Alice I Have Been

Мне сложно определиться со своим отношением к данной книге, она буквально заставляет всё внутри меня устремляться в противоположные стороны.
В целом, само повествование довольно атмосферно и написано хорошим языком, местами, там, где описана её более взрослая жизнь, особенно во время первой мировой войны меня пробрало до слёз. Книга написана достаточно проникновенно и словить фальшь непросто. Есть последовательность и интрига, которая по большей части раскрывается, но загадка всё равно остается и это в принципе я считаю неплохо. Всё это склоняло меня оценить книгу положительно, но передо мной стояла моральная дилемма, забыть о которой как бы не хотела я не могла, да и автор вновь ткнул меня в неё носом в своём послесловии, чем попортил снова впечатление о книге. Не знаю, может для других это не так и пусть сама авторша объясняет в послесловии, что в те времена были другие нравы и восприятие, тем не менее, мне показалось, что она опошлила историю писателя и его музы. Все эти странные взгляды взрослого мужчины на семилетнего ребёнка, вся эта чувственная дрожь, испытанная маленькой девочкой в компании зрелого мужчины, всё это так описывалось, что не оставалось сомнений, хоть какой-то недосказанности. Получилось грубо, черта была нарушена. Это такая сложная ситуация, что писать о ней необходимо было деликатно, тоньше, хотя бы уделили бы больше внимания платоническим чувствам, они были бы хоть как-то понятнее. И если к середине книги получается от этого отгородиться, сделать вид, что этого не было, то в конце вновь вспыхивает эта ситуация, а слова автора об уверенности, что между ними была любовная связь, когда она сама же говорит, что доказательств этому нет, выглядят отвратительно.
Это одна сторона дилеммы, другая заключается в том, что меня всё никак не покидало чувство, что я читаю желтую прессу. Зачем нужно было писать о живых людях, когда об их жизни ничего толком неизвестно, кроме парочки сухих фактов, да ещё и писать от первого лица, словно автор могла знать, что чувствовала Алиса Лидделл в тот или иной период своей жизни. Такое ощущение, что она просто, как и описанные ею люди, хотела нажиться за счет чужой популярности. Особенно в начале мне всё хотелось прекратить чтение, потому что было ощущение вторжения в чужую жизнь, которую к тому же автор показывает так, какой она ему видится, не факт, что она такой была в действительности.
Вот такие противоречивые чувства у меня возникли из-за этого произведения, потому я не могу сказать, что книга мне понравилась, но и не могу утверждать, что она плоха, так как написана вполне хорошо.

Совершенно неожиданно вышла эта книга для меня - я не видела ни рекламы, ни оригинала, встретила уже на полке книжного и, сильно офигев, тут же взяла и как-то сразу начала читать, то ли несмотря, то ли вопреки бьющемуся изнутри предубеждению "вот щас нам опять расскажут, какой Кэрролл был негодяй и педофил".
И первые страниц сто оно не отпускало - и есть там для этого причины. Не отнимешь у текста напряжения - самая яркая и, наверно, ключевая сцена книги, описывающая создание фотографии "Цыганочка" вцепляется в память в чувства, которые скачут от негодования до наслаждения описаниями деталей: все ткани и запахи будто чувствуешь, ух ты. Но не очень всё же удалось протянуть через весь роман эту нить "что-же-там-такого-произошло-что-они-перестали-общаться", что, может быть, и к лучшему. Вместо пляски на костях сенсации, которой я очень боялась, роман вырос в историю о том, как люди превращаются в совсем чужих. О том, как это странно, осознавать, что ребенок на фото и пожилая женщина - один и тот же человек. И, главное, о том, какая яркая и трагичная судьба выдалась Алисе Плезенс Лидделл, в замужестве Харгривз, у которой после "Алисы" была ещё целая жизнь - с несчастной любовью, потерей множества близких, гибелью детей и навалившейся тягостной славой. Совсем не случайно автор не пропустила сцену встречи Алисы и Питера Пена, который не смог с этим грузом жить и покончил с собой, бессмертный мальчик.
И ох как нужна книге эта последняя глава с комментариями автора, где та честно говорит, что это не попытка биографии, а роман, отчасти основанный на реальных событиях, без детективного расследования и с выдумкой, на которую писатель имеет право. А уж то, что мистер Доджсон Мелани Бенджамин мне совсем не нравится - моё личное дело)

Вот миновала уже неделя после прочтения этой книги, а я так и не поняла, как к ней относиться.

Не будучи страстной поклонницей "Алисы в стране чудес", я не ожидала от этого романа вообще ничего. Веселый и порой жестокий абсурд этой сказки никогда не был мне близок, по крайней мере в рамках оригинальной истории. С выходом неожиданно безвкусного фильма Бертона нас захлестнуло новой волной популярности "Алисы" и мне пришлось повидать массу отвратительно декорированных тематических свадеб и вечеринок. Так что произведение Кэролла набило оскомину. Разве что одноименная пластинка 76го года с песнями Высоцкого стала для меня одним из самых ярких воспоминаний детства, но с пугавшим меня в детстве оригинальным текстом я ее никогда не ассоциировала.

Ну ладно, это все лирика, а что же там с Мелани Бенджамин? А она написала очень странную вещь - художественный вымысел, основанный на реальных фактах из жизни реально существовавших людей в формате псевдоавтобиографии. Причем масштабы и пропорции вымысла и реальности мы узнаем только в послесловии, когда прочтем всю книгу и успеем помучиться неизвестностью.

Конечно, здесь сразу же возникает вопрос об этике, ведь персонажи были скандализированы, многие факты скрыты, а теория, отстаиваемая автором, достаточно спорная и не всем приятная. Вопрос правомерности использования реально существовавших людей в качестве персонажей такой истории действительно сложный. Но в международной практике существует понятие "в интересах высокого искусства", которым можно оправдать практически все, что угодно. Попробуй докажи, высокое это искусство или нет.

Не буду скрывать, я рада, что эта книга существует, мне она доставила множество приятных минут. Прекрасный язык, неповторимая атмосфера викторианской Англии: это сочетание наивности и жесткой рассчетливости, безэмоциональной сдержанности и крайней сентиментальности. Увитые плющом стены Оксфорда, блеск полуденного солнца на уключинах деревянной лодки, стеклянные пластинки негативов, детский смех... Захватывающе интересное чтение, даже если все действие заключается в мыслях о случайно брошенном взгляде, случайном соприкосновении рук... Такой была первая половина книги.

После разрыва отношений между Доджсоном и Лидделлами в тексте возникли заминки, недоговоренности, непонятки. Конечно, мы понимаем - ключевой эпизод должен появиться в конце и стать разгадкой для читателя. Но должного эффекта эта сцена уже не производит, потому что мы устали ждать. Да и эпизод этот, надо сказать, ничего особенно не проясняет. Например, мне до сих пор не понятно, какое событие случилось первым: прогулка Доджсона с Алисой по городу в день свадьбы принца или же интерлюдия в поезде? И там и там был скандальный факт, но разве это не взаимоисключающие события? Разве после компрометирующей прогулки Алиса могла оказаться в поезде с персоной нон грата? Или наоборот?

Может быть, Бенджамин и права, описывая версию романтической привязанности сказочника к юной девочке, откуда нам знать, право слово? Но заявлять об этом с такой уверенностью... Почему не предположить, что Доджсон вообще был асексуален, например? Что он просто был большим одиноким ребенком, и, чураясь общества скупых на эмоции и чопорных взрослых, находил утешение в дружбе с девочками? Героиня книги достаточно однозначно трактует нежелание Доджсона опровергать скандальные слухи, с ее точки зрения, это некий акт мести. А что если математик, будучи человеком закрытым и впечатлительным, не подумал о последствиях и промолчал из стыда? Поменьше бы определенности в суждениях, побольше проработанности характера взрослой Алисы, и книга была бы идеальна, невзирая на сомнительность теории автора.

И все-таки я с удовольствием рекомендую эту историю всем любителям строгой викторианской Англии, с белыми оборками на платьях и розовыми кустами в садах.

Двойственное впечатление осталось от этой книги, двойственное.

Здесь рассказывается история Алисы Лидделл, которая послужила прототипом главной героини "Алисы в стране чудес" Льюиса Кэрролла. И вот если вы откроете на википедии страницу "Лидделл, Алиса", вы буквально проспойлерите себе все содержание этой книги. Возможно, автор по википедии и писала книгу.

Все в точности так:

• детство и знакомство с мистером Доджсоном, который потом издаст свою историю под псевдонимом "Льюис Кэрролл;
• уроки живописи у мистера Рёскина, которые, впрочем, в книге приобретают принудительный и довольно мерзкий аспект (Алиса ходит туда, потому что старый извращенец хочет на нее пялиться, а взамен обещает молчать об ее сомнительной истории с Доджсоном в детстве);
• роман с принцем Леопольдом, который так и не окончился браком, хотя любовь осталась (и даже заключив браки с другими людьми, они назвали своих детей в честь друг друга);
• брак с Реджинальдом Харгривсом, с которым она и прожила остаток дней.

  Говорю же, автор как по википедии книгу писала. Или просто поставила себе цель изложить в художественной форме все мифы, витавшие вокруг Кэрролла и настоящей Алисы. Чего я так и не поняла, так это авторской позиции относительно всей этой истории.

  По сути, тут главный вопрос в том, а было что-то или не было. Был ли Доджсон-Кэрролл педофилом, делал ли он с Алисой что-то недозволительное или нет.

Потом все обставляется так, что в какой-то момент об этом узнали взрослые, и Доджсона фактически прогнали от Алисы. Но это раз за разом аукалось в ее жизни, в частности, это помешало ее браку с принцем Леопольдом. Потому что перед тем как дать одобрение на брак, королева тщательно присматривается к избраннице сына. Так случилось и с Алисой, и ее мутная история с Доджсоном стала одной из причин (а может и главной причиной), по которой ей не дали выйти замуж за Леопольда. Не говоря уж о том, что ее еще и Рёскин шантажировал тем, что все расскажет об этой мутной истории.

И все же после прочтения книги у меня не осталось четкого понимания, а какую же точку зрения хотел донести автор. То ли она хотела выставить Доджсона-Кэрролла все-таки педофилом. То ли она хотела его обелить. То ли она просто хотела напустить загадочности и показать, как одна небольшая история может повлиять на всю жизнь человека.
Словом, прочитала я художественное изложение статьи в википедии, и сама не поняла зачем. Повествование, кстати, очень неторопливое, местами над ним можно заснуть, но полагаю, эта неспешность вполне создает атмосферу того исторического периода, о котором идет речь.

С огромным энтузиазмом я взялась за прочтение этой книги.
Искренне была уверена, что это автобиография.
"Что ж, автор - Алиса, и я - немного Алиса", - решила я, и с энтузиазмом проглотила 490 ридерных страниц за вечер.
И я не хочу в это верить.
Очень хорошо, что роман не автобиографичен (и вообще к биографии имеет мало отношения, а на 80% состоит из домыслов и влажных фантазий автора). Разочарование, постигшее меня в середине этого самого романа, сложно выразить словами.
Основная идея - в том, что с наступлением клятого полового созревания Алиса перестала быть Алисой и, подобно Сьюзен из "Хроник Нарнии", перестала думать о чем-то кроме нейлоновых чулок и приглашений в гости. А в старости и вовсе превратилась в клон своей матери.
Не верю я в это. Гормоны гормонами, викторианское воспитание викторианским воспитанием, а тип личности - штука, которую очень сложно сломать.
Этого автор не понимает.
А еще автор не понимает, каково это - носить корсет. Есть в книге эпизод, где постаревшей главной героине предлагают свободное платье, а она такая: "Нет, я не могу без корсета!!!!адинадинадин".
Очень хочется напялить корсет на автора и заставить ее в нем походить. Не 4-6 часов, не на один раз до постели дойти, а часов так на 8. Дней так на 7 хотя бы. И посмотреть, с какими радостными воплями она из него выскочит, скорее всего, день на второй.
Зато автор понимает, как вкусно описать викторианского мужчину.
И за это - три звезды.

Мораль: если бы эта книга была непроАлису, она была бы хороша. Тут тебе и викторианская любоффь, и загубленные жизни, и запретные страсти.
Но зачем было факты, имена и людей за ушки притягивать - непонятно.
Так что не та Алиса, не та...

Много лет назад в один золотой полдень некий преподаватель Оксфордского университета рассказал на лодочной прогулке трём маленьким девочкам сказку собственного сочинения про приключения одной из них в диковинном подземном королевстве. Ну не то чтобы прям именно про эту девочку, но имена совпадали и характер в целом узнавался. А девочка возьми и попроси преподавателя записать эту сказку. Так в мире появилась книга «Приключения Алисы в Стране чудес».
А ещё через много лет исследователи и биографы, глядя на фотографии маленького прототипа Алисы (а вышеупомянутый преподаватель увлекался ещё и фотографией — диковинкой по тем временам — и любил детей), стали строить предположения о неподобающей любовной связи между Алисой Лидделл и мистером Доджсоном. Копать было куда: семейство Лидделлов внезапно отдалилось от Доджсона, мать семейства сожгла его письма к Алисе, родственники Джоджсона после его смерти вырвали (и предположительно уничтожили) часть дневника, и все упорно отмалчивались на эту тему. И вот Мелани Бенджамин написала книгу от лица Алисы.
Честно говоря, мнение и отношение у меня сложились неоднозначные. С одной стороны, автор проделала невероятную работу по изучению источников и ловко перемешала известное доподлинно с художественным вымыслом. Текст получился очень добротный и захватывающий — как сказали в одной из рецензий, не будь это реальные известные люди, а какие-нибудь отвлечённые персонажи, книга была бы идеальной.
С другой стороны, через пару десятков страниц нет-нет да и проскальзывала фальшь. К примеру, меня очень раздражает, что автор американка, отправляя свою английскую героиню в Америку, высказывается в духе вдовствующей кузины Вайолет «Ах, эти американцы такие бесцеремонные!». А мать Алисы выставлена вообще монстром, ни минуты не любившим свою дочь. Впрочем, Алиса автора местами ведёт себя не лучше.
С третьей стороны, автор так мило и долго в послесловии расшаркивается и поясняет, что вся книга не более чем её фантазии; что каждый год появляется какой-нибудь исследователь, сообщающий, что нашёл вырванные страницы из дневника — и тут же следом появляется «разоблачитель»; что в викторианской Англии отношение к детям и детскому телу было совсем иным, чем сейчас... Чтобы следом написать «То обстоятельство, что между Алисой и Доджсоном существовала любовная связь, мне кажется неоспоримым» — и этой фразой испортить всё впечатление напрочь, уничтожить ту хрупкую грань «или-или», перевести книгу из Страны чудес в корзину с грязным бельём. Увы.

Во всем мире не сыскать ребенка, не знакомого с "Алисой в Стране Чудес" хотя бы понаслышке. Все мы знаем о безумстве сюжета, чудаковатости персонажей и неизъяснимой притягательности атмосферы сказки, и относимся к ней либо положительно, либо отрицательно. Такое уж произведение создал Льюис Кэрролл, от которого можно либо упиваться восторгом, либо плеваться ядом.
Казалось бы, автор, пишущий почти о героине всемирно известной сказки, должен испытывать к ней как минимум трепетную, едва не ностальгическую привязанность, а в идеале - быть по-настоящему плененным ею. Однако Мелани Бенджамин, автор книги "Я была Алисой", о которой и идет речь, не выглядит ни капельки восхищенной ни Алисой, ни чудесной повестью, ей посвященной. Когда я соскользнула с последней строчки, в голове стоял один вопрос: "Зачем?" Зачем все это было написано, зачем я это прочитала, зачем я потратила на это свое время, зачем эта незнакомая мне женщина вообще взялась за такую сложную, притягательную тему, из которой можно было выжать столько эмоций, слез, радости, но из которой она в итоге не смогла выдавить ни капли?
Я обожаю "Алису в Стране Чудес", ценю безумие, в ней заключенное, восхищаюсь умением автором довести логику до такой степени, что она становится абсурдом. Но от "Я была Алисой" мне хочется не просто плеваться ядом - экземпляр книжонки к чертям разорвать.
В оригинальной сказке главная героиня - сообразительная семилетняя девочка, которая под стать жителям Страны Чудес думает не как обычный человек, ведь вся Страна Чудес - концентрация отклоняющегося мышления и полной свободы, о которых в её строгом мире никто не имеет ни малейшего понятия. Льюис Кэрролл списывал свою маленькую героиню с реального человека, и логично предположить, что прототип был нестандартным, необычным ребенком с мышлением, схожим с тем, что демонстрируют все чудаки, населяющие воображаемый подземный мир. Но Мелани Бенджамин с этим явно категорически несогласна; она загоняет всех в рамки Викторианского этикета, правил и кодекса чести и перекрывает все отверстия, сквозь которые можно заглянуть в Страну Чудес. В некоторой степени это, может, и правильно, ведь жизнь действительно была организована четко и строго, но автор абсолютно не считается с тем, что жизнь действующих лиц отличалась от жизней прочих - ведь они были связаны сказкой.
Образ Алисы Лиддел смазан и лишен каких бы то ни было ярких нестандартных черт. При прочтении мы видим скучную девушку, ограниченную типично "девчачьими" мыслями и лишенную широты кругозора, макет, встречающийся почти в каждом любовном романе - особенно это заметно в промежуток повествования, когда она сближалась с Леопольдом. Разве такая Алиса, покорившая Льюиса Кэрролла? Не думаю.
Кроме того, вызывает горестное покачивание головой тема её отношений с Чарльзом Доджсоном, то есть Кэрроллом. Совершенно стандартная, однобокая трактовка. Помимо этого, Алиса у нас оказывается буквально окружена особями мужского пола, и навязчиво вспоминается Мэри Сью, заставляющая всех вокруг падать перед ней на колени. Да, в жизни реальной Алисы Лидделл было много мужчин, но сомневаюсь, что каждый из них становился жертвой её чар.
Моя оценка однозначна - ужасно. Особенно для тех, кто отличается впечатлительностью - эта книга может перебить им всё положительное впечатление от оригинальной сказки или, в случае, если они её не читали, отвратить от неё. Будь на то моя воля, я бы поставила на ней огромный жирный крест и повесила табличку: "Любителям творчества Кэрролла в руки не брать!". Но, увы, с полок её не изъять, да и каждый человек имеет право на своё мнение. Может, кто-то увидит в ней намёки на философию или даже какой-то смысл, но для меня, увы, это однозначный ноль из десяти.

Подобные этой книге произведения еще не встречались мне. Это некая псевдоавтобиография. Автор дала слово Алисе Лидделл, той самой, что стала прототипом Алисы из книжки про Страну Чудес. Вот только правомерно ли писать от первого лица, если твой герой - реально существующий когда-то человек? И ведь не одна Алиса выведена здесь под своим настоящим именем - все остальные тоже - члены ее семьи, коллеги отца...

Ну, как же без Кэрролла?

Увы, Бенджамин отстаивает довольно банальную трактовку отношений Алисы со знаменитым писателем - конечно, же их связывали тайные запретные чувства, он всю жизнь после трагического разрыва искал ей замену в лице других маленьких девочек, яростно их фотографируя, а она постаралась все забыть и выйти замуж. Мне эта версия никогда не была симпатичной, да и известно сейчас по воспоминаниям тех девочек, что ничего лишнего Доджсон себе не позволял, более того, многие из них были куда как старше, чем раньше было принято читать.

Есть в романе еще один герой, которому не безразличны маленькие девочки - Джон Рескин. Уже повзрослевшая Алиса и с ним успела пообщаться, и есть в их встречах нечто неприятное, впрочем, то что Рескин просил руки молоденькой девицы и получил отказ, а затем сошел с ума, автор не выдумала, и на том спасибо.

Еще один важный мужчина в жизни Алисы этой книжки - принц Леопольд, и уж тут-то Бенджамин дала волю фантазии. Нет никаких документальных свидетельств, что принц был для Лидделл чем-то большим, чем знакомым. Слухи были, но про ее сестру больше.

Самого краткого рассказа удостоилась семейная жизнь Алисы, кому она интересна, без всяких скандальных намеков?

Книга вызывает странные чувства - и читать ее интересно, и как-то противно, будто подглядываешь в замочную скважину.

Идея о женщине, которая вынуждена всю жизнь существовать под гнетом популярности своего нестареющего двойника - интересна. Возможность ознакомиться с викторианской Англией увлекает.

Но, по-моему мнению, все портит то, что это - история именно Алисы и Кэрролла. Зачем смешивать настоящие факты жизни людей с собственной выдумкой, имеющей мало отношения к реальности? Одна из сильнейших сцен романа - когда Доджсон делает фото Алисы в лохмотьях - целиком и полностью фантазия автора, никто из ныне живущих не может знать, что там было на самом деле. А на этой сцене в романе завязано очень многое. Или встреча уже в довольно преклонном возрасте Алисы с якобы с прототипом Питера Пэна, Питером Люэлином-Дэвисом, которая действительно была - автор приписывает им некий разговор, который кажется очень важным, а был ли тот разговор вообще? И так везде.

Остается после чтения какое-то неприятное чувство, будто тебя обманули.

Итог: книгу только бы украсило, если бы ее герои не были бы настоящими. Почитать можно, но за Кэрролла обидно в очередной раз.

Я настороженно отношусь к современно литературе. Современные книги не часто сподвигают меня на написание рецензий. Я никогда не испытывала нежных чувств к сказке "Алиса в Стране Чудес". И от данной книги я не ждала ничего особенного.
Но.
Я получила нечто особенное: мысли, впечатления и переживая из самой глубины души. Почему?

Перед нами история жизни простой девочки... Непростой девочки? Дочери оксфордского декана, музы Льюиса Кэрролла...
Необычной девушки - возлюбленной настоящего принца. Сильной женщины - жены, матери и хозяйки. Одинокой старушки, которая пытается не жить прошлым, но это плохо выходит...
История жизни человека. Чем она привлекает? Правдивостью. И дело не в документальных подтверждениях фактов биографии реальной личности, Алисы Плезенс Лидделл, нет. Перед нами живая история, которая действительно могла быть. И от этого печаль героев ощущается яснее и радость трогает больше.

Также нельзя не отметить весьма интересную интерпретацию викторианской эпохи, взгляд на неё как бы изнутри. Это выглядит очень интересно.
В целом книга получилась необыкновенно трогательной, пронизанной светлой грустью, образами прошлого и детскими воспоминаниями. Она оставляет в сердце лёгкий налет печали и после прочтения и ещё долгое время напоминает о себе.
Поэтому спасибо Мелани Бенджамин. Она написала действительно хорошую книгу, которую стоит прочесть (в большей степени, конечно, она будет интересна женщинам, я думаю).

И конечно, спасибо героине, без которой книги просто не было бы. А ещё одному строгому преподавателю математики из Оксфорда, который обессмертил имя милой семилетней девочки.

Именно с таким ощущением я закрыла книгу. Она напомнила мне попытку описать что-то, подсмотренное в замочную скважину, а поскольку видно не очень, да и не все, - то додуманное. Собственно автор этого и не скрывает, подробно останавливаясь на том, что есть факт, а что вымысел - в послесловии. Не очень я люблю такую литературу! Особенно рассуждения о пробуждении сексуальности в семилетней девочке в викторианской Англии. Возможно, психологи со мной не согласятся, но я не психолог.

От резко отрицательной оценки для меня книгу спас текст - ну ведь добротно написано! И эпоха представлена, и характерные черты, и предрассудки, и взгляды определенного сословия. Сдается мне, что все тоже самое без отсылок к реальным историческим личностям, возможно воспринималось бы проще, что ли. Так или иначе, благодарна роману за то, что он заставил меня таки прочитать сказку (да, да - прошла она мимо меня), а в целом, впечатление смешанное. Написано неплохо, но с душком.