Приглашение на казнь

Оказывается, знакомиться с автором посредством малопопулярной книги дело довольно интересное и увлекательное, которое в большей (но не полной) мере раскрывает писателя (я так думаю). Ну вот что можно сказать про Набокова по известным его произведениям? Аморалист, извращенец и прочие нехорошие слова. И это всё только из-за одной бедной "Лолиты", которая создала такую спорную репутацию её создателю. В этом же произведении он показал себя с необычной, немного загадочной и занятной стороны, после чего ты понимаешь, что может быть даже стоит углубиться в его творчество.

Могу сказать, что вначале слушать аудиокнигу (да-да, снова аудиокнига, но что поделать, когда лето, и когда чаще гуляешь) было довольно сложно и пространно. Но потом я сообразила, что можно увеличить скорость воспроизведения и всё встало на свои места.

Видела в одном отзыве на Набокова слова о том, что герои у него неприятные и мутные, словно речка в полуденную жару. Однако тут персонажи, мне показались, даже немного премилые. Конечно тупость некоторых, глупость других и безразличие третьих часто выбешивало, но если закрыть глаза на всю нервозность ситуации, то можно просто наслаждаться сарказмом, который сочится из каждой строчки.

Произведение очень животрепещущее и кишмя кишит серьёзностями. И вот спустя десять дней я поняла, что если мне нужна полная картина этой серьёзности, то мне предстоит его перечитать. Возможно даже тогда, когда мне будет столько же годков сколько и Цинциннату Ц.

Очень отвратительно ночью понимать, что жизнь Цинцината - это жизнь как у многих людей. Просыпаешься словно в комнате, условно говоря в камере, чувствуешь омерзительность всего происходящего, омерзительность того, что ничего не происходит, с тобой разговаривают как с дебильным, и ты ожидаешь смерти, потому что она все равно рано или поздно ко всем придет.
И как-то противно очень, что она может прийти в лице вот такого дурака - Пьера, например.
Это такие ночные тоскливые мысли. Бывают еще утренние тоскливые мысли, но они уже чуть другие. Или днем совершенно другое дело, днем не так давит эта фатальность происходящего. Днем все идет так, что ну и ладно. Днем можно бродить по Тамариным садам и все сносно, зимой можно бродить пока ноги не начнуть неметь, а летом пока голова от жары не закружится. А потом приходить и падать в кровать, с ощущением, что тебя словно морозит. спать в бреду, снимать с себя слой за слоем. И видеть сны о избавлении, или наоборот, сны о том, что попадаешь в полный тупик. Как повезет.
Главной фигурой для меня был Библиотекарь. Какой-то все понимающий, отрешенный мужик. Пришел - ушел. Вот так выглядит примерно смерть, такая, как на картинках смерть. Но на самом деле Библиотекарь в книге не символ смерти, а символ Понимания.
Какое-то безусловное понимание, всепроникающее понимание и если бы нужно было описать библиотекаря как нечто нечеловекоподобное, то он походил на протяжный вздох. Может быть протяжный вздох умирающего.
И все в этой книге красиво и пронизано чувством предвосхищения чего-то, все чувства мечутся от надежды на спасение, до страха скорой развязки. И это описние эшафота, когда следишь глазами за происходящим, но изнутри, когда сковывает страх. И финал. "а что можно было так сделать?"
В книге вообще очень много интересных деталей, стеб над литературой, абсурдность в некоторых местах. Все эти родственники, когда чувствуешь свою вину, а хотелось бы чтоб тябя обняли в последний раз. И еще с героем сильная связь. словно сам Цинцинат это скафандр, в который ты постепенно облачаешься.
В общем. искренне советую не читать эту книгу, тем более на ночь, да и вообще не читать. Советую выйти в Тамарины сады и стать деревом. И кричать при этом, шевеля листочками "Все в сад! все в сад!".

Интересное произведение. Нехарактерный для Набокова жанр, освоенный все тем же его знаменитым, "фирменным" языком.

Содержание романа на высоте - главный герой в плену собственного сознания. Персонажи тоже хороши - Марфенька, Пьер, Эммочка, мать Цинцинната - все они, как и задумывалось автором, вызывают отторжение. Множество отсылок к литературным произведениям разных времен - тут и образ паука (Байрон), и Фауст (точнее его оперное воплощение), и Салтыков-Щедрин, и Лермонтов и много кого еще, в общем автор на славу блеснул эрудицией =)

Вроде бы все на своих местах, однако, лично для меня есть одно НО...это тот самый язык Набокова. Почему-то такой жанр, как абсурд не вяжется в моем сознании с витиеватым словоблудием мэтра. Сухой и лаконичный стиль того же Кафки или поток сознания Беккета кажутся более уместными. Словесные изыскания Набокова несколько отвлекают и порой кажутся неуместными, хотя возможно на то и была ставка - соединение противоположного. Чтож, вполне в духе абсурда, но "не мое". Абсолютно.

Тем, кто привык рассматривать каждое из произведений, без поиска потайных смыслов и интересуется сугубо вопросами осмысления жизни и смерти, судебными процессами, и ощущениями человека в местах лишения свободы... Предлагаю обратить внимание на следующие книги:

Харпер Ли - Убить пересмешника
Уильям Фолкнер - Осквернитель праха
Жан Поль Сартр - Стена. Избранные произведения (сборник)
Альбер Камю, Жак Ферандез - Посторонний
Франц Кафка - Процесс (сборник)

Без глубинного взгляда и в этом произведении среди множества строк, состоящих из переживаний главного персонажа можно, не испытывая трудностей в поиске, найти череду страданий и рассуждений о театральности жизни. Мучения ожиданий предстоящей смертной казни и возможности хвататься за жизнь... Вопросы любви и осмысления прошлого. Всё это приправлено изящным слогом, прелестью фирменных метафор, яркими образами персонажей и сюжетными поворотами в нитях хитросплетённого повествования.

Без способности или желания разглядеть незатейливый фокус с картами, произошедший внутри сюжета — произведение можно оценить, максимум на 3,5—4 пункта по объективной шкале. Это максимум, не смотря на сюжет, метафоры и мою неимоверную предвзятость к автору. Но задумавшись, всего на пару секунд я увидел загаданную мной девятку треф в рукаве сияющего писателя. На ней было написано о том, что это довольно спорное произведение... Как цвет и фасон вычурной одежды, которая становится менее привлекательной, оказавшись поверх мечтательных изгибов обнажённого тела. Но вы бы удивились... Как она идёт остальным... Мне повезло.

В списке литературы представленном выше иносказательность предоставлена в более слабых вариациях, либо отсутствует вовсе. Это не делает их хуже в сравнении с данным произведением, лишь перекликается дальними отголосками судебных процессов и списка терзаний. Я только взял смелость рекомендовать схожие по отголоскам книги. Не более. Заметьте, что среди них не встречаются антиутопии...

Для любителей метафор и иного смысла...

Думаю, будет достаточно легко разглядеть казнь инакомыслия и свободы в лице главного персонажа. Осознающего бутафорию жизни, не испытывающего радость от затёртых шаблонов, без попыток бежать... Лишь осознавать, когда всё закончится. В романе представлен, как гомерический смех над плачевным будущим, так и бессмысленность жизни среди людей, переставших творить... В произведении много терзаний. Ожидания. Попыток достучаться до сути... И так много свободы... Пускай и в самом конце...

Надеюсь, что Вам понравится этот авторский мир, состоящий из шахмат и механических пауков. Длинных тоннелей и приветливых соседей по камере. Детских рисунков и лицемерия. Способности творить и оставаться призрачной массой. Иллюзий и способности мыслить...

Сегодня... Это произведение безусловно является самым слабым, среди написанных автором. Самым слабым по внутреннему отголоску, но вызывающее самые искреннее впечатления графоманства и полёта мысли среди танцующих строк. Я танцевал среди них... Под четвертую из прочтённых мной, произведений В.Набокова...

"Смерть... Зачёркнуто... Казнь..."

Помните, что однажды всё рухнет... Читайте хорошие книги!

Очень странная вещь. Театр абсурда.
Вот человек с интересным именем Цинцинат, который не понятно что совершил, не понятно за что осужден и приговорен. Повинен только в том, что выделяется из толпы, думает иначе, чем остальные.
Цинцинат прекрасно понимает, что жить ему осталось всего ничего, хотя ему и не говорят, когда казнят. Есть только он и его мысли. После часа Х ничего для него уже не будет, его не будет. Страшно себе даже представить это.
И поддержать - то его некому - жене он безразличен, мать не стремиться повидаться с сыном и появляется где-то ближе к концу, друг... х-м а друг ли это? Друг или палач? Совместить же это нереально...
Единственные, кто ему сочувствует, это директор тюрьмы и библиотекарь. Но какое-то навязчивое сочувствие - оба разговаривают с Цинцинатом как с дитем неразумным. И как-то становится еще жальче ГГ.
Сюжета как такового ч не увидела - сплошные размышлизмы героя. ла может ли быть по-другому? Ведь вот-вот ты лишишься самого ценного, что у тебя есть, - жизни...
Поймала себя на мысли, что произведение не плохое, это я до него не доросла. Обязательно буду перечитывать еще, надо будет сравнить впечатления...

Интереснейшее «многоэтажное» произведение. Сюрреалистичный рассказ о «преступнике», приговоренном публикой к смертной казни. Единственная вина приговоренного с необычным именем Цинциннат заключается в его непроницаемости, непознаваемости для окружающих, так называемой «гносеологической гнусности». Он не такой, как все остальные. Большая часть повествования балансирует на грани иррациональности и представляет собой своего рода гротескное представление. Тюремщики, адвокат, маэстро-палач, жена героя Марфинька - всего лишь безжизненные куклы, они лишены какой-либо человечности. Можно сказать, что они как-то образцово бесчеловечны. Чего стоит нежелание сообщить герою точную дату казни, будущий палач выдается за «коллегу», такого же приговоренного к смерти, как и Цинциннат. Главный герой противопоставляется им как живой человек, ощущающий всю абсурдность (или иллюзорность) происходящего вокруг.
Каждый читатель может найти в этой книге свой смысл. В ней описываются переживания человека, приговоренного к смерти. Бесчеловечная пытка усугубляется тем, что героя держат в неизвестности относительно роковой даты. Каждая ночь может оказаться для него последней. На мой взгляд, в истории Цинцинната можно увидеть и причудливую аллегорию современной жизни с ее суетой и суетностью. Он все не решается сесть и изложить на бумаге свои мысли, свои идеи, так как опасается, что у него слишком мало времени и его не хватит, чтобы завершить задуманное.

Цинциннату постоянно не хватает слов, они не образуют гармоничного единства, и это мешает ему оставить свою "историю" записанной для потенциальных читателей. Нередко нечто подобное происходит и с нами. Люди боятся, что у них не хватит времени, чтобы все успеть и, соответственно, считают, что у них недостаточно времени, чтобы посвятить его познанию себя. Зачастую в современной быстрой череде событий просто сесть и подумать, никуда не спеша, выглядит непозволительной роскошью. Анализировать свои стремления и поступки и заносить результаты на бумагу - еще большая редкость. Отсутствие духовного роста, саморазвития тоже является в каких-то оттенках смысла приговором…
Как и в других своих произведениях, Набоков уделяет серьезное внимание стилистической составляющей, что у него получается мастерски. Со страниц передается ощущение зыбкости границ реального и мнимого, сна и яви, человеческих чувств и «картонного» бутафорского поведения, сложности и неоднозначности восприятия времени. Книга полна аллюзий на разных авторов, включая Джойса. Конец можно интерпретировать одновременно как смерть и возрождение из царства мертвецов, пробуждение от кошмарного сна. Общая атмосфера в романе мрачная и тягостная, но финал несколько приглушает это впечатление, он даже в некотором роде оптимистичен.

Впечатляющие сцены, философские мысли, душевные переживания героя- мысли автора, переданные через главного героя и сразу западающие в мысли и душу читателя-таков прекрасный мир Набоковской литературы, который в очередной раз не разочаровал меня.
Книга оставляет послевкусие. Сначала было сложно вникнуть в суть игры, в правила книги, начинаешь читать с настороженностью, но потом, когда ты вживаешься в обстановку происходящего, привыкаешь к языку Владимира Владимировича, тебя начинает нести течением, и ты уже смелее погружаешься в этот поток. Вот вроде ты ее уже дочитала, отложила, приступила к стопке новых историй и авторов, а Цинциннат и паук, тебя продолжают сопровождать в твоей повседневной жизни. Постоянно думаю о том, каково это, быть приговоренным, знать, что вот завтра, послезавтра... и при этом проходит день, два, три- ты задаешь всем один и тот же вопрос, но тебя держат в неведении и напряжении.

Роман «Приглашение на казнь» опубликован в 1936 году. Владимир Набоков, считает это произведение одним из лучших в своем творчестве

О содержании

Антиутопия открывает читателю мир Цинцинната Ц., приговоренного к казни из-за «гносеологической гнусности». Он «непрозрачен», непонятен обществу, опасен. Ожидая исполнения приговора, герой обязан терпеть странности мира и людей-кукол, его населяющих. В финале автор разрушает фальшивый мир, а героя отправляет туда, «где, судя по голосам, стояли существа, подобные ему».

Поэтичность романа

Роман сложен для понимания, но в этом его прелесть. Такой эффект достигается за счет наполнения прозаического произведения средствами, характерными для поэзии. Так, к примеру, оксюморон «официальный друг» или олицетворение «вмешались часы», или огромное количество сравнений, как «ставил ноги, вроде ребенка, только что научившегося ступать», «карандаш, длинный, как жизнь любого человека, кроме Цинцинната» заставляют читателя размышлять, часто прерывая чтение и возвращаясь на несколько строк назад, чтобы переосмыслить фразу.

Мир произведения

Поэтические приемы вплетены в содержание, требующее особого подхода к его интерпретации. Цинциннат окружен странными физически, уродливыми духовно куклами-персонажами. Это и обстоятельный тюремщик Родион, у которого «скрипели ржавые суставы», и Родриг Иванович, усердный и подчеркнуто обходительный директор, чьё «без любви выбранное лицо, с жирными желтыми щеками и несколько устарелой системой морщин, было условно оживлено двумя, и только двумя, выкаченными глазами», и бесполезный адвокат Роман, неспособный защитить подопечного, ведь «его крашенное лицо с синими бровями и длинной заячьей губой не выражало особого движения мысли». Герои веселы, красноречивы, они бросают ненужные реплики, будто насмехаясь над участью Цинцинната, не принимая всерьез ни заключенного, ни его душевных мук. Осужденный замечает:

Узник страдает так, что «душа зарылась в подушку», но сочувствия ни у кого не вызывает. Даже возлюбленная заключенного Марфинька равнодушна, хотя он не требует любви, лишь сопереживания.

При этом к Цинциннату относятся хорошо: кормят, развлекают, а, согласно правилам для заключенных, разрешают даже «петь, плясать и шутить со стражниками». Когда его знакомят с «соузником» Пьером, директор корит Цинцинната за молчание и отчужденность:

Куклы не дают герою остаться одному, погрузиться в мысли, осмыслить себя.

Вся напускная веселость в преддверии казни угнетает Цинцинната сильнее, чем близкая гибель, ведь он ждет проявления человечности от окружающих. И лишь со временем осужденный замечает фальшивость мира, игру кукол. Поэтому о себе он пишет:

О театральности автор заявляет, используя слова «кукла» «сцена», «занавес». Эпизод свидания Цинцинната и Марфиньки, где присутствуют все ее родственники и ухажер, а в камере появляется мебель и «даже отдельные части стен», напоминает натуральные подмостки с полагающимися декорациями.

Освобождение героя

Настоящими в романе остаются заключенный и бабочка, напугавшая Родиона:

Этот маленький символ свободы помогает герою лучше осознать происходящее, и уже в финале книги разрушить, развеять фальшивый мир.

В Цинциннате Набоков словно воплотил идею об авторе, порабощенном своими персонажами. Проживая какое-то время в иллюзии, он должен освободиться, вернуться в реальность. В то же время, образ Цинцинната восходит к гоголевскому «маленькому человеку», угнетаемому и бесправному, живущему по правилам других людей.

Сколько раз я начинала писать рецензию, и сколько раз стирала написанное – не счесть. Не могу собрать мысли воедино и высказаться более-менее связанно. Да и что говорить? Роман разобран по косточкам уже давно, рецензий как удивительно точных и неординарных, так и безрадостно «заумных» написано множество. В учебниках столько истолкований романа, что представляется мне Набоков с кривой ухмылкой, смеющийся над нашими изощрениями.
«Приглашение на казнь» - в самом названии есть доля абсурда. Абсурд чувствуется во всём происходящем вокруг «приглашённого на казнь» Цинцинната Ц. Вина его в непохожести и непрозрачности, в том, что общество, осудившее его на казнь, не понимает его мыслей и поступков. Умело скрывавшийся среди картонных декораций мира, в котором он жил, Цинциннат был разоблачён и отправлен в тюрьму в ожидании плахи. Я почему-то сразу вспомнила монолог князя Мышкина из «Идиота» о том, как ломается сознание приговорённого в ожидание смерти. Одна минута, две минуты, день, неделя, месяц – сколько предстояло жить и ждать Цинциннату, неизвестно. Вокруг него разыгрывается целый фарс с переодеванием, с умолчанием, с гнусными шуточками, запутанными играми в нетки.
Да нет, это с о мной автор играет в нетки, и вот уже

Набоков, как всегда, неподражаем. Продираясь сквозь бред сознания ГГ , проваливаясь в сюрреалистичность его снов-бодрствований, неизменно наслаждаешься языком писателя. Иногда хотелось напрочь забыть все аллегории и аллюзии, все метафоры и фантасмагории и просто наслаждаться языковым узором, умело выплетаемым Набоковым. Но нет. Ни на секунду не перестаёшь думать, ломать голову, изощряться в истолковании: а что это я только что прочитал?