Земля

Было вполне ожидаемо, что книга будет напоминать глубокую дремучесть советской литературы как по стилю, так и по содержанию. И мои ожидания оправдались, хотя я был бы скорее рад обратному. Книгу можно с полным правом назвать "совковой". Однако, именно в этом её прелесть. Нам на примере будущей Северной Кореи показывают, что принёс с собой коммунизм не только в СССР, но и во многие другие страны. Страшная отсталость во всём с приходом коммунизма ликвидировалась в течении нескольких лет. Только задумайтесь - лет, а не десятилетий! Женщин приравняли по правам к мужчинам, была начата борьба с тотальной неграмотностью, но самое главное, что земля была передана во власть обрабатывающих её крестьян. Недаром весь этот роман так и назван, ведь всё крутится в книге именно вокруг земли.
В общем, вместе с несколькими героями мы пройдём путь от закостенелой и, можно сказать, феодальной страны до государства возможностей. Войска Красной армии освободят изнывавший под гнётом японской оккупации 30 лет корейский народ. Правда, лишь до 38 параллели, которая примерно и станет границей, разделивший один народ на 2 страны. И сколько бы автор не лелеял надежды, что это всё временно и скоро они победят, но до сих пор один народ живёт в 2х странах.
В целом, путь становления КНДР как страны мне очень напомнил создание СССР в ускоренном темпе. Так же были изгнаны "господа", даны возможности для самореализации людям из разных слоёв общества, была своя борьба с "кулаками" и колллективизация. Но всё это, стоит отметить, с явным корейским акцентом. Ведь не колхоз создали в книге герой и его товарищи, а вспомнили народную традицию совместной работы и взаимопомощи. Другое дело - борьба с так называемыми "кулаками". Ну, на самом то деле, у нас с такими людьми поступили намного более сурово, а зачастую и несправедливее, чем то же самое произошло в Корее. Там у людей отобрали ту землю, которую возделывали чужие люди, а собственник имел с этого доход. Вот и всё на этом. Нашим людям пришлось много хуже, но ведь книга то про корейцев, поэтому возвращаемся к ним.
Мне было бы даже очень интересно читать про особенности жизни корейского народа, но нам рассказали лишь про эпоху перемен. Старые устои и правила ломали, чтобы на их руинах воздвигнуть демократию. Да-да, именно демократию принесли им бойцы Красной армии. Демократию и культ личности, чуть-чуть. Ну а как, если до сих пор Ким Ир Сен у них вместо иконы. Такая себе демократия получилась, если честно. Зато большинство народа остались довольны, ведь они получили не только свободу от японцев, но и землю. Ну а как могло быть ещё, если почти все зависили от урожая, который они вырастят на этой земле. А при японцах требовалось платить бесконечные налоги, отдавать половину или даже более урожая арендодателю участка, а ещё и пытаться не помереть от непосильного труда впроголодь. Это сейчас может показаться, что их где-то обдурили, а на тот момент им просто дали всё необходимое и даже больше, чтобы они могли стать самыми счастливыми на свете.
И вот тут уже не обошлось без минусов "советского" реализма. Нам рассказали историю о том, как человек смог использовать свой счастливый билет и выбиться в люди. При этом на его пути были и недоброжелатели, которые мечтали вернуть прошлый уклад жизни. Некоторые смогли переродиться и стать новыми людьми, другие же ушли на дно и утянули за собой других. При этом большинство же просто поддерживало нашего героя и шло за ним в светлое будущее. И никаких попутных негативных персонажей, никаких сомнений или лишних эмоций. Даже новость о будущем ребёнке отодвинута ради скорейшего достижения этого самого светлого будущего для всей Кореи. Эта самая демагогия и закопала книгу в моих глазах. Что в диалогах между полуграмотными или совсем не грамотными крестьянами, что при рассуждениях о будущем. Ещё вчера наш герой был безземельным батраком, работающим за кусок хлеба и живущим в сарае, а закончит книгу уважаемым человеком, с семьёй и в ранге народного депутата. С одной стороны это как сказка, но с другой - реалии того времени, когда из голодранца можно было выбиться в люди за счёт личных качеств. А ещё это голимая Пропаганда, которая всегда портит художественную составляющую любой книги. Без неё книга стала бы менее реалистичной, но вот поубавить фееричность эмоций от осознания обретения демократии и свобод точно следовало бы. Могла бы получиться классная дорама, кстати, только вот нынче коммунизм не в почёте. Все помнят лишь плохое, даже о достижениях принято говорить сквозь зубы, да с упоминанием бесчисленных жертв народа ради этих самых достижений. О том же, что люди сами были рады стараться ради честной жизни никто и слова не скажет. А вот такие книги, даже совсем плохие, могут дать благодатную почву для размышлений по поводу прошлого и будущего, в котором мы хотели бы жить, и цены, которую мы готовы за неё заплатить.

Ли Ги Ён — классик северокорейской литературы. Естественно, текст не без пропаганды, но пропаганда есть везде, если присмотреться повнимательнее. Даже в аполитичных текстах можно усмотреть определённые социально-экономические и политические моменты при внимательном рассмотрении, даже при плюрализме мнений внутри текста. И даже в детских мультиках можно разглядеть пропаганду. И это касается и современного российского и голливудского кино.

Здесь пропаганда прямая без скрытых подтекстов. Поэтому не обходится без прославления великого Ким Ир Сена в контексте реальных проблем крестьян, что объясняет, почему реформы Ким Ир Сена были поддержаны широкими народными массами на территории Северной Кореи. В чём-то аналогом можно назвать "Поднятую целину" Шолохова, но у Михаила Александровича концовка была грустная, и в целом герои получились более неоднозначные. Да и в силу того, что Шолохов писал на русском языке и показывал разных людей, говорящих непохожими типичными словечками, диалоги вышли явно богаче, факт!

Главный герой Куак Ба Ви — крестьянин, обрабатывающий землю, переживший оккупацию Кореи японскими империалистами. У него была сестра, мать, жена. Чтобы их прокормить, он взял землю у помещика, которому пришлось платить долю, как и японцам. Сестра по сути была "продана" из-за обстоятельств на фабрику. Так получилось, что он попал в подъяпонский ГУЛАГ по милости японца. Вернулся он — и оказалось, что жена ушла, а сестра и мать умерли. И пошёл он батраком по разным деревням и оказался в деревне Бэлмаыр. Там он взял землю у помещика, а потом пошли реформы Ким Ир Сена в 1946 году.

Описывается самоорганизация крестьян после передачи им помещичьей земли, её возделывание, освоение целинных земель. Параллельно появляется женщина по имени Тен Сун Ок с противоречивой судьбой, которая полюбит Куак Ба Ви. Есть тут аналог Давыдова Кан Гюн, местный коммунист, активный деятель, спасший Сун Ок от сэппуку. Аналог делу Щукарю найти сложно. Если только Кан Са Гва — отец Кан Гюна, который травил байки.

В целом свою пропагандистскую задачу автор выполнил. Несмотря на гротескность батраков и помещиков, основные проблемы крестьян автор, сам урождённый крестьянин, отразил. Хотя среди героев есть ленивый Тю Тхэ Вон. Был в тексте и обедневший помещик, дети которого встали на сторону трудового народа. Решением проблем трудового народа, которые пропагандируются, была именно реформа Ким Ир Сена. Судя по условиям жизни, которые описаны относительно некоторых из героев, для северокорейцев на тот момент это был большой шаг вперёд, что не удивительно — поддержка крестьянскими массами Ким Ир Сена. А также книга пропагандирует учиться, кооперироваться за свои права и действовать.

Хотя тут упоминаются некоторые азы теории, главная тема здесь — земля. И это центральная тема. Простые жители Северной Кореи хотели просто обрабатывать землю, поэтому они и приняли Ким Ир Сена. Потому они и осваивают целину, самоорганизуются, привлекают рабочих из города. Не обходится без охраны от бывших помещиков.

Язык, может, кажется простоватым, но не лишён некоторых изысков. Ориентирован на народные массы. В чём-то напоминает и советскую пропаганду. Поменять имена, исключить некоторые культурные особенности — можно и принять за советскую литературу до Хрущёва.

За некоторую гротескную прилизанность высшую оценку поставить не могу. Та же "Поднятая целина" все же по многим показателям более неоднозначная и менее гротескная. Да и концовочка там была такая, чтобы всплакнуть, а тут лозунги и выборы, но в принципе первые 2/3 книги были интересны и показательны для оценки новой власти севернее 38 параллели с учётом малоизвестности темы Северной Кореи. Для интересующихся Кореей в целом рекомендуется.

Самое первое и самое простое, что можно сделать по прочтении этой книги — обозвать её социалистически-коммунистической агиткой с терминологией довоенных и застойновременных правдовских передовиц и стилистикой отчётных докладов генеральных секретарей на исторических пленумах (и не менее исторических съездах) и громко хлопнуть обложкой (но лучше этого не делать, ибо хлопать крышкой обложки ридера по экрану чревато как минимум потерей работоспособности, а то и разрушением устройства — а в бумаге этого романа в районной библиотеке не было).

Однако это, самое первое самое простое и буквально напрашивающееся действо, скорее всего оказалось бы поспешным и ошибочным — не напрасно чуйка тормозила меня в течение двух недель всеми своими методами, бормоча на ухо «Не спеши, подумай как следует, прочувствуй их, корейцев».

Ребята! А мы не пробовали жить в течение 35-40 лет в условиях оккупации? Причём оккупации не своей доморощенной, а когда именно чужеземец — надменный и хамски-властный — живёт на твоей земле, стоит во главе всего управления страной (да, собственно говоря, и страны такой — Корея — нет, а есть генерал-губернаторство), творит свой собственный суд и своё собственное беззаконие, заставляет тебя читать и писать, и лучше всего, если ещё и разговаривать и даже думать по-своему, по-иноземски, вывозит тебя из родной державы в свои иноземные заморские пределы, принуждает тебя сменить твоё собственное корейское имя на чужое, иноземское, заморское и противное, да ещё и молиться их чужим богам! Тридцать пять (или сорок, считая с установления протектората Японией над Кореей) годочков, начиная с «политики сабель» и заканчивая периодом ассимиляции корейцев и Кореи и полной японизации страны и народа (1905 – 1945 гг.) — длились эта несвобода и насилие. Конечно, можно найти и положительные моменты японского культурного влияния, однако всё-таки насильно мил не будешь и потому основная масса населения явно была настроена анти японски.

И потому вот лично я, неторопливо обдумав книжные события и подчитав ещё и другие источники по этому периоду корейской истории, поменял первое и скороспелое впечатление от книги. Точнее говоря, даже не поменял само впечатление — конечно, для нашего сегодняшнего времени и нашей нынешней ментальности книга иначе как с саркастической улыбкой не воспринимается (ну, если быть ещё более точным, то не сама книга, а присущая ей социалистическая и коммунистическая в худших их проявлениях риторика и стилистика), — а поменялось отношение к книге и к её проблематике, к главным и второстепенным героям и персонажам. Конечно смешно и ухмылисто теперь читать строки о мудром вожде советского народа Великом Сталине, о столь же мудром вожде корейского народа генерале Ким Ир Сене, о продажной клике предателей корейского народа Ли Сын Мане и всякую прочую, действительно напоминающую политические брошюрные агитки, пропагандистскую ерунду. Но всё-таки я бы сделал поправку-уточнение на то, что это смешно и нелепо Здесь и Сейчас. А Там и Тогда страну нужно было строить и восстанавливать, и простому корейскому крестьянину-рисоводу нужно было жить, выживать, и начинать свободно дышать и думать.

И вот ещё мысли пришли — ведь наверное не напрасно Ли Ги Ён сделал своего героя Куак Ба Ви таким могучим и смелым, а может быть даже простодушно-мудрым. И не зря он создал образ возлюбленной Куак Ба Ви Сун Ок именно таким — написав её терпеливой работящей, испытавшей унижение и позор, но всё равно гордой и красивой женщиной. Потому что в этих двух образах автор просто-напросто воплотил образ самой своей страны, самой Кореи — могучей работящей, щедрой и богатой земли и столь же работящих, мудрых, щедрых и красивых людей. Эти двое символизируют образ самой освобождённой Кореи и призывают простого корейского читателя (к которому и адресована книга) следовать примеру наших героев, идти по их Пути.

Поэтому если выдернуть книгу из историко-социальной среды, то конечно она отчасти смешна и изрядно несовременна, но если читать её, пытаясь оказаться внутри той ситуации, о которой идёт речь, если переместить себя в осень-зиму-весну-лето 1945-46 гг., то сразу отношение к роману меняется.

PS Самым сложным делом было запомнить все эти корейские трёхсложные и трёхслоговые имена-фамилии и при чтении не путать одного с другим. И тут нужно отдать должное мастерству писателя — образы корейских крестьян и корейских кулаков получились довольно выразительные и скоро уже не приходилось гадать, кто есть кто, а просто отслеживать событийный ряд и стараться предугадывать будущую событийно-сюжетную канву. Правда название деревни так и не запомнилось и потом (сейчас, во время написания рецензии по прошествии двух недель по прочтении романа) пришлось специально открывать текст романа онлайн и восстанавливать в памяти причудливый топоним — Бэлмаыр.
Кстати говоря — мой комп всячески сопротивлялся попыткам набрать имена главных героев с клавиатуры и немедля с вкрадчивым коварным шелестом переводил их кириллический вид в латиницу, потому пришлось просто скопировать имена персонажей из книги, открытой онлайн, и вставить в текст этого отзыва из буфера — вон оно чё деется-то!

Понятно, что имена Горького и Шолохова не единожды всплывали в моей русской читательской голове, а простые уточнения посредством интернета подтвердили эти впечатления подражательства и заимствования (даже первая часть романа так буквально по-шолоховски и названа «Поднятая целина»). Ну, и если продолжать сопоставление корейского писателя с российскими, то мне показалось, что драматические краски слегка сглажены и отчасти приглушены — никакого такого особенного сопротивления со стороны богатых и прояпонски настроенных землевладельцев в корейском романе нет, так, одна лишь жалкая неудавшаяся попытка поджога да ещё это вредничание с поливочной водой, вот и всё противостояние. Хотя может быть так оно и было и местные корейские кулаки и в самом деле просто смирились со всеми нововведениями...

И очень понравились иллюстрации к роману — чёткие графические чёрно-белые рисунки очень удачно легли на содержание романа и позволили читателю некорейского рода-племени воочию представить себе этих людей и мало-мальски их внешний вид.
А ещё роман богат подробностями и деталями быта простого корейского населения тех времён. И эти бытовые подробности и детали придают дополнительный вкусовой оттенок этой такой вот непростой книге.

Так что резолюция такая: прочитано с удовольствием! Спасибо тому, кто книгу предложил — это было интересно!

Я могу забыть обо всем, что происходило в этой книге. О том, что это был непередаваемый опыт, я забыть не смогу. "Земля" оказалось невероятным сочетанием советской агитки в худшей традиции, с корейским колоритом и наивнейшим развитием сюжета. И у меня не поворачивается язык сказать, что мне это не понравилось. Да, сначала все скрипело и не желало двигаться, но потом механизм чтения разошелся, и у меня было много приятно-смешных минут.

Сюжет у истории крайне бесхитростный - батрак Куак Ба Ви долгие годы перебивался с гроша на грош, терпел притеснения от японских властей и зажиточных корейцев-капиталистов. Его сестра умирает на фабрике, мать заканчивает свои дни в беспросветной нищете, пока ее сын отбывает несправедливое наказание в тюрьме. После освобождения, удача улыбается Куак Ба Ви. Он становится одним из тех, кто кладет первые камни в фундамент нового корейского государства светлого будущего. Пока наверху новая власть устанавливает свои порядки, в небольшой деревушке начинается налаживаться жизнь. Батраки посредством народного решения становятся полноправными хозяевами земель, на которых они раньше трудились, растет их благосостояние. При этом бывших некогда плохими персонажей новая власть и порядки постепенно ломают, создавая нового человека, а главного антагониста Куак Ба Ви ждет в самом конце плохая участь. Грязный капиталист и жадный махинатор получил по заслугам, да! Пусть ликует душа и рвется в светлое коммунистическое будущее.

Мелкие хитрости подлых кулаков, грязные моменты человеческой натуры - все это низводится на нет светлой и чистой идеей, зажигающей сердца простых корейских крестьян. В такой риторике нет ничего удивительного, как и в наличии таких писателей, как Ли Ги Ен. Очевидно, что северо-корейское государство на начальных этапах становления испытывала те же потребности, что советское. В культурном смысле, нужно было создать абсолютно новый тип человека, этакого идеального спортсмена-крестьянина с высоким интеллектуальным уровнем. Постоянное чтение такой литературы основательно промывает мозги и создает нужный типаж, пусть и с некоторыми дефектами во время сборки. И еще: подобный промыв - это вполне оправданная попытка предотвратить одну очень страшную вещь, а именно маргинализацию деревни. Все наши колхозы, их объединения подобного типа служат важной цели предотвращения перекочевывания крестьян в города.

Текст Ли Ги Ена невероятно правоверен, чист и красен. Одни только плевки в сторону Южной Кореи чего стоят. О, бедные южнокорейцы, живущие в полной грязи и морально разлагающиеся. Бедные-бедные! Надо спасти их от самих себя! Кажется, что эти части вставлялись несколько отдельно для усиления концентрации этой самой правоверности текста.

Так как пришлось прочитать целых две "Земли" в один месяц, не могу не сравнивать. И, как мне кажется, не стоит упрекать Ли Ги Ена в отсутствии национального колорита. Он есть, особенно в первой части, пока светлое государство было только в планах. Потом он волей-неволей скатывался в политическую пропаганду и реверансы в сторону строя и соседа, особенно в предпоследней главе. Бедственное положение крестьян выжало из меня скупую слезу, я даже слегка перекусила во их благо. Всегда поражало в такие моменты, что многие века крестьяне из разных стран тянули свою нищенскую лямку, переживая голодные годы, при этом даже не задумываясь о возможности все это решить крайне быстро и просто. Люди жили, пусть и ради очередного урожая риса. Теперь же непонятные экзистенциальные метания при полном холодильнике. Тем мне становится интересен акт самоубийства в книге. Потративший все деньги на ублажение богача, мужчина не может вернуться домой и увидеть голодные глаза семьи. Он просто решает все с помощью ближайшего дерева. Получается, что он преподносится как негативный персонаж, который еще сильнее оттеняет всю эту зажиточную клику.

Если приглядеться повнимательнее, то на поверхности видно очень много мелких деталей, делающих этот текст не просто небольших рассказом, а настоящей эпопеей о борьбе крестьян за жизнь под мирным небом, благосклонным солнцем и плодородной почвой. И как-то не поднимается рука критиковать и насмехаться (кроме предпоследней главы). Вообще, мне очень понравились образы Куак Ба Ви и его жены Сун Ок. Они прекрасны и показательны. Они именно такие, какие должны быть новые люди.

Нравится это ощущение, когда осиливаешь какую-то (по разным причинам) непростую книгу. Теперь вся жизнь кажется сплошным бегом по полю с ромашками.

Либретто: Ли Ги Ён
Музыка: народная

Акт первый. Как плохо жилось корейскому народу

Хор: Тяжела и трудна жизнь корейского народа! В нищете, голоде и непосильной работе проходят дни сынов Кореи! В нищете, голоде, непосильной работе и невыносимых унижениях проходят дни дочерей Кореи! Японские оккупанты высосали все соки из корейского народа. Помещики и чиновники высосали все соки из крестьян и рабочих. Каждый час и каждую минуту изнывает корейский народ под непосильным игом. Когда же, когда придет спасение?

Ко Бен Сан (помещик): Как много у меня земли, а будет еще больше! Как много у меня денег, а будет еще больше! Я вытяну последние соки из арендаторов, я вытяну последние соки из батраков. Мои амбары полны риса и чумизы, мои кошели полны вонов - какое дело мне до тех, кто стонет в нищете от отчаяния? Плевать я хотел на корейский трудовой народ! Своя рубашка ближе к телу!

Куак Ба Ви (батрак): Жаден и скуп мой хозяин. Тяжела и трудна моя жизнь. Я работаю от зари до зари, до седьмого пота, а мне едва хватает риса, чтобы прокормиться. Я тружусь не покладая рук, а жить мне приходится у чужих людей. Нет у меня своего угла, нет у меня своей земли, горе мне! Когда же, когда придет спасение?

Сун Ок (бывшая содержанка): Как тяжело жить на свете!.. В юности продали меня за долги моего отца развратному помещику, и с тех пор уста мои не знали улыбки, а сердце - счастья. Я была игрушкой в его руках и быстро надоела ему. Теперь все смотрят на меня, как на гулящую. Имя мое вываляли в грязи, нечем кормить мне старую мать и малолетнюю племянницу. Не проходит и дня, чтобы не скорбела я о своем позоре. Нет у меня брата, чтобы спросить совета, нет друга, чтобы просить защиты, горе мне! Когда же, когда придет спасение?

Кан Гюн (политически активный гражданин): Товарищи! Возрадуйтесь! Слава великому Сталину и слава вождю корейского народа Ким Ир Сену! Пришло спасение! Советская армия прогнала японских захватчиков и подарила свободу корейскому народу к северу от 38-й параллели. Ким Ир Сен объявил земельную реформу: теперь земля не будет принадлежать помещикам, она будет принадлежать тем, кто ее обрабатывал, крестьянам, таким батракам, как ты, Куак Ба Ви, и даже женщинам, Сун Ок! Кончились ваши мучения, пришло спасение, возрадуйтесь, славься Ким Ир Сен!

Все (кроме Ко Бен Сана и еще парочки несознательных): Слава Ким Ир Сену!!!

Акт второй. Как хорошо живется северокорейскому народу

Кан Гюн: Товарищи! Слава Ким Ир Сену, у нас теперь есть земля, которую мы можем обрабатывать. Возрадуйтесь, северокорейские крестьяне, и принимайтесь за работу. Потрудитесь, и некуда будет девать рис в ваших домах. Превратите суходольные поля в рисовые, и будет вам счастье! А я помогу вам советом и добрым словом.

Куак Ба Ви: Слава Ким Ир Сену! Был я простым бесправным батраком, а теперь у меня есть свой надел земли. Стану я растить рис и буду счастливым и зажиточным крестьянином. А еще, давайте построим плотину, и все наши поля будут рисовыми.

Хор: Слава Ким Ир Сену! Молодец, Куак Ба Ви, хорошо ты придумал. Давайте строить плотину.

Ко Бен Сан: Ой плохо придумал Куак Ба Ви, ой плохо. Теперь у крестьян будет рис, теперь они станут счастливыми, а я умру от злобы. Чорт бы побрал вашу реформу!

Сун Ок: Солнце встает над северокорейским народом! Впереди у нас только счастье и зажиточность. Теперь все будет не так, как раньше, теперь мы будем трудиться и есть рисовую кашу каждый день. Даже не знаю, что мне делать: утопиться или замуж выйти?

Хор: Выходи замуж, Сун Ок, выходи замуж, создай новую ячейку общества!

Кан Гюн: А я буду тебе братом и помогу советом и добрым словом.

Акт третий. Как радостно и счастливо живется северокорейскому народу, а будет еще лучше

Хор: Слава Ким Ир Сену! Теперь у нас есть плотина, есть рисовые поля, есть новая ячейка общества. Кто мог представить, что такое возможно?

Гым Сук (первая девушка из деревни): А я не пойду замуж за нелюбимого, пойду за любимого.

Сун И (вторая девушка из деревни): И я не пойду замуж за нелюбимого, пойду за любимого.

Хор девушек: И я! И я! Слава Ким Ир Сену!

Кан Гюн: Какие молодцы девушки! Слава Ким Ир Сену за земельную реформу и за женскую реформу! Теперь северокорейских крестьян ждет свободная и зажиточная жизнь.

Хор: Ура Ким Ир Сену!

Сун Ок: Я вышла замуж за Куак Ба Ви, теперь у меня есть земля, рис, муж, дом, фасоль и картошка. А возглавлю-ка я женский совет!

Кан Гюн и хор: А возглавь, Ким Ир Сен тебе в помощь!

Куак Ба Ви: Я был простым бесправным батраком, с утра до вечера трудился на чужом поле, знал только голод, холод и нищету. Но пришел великий Ким Ир Сен и советские войска, пришло спасение, о котором молил, как и миллионы бесправных корейских крестьян. Теперь у меня есть земля, рис, жена, дом, фасоль и картошка. А стану-ка я депутатом!

Кан Гюн и хор: А стань, Ким Ир Сен тебе в помощь!

Ко Бен Сан: А ну вас к чорту, гори оно все синим пламенем!..

Хор: Слава Ким Ир Сену, принес он избавление для несчастных северокорейских крестьян. Теперь у всех есть земля, дома, рис, фасоль и картошка. Слава Ким Ир Сену! Теперь девушки выходят замуж, за кого хотят. Слава Ким Ир Сену! Теперь северокорейский народ семимильными шагами пойдет навстречу свободной, счастливой и зажиточной жизни. Слава Ким Ир Сену! Слава! Слава! Слава!

Занавес

Небольшая историческая справка. Во время русско-японской войны в 1904-1905 годах, Корея была оккупирована Японскими войсками и вплоть до 1945 года находилась под влиянием Японии, то есть была фактически её колонией. В августе 1945 года была освобождена северная её часть (русскими войсками), а в сентябре 1945 - южная (американскими войсками). В 1948 года на Юге была создана Корейская Республика, а на севере - Корейская Демократическая Республика.

Роман "Земля" в основном повествует о земельной реформе 1946 года. Ким Ир Сен - тогдашний руководитель Кореи, опубликовал этот закон, в котором были ликвидированы крестьяне, как эксплуататорский класс, а земля отнята у помещиков разделена между бывшими батраками. Конечно такое событие играет не малую роль для страны и естественно, что хоть один человек (а то и больше) написал об этом. Но несмотря на то, что Ли Ги Ен - северокорейский писатель и место действия в сюжете связано с Кореей, книга до жути кажется советской. Я хоть и родилась уже в России, но наслышана и по фильмам/книгам хоть немного, но представляю, что было в СССР с пропагандой. Пионеры, комсомольцы, профсоюзы, демонстрации - всё было подчинено Союзам. "За Родину!", "За Сталина!" - таковы лозунги, Сталин был отцом народа, чуть ли не идолом, которому поклонялись. В романе Ли Ги Ена можно найти всё тоже самое, с некоторыми нюансами. Вместо Сталина Ким Ир Сен, партийные собрания и встречи, Социализм и демократия хорошо, всё остальное плохо. Так что в принципе, закрыв глаза на непривычные и трудно запоминающиеся имена, можно подумать, что книга вовсе не о Корее.

В качестве главного героя выступает бывший батрак Куак Ба Ви. Он могуч, силен, справедлив и всегда готов прийти на помощь. Прямо-таки не бывший крестьянин, а один из трех русских богатырей. И судьбинушка в беднягой обошлась отнюдь не сладко. Всю свою семью потерял, сестру не смог выкупить. А потом вдруг манна небесная свалилась на него, точнее земля. И ведь не только её обрабатывать умеет, но и знает как осушить болото, да воду провести. Откуда неграмотный батрак знает такие вещи? Очень я сомневаюсь в том, что трудящемуся на полях рабочему, не покладающему рук, было время для чтения книг. А не имея с этим дел ранее, можно научиться только с помощью проб и ошибок. Я всю книгу ждала, когда же Куак оступится. Отобрали землю у помещиков, высушили болото, посадили рис, женился на Сун Ок, построил дом - и всё как по маслу, не единой оплошности.

Второй главной темой романа была любовная линия между Куаом Ба Ви и Тен Сун Ок - бывшей содержанкой из бедной семьи. Она не по своему желанию "продалась", а по нужде. Но всё то же самое, что и с Куаком. Женщина умная, благородная, сильная, с горькой судьбой. Честно говоря, в то, что бывшая содержанка стала учительницей я тоже слабо верю. Чему она может научить женщин? Да и в целом народ какой-то слишком правильный, как будто идеализированный. Все батраки - умные, рассудительные, нет среди них подлых людей (мать Сун И и то перевоспиталась), а помещики наоборот, злые, жадные и вредные. Прямо как в сказке. Ну не бывает такого. Хоть один подлец, но найдётся во всей деревне.

Третьей же интересной линией, раскрытой в романе, стала демократия и переход от старого к новому. Кончено, когда народ долго живет по одним законам, правилам и привык к этому, а потом вдруг резко всё меняется - осознать это не всем дано. Если раньше браки заключались по расчёту (маленький мальчик и достаточно юная девушка), то восстать против системы, необходима большая решительность. И такая мысль сюжета, что нужно двигаться вперед, а не стоять на месте, мне близка.

В целом книга довольно-таки неплохая, но не прочитав её, особо ничего не потеряешь. О жизни батраков многие знают и из истории России, а здесь практически тоже самое. А сами герои для меня оказались слишком идеальными, что хочется повторить слова Станиславского "Не верю".

С детства я испытывала страх перед советской литературой. Думалось мне, что читать книги о коммунистическом строе, о пропаганде советского человека и восхвалении текущего политического режима скучно и совершенно не интересно. Однако Ли Ги Ен своим произведением смог в корне перевернуть мою точку зрения. Эта книга оказалась невообразимой утопией, написанной с бесконечной, граничащей с абсурдом, наивностью. И, наверное, все бы было действительно чертовски скучно, если бы ни этот его простой, зачастую банальный стиль повествования, который невозможно читать без улыбки умиления на губах. Каждый русский человек, который хоть однажды смотрел историческую хронику, да и просто советские художественные фильмы, узнает эти типичные комсомольские собрания, типичные лозунги, типичные партийные съезды и обращение «Дорогие товарищи!» на них. А теперь к этому добавим немного сериальной мелодрамы, горсть вечной борьбы добра со злом, щепотку национальных сказаний (обязательно с главным упором на патриотизм) и получим «Землю» Ли Ги Ена на выходе.

Чем лично меня поразило это произведение? В первую очередь его русификацией, не знаю, заслуга то переводчиков, или влияние на автора творчества Максима Горького, но в книге почти полностью сведен на нет национальный колорит. И хоть в книге присутствуют интересные описания традиций и обрядов корейского народа, но сама манера поведения и диалогов слишком узнаваемо русская. Мы читаем про северно-корейских крестьян, а кажется, что это обычная советская проза с нашими героями, отличающимися только почти не запоминаемыми именами. Кстати, чтобы не путаться, я их выписывала в отдельный список, но заметила, что в нескольких местах редакторы сами перепутали героев, называя их не своими именами.

Далее, удивила отсталость и неприспособленность корейского народа для тогдашнего 1946 года. Да, они освободились от японского ига, который угнетал и порабощал их в течение многих лет. Но они по-прежнему охотятся на кабанов с помощью дубин и кольев, они собирают съедобные коренья и ягоды, чтобы было чем питаться, они пьют свежую кровь кабана! Меня, кстати, отсутствие оружия среди мирных граждан еще натолкнуло на мысль о том, что по их стране только что прошла Советская армия с кучей трофейного оружия, при этом у корейцев было сури и самогон, но впрочем, о чем я вообще?! По Ли Ги Ену, корейцы настолько честные и добросердечные, что даже получив пощечину, спешат подставить вторую щеку, а весь Советский Союз это просто рай на земле и никакой там корысти и подлости.

К слову, в книге вообще очень четкое разделение на темных и светлых. Крестьяне – хорошо, помещики – плохо, честный труд – хорошо, богатство – плохо, демократия – хорошо, капитализм – плохо, русские – хорошие, американцы – плохие. Черт возьми, Сталин наверное, за эту книгу автору медаль дал, или может простой грамотой отделался? В любом случае категоричность суждений выглядит однобоко, если не сказать даже продажно, да и развязка с огромным потоком позитива розовых пони и радуги и веры в светлое будущее, только подтверждает догадки о "госзаказе" автору.

«Земля» Ли Ги Ёна - удивительно "русский" (вернее даже советский) роман о Корее. Пожалуй, если в нём заменить все корейские имена и названия на русскоязычные, и представить его как произведение из СССР - вряд ли среднестатистический читатель заметил бы подвох. От ожидаемого мною корейского менталитета здесь почти ничего и нету - разве что упоминание нескольких обычаев вроде отдания детей на работу в дом будущего мужа/жены или всеобщих поминок. Но именно эта привычная лиричность в описаниях природы и крестьянского труда и быта оказались способны примирить меня с постоянными рефренами о том, как же плохо жилось корейским крестьянам при японском гнёте, о правильности земельной реформы и о том, что уж теперь-то всё в руках самих крестьян, о великом Ким Ир Сене и проклятом Ли Сы Мане.
Впрочем, я до сих пор не уверена, что все эти повторения задумывались именно как пропаганда. В свете массовой неграмотности и отсталости крестьянского населения Кореи в период японской оккупации и последовавшего после освобождения такого же массового обучения грамоте крестьяне нуждались в чём-то, что могло бы им понятно объяснить, что же такого хорошего для них в этой земельной реформе, зачем женщинам равноправие и что им с этим равноправием делать дальше, и вообще как дальше жить, ведь старому и опостылевшему укладу пришёл конец. Крестьянам нужны были не только разъяснительные работы от властей и митинги, им нужен был простой и близкий пример понятных им людей, и на роль таких "ориентиров" вполне подходят бывший батрак Куак Ва Би и бывшая содержанка Тен Сун Ок. Их судьбы были тяжёлыми, хотя отчего-то мне показались несколько преувеличенными их трагедии - как будто автор собрал всё самое тяжкое, что могло случиться в крестьянской жизни, чтобы затем показать в самых ярких красках, что даже для самых притеснённых и угнетённых слоёв теперь стало возможным построить счастье своим самоотверженным трудом. Но тем не менее Ли Ги Ён не ограничился только двумя главными персонажами и устройством их личной счастливой жизни, на примере целой деревни и многих её жителей он показал, что для счастья важно не только личное благосостояние, но и коллективная работа на благо государства. Сейчас, конечно, такие примеры о том, что добрые слова и миролюбивые разъяснения ошибок способны за какой-то разговор переделать мировоззрение человека, живущего другими мыслями и посутпками уже не первый десяток лет, кажутся бесконечно наивными и даже немного детскими. Но, наверное, именно на таких примерах лучше всего показывать людям, привыкшим пить кровь кабана через трубочку и молиться Лесному духу об урожае, что теперь у них новая жизнь. Что теперь законы - это не просто бумажки с красивыми иероглифами-картинками, и что спорные вопросы решаются не в пользу богатеев-помещиков, а по установленному порядку и согласно букве закона без притеснений и угнетений по настроению. И что теперь "как раньше" жить не получится, как не получится остаться в теньке неведения и отмазаться "мы люди простые и тёмные".

Наверное, у меня нет желания составлять свое мнение об этой книге. Как там говорится с подобных случаях? У меня нет своего мнения по данному вопросу.

И дело даже не в том, что она мне не понравилась. Книга невероятно легко читается, она невероятно мила и всячески пытается поднять настроение читателю, опуская различные тяжелые моменты, описывая их вскользь и как бы невзначай, и напирая на оптимистических нотах, на свете и надежде. Эта книга похожа на солнечный лучик поутру. Ты как бы радуешься, что на улице не пасмурно и светло и что можно будет пойти погулять, но тебя бесит, что это долбаное солнце светит тебе прямо в глаз и будит. Ну и, соответственно, солнечный луч посветил тебе в глаз некоторое время да и переместился на твое плечо, что, в общем-то, не раздражает уже и не напоминает о себе, можно и дальше спокойно спать.

Так вот, я узнала много интересной информации о Корее, особенно, в данном случае, о Северной Корее, точнее о ее рождении, об обычаях, о жизни крестьян, о жизни в Корее вообще. Я порадовалась за героев, понаблюдала за тем, как медленно, но настойчиво росло в их душах долгожданное счастье, долгожданная надежда и даже долгожданная любовь. Я вместе с жителями деревни вспоминала различные истории из прошлого, смешные и печальные, и вместе с жителями с головой погружалась в настоящее, светлое, трудное, но для работящего крестьянского человека невероятно счастливое.
Но что-то мешало в полной мере наслаждаться, что-то слепило глаз, не давало спокойствия. Сухость. Агитационная восторженная сухость, как бы пародоксально это ни звучало.
И вот последняя страниц прочитана, а плюс на минус породил равнодушие. И я помню только светлую радость и веру в лучшее будущее, в которое всех повел Ким Ир Сен.

Лучик сполз с глаза, переместился на плечо, и я тут же о нем забыла, благополучно снова заснув.

Трудно представить, что кто-то будет всерьез воспринимать литературу, в которой бедные крестьяне все как на подбор добры и отзывчивы, а помещики как один - негодяи из негодяев. Верил ли сам Ли Ги Ен в то, что писал? Наверное, да... но это положения не спасает. Не спасает даже понимание того факта, что корейцам была необходимо литература такого рода, что она повышала "боевой дух" и помогала народу поверить в правильность выбранного пути.

Если русскую литературу я заранее воспринимаю в штыки и готовлюсь к худшему, то с азиатской литературой все обстоит ровно наоборот - я полна надежд и радостно предвкушаю предстоящее чтение. А уж когда дело касается корейской литературы, с которой я совсем не знакома, так вообще уровень радости зашкаливает. Отсюда особенно сильное огорчение, когда оказывается, что книга мне не к душе. Я пыталась, честное слово, я пыталась проникнуться историей Куак Ба Ви и Сун Ок. Я внимательно отслеживала всю их нелегкую жизнь, начиная от флэшбеков в тяжелое прошлое и заканчивая прямым эфиром их расцветающего настоящего.

Крупных событий тут по сути всего два - земельная реформа и как ее следствие улучшение уровня жизни крестьян в целом и жизни бывшего батрака в частности. На его ярком примере демонстрируется, как свержение японской оккупации положительно сказывается на стране. И ведь Куак Ба Ви очень непростой человек - во-первых, он необычайно силен, я бы даже сказала, по-богатырски силен, это даже отдает некоторой "сказочностью". Во-вторых, он добр, рассудителен и стремится помочь всем вокруг. В-третьих, он обладает удивительной способностью вести за собой людей. Все вышеперечисленное превращает его просто в идеального знаменосца наступающих перемен. По мере развития сюжета проскальзывает этакая песенка о доме, который построил Джек. Сначала Куак Ба Ви просто бывший батрак, потом он становится бывшим батраком, который получил землю, потом к этому добавляется успешное поднятие целины, на которое именно он сподвиг народ, затем он уже бывший батрак, получивший землю, поднявший целину, заслуживший уважение односельчан. Еще пара глав и вот к этой длинной цепи перечислений его жизненных удач добавляется женитьба на Сун Ок, затем строительство дома, обильный урожай, а потом и сын - как апофеоз торжества демократии.

Пожалуй, действительно меня удивила только сознательность крестьян. На всю деревню, да что там на всю деревню, на всю книгу (и, видимо, подразумевается, что на всю Корею) ни одного пьяницы, ни одного преступника-крестьянина, ни одного хотя бы относительно противного представителя этого класса. Да, была мать Сун И, но и она перевоспиталась и стала чуть ли не образцовой представительницей женского союза. Итак, пьянство или другие человеческие пороки... все-таки оказалось, что они чужды корейским крестьянам - самым бедным крестьянам, хочу я заметить, что все-таки крайне странно. Ну да ладно, куда сильнее поразило меня то, что с началом земельной реформы крестьяне вдруг поголовно превратились в крутых управленцев. Вчерашний батрак сегодня уже планирует, изобретает, распределяет людей, решает, что где и когда надо делать и все в таком духе. Бывшая содержанка внезапно становится очень хорошей учительницей и тоже знает, как глаголом жечь сердца людей, чтобы прямо ну вот все сразу начинали умнеть чуть ли не на глазах. Всякие крестьянские союзы/собрания или как они там назывались каким-то образом умудряются управлять деревней, притом управлять вполне успешно, а неграмотный, но очень сообразительный Куак Ба Ви даже становится депутатом.

Вот пишу все это, а сама понимаю, что анализировать "Землю" занятие странное и неблагодарное. С какой стороны ни подойди, все равно наружу вылезут все эти огрехи, просто не может быть иначе, такая уж у этой книги суть.