симптом вампиризма - ПМС гремучей змеи, только без спазмов.

Наконец Харли произнес: - Ну, если хочешь быть писателем, тебе здесь нельзя. - Прошу прощения? - осведомился Томми - Тебе надо жить в большом городе и голодать. Я Кафку от пюре не отличу, но прекрасно знаю: хочешь быть писателем - должен голодать. Ни шиша хорошего из тебя не выйдет, если не поголодаешь.

Фуфел не ответил. Ему снился парк, полный огромных деревьев и крохотных, на один укус, почтальонов. Лапы его подергивались, и всякий раз, хрумкая крохотной головой, он сонно взрыкивал. В грезах почтальоны на вкус — как курица.

Мера человечьей силы - милосердие.

- Пока Ваши хребты не превратились в студень, воины, мужайтесь. Я тут думал. - Ох, нет! - крикнул кто-то.